Глава 9

Кажется, мне требовался психолог. Потому что уже второй парень, который мне понравился, оказался негодяем… И это наталкивало на определённые размышления: у меня уже сложился в голове определённый мужской шаблон или ещё нет? В любом случае от этой дряни нужно срочно избавиться, как от вшей. Просмотришь одну гниду, и всё – их уже полная голова.

Нет-нет, у меня их никогда не было, но в книгах читала, что именно так всё и происходит. И да, под противным насекомым я подразумевала капитана Клайда: как поступающей мне пока неизвестны многие правила академии. Поэтому не обязательно было цедить таким тоном про генные классы. И уж тем более вспоминать про тот случай…

Хотя, виноват, конечно же, он! Не окажись Клайд мерзавцем, ещё в кабинете Скайловски дал бы понять, что я ошиблась. А вместо этого сидел и слушал, какую ересь я несла по пьяной лавочке… А после воспользовался, чтобы унизить, ткнув меня, точно щенка, носом в собственную кучку… Гад? Конечно же, гад!

И вот с ним на год в связку?!

Ни-за-что.

Капитан передал меня из рук в руки доку и ушёл. Похоже, его присутствие на тесте не требовалось. Впрочем, я этому обрадовалась: решила не терять времени напрасно и сразу сдать необходимую для курсантов медкомиссию.

А то знаю я их… Сейчас «да», а потом, когда выяснится, что я не подхожу для связки, сразу пойдут на попятную… Нет уж! Обещали, что я уже принята? Вот пусть и соблюдают договорённости.

О чём и известила дока, потребовав у него при мне оформить все необходимые документы. До тестирования. Док крякнул от такого заявления, но противиться не стал. И лишь после того как он продемонстрировал мне планшет, я позволила надеть на себя шапочку с торчащими в разные стороны пучками электродов.

В целом тестирование на связку основывалось на реакциях мозга: записывались волны при стандартных цветовых, звуковых и пси-тестах. Результат сразу вносился в компьютер, но на его обработку требовалось время.

Я решила лично дождаться окончания, чтобы быть уверенной, что меня не пытаются надуть. А пока машина подсчитывала и соотносила данные, прошла медкомиссию.

Но, вернувшись в кабинет дока, сразу поняла, что я попала…

Который уже раз за сегодня?..

При моём появлении майор Рупп вскочил, странно дёрнулся, словно не зная, как быть… Так обычно вели себя люди, которые узнавали про мой высокий генный статус… И подтверждение этой догадки не заставило себя ждать.

– Принцесса… – просипел док. Его голос надломился, и док закашлялся, прочищая горло. – Должен ли я сообщить вашему отцу о вашем местонахождении?..

Фух! Значит, ещё не сообщил… Это намного облегчало дело…

Придав себе положенный надменный вид, я холодно бросила ему:

– Нет, я здесь с его позволения. Я же просила не делать генетического теста! – всё же не удержалась от укора.

Рупп теребил в руках планшет, явно не зная, куда деть руки. С глазами была та же беда: он метался взглядом по кабинету, лишь бы только не смотреть прямо на меня. Оправдался:

– Мне пришлось… Ваши пси-волны намного превышают средний генный класс, а по документам вы числитесь как «тау»… Я подумал, что имею дело с самородком, уникумом!.. А оказывается, что случайно разоблачил ваше инкогнито… – наконец посмотрел на меня: – Простите…

А… Ой…

Нет, я знала, что подобное возможно. Поэтому намеренно сдерживалась во время пси-теста и допускала глупые ошибки одну за другой… Выходит, у меня не получилось обмануть компьютер? Жаль-жаль…

– Сила пси-энергии зависит от высоты волн мозговых колебаний, – будто подслушав мои мысли, пояснил док. – Невозможно их контролировать. А по поводу совместимости на связку…

– Я против! – поторопилась перебить его.

Раз уж мой а-аалеф-статус стал известен, то к чему теперь скромничать? Я не дам согласия — и точка. И никто не посмеет мне перечить. Пусть ищут другую дурочку, которая будет год терпеть этого невыносимого мужлана, капитана Клайда!

Для пущей убедительности, что мои слова не пустые, а являются приказом, гордо вздёрнула подбородок и добавила:

– И я запрещаю вам кому-либо говорить, кто я!

Док сник и растерянно развёл руками:

– К сожалению, по Уставу академии я обязан сообщить о вас ректору… Нет, для других ваша конфиденциальность таковой и останется, но, по правилам, полковник Ноктис должен быть в курсе.

А… Надо же… Так я не единственная, кто скрывает свой статус? Теперь мне было ясно, почему в академии не принято использовать генные приставки к имени: какой смысл, если правда не соответствует действительности? Стало даже интересно, а учился ли тут кто-нибудь а-аалеф-класса? Сомневаюсь. Скорее всего, я первая. Может быть, это был кто-то из «бет» или «гамма»? Кровь высшая, жёсткие рамки те же, а вот дури в мозгах не в пример больше, чем у алеф…

Последнее прозвучало в голове недовольным голосом папеньки, и я не сдержала фырканья – кто бы говорил! Но торопливо вернула на лицо равнодушно-высокомерную маску, потому что в кабинет вломился полковник Ноктис. Выглядел он так, словно бежал до медкорпуса по лестнице, а не спускался на лифте.

– Ну?! Не подходит?! – выпалил с порога и лишь после этого позволил себе отдышаться, согнувшись и держась за левую сторону груди.

Док покосился на меня и медленно ответил:

– Напротив… Я бы даже сказал, что лучшей связки для Итана нам и не найти… – протянул планшет полковнику.

Брови Ноктиса поползли вверх, поэтому я поспешила сообщить и ему свою позицию:

– Я против связки. Мой ответ: «Нет».

Всё, дорогие. Ваш замысел рухнул. Одно дело – запугивать и давить на малышку-тау, и совершенно иное – идти поперёк а-аалеф, а тем более – наследной принцессы. Моё слово – закон, если иного не предусматривал Свод Правил Семьи.

Ноктис озадачено посмотрел на Руппа, но тот развёл руками: мол, а я что могу?

Тогда ректор кивком на дверь приказал ему выйти, махнул мне ладонью на кресло, предлагая сесть, а сам поставил напротив стул и тоже сел. Замялся, повздыхал, буравя взглядом сцепленные на коленях в замок руки, и, наконец, выдал:

– Ваше высочество, признаться, теперь я совершенно не понимаю, почему вы так стремитесь попасть на пилотно-исследовательский факультет…

– На специально-элитный, – поправила его я.

– Да, верно… И всё же?

Я пожала плечами:

– Чтобы впоследствии попасть в ряды пилотной команды главного императорского флагмана, – и закатила глаза: мол, чего непонятного-то?

– Да, но зачем? – не унимался полковник. – Вы собираетесь посвятить свою жизнь службе на нём?

Э… Нет, конечно же. Я понимала, что рано или поздно мне предстоит выполнить свой долг перед Семьёй, выйти замуж и родить детей… Да и Ноктпу! Должна же я понять, как помочь маленьким пу, чтобы они стали снова размножаться?

Видимо, размышления отразились на моём лице, потому что Ноктис констатировал:

– Тоже нет. Тогда позвольте узнать истинную цель вашего стремления попасть на флагман? Если не секрет, конечно…

На самом деле цель моя была достаточно проста: я всё так же хотела познакомиться с женихом, назначенным мне Лабораторией. Но если раньше я желала отговорить его от брака со мной, чтобы иметь шанс выйти замуж за Троя, то после предательства этого негодяя я захотела удостовериться, что выбранный Лабораторией а-аалеф не является таким же мерзавцем и достоин занять Трон Ноктпу. Если же нет, то я намеревалась просить отца приложить все силы, чтобы не позволить этого: пу нуждались в защите. А подобные Трою, скорее уж из личной выгоды, распродадут жителей планеты как редких рабов, а не станут радеть за их благополучие. Если мои опасения окажутся верны, то я попрошу отца лишить моего будущего мужа не только права занять Трон, но и вообще посещать планету. А чтобы наш брак был признан Семьёй действующим, замороженного семени будет вполне достаточно. Сам супруг может заниматься всем, чем ему угодно: завести любовниц, пить-гулять или продолжать летать на императорском флагмане – мне всё равно. Лишь бы он был подальше от Ноктпу.

Но это если он окажется негодяем. Хотя я искренне надеюсь, что нет.

Ректор покорно ждал ответа, и я решила, что нет особой беды, если посвящу его в свои планы. Но только в общих чертах.

– Там служит мой жених, и я просто хочу познакомиться с ним до брака, – и состроила невинное выражение лица: мол, вот такие чудачества у богачки.

Вопреки моим ожиданиям, Ноктис не нашёл моё объяснение смехотворным. Задумчиво покивал и уточнил:

– То есть вы просто хотите попасть на флагман, чтобы встретиться с ним? По сути, вам не нужна учёба ни на специальном элитном подразделении, ни уж тем более на пилотно-исследовательском?

Из его уст моё желание прозвучало как несуразное: зачем прикладывать столько усилий к тому, что можно получить по щелчку пальцев? Скажи я отцу — и главный флагман мы посетили бы в кратчайшие сроки. Шумно, помпезно – как и положено императору Ноктпу и его многочисленной свите.

– Огласка может поставить моего жениха в неловкое положение. Не думаю, что это оставит в нём приятное первое впечатление обо мне, – нашла уместным пояснить.

Ректор опять задумчиво нахмурился. Помолчал, о чём-то тяжко размышляя, и произнёс:

– Тиана… Я могу вас так называть? – я великодушно кивнула, и он продолжил: – Давайте начистоту. Перед Итаном, капитаном Итаном тау Клайдом, у меня невообразимый долг чести: он спас моего сына. Можно сказать, не просто вытащил буквально с того света, а принял удар на себя, пожертвовав здоровьем своих пси-щупов…

Мои брови непроизвольно взлетели к макушке: пси-способности у тау? Но полковник проигнорировал моё удивление и продолжал:

– Полагаю, как представитель класса с ярко-выраженными пси-способностями, вы можете понять, каково это — получить их невосполнимую травму…

Я пожала плечами, но всё же была вынуждена согласиться: скорее всего, состояние не из приятных. Однако возразила:

– Капитан вполне может найти пару для связки среди уже состоявшихся пилотов-исследователей… Зачем же ему, герою, – всё же не удержалась от ядовитой нотки, – какие-то зелёные кадеты? А тем более совершенно желторотые первокурсники?

– В том-то и дело, что не может! Он и так был для всех, точно кость в горле… А после травмы его вовсе стали сторониться…

Я качнула головой, что понимаю: тау с пси-возможностями — это как единственный гений среди двоечников. Отличников не любят нигде…

– Управление дало Итану срок в месяц на поиск связки… В противном случае его карьера как пилота-исследователя будет окончена… Но я не могу допустить, чтобы это произошло с человеком, который такой великой ценой спас моего сына! Это мой долг чести… Моё бремя… И я прошу… Нет, умоляю! Я выполню всё, что вы пожелаете, принцесса!

Ноктис с такой надеждой посмотрел на меня, в искреннем отчаянии заломив руки, что на секунду мне показалось, что он вот-вот бухнется передо мной на колени. Поэтому поспешила повелительным жестом руки остановить его. Придала лицу то холодное выражение, которое часто использовал мой отец, заключая сделки с другими правителями, и с нажимом выдала:

– Полковник, исполняя свой долг чести перед капитаном Клайдом, вы втягиваете в это меня и перекладываете свой груз на мои плечи… Вы же понимаете, что если я соглашусь, то невосполнимый долг чести у вас уже будет передо мной?

Ректор сел ровно, расправил плечи и, глядя мне прямо в глаза, твёрдо пообещал:

– Я клянусь исполнить ваше желание: вы попадёте на главный императорский флагман и встретитесь со своим женихом! – и пока рыбка не сорвалась с крючка, поспешно добавил: – Ваше инкогнито останется для всех секретом.