Глава 28

Я практически не выходила из своего кабинета. Замучилась разбираться со счетами, переговорила практически со всеми слугами, узнала массу слухов и сплетен. И не узнала почти ничего о том, как тратилось мое наследство. Люди были запуганы и не хотели говорить на эту тему.

Приказала поставить в кабинет еще один стол и посадила за него Васену. Назначила ее моим секретарем и правой рукой. Васена, к счастью, умела писать, хотя и не слишком грамотно, и, что главное, неплохо считала.

Проводить ревизию всегда сложно. Особенно если половина слуг считать не умеют. Приказала счетоводу для начала обучить моих подчиненных, то бишь, слуг азам арифметики. И попутно проводить полную ликвидацию безграмотности. Савелий был рад выслужиться и с жаром принялся за дело.

Под начальную школу оборудовали пустующий сенник, расставили там столы и лавки, соорудили школьную доску.

Мама всегда говорила, что я похожа на вареную курицу. Ну, не знаю, не знаю… Сейчас энергия и идеи били у меня через край.

Завтракала я раньше родни, ужинала почти ночью. Встречалась с мачехой и Забавой только за обедом. Мачеха как-то поникла, даже осунулась. Забава совсем погрустнела. Мы практически не говорили. Даже в обед я давала распоряжения и проверяла счета. Время не ждет. А еще говорят: время — деньги. Не хочу, чтобы и то, и другое утекало у меня сквозь пальцы.

Изредка княгиня пыталась остановить меня. Предлагала снова взяться за вышивание приданного и оставить управление имениями специалистам. Затею с заводом она вообще считала тяжелым бредом. Но замечания мне мачеха стала делать очень осторожно и корректно. Поняла, что больше дурить меня не сможет. Я не верила, что она смиренно примет перемены, но затишье в наших отношениях давало возможность спокойно заниматься делами.

За три дня после моего возвращения из столицы и устала так, словно лично таскала кирпичи на плечах. Ночью не могла долго уснуть, дало себя знать переутомление. Задремала, когда небо на востоке уже побелело. И проснулась от того, что кто-то тихо, но назойливо стучался в мою дверь.

С трудом разлепила глаза. Солнце стояло высоко и пробивалось в спальню через неплотно задернутые занавески острым и ярким лучом, кидая длинный блик на каменный пол.

— Кто там? — я потянулась, и нехотя спустила ноги с кровати.

— Княжна, боярин Игорь приехал, — в спальню бочком вошла няня, держа на подносе дымящийся медовый чай и пирожки.

— Что? — я подсочила к окну. У коновязи стоял вороной, а Игорь сидел на лавке и обрывал ягоды с ветки смородины. Пышный букет лежал рядом с ним.

— Покушай, Любавушка, — поставила на стол поднос Васена. — Подождет боярин.

— Не хочу я есть. Подай летник, Васена! Алый. Нет, синий лучше. Нет, зеленый с серебряными кувшинками, — заметалась я. — Кокошник не надо, просто ленту. Ту, что вышита серебром. И подвески к ней на виски. Длинные, с жемчугом!

Васена покачала головой, глядя на меня и пошла выполнять распоряжения. А я помчалась приводить себя в порядок, на ходу расплетая косу.

Через четверть часа я важно спускалась по ступеням крыльца в сад. И неважно, что коса небрежно заплетена, главное, что сердце стучит как бешеное и готово выпрыгнуть из груди от радости. Игорь свое обещание выполнил, приехал!

— Устал с дороги? — первое, что спросила я.

— Нет, — он снова протянул мне букет смородины.

— Чай? — предложила я.

— Я сыт, — он смотрел на меня с улыбкой.

— Ты же два дня в дороге, наверняка толком ничего не ел.

— Не два дня, а полночи, — в его глазах прыгали веселые огоньки. — Я же не с обозом плелся. Конь у меня огонь! Да и тропки потаенные я знаю. Это не по дороге петлять.

— Так ты еще и не выспался? Тогда тебе надо отдохнуть.

— Отдохну, пока ты переодеваться будешь.

По возвращении из Златова я приказала няне купить мне костюм для верховой езды. А вот примерить его не успела. А что, если он сидит на мне как на корове седло? Это будет просто ужасно! Раньше меня подобные мелочи не волновали. Я носила безразмерные удобные свитера и практичные джинсы. Но теперь мне хотелось выглядеть изысканно.

— Боярин, откушай, не побрезгуй, — к нам спешила Васена. — И княжна еще не завтракала.

— Раз княжна не завтракала, то и я не откажусь.

— Пусть накроют стол в беседке, — распорядилась я.

Не успели мы с Игорем разместиться у самовара, как туда притащились мачеха и Забава. Не прогонять же их? Велела подать еще два прибора.

— Какими судьбами к нам, боярин? — поинтересовалась мачеха.

— Приехал я к княжне Любаве. Обещал научить ее ездить верхом.

— Так она лошадей как огня боится, — прыснула Забава. — Ничему ты ее не научишь, боярин.

— Не помню этого, — парировала я. — Лошади мне нравятся. Они грациозные и красивые. И, что главное, говорить не умеют, — выразительно посмотрела на Забаву. — Умные животные.

Забава прикусила язык и замолчала. Позавтракали быстро и я поспешила переодеться.

Костюм для верховой езды был необычный. Широкие шаровары стального цвета вышиты алыми тюльпанами. Белоснежная рубашка, поверх нее короткий красный жакет. Сафьяновые алые сапожки и шелковая шапка-тюрбан дополнили костюм.

Повертелась пред зеркалом. Я походила на какого-то янычара или турецкого купца времен Золотого века Османской империи.

— А что, женщины могут штаны носить? — поинтересовалась у няни.

— Конечно. Почему нет?

— Не видела я женщин в таких нарядах.

— Это для езды верхом. Женщины привыкли в платьях ходить. В штанах на мужчин похожи, не слишком красиво.

— А мне нравится. Значит, если я буду носить шаровары, никто в меня камнями кидать не станет?

— Нет. Зачем? — няня не понимала мои вопросы.

Это хорошо. В штанах удобнее лазить по лесам и наблюдать за строительством печей для обжига кирпича. В ближайшее время я планировала заложить первый камень фундамента производственного здания.

В беседке все еще сидели Игорь, Забава и мачеха. Не знаю, какие разговоры они вели с боярином, но тот, как только увидел меня, поспешно встал и развел руками:

— Княжна, как ладно на тебе костюм сидит!

— Правда нравится? — мне были приятны его слова.

— Правда.

— Идет тебе, — согласилась Забава. — Только ты в нем на бочку похожа. Штаны широки, грудь плоская, талии нет, шапка как переспелая тыква. А так очень хорошо.

Слова сестры не могли испортить моего настроения.

— Я тоже поеду верхом, — заявила Забава. — Я отлично держусь в седле.

— Это в другой раз, — остудил ее пыл Игорь. — Княжна на лошади ездить не умеет, я буду ее учить. Ты только мешать станешь.

Забава метнула в меня сердитый взгляд и вернулась к самовару.

Герасим подвел мне великолепного серого коня в яблоках.

— Это лошадь? — не слишком уверенно поинтересовалась я. — В смысле не жеребец?

— Кобыла, княжна, — утвердительно кивнула Герасим. — Зовут Заря. Спокойная, как ты и просила.

Седло на кобыле было мужское. Лошадь высокая, а стремя болталось на уровне моей груди.

— И как на нее залезть? — я с сомнением потрогала стремя.

— Наступай на него и садись в седло.

Легко сказать «садись». Я задрала ногу, вставила в стремя, подпрыгнула и повисла на стремени, руками уцепившись за луку седла.

— Все, дальше никак, — вздохнула я, продолжая висеть на лошади.

Позади меня раздался заливистый смех Забавы.

— Приказать тебе табуретку принести? — веселилась она.

Боярин подошел к мне, подставил под вторую ногу сцепленные в замок руки:

— Наступай! Смелее! — легко подтолкнул меня вверх. Я уселась в седле и гордо огляделась по сторонам. И зря Забава ржала как лошадь. Все нормально, я научусь! Похлопала по холке Зарю.

— Не страшно? — Игорь ловко вскочил на своего коня.

— Нет.

— Тогда поехали. Держи уздечку, слушай меня и не спеши. Подстраивайся под шаг лошади.

Объяснял Игорь очень толково. Мы сделали круг по саду, выехали за ворота и поехали по дороге.

Сидеть на мягком седле было удобно. Подковы мерно цокали по камням дороги, Игорь ехал рядом, время от времени давая указания: выпрямись, локти прижми, ноги плотнее к лошади.

— Все, на сегодня хватит, — повернул коня в сторону усадьбы Игорь.

— Так мало? — разочарованно спросила я.

— У тебя вечером будут и ноги, и спина болеть. Завтра продолжим.

— Завтра? — радостно удивилась я.

— Завтра. Государь готовит свадьбу сына. Я ему пока не нужен.

— У тебя отпуск? — я была на седьмом небе от счастья.

— Можно и так назвать. Государь отпустил меня на две недели. За это время научу тебя ездить верхом.

— Это прекрасно! — если бы умела, пустила бы коня галопом от радости. Но рисковать не стала. — Прикажу выделить тебе комнаты.

— Я поселился на постоялом дворе при дороге. Это совсем рядом.

Понятно, боярин не хочет компрометировать меня. С одной стороны, все правильно. А с другой, мне бы очень хотелось видеть Игоря почаще.

— Княгиня Пелагея сказала мне, что ты… — он замялся, подбирая слова.

— Что я?

— Что с головой у тебя снова беда. Чудишь.

— И ты поверил?

— Нет. Но мне интересно, что за порядки ты начала наводить в поместье. Расскажешь?

— Конечно. Для начала я проверила все счета. Все запущенно и запутанно. Но я потихоньку разбираюсь. И еще я хочу построить кирпичный завод.

— Это твоя мачеха и назвала бедой, — Игорь положил руку мне на талию. — Выпрями спину. Поясница у тебя напряжена. Так что за завод ты надумала строить? — спину я выпрямила, а рука Игоря так и осталась на моей талии.

Я начала рассказывать Волкову о свих идеях и планах. К моей радости, он их одобрил и обещал поддержать по мере сил.