Глава 15

Я решила, что никуда с этим мужчиной не поеду.

— Мне мама велела её здесь дожидаться, — сказала я.

— Ну что вы, право слово, фройляйн, — снова улыбнулся Веймар Гейтс, и снова он улыбнулся только губами. Это было пренеприятнейшее зрелище, как змея какая-то.

— Позвольте, я закрою дверь, — сказала я, пытаясь закрыть дверь, но мужчина подставил ногу.

Видимо, у Веймара Гейтса были другие планы.

— Уверяю вас, фройляйн, я вас отвезу, и мы сразу вернёмся, я, признаться, сам побаиваюсь вашу маму, поэтому не желал бы с ней связываться.

Уж и не знаю была ли это шутка, чтобы разрядить обстановку, или герр Веймар говорил всерьёз, а только это и вправду сгладило моё недоверие. Я спросила:

— А вы можете мне разъяснить, куда вы меня отвезёте и что я там должна буду делать?

— Если вы настаиваете, фройлян, здесь нет никакой тайны. Мы с вами поедем в одно закрытое учреждение для того, чтобы вы посмотрели на одного человека, который там находится.

У меня пришла мысль, что мне хотят показать Тима.

— Я знаю этого человека? — спросила я.

— Возможно, — ответил Веймар Гейтс.

Мне очень захотелось поехать, особенно когда я поняла, что там может быть Тим. Мне надо было его поддержать, передать ему весточку, сказать, чтобы он не отчаивался.

— Хорошо, я поеду с вами, — согласилась я, после недолгого размышления.

Собираться долго мне не нужно было, и поэтому буквально через пятнадцать минут я загрузилась в салон небольшой повозки. Она тоже была самоходной, правда, в два раза меньше, чем та, на которой меня привезли, но зато она была гораздо быстрее.

— Скажите, герр Веймар, а как эти повозки ездят без лошадей? — спросила я.

Веймар усмехнулся.

— Они работают на энергоне и движутся сами.

Я не могла понять, как это происходит, и хотела спросить ещё, но герр Веймар не стал мне ничего объяснять.

— Не отвлекайте меня, пожалуйста, — сказал он. — на дороге надо быть внимательным.

Я скептически посмотрела на него. О какой внимательности идёт речь, если на дороге мы одни?

Что любопытно, и охраны никакой не было, поэтому загрузившись в повозку, мы поехали вдвоём.

Ехать действительно было недалеко. Вскоре мы притормозили перед большими и высокими воротами, они были сделаны из дерева, но покрашенные в чёрный цвет. К нам подошёл охранник, и герр Веймар показал ему какое-то удостоверение, после чего, правда, с некоторой задержкой, ворота открылись, и мы въехали внутрь.

Я уже навоображала себе всяких ужасов. Но, вопреки ожиданиям, внутри была симпатичная аллея, высокие деревья по краям которой были похожи на южные тополя, огромные, вытянувшиеся вверх, поскольку всё уже было осенним, то аллея напоминала оранжево-жёлтый проезд. В просветах между деревьями я, как мне казалось, разглядела какой-то водоём.

А вот дом, к которому мы подъехали, был неприятным, начиная с цвета и материала, и заканчивая тем, что в нём не было окон. Здание было серым, а, если присмотреться, то на всём здании были раскиданы маленькие слуховые или воздушные окошки, по сути, просто дыра где-то под потолком.

И мне стало понятно, что так выглядеть может только тюрьма

Когда герр Веймар остановил повозку, я всё ещё не была уверена, что надо идти в ту сторону.

— Мы пойдём туда внутрь? — спросила я.

— Да. Тот человек, на которого вы должны взглянуть, он находится именно там.

И у меня заныли все зубы, такое бывало и раньше, когда я сильно переживала, например, на экзаменах в школе или в институте. У меня всегда ныли зубы.

Вот и сейчас я одновременно хотела и не хотела видеть Тима. Хотела, потому что надо было убедиться, что он жив, а не хотела — потому что боялась увидеть что-то страшное.

Когда за мной захлопнулась тяжёлая дверь, на какое-то мгновение мне показалось, что меня не выпустят из этого здания, и, очутившись в полутёмном коридоре, мне стало зябко, как будто в спину мне подул холодный ветер.

«И что у меня за характер? — подумала я. — Надо было отказаться, дождаться мамы. Зачем я сюда пошла?»

Но внезапно включился свет, и я увидела обычный коридор, только длинный. В здании не было слуг, вместо слуг были военные.

Один из них подошёл к герру Веймару и чётко, по-военному, отчитался:

— Никаких происшествий нет, но объект продолжает упорствовать.

— Прошу, — сказал Веймар Гейтс, подходя к тяжёлой, как мне показалось, железной двери. — Вы готовы?

— Нет, — сказала я, отчего-то внутри похолодело, и мне захотелось сбежать.

Но Веймар Гейтс уже распахнул дверь.