Глава 36.

Эйлар упрямо молчит, когда мы идем по вечернему городу.

Воздух пахнет озоном и сладковатой пыльцой, здесь всегда как цветущая весна. Сквозь купола зданий пробивается мягкий золотистый свет, отражается в гладких поверхностях улиц.

Теплая и сильная ладонь командора уверенно держит мою руку.

— Куда ты меня ведешь? — улыбаюсь я, и от нетерпения внутри становится щекотно.

— Хочу показать то, что не увидишь ни в одном секторе. Только для тех, кто, — он замолкает, наклоняется ко мне и чуть тише добавляет: — кто по-настоящему наш.

Мы поднимаемся на открытую площадку, вырезанную прямо в скале. Внизу разливается море света, купола, башни, ленты дорог. А наверху небо Яльдариса раскрывается, как живое.

Вместо привычных звезд мигают огромные потоки сияния, словно волны переливающегося серебра. Они медленно двигаются, меняют цвет с лазурного на фиолетовый, и, кажется, что все небо дышит.

— Это араийские шлейфы, — тихо говорит Эйлар. — Они рождаются, когда планета взаимодействует с магнитными полями солнца.

— Как северное сияние, — шепчу я. — Только живое.

Он поворачивается ко мне, в его глазах отражаются потоки света.

— На Земле вы смотрите на небо, а у нас небо смотрит на нас.

Я тихо смеюсь, и в этот момент Эйлар тянет меня к себе. Его руки обнимают меня за талию, мягко, но крепко.

— Когда я был ребенком, — медленно произносит он, не выпуская меня из объятий, — я мечтал показать это тому, кто поймет. Тому, кто почувствует то же, что и я.

Я поднимаю взгляд и вижу в его глазах не командора, не воина, а мужчину, который впервые позволяет себе быть самим собой.

— Я чувствую, — я нежно касаюсь его щеки, — и понимаю.

Маркур улыбается уголками губ, наклоняется ближе. Его дыхание касается моей кожи.

— Тогда доверься, — шепчет он.

Я закрываю глаза, когда его губы прикасаются к моим. Поцелуй не торопливый, не жадный, он как само небесное сияние – теплый, глубокий, пронизывающий до самых клеточек.

Его араимы расправляются за спиной, охватывают нас мягким голубым ореолом. Эйлар соединяет наши лбы, протяжно выдыхает.

— Когда ты рядом, Вита, мой мир перестает быть чужим.

— А когда ты рядом, — шепчу я в ответ, — я перестаю чувствовать себя потерянной.

Мы долго сидим на краю площадки, обнявшись. Внизу медленно гаснут огни города, а небо все еще светится.

Как интересно, что в мире роилась такая история. История о женщине-землянке и мужчине с далекой звезды, которые научились дышать в унисон.

— Они все еще следят, — тихо говорит Эйлар, не поворачивая головы.

— Совет? — спрашиваю я.

Он коротко кивает.

— Им нужно убедиться, что то, что происходит между нами, не случайность. Что я не ослеплен тобой и не нарушаю устав.

Я разворачиваюсь к нему.

— И что же? Ты собираешься притворяться холодным командором, чтобы убедить их в обратном?

Эйлар чуть улыбается.

— Нет. Я просто не хочу, чтобы тебе было больно, если они решат копаться в том, что мы чувствуем.

Я качаю головой, обхватываю его лицо ладонями.

— Пусть смотрят. Пусть видят, как моя жизнь перевернулась на сто восемьдесят градусов.

Он моргает, удивленный моим спокойствием.

— Ты не боишься?

Я скольжу ладонями по его рельефной груди, чувствую, как под пальцами ровно и мощно бьется его сердце.

— Страх? — я тихо улыбаюсь. — Я уже пережила все, чего боялась. Потеряла дом, привычный мир, людей, а потом вдруг обрела тебя. Разве это не безумие? Еще недавно я и не знала, что ты существуешь. А теперь ты стал для меня всем.

Во взгляде Маркура целая галактика эмоций: гордость, недоверчивая нежность, какое-то трепетное изумление, будто он сам не верит, что все это происходит с ним.

— Ты даже не представляешь, Вита, как странно это звучит, — шепчет он. — Для нас любовь – редкость. Мы слишком многое пережили, чтобы позволять себе слабости. Но ты не слабость, ты моя сила.

Он проводит пальцами по моей щеке, по линии подбородка, и по моей коже бегут мурашки.

— Если им так нужно наблюдать, — усмехаюсь я, — пусть наблюдают, как я люблю яльдарийца, который даже во сне, наверное, строит стратегические планы.

Эйлар тихо смеется. Он сейчас такой настоящий и живой.

— Ты неисправима, — шепчет он.

— А ты привык все контролировать, — отвечаю я. — Похоже, у нас с тобой происходит обмен культурой.

Он обнимает меня крепче, прижимает к себе так сильно, что я не могу сделать вдох. Тонкие кончики араимов касаются моих плеч, бережно оплетают предплечья, тянут мои руки к Маркуру.

— Пусть видят, — повторяю я, закрывая глаза. — Пусть видят, как два разных мира могут соединиться, не разрушив друг друга.

Эйлар наклоняется и целует меня в кончик носа.

— Пусть видят, — повторяет он почти неслышно. — Но не поймут. Потому что то, что у нас, не для наблюдений.

Я улыбаюсь, чувствуя, как его пальцы скользят по моей спине.

Где-то далеко, возможно, в этот момент действительно смотрят камеры Совета, но нам все равно.