Глава 34

Солнце скрылось за соснами, окрасило темнеющее небо яркими алыми и желтыми всполохами, когда мы въехали в распахнутые ворота усадьбы.

Привратник посмотрел на меня как на призрак, явившийся с того света:

— Княжна Любава! Вот радость-то! А сказали, тебя Соловей-разбойник украл.

— Уже вернул, — отрезала я. — Княгиню позови, — приказала ему. — Да побыстрее!

Привратник оставил пост и помчался в терем. Но мой приезд уже заметили. Слуги высыпали во двор, окружили меня, галдели, качали головами, улыбались и проявляли все признаки неподдельной радости.

Няня растолкала всех и пробилась ко мне:

— Любавушка, княгинюшка! Вернулась, родимая! — обняла она меня и расплакалась.

— Не плачь, Васена, — я тоже обняла ее. — Я жива и здорова.

— Это я от радости, — всхлипнула няня, вытирая румяные щеки. — Герасим утром примчался из леса ни жив ни мертв. Рассказал, как тебя унес Соловей. Мы тут же искать кинулись, но где ж найдешь этого разбойника? Княгиня послала в столицу за подмогой с челобитной для царя. Просит прислать солдат на твои поиски.

Надо же, как мачеха обо мне заботиться! Аж у царя помощи попросила. Можно подумать, толк от этого будет. Зато видимость бурной деятельности на лицо!

Мачеха как-то не спешила обнять меня и порадоваться возвращению. Наконец, из терема выплыла и она. Снова изобразила бурную радость.

Все это я уже видела, с небольшими вариациями. Когда едва не утонула в Черном омуте.

— Ах, Любваушка, радость какая! Вернулась цела и невредима! — сладко пела княгиня, неспешно спускаясь по ступеням.

— Вот уж кому не пропасть! — вслед за матерью на крыльцо вышла Забава.

— Княгиня Пелагея Собакина, собирайся, поедешь со мной, — нахмурил брови боярин. — Немедля поедешь.

— Куда? — испуганно спросила княгиня.

— В Разбойный приказ. Там будешь ответ держать за все свои преступления.

— Да за что же, батюшка? Нет за мной никаких преступлений. Невинная я, не виновата ни в чем, — княгиня побелела как полотно и прижала руки к груди.

— Там тебе объяснят в чем твои прегрешения, — прорычал Игорь. — Заигралась ты, княгиня. Забыла, о чем я тебя предупреждал? Снова решила добро падчерицы к рукам прибрать? Собирайся, да побыстрее!

Княгиня охнула, обмякла и грохнулась в обморок. Забава закричала и ринулась не на помощь матери, а в терем.

— Приведите княгиню в чувство, — приказала я слугам. — Отнесите ее в гостиную.

— И Забава пусть туда придет. Не пожелает прийти, тогда и она в Златов отправится. Чтобы матушке ее не скучать на допросе. Изведу змеиное гнездо на корню! — разбушевался Игорь.

— Погоди, боярин, не гневайся так, — остановила я его. — Может мачеха все добровольно расскажет и покается?

— И ты ей поверишь? — перевел на меня удивленный взгляд Игорь.

— Не поверю. Но она может рассказать, как добраться до избы ведьмы Боряны.

— Это она и в Разбойном приказе может рассказать, — Игорь был в бешенстве. — Княгиня тебя сумасшедшей выставляла перед всеми, к самоубийству подтолкнула, ум отняла, заставила в омут кинуться. Чудо, что я вовремя успел тебя оттуда вытащить. Передо мной тебя дурой выставить хотела, сообщника своего Ваньку ключника отравила, чтобы он лишнего не сболтнул. Теперь в сговор с ведьмой вступила, Соловья-разбойника на тебя натравила как пса цепного. Ты ей все это простишь, княжна? Да по твоей мачехе каторга плачет!

— Какая-никакая, а она была женой моего батюшки. На каторге она и месяца не протянет. Не хочу ее смерти. Можно ее сослать в имение, что муж ей оставил? Пусть там живет.

— Добрая ты, княжна. Можно ее под опеку отдать и под надзором поселить в дальнем имении. Но только если она во всем признается и все без утайки расскажет.

— Я смогу ее убедить, — пообещала Игорю.

— Я и сам смогу ее убедить, — хмыкнул он в ответ. — Пойдем, княжна, побеседуем с твоей мачехой. Думаю, привели ее уже в чувство.

Мы поднялись на второй этаж и прошли в гостиную. Мачеха сидела в кресле, бледная, перепуганная. Рядом с ней стояла Забава. Такая же бледная и несчастная. Она всхлипывала и кидала жалобные взгляды на Волкова.

— Замолкни, Забава! — цыкнула на нее Игорь. — Не зли меня еще сильнее.

Забава поспешно вытерла слезы и перестала шмыгать носом.

Игорь выпроводил прислугу, сел на край стола напротив кресла княгини.

— Есть у тебя, Пелагея Собакина два пути. Первый — повезу я тебя в столицу, отдам дознавателю и пусть он из тебя всю правду и неправду вытрясет. Он это отлично делать умеет.

Глаза у мачехи закатились, и она снова потеряла сознание.

— Приведи мамашу в чувство! — приказал Игорь Забаве. — Брызни в лицо водой.

Забава трясущимися руками налила в стакан толстого стекла воду из кувшина, плеснула в лицо матери. Княгиня застонала, и открыла глаза:

— За что же мне такое наказание? — простонала она.

— А то не знаешь? — прорычал Игорь.

— Не знаю, батюшка, не знаю, родимый, — пролепетала мачеха. — Как пропала Любава, мы ее искать кинулись. Но где же найдешь, коли ее Соловей-разбойник унес? Я награду объявила тому, кто найдет мою дорогую доченьку. В Столицу за подмогой гонца послала. Мне для нее ничего не жалко. Так за что же ты меня, боярин, Разбойным приказом пугаешь?

— Хорошо поешь, княгиня. Вот и попоешь перед дознавателем. Терпелива у тебя падчерица. А я не таков. Едва не погиб я, выручаю княжну Любаву. Признался Соловей, что приказала ему ведьма Боряна продать княжну в рабство. Никогда бы не нашли ее.

— Так это Боряна приказала, а не я. Уж не знаю, зачем ведьме это нужно? Ума не приложу.

— Снова врешь, Пелагея Собакина. Врешь, и не краснеешь, — покачал головой Волков. — Уймись, пока не поздно.

— И в мыслях нет такого! Не посмею я тебе врать.

— Видели тебя, как ты на болото к ведьме ходила. Ты и попросила ее помочь тебе наследство княжны к рукам прибрать.

— Кто ж меня видел? — сощурилась мачеха.

Выкручивалась она умело, врала нагло. Ей есть что терять, и она до последнего готова отстаивать свою невиновность.

— Я видела, — подошла к Игорю и села на стол рядом с ним. — Соловей-разбойник рассказал, как приказала ему ведьма меня украсть и продать. Так что хватит сказки рассказывать, мне это надоело. Зачем ведьме мне вредить? А вот тебе это выгодно.

— Любавушка, милая, да если бы надо было тебя со света сжить, так отравили бы тебя лихие люди. Не я, конечно, а те, кто против тебя зло затаил. Отравить человека просто — раз, и нет.

— Да, у тебя княгиня, опыт богатый. Лихо твой ключник на тот свет отправился.

— И, главное, вовремя, — заметила я.

— Не нужна падчерица тебе мертвой, — продолжил Игорь. — Тогда тебе ничего от ее наследства не достанется. А так похитили и похитили. И не погибла Любава, и не жива. Искали бы ее долго. Глядишь, и не нашли бы. То, что тебе надобно. Стала бы ты и дальше пользоваться богатствами падчерицы.

— Вот слово даю, не было у меня этого в мыслях.

— И я тебе слово даю, что поговорит с тобой дознаватель по душам. Есть у него отличные мастера язык развязывать.

Мачеха побледнела и стала сползать со стула. Волков кивнул Забаве, и та снова плеснула в лицо княгини водой.

— А что за второй путь для меня, боярин? — пролепетала она. — Ты сказал, что есть еще один, не в Столицу.

— Есть, — кивнул Игорь. — Ты рассказываешь все как было без утайки. Как ведьму Боряну нашла, как к ее избе пройти на болоте смогла. И тогда, по великой милости твоей падчерицы, отправишься ты не в тюрьму, и не на каторгу, а поселишься в том имении, что завещал тебе муж. Под надзором и опекой. Не сможешь ты ни копейки потратить без согласия опекуна, будешь жить в деревне тихо, как и положено приличной вдове.

— Без интриг и пакостей, — добавила я.

— Я и не думала никогда тебе пакости строить, — заверила меня мачеха. — Ты меня не так поняла, Любавушка.

— Стоп, — подняла я указательный палец. — Правду, правду и ничего кроме правды. Хватит из меня дуру делать. Надоело смотреть на этот цирк. Рассказывай, как к ведьме пройти?

— А как же я? — подала голос Забава. — И мне с матерью на выселках жить? Мне же замуж надо! Где я там себе мужа найду? Кто в этой глуши меня замуж возьмет? Сельский староста или лавочник? Не хочу! — заревела она. — Я за грехи мамаши не отвечаю! Это несправедливо!

— Помолчи, Забава, — отмахнулся от нее Игорь. — Не до тебя сейчас твоей матери. Ну, Пелагея, что выбираешь? Правду сейчас или в Разбойном приказе?

— Сейчас, — вздохнула мачеха. — Все без утайки расскажу.