Глава 11

Тим

На голову мне снова вылили ведро холодной воды, и это было приятно.

«Зафиксировано превышение болевого порога выше допустимого в два раза, — услышал я внутренний голос искина корабля, и подумал, — они что, совсем с ума сошли? Я же не могу всё время отключаться».

Я сидел, пристёгнутый к стулу, на каждом моём пальце был электрод, на голову тоже был надет электродный обруч, почувствовал какие-то датчики на ушах, ноги находились в тазу с водой.

Это продолжалось уже сутки, они не давали мне спать, а иногда вместо электрического тока сквозь меня начинали пускать микроволны, отчего происходило резкое повышение температуры внутренних органов.

В космо-академии нас учили, как переносить боль, да и в принципе у каждого из нас был довольно высокий болевой порог, а когда становилось совсем невозможно терпеть, я отключал сознание, похоже это и произошло, когда боль стала невыносимой.

Вот и сейчас, похоже, они поняли, что мне снова удалось избежать мучений, и прибегли к испытанному способу приведения в чувство, а именно окатили меня ледяной водой.

Они бы давно меня убили, но они так и не смогли попасть в звездолёт. А искусственный интеллект корабля, считав мои параметры, которые в результате пытки в определённый момент оказались критическими, начал передавать сигнал о помощи. И они его засекли…

И что самое удивительное, они не были уверены в том, что тот щит, который окутывал планету, в достаточной степени непроницаем для сигнала, который передавал корабль. Потому что на передачу сигнала о помощи уходят все оставшиеся ресурсы. Задача корабля, спасти пилота любой ценой.

Что сейчас и происходило. Я рассмеялся, хотя сделать это мне было непросто, разбитые губы болели.

Когда они поняли, что меня невозможно заставить говорить при помощи их пыточного инструментария, сам Швайбер отдал приказ своему цепному псу Веймару Гейтсу. И тот с удовольствием, с оттяжкой, долго бил меня по лицу. Двух зубов я лишился, глаза тоже плохо видели, видимо, был сильный отёк.

Ну, я знал, на что шёл, и был готов ко всему.

Кроме одного.

— Сегодня девчонка шлялась по лесу возле места посадки звездолёта, наши её срисовали, — раздался хрипловатый голос Веймара Гейтса, — вот данные с камеры.

Самого Швайбера, видимо, не было, потому что ответил Гейтсу кто-то другой:

—Красивая, мне кажется, надо забрать.

Внезапно перед моим лицом появился экран.

— Смотри, — и меня ткнули в плечо.

Я попробовал открыть глаза, получалось плохо, но изображение на экране я увидел.

Там была Ари, снова в синем платье, я даже подумал, что может быть у неё оно одно? Ари ходила и осматривала деревья, кустарники, совершенно чётко обходя место посадки звездолёта.

— Кто это? — спросил я.

Веймар Гейтс рассмеялся.

— Очень забавно, только не притворяйся, что ты её не знаешь. Это же её папочка тебя сдал.

А у меня впервые за все эти дни внутри появилось странное чувство, с которым, как оказалось, я раньше был незнаком.

Это было чувство страха.

За неё. За Ари.

Потому что в этот момент она остановилась и прокричала, звука не было, но она совершенно точно прокричала: БригКомандор позывной Тим.