Глава 22

*** Тиана тау Рэврей***

А всё же это свидание-свидание-свидание!

Клайд закружил меня под только ему слышную музыку, и у меня дыхание перехватило: а он хорошо танцует! Зверята радостно кинулись нас догонять, мгновенно включившись в игру.

О, теперь я поняла, насколько коварен был замысел капитана! Разве можно противостоять этим милахам, не позволяя им в себя «врезаться»?! С хохотом от них уворачиваясь, я не забывала краем глаза следить за Клайдом: мы же «танцуем», не так ли? Хотя, чего уж там, несколько раз я разрешала малышам «догнать» себя, чтобы их запал не иссяк.

Капитан взирал на это с лёгкой улыбкой и никак не реагировал. Однако в моей голове против воли то и дело звучал его ехидный голос: «Пробитие, Рэврей! Ещё и ещё! Ты, верно, покончить самоубийством решила?»

Но в реальности дело обстояло совершенно иначе. Он терпеливо замедлялся, ничем не демонстрируя раздражение, ждал, пока я разберусь с развеселившимися гибридами, и вновь выполнял повороты, рывки вперёд и прочие па, которые мне следовало синхронно с ним повторить.

Вот почему он такой?.. Зачем вдруг решил сменить тактику и показывал мне то… От чего у меня начинало трепетать и подпрыгивать сердце: улыбку и обворожительные складочки у рта… Взгляд, тёплый и ласковый, с лёгкой загадочной поволокой, от которого у меня всё внутри судорожно подрагивало и хотелось укутаться в плотный кокон из щупов, чтобы Клайд не смог догадаться об охватившем меня смятении…

А волосы?! Зачем он покрасился?! Просто, чтобы, как и обещал, поддержать меня?.. Какая глупость, не смешите… А если нет, тогда зачем?.. Зачем…

Столько вопросов, а ответа ни одного. Кроме того, что я… Нравлюсь капитану?..

Ещё одна мысль, от которой сердце в груди странно переворачивалось…

Я окончательно запыхалась.

Судорожно втягивала в себя кислородную смесь, отчаянно понимая, что так делать нельзя. Но из-за колотящегося в груди сердца лёгкие неумолимо требовали дать им ещё и ещё!.. А это значило, что очень скоро из-за повысившегося в крови кислорода я опьянею. У меня закружится голова, накатит неуёмное веселье… И в тот самый момент это станет сигналом, что подниматься на поверхность мне нельзя. В противном случае кровь закипит от образующихся в кровеносных сосудах азотных пузырьков и… меня ждёт смерть.

Но это если бы я погружалась на глубину в реальных условиях в океане. Здесь же, судя по размерам отсека на карте, такой опасности не было. Поэтому… ничего же страшного не случилось, правда?..

– Тиана, ты слишком часто дышишь, – раздался в шлеме взволнованный голос Клайда.

– Всё в порядке, капитан… – проговорила я. Осознала, что дико пришепётываю, и хихикнула над собой. Ойкнула, что безбожно палюсь и поспешила исправиться: – Я в норме, чесслово… – да, блин! Последнее словосочетание смазалось в единую кашу, и капитан помрачнел. Проигнорировав мои заверения, направился ко мне.

Икнула, хихикнула и остановилась, махнув перед собой рукой, отгоняя разыгравшихся малышей-гибридов и стайку каких-то рыбёшек, привлечённых светом фонаря на шлеме. Но, скорее уж, даже не из-за этого, а потому что мне стало невероятно жарко.

Фух! Духота в этом шлеме просто непереносимая! Лицо так и пылало от прилившей к щекам крови… В голове нарастал гул, и в висках запульсировало от подкрадывающейся головной боли. Пока ещё слабой, но я понимала, что скоро она усилится.

Нужно контролировать дыхание… Нужно контролировать… Ч-чёрт… И почему капитан такой кр-р-расивый?..

Клайд подплыл. Вовремя успел схватить мои руки, прежде чем они против воли нажали кнопки открытия забрала на шлеме… Оценил моё состояние и строго отчеканил:

– Всплывать нельзя, у тебя перенасыщение кислородом.

Я икнула и поторопилась скрыть это за нарочито вредным бормотанием:

– И что? Насколько помню, этот резервуар не настолько велик, чтобы… – «у меня развилась кессонная болезнь» я не успела договорить, потому что снова икнула. Но в этот раз невероятно громко.

Клайд помрачнел. Схватил меня за руку и огляделся, словно выискивая что-то. Одновременно с этим увещевал:

– Верно, он не настолько глубокий. Поэтому нужное давление, равное двадцати метрам ниже земного уровня моря, здесь создают приборы…

Так вот почему у меня с самого начала было ощущение, будто у меня уши заложило!..

Не увидев искомое, капитан тихонько засвистел, и этот звук, искривлённый динамиком шлема, резанул по ушам. Я ойкнула и зашипела от мерзкого ощущения. Собралась спросить, не вознамерился ли он меня оглушить, как неожиданно ему ответили.

Этот звук, вернее, едва уловимая вибрация, волной прокатился мимо нас, и отчего-то переполошил малышей-гибридов. Демонстрируя сильный испуг, они кинулись в ближайшие заросли широколиственных водорослей и спрятались там. Звук, похожий на мелодичные трели, повторился снова и снова… И стало понятно, что существо, исторгающее его, велико́.

Теперь и меня взволновал вопрос, что же за тварюшку такую призвал Клайд свистом? Я ожидала увидеть кого угодно, от гибрида акулы с осьминогом до более редкого вымершего инопланетного монстра, жуткого и опасного, но… Не удержалась от восклицания, когда из непроглядной водной темноты появилась… косатка! Настоящая, с Преосвященной Земли! Позабыв, что на мне шлем, я потянулась ладонями к глазам в желании протереть их, чтобы убедиться, что косатка – это не галлюцинация от опьянения кислородом. Руки натолкнулись на прозрачную преграду забрала, и тогда я ущипнула себя. За ягодицу.

Ойкнула и потёрла засаднившее место: хватанула пальцами от души, наверняка останется синяк… А животное меж тем, показывая своё расположение, легонько ткнулось носом в протянутую к ней руку Клайда: мол, звал меня?

– Рэврей, – проговорил капитан, ласково поглаживая стрекочущее от удовольствия животное, – позволь представить тебе сокровище станции, старушку Касю!

Косатка, словно понимая, что говорят о ней, элегантно кувыркнулась вокруг своей оси, покрасовавшись белым животом, и мелодично засвистела. Я, открыв рот от обуявших эмоций (всё-таки существо размером с дальнобойную торпеду не могло не произвести сильнейшего впечатления), могла на это лишь ошеломлённо таращить глаза.

– На самом деле, – капитан кашлянул и смутился, – у этой красавицы невообразимо длинное имя, на зависть любому императору… Но студенты, решив, что она – самый лучший символ станции, стали называть её по аббревиатуре, просто Кася… – обратился к косатке: – Но она была ничуть не против, не так ли, уважаемая?

Кася распахнула пасть, выставив острые треугольники зубов, широкий язык, и, стрекоча, активно закивала головой, словно подтверждая.

Я шумно выдохнула: вот это да!.. Протянула руку, чтобы погладить красавицу, но замерла, опасаясь, не отхватит ли она мне её по локоть? Но Кася оказалась вполне милой и сообразительной бабушкой: поняв, что меня охватила робость, косатка повернулась и сама ткнулась носом в мою ладонь. Пискнув от удовольствия, я тут же принялась её наглаживать, и Кася ответила мне мелодичными трелями. А когда я, окончательно опьянев от счастья и в край обнаглев, прижалась к её боку, в желании потискать эту милоту, косатка задвигалась плавнее, чтобы ненароком не травмировать меня.

– Я знал, что Кася тебе понравится, – бархатно пророкотал Клайд, с улыбкой на нас поглядывая. На его лицо набежала лёгкая тень, и он мрачно пробормотал: – Но то, как она к тебе липнет, Рэврей, лишь доказывает мои опасения, что твой организм отравлен и тебе сейчас нельзя подниматься на поверхность… – на мои удивлённо вскинутые брови капитан пояснил: – Видишь ли, Кася — не только производитель ценных яйцеклеток для создания умных гибридов, но также обучена определять студентов, которым грозит кессонная болезнь…

Я удивлённо посмотрела на косатку, и она, будто предлагая прокатиться на её спине, поднырнула под меня. Клайд хмыкнул, что можно было трактовать лишь в одном ключе: мол, я же говорил.

– Думаю, не стоит расстраивать такую очаровательную спасительницу, принять предложение и прокатиться на её спине до специального лифта с декомпрессионной камерой, – проурчал Итан, и мне на мгновение в его тоне почудились предвкушающие нотки.

Плывущее сознание едва успело зафиксировать тревожную мысль, о чём-то предупреждающую, как Кася снова мелодично засвистела и слегка толкнула меня спиной в живот, предлагая ухватиться за её плавник. Из моей головы всё мгновенно повылетало.

Не желая разочаровывать столь милую леди, я соскользнула по её спине ниже и уцепилась за киль плавника. Клайд последовал моему примеру, но устроился с другой стороны спины, чтобы Касе было удобно нас нести. Косатка коротким возгласом возвестила о готовности, точно прогулочный теплоход, и, не получив в ответ воспрещающих сигналов, грациозно поплыла вперёд.

У меня дух перехватило от восторга. Головокружение усилилось, и что-то на краю сознания блекло пискнуло, что даже не будь у меня до этого отравления, оно наверняка произошло бы сейчас: слишком уж быстро я втягивала кислородную смесь, глоток за глотком…