ГЛАВА 11

Лейла полагала, что успела похудеть в тот вечер на несколько фунтов. Ее терзали сомнения: сумеет она осуществить свой план или нет? Она в первый раз изображала шпионку, все легко могло пойти не так. Вадим, безусловно, постарался ее подготовить, коротко объяснил, каким образом можно обмануть систему, а словоохотливый Никита помог уточнить детали. От него она узнала, какие элементы слежения сейчас включены, а какие нет. Лейла постаралась обставить все максимально четко и естественно, но на всякий случай не смотрела в объективы камер: вдруг выражение лица выдаст?

Ровно в восемь двадцать пять Лейла Гарсия добралась до центрального входа в посольство. Она торопилась: было уже поздно, и девушке хотелось скорее добраться домой. Миновав приемную, Лейла замедлила шаг, якобы копаясь в сумочке, приложила пропуск к считывающему устройству. Мигнул зеленый индикатор — данные записались. Задержав дыхание, Лейла нажала на кнопку ручного допуска и сделала шаг. Всего один, чтобы исчезнуть из поля зрения камеры. Тепловые датчики на входе отключили, двери закрывались автоматически через пятнадцать секунд — вполне достаточно, чтобы выйти. И все, когда створки вновь сойдутся, для всех стажерка окажется за пределами посольства. Увы, даже у самой совершенной системы безопасности существуют уязвимые места, а земляне не сочли нужным установить последнюю модель. Их можно понять: зачем переплачивать, если никто не собирается совершать ночные налеты на архив? Никто, кроме одного адмирала и его юной помощницы. Охрана существовала для галочки, потому как положена, не более. Альрит — город мирный, а радейцы с землянами не враждовали.

Вся жизнь пронеслась перед глазами Лейлы за те пятнадцать секунд. Она вжалась в стену и не сводила глаз с камеры. Вот двери закрыли, отсекая пути к отступлению. Отныне она преступница.

Когда же, когда она повернется! Мгновения напоминали вечность. Но вот, наконец, объектив с легким жужжанием обратился к пустым местам для посетителей, и Лейла, глубоко вздохнув, рванула обратно внутрь посольства. Отныне ей предстояло играть с системой слежения и понадеяться на остроту органов восприятия. Положим, Вадим сумеет стереть неосторожно попавшую в объектив девушку, но вот со встречей с охранниками он ничего не сможет сделать.

Но вот и коридор. Тут Лейла перевела дух и глянула на встроенные часы: восемь пятьдесят. Да, игры в кошки-мышки отняли немало времени, но оставшегося достаточно, чтобы впустить Вадима. Лейла помнила, какие изображения выводились на экраны пульта управления, этого коридора на них точно не было. Раз так, не нужно снова искать глазки наблюдения.

Пальцы сжали заветную флэшку.

Пульс зашкаливал. Лейла боялась умереть от небывалого выброса адреналина. Каждый вдох до предела раздувал грудную клетку. Кровь пульсировала уже не в жилах — Лейла могла поклясться, что ощущала биение сердца в ушах. Однако она двигалась быстро, не путалась в ногах и буквально через пять минут оказалась у нужного места. Охранники еще не вернулись с обхода, дверь была в том положении, в котором ее оставила уходившая последней Лейла.

USB-разъем манил и пугал одновременно. Она прислушалась и метнулась к головному охранному компьютеру. Трясущимися руками не сразу удалось утопить флэшку в разъеме. Тот всосал ее… и система перезапустилась. Лейла испугалась, попятилась к двери, но, бросив взгляд на мониторы, сообразила, что сотворила. Система слежения замерла в статичном состоянии! Прошла минута, а время на экране так и не изменилось. Землянин — гениальный хакер!

Осталось три минуты!

Лейла встрепенулась и понеслась к аварийному выходу. Оставалось надеяться, Никите не придет в голову вернуться прямо сейчас, иначе он заметит флэшку и вызовет полицию.

Магнитный ключ сработал с первого раза. Лейла замерла, вжала голову в плечи, но никакая сигнализация не сработала, ничего не завыло. Зато по ту сторону оказался Вадим. Он снова облачился в толстовку поклонника Ди Си и надвинул капюшон на лицо. Кивнув, Копылов скользнул внутрь и знаками показал — лучше молчать и держаться на некотором расстоянии. Он бы предпочел, чтобы она и вовсе осталась у аварийного выхода, но понимал, что это нереально. Лейла любопытна и не станет изображать мебель.

Вадим передвигался по посольству медленно, старательно сканируя окружающее пространство. Следовавшая за ним хвостом Лейла поражалась, как он умудряется распознавать скрытые коммуникации — и это полуслепой человек, который без очков беспомощнее ребенка.

— Сколько их? — Вадим таки прервал молчание.

Он не оборачивался, но знал — Лейла следует за ним тенью.

— Двое.

Копылов кивнул и замер, прислушиваясь. Она застыла вместе с ним. Показалось или со стороны пульта управления доносились голоса?

Раз. Два. Три!

Вадим, рассчитывая на эффект неожиданности и боевую подготовку, ворвался в помещение. Лейла зажмурилась. Вот сейчас раздастся пальба, замигает красными огнями система оповещения. Но минута текла за минутой, а ничего не происходило. Лейла отважилась открыть глаза и робко заглянула внутрь. Копылов пристроился возле экранов и быстро барабанил по экрану своего планшета. Он уже установил соединение с системой и закачивал туда свои файлы.

— Садись! — Вадим указал на второй свободный вертящийся стул. — Наши голубки ни о чем не подозревают. Вот они.

Пара нажатий сенсорных клавиш, и система послушно вывела изображение обоих охранников. Копылов увеличил их, проверяя на наличие оружия. Компьютер, повинуясь воле человека, создал трехмерные модели. Сотканные из света изображения повисли над полом. Вадим водил вокруг них руками, поворачивая в нужную сторону.

— Ничего серьезного, — вынес он вердикт. — Только шокеры.

Изображения мигнули и погасли.

— Я нашла тебя в базе, — поделилась Лейла найденной утром информацией. — Что могла, записала. Там наивысший гриф опасности!

— Кто бы сомневался! — криво усмехнулся Вадим.

Он придвинулся ближе к компьютеру и, то хмурясь, то расслабляя лицевые мышцы, следил за столбиками непонятных цифр. Они сменяли друг друга с неимоверной быстротой, Лейла недоумевала, как тут что-то можно понять, однако Вадим не только понимал, но и вносил изменения в код.

— Скоро мы взломаем защиту, и система станет нашей. Осталось немного, я уже контролирую камеры и датчики. С другим немного сложнее, но флэшка успешно справилась с заражением.

— А следов не останется? — забеспокоилась Лейла.

— Нет. Проверяющие найдут лишь секундный сбой. Военных готовят не только к отдаче приказов, мы в обязательном порядке изучаем информационные системы. Это Aisi-4, версия 1.3, стандартная сборка. На кораблях не так: систему в обязательном порядке дорабатывают, меняют заводские настройки.

Лейла кивнула, хотя толком ничего не поняла.

— А зачем мы все это делаем?

Следовало спросить раньше, но она полагала, Вадим просто собирался проникнуть в посольство и удалить данные о себе.

— Мы покупаем билет на Землю, Лейла, — не отрываясь от монитора, немного рассеянно ответил он. — Сейчас сделаем необходимые документы и завтра же улетим. Прямых рейсов нет, но оставаться на Альтере дальше опасно. Заодно выгуляешь новые наряды, для женщины это важно.

Рядом с ней зажглись два экрана. Оба отображали передвижения охранников. Копылов попросил следить за ними и подать сигнал, если Никита с напарником войдут в кабину лифта.

— Как тебе имя Елена?

Напряженная Лейла вздрогнула и ненадолго оторвалась от монитора.

— Елена Санчес, — Вадим вывел на экран досье на землянку. — Возраст подходящий, биометрические данные частично поменяем.

— Какая же я Елена! — усмехнулась Лейла.

Охранники сейчас на пятом этаже, движутся навстречу друг к другу. Куда они дальше? Наверное, к лифту.

— Зато она супруга финансового аналитика — то, что нужно. Я стану Андреем Санчесом.

— Уши, — Лейла оттянула пальцами длинную мочку. — При всем желании я не похожу на землянку.

— И не надо, Елена родилась на Центурии. В любом случае выбора у нас нет.

Она покосилась на изображение той, кого ей предстояло изображать. Ничего общего, хотя и не того же типа, как Вадим. Бровей нет, кожа отливает синевой.

— А зачем нам на Землю?

Ответ ей явно не понравится, но нельзя же промолчать.

— Мне нужен Ковальски и его приспешники, — заскрежетал зубами Копылов.

Месть подается холодной, у него было достаточно времени, чтобы все обдумать. Только вот как он собирается обмануть систему? Не искусственный разум, с которым можно совладать при помощи вируса или хитроумного кода, а государственную машину. К тому же он еще и слепой. Пусть очки значительно облегчили жизнь Копылову, но они не способны заменить полноценное зрение. Впрочем, оклеветанный адмирал никогда не рвался в бой без подготовки и знал, что умеренный риск всегда идет на пользу атакующему, хотя бы потому что противник не ждет удара. Так он выиграл не одно сражение. Сейчас ставки повысились, и рисковать Вадим собирался по-крупному. Другого шанса не будет. Для себя он решил: если дело зайдет слишком далеко, нужно взять Лейлу в заложницы. Тогда ее спасут и не объявят соучастницей, его же… Копылова так и так бы расстреляли. Он не собирался говорить Лейле о плане Б: пусть считает его преступником, предателем. Она неопытная, сломается на простейшем допросе, никаких датчиков не потребуется.

— Вадим, он сел в лифт! — ворвался в нерадостные думы встревоженный голос нречанки.

Она оперлась руками о панель и, прикусив губу, напряженно следила за одним из мониторов.

— Спускается!

Напряжение в комнате возрастало. Слишком рано, Вадим еще не успел заменить настоящую базу данных фальшивой.

— Кто? — не отрываясь от компьютера, отрывисто спросил он.

Пятнадцать процентов… Процессор работал с максимальной нагрузкой, но файлы не могли копироваться быстрее. Какая ирония судьбы — отдать пульт управления, головной компьютер посольства, сердце системы скучающей охране! Он мог в тысячи раз больше, чем подавать команды камерам наблюдения. Последние сейчас транслировали виртуальному наблюдателю, если такой существовал, мирную вчерашнюю статичную картинку.

— Никита. Может, отвлечь его? — Лейла покосилась на дверь. — Совру, что забыла банковскую карточку.

— Нет.

Может, охранник и недалекий парень, но для всех ее сейчас нет в посольстве. Копылов не для того потратил столько времени на инструктаж Лейлы, тщательно расспрашивал, выверял, чтобы все пошло насмарку. Любой полицейский, услышав о потеряшке с карточкой, догадается, что к чему.

— Тогда что же нам делать?

Лейла в панике заломила руки и расширившимися от страха глазами посмотрела на Вадима. Сейчас она напоминала олененка Бэмби или одного из обезличенных персонажей виртуальных игр. Копылов играл в такие в редкие минуты досуга. Они помогали оставить проблемы в реальной жизни; в виртуальной от него требовалось только методично исполнять миссии и спасать прелестных полуголых дев.

— Ждать. Глубоко дыши. Пять вздохов и один длинный выдох.

— Зачем? — не поняла Лейла.

Глаза ее бегали между сосредоточенным Вадимом и монитором с кабиной лифта.

— Чтобы успокоиться. Никогда не принимай решений, пока не абстрагируешься от эмоций. Лучше скажи, на каком он этаже.

Он все просчитал. Можно экстренно отключиться от системы и забрать флэшку. Тогда у них в запасе примерно четыре минуты, чтобы добраться до аварийного выхода. Достаточно. Запись камер в реальном времени включится не сразу — Вадим поставил таймер на шесть минут. То есть они ничем не рисковали, кроме как остаться без новых документов. Вот если бы охранники спускались с обеих сторон: в лифте и по лестнице, — пришлось бы немедленно уходить.

— На нашем, — чуть слышно пролепетала Лейла.

Неужели все потеряно, и они зря старались?

Рука Копылова замерла, готовая в любое мгновение отсоединить планшет.

Сорок процентов. Если бы можно было подгонять машину взглядом!..

— Куда направляется?

Вадим задавал вопросы сухо и по существу, как и положено военному высокого ранга.

Четыре минуты, нужно помнить о четырех минутах и вовремя их засечь.

— К центральному входу. Он проверяет сканер, Вадим!

Девушка чуть не задохнулась от радости. Никита торчал у входа, осматривал двери и сканер и не торопился накрыть злоумышленников в пульте управления.

— Прекрасно! — хмыкнул Копылов.

Его теория трезвой головы оправдалась. Деактивируй он порт, поддавшись домыслам, кусал бы локти, а так копирование близилось к завершению. Анкета Лейлы уже полностью обновилась, сейчас система занималась Андреем Санчесом, чьи данные нагло присвоил Вадим. Пришлось пойти небольшое изменение внешности, но это мелочи. Андрей идеально подходил по всем параметрам: росту, телосложению, форме носа и линии подбородка — всему тому, что не исправишь без пластической хирургии.

— Смотрит место администратора, — продолжала докладывать Лейла.

Она едва ли не прилипла к монитору, рискуя испортить себе зрение.

— А теперь он кофе пьет, Вадим! — с поистине детским недоумением пробормотала девушка и обернулась к напарнику. — Смешно, да? Стоит у автомата для посетителей и решает, сколько подсластителя добавить.

Сразу видно, Лейла не знакома с земными охранниками торговых центров. Для них кофе- и чаепития наряду с кроссвордами стали профессиональными обязанностями. Гены никуда не делись, вот и Никита валял дурака, а не стремился поскорее вновь очутиться у мониторов.

— Поздравляю, готово. — Копылов довольно улыбнулся и показал электронную анкету. — Запоминай. Придется устроить салон красоты в полевых условиях. Купи автозагар, а то для Елены ты слишком светлая.

— Бедные мои волосы! — вздохнула Лейла.

Скоро она забудет, что родилась блондинкой. Елена Санчес щеголяла волосами цвета красного дерева — не самый экстремальный выбор. Вот уши — проблема, но Лейла нашла ей решение — клипсы. Правильно подобранные украшения замаскируют вытянутые мочки. В остальном все в порядке. Вадим поменял рост и цвет глаз, линзы носить не придется, а вот ему они потребуются. Тип лица у Лейлы и Елены совпадал. Неудивительно, ведь он самый распространенный во Вселенной — продолговатый.

— Но как же мы без ай-ди? — запоздало вспомнила она о самой главной проблеме. — Без него не продадут билет.

— А ты почитай анкету Елены до конца, — ухмыльнулся Копылов.

Он выбрал уроженку Центурии не только из-за супруга: ее должность младшего атташе при земном посольстве давала право на ряд привилегий. Во-первых, дипломатическая неприкосновенность. Во-вторых, право бронирования билетов и проход таможенного и пограничного контроля в особом порядке, без предъявления ай-ди, по внутреннему номеру сотрудника. В-третьих, атташе при посольстве много, риск попасться минимален. Да и кто станет подозревать землянку — пусть Елена и родилась на другой планете, но еще в детстве получила земное гражданство, желая вернуться домой. Словом, пока пасьянс сходился, оставалось надеяться, не только в теории.

Молчаливое восхищение Лейлы польстило, но не затмило разума. Вадим отсоединил устройство, сунул флэшку в карман и минимизировал следы своего пребывания у пульта управления. После подхватил девушку под руку и быстрым шагом направился к аварийному выходу. Придется пойти на риск и оставить себе магнитный ключ, но их на держателе много, нерадивый охранник может не заметить пропажи.

Сердце Лейлы вновь било рекорды тахикардии. Она боялась, что из-за поворота вдруг появится второй охранник, завоет сигнализация, заклинит дверь… но преступники благополучно выбрались на пожарную лестницу. Вадим приложил палец к губам и на пару минут скрылся на техническом этаже, чтобы забрать одну маленькую, но крайне полезную железную пластину. Никаких скрытых свойств у нее не имелось, но земная смекалка делала ее незаменимой помощницей вора.

Теперь мнимым супругам Санчес предстояла финальная часть операции — выбраться на улицу. Сделали они это с помощью все той же пожарной лестницы.

***

— Даже не верится!

Лейла вертелась возле зеркала, осматривая новую себя. Которую по счету? Сходство с голограммой из базы данных посольства разительное. Средство легло идеально, затемнило серебристую кожу. Нречанка пожертвовала волосами и сделала модную графичную стрижку, чтобы еще больше походить на Елену Санчес. По ее представлениям младший атташе не носит воронье гнездо на голове. Земного выражения она, разумеется, не знала, но употребила схожее, местное — поцелуй Черной дыры.

Вспомнив былые времена, Лейла подвела глаза и густо накрасила ресницы. Все для того, чтобы немного скорректировать линию верхнего века. Идеал, к которому надлежало стремиться, застыл на экране планшета и настоятельно советовал с помощью контурного карандаша преобразить губы. Лейла владела секретами подобной маскировки и сумела избавиться от пухлой нижней губы.

Косметику и прочее, строго по списку, купил Вадим. Он довез девушку до гостиницы и пропал на полночи, а затем, уже утром, отправился за покупками. И категорически отверг попытку всучить ему банковскую карточку:

— Я мужчина, плачу тоже я. Отныне проблем с деньгами нет. Не люблю быть в долгу, поэтому проверь баланс карты.

— Но как?.. Ты связался с бандитами? — испугалась Лейла.

— Всего лишь добрался до служебного счета, — пожал плечами Копылов, — и перевел энную сумму на виртуальный счет. Сама понимаешь, в каждом городе полно людей, которые за процент готовы закрыть глаза на некоторые вещи.

Лейла со смесью страха и уважения посмотрела на спутника. В свое время она вот так пыталась добраться до своих денег, в итоге потеряла почти все. Но Вадим понимал в жизни больше нее и уж точно не попадется на уловки.

— И сколько там?

— Несколько сот тысяч, — небрежно ответил он и достал из кармана новый кусок пластика. — Ну, диктуй список.

Лейле не пришлось повторять дважды: она засыпала опального адмирала названиями декоративных средств известных марок. Вадим лишь тяжко вздыхал. Ему, как мужчине, все слова казались тарабарщиной.

И вот преображение состоялось, супруги Санчес обрели плоть и кровь не только на бумаге. А стажер земного посольства сообщила начальнице, что ее забрали родные. Лейла убедительно посетовала на горькую судьбу, не позволившую построить карьеру. Ложкой сахара в нем стало замужество. Роза поверила и пожелала молодым счастья, благо Лейла заверила, что брак по любви.

Впрочем, она звонила не только за тем, чтобы официально обставить свой уход. Хотела убедиться, что ночное вторжение прошло незамеченным. Вадим и тут показал себя мастером своего дела: никто не заподозрил, что в систему проник чужак.

— Ну вот, готово! — Сияющая Лейла обернулась к Копылову. — Мне пожелали кучу детишек.

— Хм, — мужчина задумчиво почесал подбородок, — а ты точно не хотела бы попробовать себя на государственной службе? Не конторской крысой, а тайным агентом.

— Да ну тебя! — Уши девушки предательски порозовели.

Не объяснишь же, что она старалась ради него. Ну и ради себя, конечно. Обидно пустить чужой труд насмарку.

— Ты совсем другой, придется привыкать.

Действительно, между Вадимом Копыловым и строгим мужчиной, так напоминавшим гостей Дакона Масинеса, не было ничего общего. Дело даже не в цвете глаз, стрижке и растительности на лице — он не стал бриться, чтобы лучше соответствовать образу финансового аналитика — в привычках, движениях. Вадим бы точно не выбрал такой сладкий парфюм и не кривил бы брезгливо губы, когда смотрел на экран новенького браслета. «Пришлось потратиться, — объяснил он очередную покупку. — Человека выдают мелочи». Лейла тоже не осталась обделенной, получила радированные клипсы и пару колец — государственных денег Копылов не жалел.

— А они нас не вычислят? Ну, не отследят, кто копался на счету?

Тревога медленно сгущалась в гостиничном номере и теперь обрела видимую форму.

Вадим хмыкнул и заверил, он позаботился о таких мелочах.

— Я знаю систему вдоль и поперек, оправдываться придется другому человеку.

Лейла понимающе кивнула. Показалось или она даже знала его имя? Маленький привет с того света для президента.

Копылов провел остаток дня за составлением маршрута и проработкой легенды. Они оба учились говорить и действовать как Санчесы. Лейла гордилась, что справилась с уроком первой: все-таки она вращалась в высшем обществе. Вадиму пришлось тяжелее, но Лейла помогла ему. О самом главном она пока не спрашивала. Впереди долгое межгалактическое путешествие, они успею все обсудить.

— Готова?

Когда последние лучи Радеи скрылись за горизонтом, Вадим взялся за ручку новенького чемодана-кейса и повернулся к Лейле. Они условились покинуть гостиницу в ночной час, чтобы изменившаяся внешность постояльцев не вызвала ненужных вопросов. За номер расплатились еще с утра, оставалось только сдать карточку на рецепцию.

Лейла кивнула и нервно сжала пальцы. Пожалуй, намечавшееся приключение затмит побег из дома. Он казался детской прогулкой — теперь ставкой стала жизнь.

Администратора на рецепции не оказалось, и Вадим без проблем выписался из номера.

Воздух обжигал прохладой. Разница дневных и ночных температур на Альтере порой достигала двадцати градусов по Цельсию.

Дойдя до перекрестка, вызвали такси, которое уже через пару минут везло авантюристов к космопорту. Лейла настояла, чтобы Вадим тоже сел на заднее сиденье, и теперь доверительно прильнула к нему, устроив голову на надежном мужском плече. Копылов не возражал, даже осторожно положил руку на девичью талию. Перегородка между салоном и водителем создавала атмосферу интимности, которую лишь усиливало приглушенное освещение. Никогда прежде они не оказывались столь близки — не в физическом, духовном плане. Хотя в физическом, пожалуй, тоже. Вадим ощущал тепло тела Лейлы, чувствовал легкий аромат, исходивший от ее волос, слышал мерное дыхание. Она так легко, без жеманства, сделала то, чего не получалось у многих его мимолетных подружек. Они могли улыбаться, ластиться, но оставались холодными, чужими. Лейлу же хотелось погладить по голове, зарыться пальцами в волосы, поцеловать. Вадим нахмурился и отогнал подальше последнюю мысль. Они всего лишь изображают супругов, не более. И все же его рука накрыла ее руку. Лейла переплела их пальцы. Она ничего не говорила, даже не посмотрела на него, следя за яркими пятнами мелькавших в окне огней, но этого и не требовалось, Вадим будто слышал ее слова: «Я с тобой, у нас все получится». Вселенной бы в уши!

— Приехали!

Голос таксиста разрушил волшебство.

Вздрогнув, Лейла отпрянула от Вадима, словно застуканная на горячем. На лице отразилось мимолетное смятение. Жаль, Копылову будет не хватить девичьей головки не плече. Пусть сейчас нречанка казалась такой взрослой, макияж землянина не обманет, для него ей всегда восемнадцать.

Мужчина расплатился, вызвал робота-носильщика и налегке, взяв мнимую жену под руку, направился к нужному гейту, минуя стойку регистрации.

Лейла жутко волновалась. Вдруг фокус с дипломатическим статусом не сработает, и сотрудники космопорта вызовут полицию? Она то и дело косилась на Вадима, заряжаясь его спокойствием. Только вот мнимое оно или напускное?

Прежде Лейле уже приходилось пользоваться особым выходом для ВИП-персон, обычно закрытым для посторонних, но никогда прежде она так не волновалась. Возле него дежурили две улыбающиеся женщины, а не привычные андроиды. Копылов скупо поздоровался, назвал фамилии и номер рейса. Сердце Лейлы на миг перестало биться. Сейчас все случится!

— Добро пожаловать на борт, касари, — дважды, обращаясь к каждому путешественнику, повторила одна из хостес авиакомпании. — Для нас большая честь видеть вас на нашем рейсе. Позвольте мне проводить вас и позаботиться о вашем багаже.

Даже Дакона Масинеса не обслуживали с таким почтением. Хостес суетилась вокруг них, настраивала кресла, приносила напитки. У нее не возникло и тени сомнения, что перед ней супруги Санчесы.

Флайерботу предстояло доставить пассажиров на Оруну, где, по словам Вадима, уже сел нужный лайнер — первый из двух, на котором предстояло добираться до Земли.

— Все хорошо? — заботливо поинтересовался Вадим, когда хостес удалилась, задернув плотную штору.

Отсеки бизнес-класса делали двухместными и старались идеально изолировать от остального салона. Во флайерботах старого поколения довольствовались общей дверью между двумя классами и шторами в каждой кабинке; во флайерботах нового поколения, как тот, который сейчас готовился к взлету, отсеки оборудовались дополнительной дверью с кнопкой открывания и закрывания.

— Вполне, — Лейла устало улыбнулась и повертела головой. — Тут нет камер слежения, жучков и прочего? — наклонившись к землянину, шепнула она.

Копылов на несколько минут умолк, исследуя кабинку.

— Нет. Разве ты прежде не летала в таких? Твой отец ведь…

— …один из самых влиятельных людей Нрека, если не всего Млечного союза, — с оттенком обреченности закончила Лейла. — И да, мы летали и ездили на всем, на чем только можно, когда отец считал нужным брать меня с собой. Обычно для установления новых контактов, где семья или красавица-дочь могли смягчить несговорчивых политиков, помочь выбить выгодные условия. Я привыкла быть частью бизнеса, Вадим, еще одним рычагом давления. По замыслу отца, должна была в будущем занять его место, но не сложилось. Маму он почти не трогал, ее дело — дом, как и любой богатой замужней нречанки.

Еще год назад Лейла не сделала бы этого, а теперь нажала кнопку вызова стюардессы и заказала коктейль. Ей требовалось расслабиться, а ни спа, ни комнаты релаксации на борту не наблюдалось.

— Почему не сложилось? — осторожно поинтересовался Вадим, когда дверь снова закрылась.

— Дура, — равнодушно пожала плечами Лейла и пригубила бледно-желтую жидкость. — Я умею танцевать и играть на арфе, но совершенно не смыслю в управленческих процессах и кинетике. Перед тобой самая бездарная наследница во Вселенной.

Она отсалютовала спутнику бокалом и, ловко подцепив, отправила в рот подобие вишенки из замороженного фруктового пюре.

Копылов бы поспорил с самоуничижительным определением. Если бы все дуры мыслили как Лейла, средний айкью Галактики повысился бы на десяток пунктов. А она еще и играет. Наверное, арфа в том пластиком футляре, который нречанка бережно упаковала поверх всех вещей.

— А я вот никогда не летал бизнес-классом, — Копылов попытался немного скорректировать ее самооценку, — ощущаю себя неандертальцем.

— Кем? — не поняла Лейла.

Пришлось объяснить. Она внимательно слушала и кивала, а Вадим исподтишка наблюдал. Лейла точно не дура: на ее лице отразилась работа мысли. Она не ограничилась неандертальцами, а попросила рассказать обо всех предках современных людей. А также поделилась краткими сведениями о своей планете и шутя пообещала опекать Вадима.

— Раз ты такой беспомощный, я проведу тебе экскурсию по всем бизнес-классам на этом пути.

— Увы, — подыгрывая ей, развел руками Вадим, — прежде мне доводилось летать только на боевых кораблях; очень редко и очень неохотно — на гражданских фугелях эконом-класса.

— В качестве пассажира или пилота?

— В качестве курсанта в увольнительной.

Он не знал, как затронуть щепетильную тему, но ее нужно поднять, чтобы подготовиться к возможным неприятностям. В итоге не стал ходить вокруг да около и спросил прямо:

— Как зовут твоего отца?

Лейла мгновенно помрачнела и замкнулась в себе. Пальцы вцепились в ножку бокала.

— Ты мне не доверяешь?

Поведение нречанки больно резануло. Вадим и не предполагал, что отреагирует столь резко. За немногие дни, проведенные рядом с Лейлой, она стала своей, родной. И вот теперь его оскорбили недоверием.

— А ты мне? — она предпочла ответить вопросом на вопрос.

— Безусловно, — Копылов ответил быстро и без запинки.

Она сама должна была это понять. Вряд ли люди в его положении откровенничают с обычными знакомыми.

— У Земли наверняка тоже есть контракты с корпорацией Масинес.

Лейла начала издалека: так проще решиться. Алкоголь стал хорошим помощником, губы размыкались охотнее. Она говорила и внутренне сжималась от страха. Сейчас решалась судьба их отношений. Рассыплется ли иллюзия близости — или наоборот обретет материальность, окрепнет.

Вадиму не понадобилось дополнений, он догадался.

— Имя настоящее?

Лейла кивнула и залпом допила коктейль. Двигатели только заработали, а так много всего произошло!

— Понятно.

Она даже обиделась. «Понятно» — и все? Лейла ожидала какой угодно реакции, только не равнодушия.

— И ты ничего не добавишь?

— Теперь мы знаем всю подноготную друг друга, — улыбнулся Вадим. — Прости, но с господином Масинесем я не знаком, проникнуться трепетом не могу. Да и не фамилия или статус определяют человека, а его поступки.

Лейла кивнула и облегченно выдохнула. Теперь можно расслабиться, ведь очень скоро, в космопорту Оруны, снова потребуется максимальная собранность.

Полет прошел без инцидентов, и в назначенное время флайербот коснулся взлетной полосы курортной планеты. Супруги Санчес по особому трансфертному коридору прошли к стойке регистрации исполинского космического красавца — лайнера «Эскуро». Лейла любовалась им сквозь панорамные окна космопорта. Пожалуй, размерами он превосходил «Андромеду». Страшно подумать, во сколько обошлась каюта первого класса, которую забронировал Вадим. Он не посвящал ее в финансовые вопросы и без тени смущения тратил позаимствованные у государства деньги. По его словам, на «Эскуро» имелись также джуниор-сьюты и люксы, но он подумал, что атташе и финансовому аналитику они не по карману.

Процедура прошла по схожему сценарию: никаких ай-ди не потребовалось, и вскоре пара авантюристов оказалась в холле «Эскуро». О багаже позаботились роботы-носильщики.

Чуть слышно пиликнула карточка гостя, и дверь номера отворилась. В нем пахло ванилью — горничные включили ароматизатор. Пока Вадим осматривал номер на предмет безопасности, Лейла с интересом оглядела каждый угол. Двуспальная кровать, стереосистема, встроенный поворотный экран, климат-контроль. Диван с мягкими подушками, столик и рабочий уголок. Еще один бонус — букет живых цветов. Иллюминатора нет, зато есть экран, проецирующий изображение снаружи. В санузле ванная с широкими бортиками и душевая кабина с несколькими режимами. Повсюду купальные принадлежности с эмблемой лайнера. Словом, все достойно, на уровне.

— Устраивает?

Вадим подошел со спины, напугав.

— Разве я похожа на принцессу? — рассмеялась Лейла. — Мое единственное большое космическое путешествие проходило в такой же каюте.

— С одной большой кроватью? — подначивал Копылов.

— Тебя это смущает? (3303c)

Он просчитался — девушка не отреагировала.

— Это должно смущать тебя, но раз нет, пойдем изучать корабль. Впереди у нас неделя относительного спокойствия, сможем даже немного повеселиться.

Лейла не возражала. Не сидеть же в каюте! Только теперь, попав на «Эскуро», она поняла, что успела соскучиться по некоторым атрибутам прежней жизни, прежде всего по комфорту. Надоело спать на жестких узких кроватях, питаться концентратами и полуфабрикатами, абсолютно все делать самой.