ГЛАВА 13

Лейла сидела в полукруглом кресле в кабинете отца и подозрительно посматривала на голубую жидкость в стакане. Врач заверял, что там успокоительное, но она подозревала — транквилизаторы, смешанные со снотворным.

Дакон Масинес устроился рядом, по такому случаю оставив пустым место за массивным столом с тремя встроенными интерактивными экранами. Один управлял бортовыми системами, второй заменял коммуникатор, третий представлял часть ультрасовременного компьютера. Владелец межгалактической корпорации всегда на связи, всегда в работе, но не сегодня. Высокий, широкоплечий, с пронзительными желтыми глазами, он наводил страх и трепет на подчиненных, а сейчас и на собственную дочь. Внешне она многое унаследовала от него: и оттенок кожи, более светлый, нежели у матери, цвет радужки, треугольную форму лица; фигурой пошла в мать, более изящную, пусть и тоже высокую, как все нречанские женщины. Серый костюм пилота и обычно распущенные бронзовые волосы, собранные эластичной резинкой, подчеркивали — привычный распорядок жизни нарушен, и Лейле придется ответить за внесенный в нее хаос.

— Итак, потрудись все объяснить.

Дакон не разменивался на длинные вступления и сейчас остался верен себе. Он всегда предпочитал дело, требовал от подчиненных излагать только голые факты. Обстановка кабинета на космической яхте во многом перекликалась с его характером — строгая простота и высокие технологии. Встроенные полки для экономии пространства, встроенный сейф с поворотным механизмом, спрятанный за голографическим экраном. Много металла, мало плавных линий, в углу — одинокое колючее растение с крупными алыми цветами. Оно вносило капельку уюта в строгий интерьер.

— Ты и так все знаешь.

Лейла старалась не поддаваться на провокацию, не опускать глаз. Она обязана стать сильной, чтобы заработать право самостоятельно выстроить свою судьбу.

Дакон поднялся, нависнув над дочерью во весь немалый рост, и, чуть прищурившись, поинтересовался:

— Ты знаешь, во сколько обошелся мне твой побег?

— В пару сорванных контрактов?

Уверенность в собственных силах стремительно испарялась, и, чтобы не растерять ее вовсе, Лейла тоже встала, лишив отца одного из способов давления.

— Ты поставила под угрозу будущее нашей семьи, нанесла серьезный удар по репутации нашего бизнеса.

— Сам виноват, — пожала плечами она. — Я не скрывала, что ничего не смыслю в управленческих процессах.

— Однако тебе предстоит возглавить фирму после моей смерти. Тебе или твоему мужу. Выбирай!

Только вот выбора Дакон не предоставил.

— Ни то, ни другое. Отец, оставь меня в покое!

Нрек нажал на кнопку вызова, и официант принес ему бокал ледяного напитка.

Лейла терпеливо ждала второго раунда борьбы. Она понимала — отец так быстро не сдастся, тяжелая артиллерия еще не вступила в бой.

Дакон Масинес не торопился. Со стороны казалось, что он наслаждался напитком, смаковал его на языке.

Следующий удар он нанес без предупреждения:

— Твои результаты тестов недостойны даже клерка отдела документооборота. Я поговорю с Лайсо.

Лейла мысленно застонала: так звали того самого партнера отца по бизнесу, которого она сразу невзлюбила.

— Свадьба через три месяца, — добил Дакон.

— Но отец!

Нрек отмахнулся от нее, как от пылинок в воздухе.

— Если ты не способна учиться, станешь женой. Корпорацию унаследует твой сын. Я не хотел делиться бизнесом, но ты не оставила выбора. И благодари меня за отсутствие наказания.

Лейла тихонечко застонала. Брак с лысым Лайсо хуже рабства!

— Никаких занятий музыкой, — расхаживая по кабинету, монотонно продолжил Дакон. — Лично проверю комнату и сотру все файлы. Запрет на выход из дома до свадьбы, блокировка всех счетов. Я поговорю с Лайсо и посоветую не тянуть с ребенком, сразу сдать материал в лабораторию. Материнство исправит твой характер.

Лучше бы ее лапали посетители «Вишенки»! От мысли об интимной близости с Лайсо тошнило, а процедура искусственного оплодотворения и вовсе вызывала дрожь. Вне зависимости от того, какой способ размножения — естественный или лабораторный — выберет будущий муж, счастливой Лейла точно не станет. Впереди маячило серое унылое будущее. Женщине запрещалось иметь свои интересы и заниматься собой, пока ребенок не закончит начальную ступень обучения. Да и после она во всем зависима от мужа.

— Возможно, я уже жду ребенка, — Лейла сказала прежде, чем подумала.

Дакон резко остановился и обернулся к ней, требуя объяснений. Он не кричал, не рвал на себя волосы, оставался предельно вежливым, но девушка не обольщалась. Она достаточно хорошо знала отца, чтобы вообразить бурю эмоций, бушевавшую у него внутри. Только отступать поздно, придется идти до конца. Да и не единственный ли это шанс спасти Вадима и заодно помочь себе самой? Если Лейла сейчас кивнет, покорно склонит голову и выпьет успокоительное, через пару месяцев Лайсо повезет ее на оплодотворение. А это конец. Даже родив ребенка, проводив его в колледж, она не сможет заикнуться о телевидении или игре на арфе: муж не позволит, подобные занятия не для замужних дам. Останется только слоняться по дому и развлекаться бесконечными подтяжками и СПА, как мама, или перебирать бумажки в офисе отца или супруга на выдуманной специально для нее должности. Сомнительный итог побега! Столько жертв, чтобы вернуться к тому, с чего начала.

— Землянин — мой жених.

Лейла говорила, а сердце ее сжималось, пока не скукожилось до размеров боба. Глубины Космоса, что сейчас будет?! Отец уничтожит ее и Вадима!

Он резко остановился и шумно втянул воздух через ноздри. Кончики ушей подрагивали, выдавая крайнюю степень негодования. Однако в остальном выдержка не покинула его.

— Прости, что ты сказала? — с деланным дружелюбием переспросил Дакон и обернулся к дочери.

— Только то, что я не выйду за твоего партнера.

— Вот как? — Веки на мгновение скрыли желтые, словно у кошки, глаза. — И как же ты намерена дальше жить?

Лейла уловила угрозу. Пусть отец не говорил открыто, он собирался лишить ее наследства.

— Работать и помогать жениху.

— Ты называешь женихом того слепого гуманоида? — презрительно выплюнул Дакон и по громкой связи велел принести себе еще выпивки. — Он отказывается подтвердить интимную связь с тобой. Кто же из вас лжет?

Люди отца и там успели поработать! Лейла сжала кулаки и в свою очередь выпустила пар. Ей хотелось разбить один из мониторов на столе отца, но она ограничилась пинком хромированной передней панели.

— Я от своих слов не отказываюсь. Если Вадим не желает остаться со мной, устроюсь одна. Как-то до сих пор справлялась.

Дакон окончательно обуздал свои эмоции и недрогнувшей рукой наполнил стакан из квадратной бутыли ударопрочного стекла.

— Я в курсе, как ты справлялась, — усмехнулся он, — даже деньги толком снять не смогла.

Кончики ушей Лейлы побелели. Он знал! Какой позор! Фиаско на М-3 казалось наследнице знаменитой корпорации чуть ли не несмываемым пятном на репутации, отец точно об этом не забудет. Он бы мигом раскусил аферистов, он бы нашел способ обналичить капитал, он бы…. Только в том и дело, что Лейла не Дакон, и в этом крылась ее многолетняя проблема. Она никак не могла стать достойной дочерью своего отца.

— Хорошо, положим, я позволю тебе поселиться отдельно, — нрек чуть ослабил незримый поводок. — И чем же ты займешься? Без образования, профессии и связей. Если уж задумала бунт, рассчитывай только на себя.

— Стану ведущей новостей.

Глаза Дакона на мгновение лишились зрачка, но больше он ничем не выдал удивления.

— Вот как? — скептически хмыкнул он. — Помнится, прежде ты рвалась на галовидение в другом качестве. Изменила мечте?

— Изменила мечту.

В горле пересохло. Лейле тоже хотелось выпить, пусть не алкоголя; но она не спешила притронуться к стакану. Теперь подозрения насчет его содержимого только укрепились.

— Боюсь, эту постигнет судьба прежней. Лейла, — устало протянул Дакон и опустился в рабочее кресло, теперь их разделял стол. — Я не спал сто двадцать часов не для того, чтобы выслушивать очередной детский лепет.

— Прости.

Лейла низко опустила голову. Выходит, отец все-таки переживал, Брук не солгал. Не только ругался и хотел наказать.

— За что? За проваленные экзамены? За мою сорванную сделку?

Дакон Масинес не менялся, его поведение — тоже.

— Как дорого я тебе обошлась?

Лейла подняла глаза и уставилась на него в упор.

— Не расплатишься, поэтому забудь, — отмахнулся отец, задумавшись о чем-то своем.

Он отодвинул стакан и, взявшись за стилос, вносил дополнения в ежедневник на сенсорном экране.

— Почему же? — В ней взыграли фамильная гордость и фамильное же упрямство. — Продамся в рабство лет на десять и отдам. Любая иномирянка в Радейской империи ценится дороже местной, мне предложат выгодный контракт.

Пальцы Дакона больно стиснули запястье Лейлы; ей на миг показалось, отец раскрошит кости.

— Моя дочь никогда этого не сделает. Если понадобится, я продам бизнес, но не допущу.

Ее глаза широко распахнулись и тоже утратили зрачок. Корпорация — самое дорогое в жизни отца. Лейла всегда ставила себя на второе место, а сейчас внезапно оказалась на первом.

— Спасибо, — чуть слышно пробормотала она.

Дакон предпочел притвориться глухим, хотя прекрасно понял, о чем речь.

— Надеюсь, ты впредь откажешься от сумасшедших идей?

Он требовал ответа, но Лейла не спешила его давать. Сначала нужно выторговать приемлемые условия, помочь Вадиму; тогда и только тогда она снова станет примерной папиной дочкой.

— Я приставлю к тебе охрану.

— Нет.

Лейла прежде и представить не могла, что станет перечить отцу. Но время не остановилось, она не уступила Дакону Масинесу в поединке взглядов, а голос не дрожал.

— Обсудим это позже, — его было так-то просто победить, — а сейчас идем!

Он подошел к двери и касанием руки отодвинул панель в сторону. Лейла не пошевелилась, и Дакону пришлось взять ее за локоть, побудив подняться.

— Тебя осмотрят врач. После решим, как поступить с вами обоими.

Никогда прежде Лейлу не подвергали столь унизительному осмотру. Девушек ее семейного статуса проверяли редко, а если такое случалось, врач лишь рассматривал сделанный специальным устройством снимок. Тут же пришлось раздеться и пройти за ширму. Врач, извиняясь, улыбнулся и нажал на специальный рычаг, преобразив универсальный медицинский стол в гинекологическое кресло.

Дакон Масинес согласился подождать за дверью, хоть на этом спасибо.

— Не бойтесь, касари, — успокаивал специалист, надевая одноразовые латексные перчатки, — осмотр быстрый и безболезненный, я всего лишь возьму пистолетом частицу вещества.

Лейла нерешительно замерла перед креслом, а потом забралась в него, без подсказок приняв нужную позу. Стараясь соблюдать спокойствие, она наблюдала за тем, как врач вскрывает упаковку одноразовой заборной насадки, вставляет ее в медицинский пистолет. Тонкая игла внушала ужас, девушке жутко не хотелось, чтобы она оказалась внутри ее тела, и Лейла в самый последний момент не выдержала, остановила мужчину:

— Не нужно, я солгала. Можно ограничиться визуальным осмотром.

— Давайте для гарантии, касари? Прибор выдаст всю необходимую информацию. — Врач попался настойчивый или просто опасался недовольства хозяина. — Расслабьте мышцы и потерпите буквально пять секунд.

Лейла зажмурилась и постаралась не думать об игле.

Ай! Мышцы спазмом отреагировали на вторжение, но быстро расслабились. Опытный врач сделал все грамотно и через обещанные пять секунд отнял руку. Странно, но Лейла испытала боль только в первое мгновение. Высокие технологии!

— Анестезия?

— Куда же без нее? — не открываясь от экрана, отозвался врач. — Сейчас проверим основные параметры вашего тела, гормоны, и все узнаем.

Прибор распечатал ожидаемый результат: не беременна, контакты отсутствуют. Убедившись, что девушка оделась, врач пригласил Дакона войти. Ложь дочери привела его в замешательство.

— Зачем? — Он всем корпусом развернулся к Лейле.

— С тобой иначе нельзя, — она решилась ответить правду.

— Не при посторонних!

Сообразив, что предстоит очередной виток противостояния, Дакон предпочел увести дочь подальше от навострившего уши врача, не забыв отпустить его спать:

— Сегодня вы больше не понадобитесь.

Вопреки ожиданиям, владелец яхты не вернулся в кабинет, а устроился в столовой.

— Я еще не ужинал, — пояснил он. — Ты голодна?

Лейла покачала головой и устроилась на мягком диванчике у стены.

— А твой землянин? Я могу поговорить с ним.

Она встрепенулась. Вряд ли отец сделает еще шажок в ее сторону, нужно не упустить возможность.

— Он адмирал, герой войны, а не какой-то проходимец, — расправив плечи, заметила Лейла. — И вам действительно нужно выпить по стаканчику и урегулировать разногласия.

— Между нами нет разногласий, — отрезал Дакон и углубился в чтение меню. — Я щедро отблагодарю его, компенсирую понесенный физический и моральный вред и доставлю в любую точку Вселенной. Так и быть, прощу ему авантюру, в которую он тебя втянул.

— Лучше оплати операцию.

Лейла поднялась и, подойдя к отцу, оперлась рукой о высокую спинку анатомического стула. Отец в очередной раз ее якобы не расслышал и, определившись с выбором, позвал официанта. Повара привыкли готовить несколько перемен блюд, чтобы у Дакона всегда был выбор, поэтому заказанные позиции нашлись на кухне. Лейла не оказалась обделенной — ей принесли легкий десерт.

— Пригласите землянина, — связался нрек с охраной и, обернувшись к дочери, заметил: — Надеюсь, ты не против, если он посидит с нами? Обещаю не акцентировать внимания на его недостатке.

Лейла нервно облизала губы и смяла салфетку на коленях. Она терялась в догадках, чего ожидать от отца, с равной вероятностью он мог помочь Вадиму и уничтожить его.

— Как ты с ним познакомилась?

Дакон активировал голосовой помощник и настроил температуру и влажность в столовой.

— И котировки акций на сегодня. Меня интересуют компании Ронера.

Металлический женский голос озвучил искомое и вежливо поинтересовался, нужно ли связаться с брокерами.

— Нет, подготовь отчет по фьючерсам и вместе с котировками отправь на мой компьютер.

Лейла уныло ковыряла пальцем стол из оргстекла. Дыру в нем она, разумеется, не проделает, но надо же куда-то деть руки? Казалось, Дакон уже забыл, какой вопрос задал дочери, вновь с головой ушел в бизнес. Сколько себя помнила, Лейла вечно видела его с коммуникатором и планшетом. Даже бортовой компьютер переделали под нужды могущественного нрека, чтобы его банковские счета росли и во время перелетов. Умел ли он отдыхать? Она всерьез сомневалась.

— Так как? Учти, мне известны твои похождения, можешь не врать.

— И про «Вишенку»? — упавшим голосом уточнила Лейла.

Не хотелось бы, чтобы Мутах пострадал. Он ей очень помог, а отец не простит стриптиза. Ни один мужчина не может безнаказанно трогать грудь его дочери.

Дакон скривился и метнул на Лейлу осуждающий взгляд.

— Ребята Брука уничтожили все записи и снимки, но подобного, — он особенно выделил последнее слово, — я от тебя не ожидал. Стань твоя работа достоянием гласности, даже кассиянин не взял бы тебя в жены. Скажи спасибо врачу, его отчет меня порадовал, иначе бы между нами состоялся совсем другой разговор.

— Работа не может быть постыдной, — парировала задетая за живое Лейла. — Ты так говоришь, будто я занималась проституцией! Там художественное шоу и хорошая охрана.

— Хорошая охрана у меня в офисе, — отрезал Дакон, вновь рассердвшись. — Там — сборище сброда. Так где ты подцепила земного иждивенца?

— Мужчины так не поступают.

Отец и дочь синхронно обернулись к Вадиму. Он стоял в проеме двери, держался, словно в былые годы, в упор смотрел на Дакона. Копылов не мог его видеть, ориентировался на голос и силуэт — тут ему на руку сыграло освещение. На память о коротком бое остались оплывший глаз, синяк на скуле и разбитая губа. Рубашка, некогда элегантная, из тонкого волокна, покрылась каплями крови.

— Нападать на женщину — признак трусости. Хотите поговорить — пожалуйста. Можем выйти, я готов.

Вадим говорил уверенно, хотя понимал — против нрека ему не выстоять. Он не знал о нем ничего: ни комплекции, ни излюбленной техники боя, ни слабых мест, но не собирался давать Лейлу в обиду. Славная девушка пострадала из-за него.

Дакон шумно засопел и поднялся.

— Не надо, отец! — вскрикнула Лейла и вцепилась в его рукав.

— Я офицер и справлюсь.

Вадим не желал, чтобы его считали никчемным инвалидом. Если он всю оставшуюся жизнь станет от кого-то зависеть, тогда зачем жить? Иждивенец, значит… Копылов отродясь не брал чужого фунта и теперь не возьмет. Кулаки чесались доказать это напыщенному нреку.

— И в каком же вы звании? — Дакон нарочито не добавил «касари».

— Выходит, вы уважаете только звания?

Конфликт разгорался, драка становилась неизбежной, и Лейла вновь поспешила вмешаться. Ее злило, что Вадима допросили, но даже не озаботились обработать раны антисептиком, оказать медицинскую помощь. Он для отца словно бродяга.

— Вадим Копылов — герой войны с Лампарусом, — с гордостью заявила Лейла и направилась к двери.

Поравнявшись с землянином, она остановилась и положила руку ему на плечо. Пусть знает, он не один.

— И до того, как трусливый президент велел его уничтожить, Вадим числился адмиралом земного космического флота, — закончила она и высоко задрала подбородок.

Вот так, не только у отца есть характер. Он сразу поймет, что этим жестом она выказала желание идти до конца, защищать Вадима. И Дакон понял.

— Я не перестаю удивляться, — он вернулся за стол и указал дочери место, куда надлежало усадить землянина. — Ты изменилась, Лейла, повзрослела. Возможно, я недооценил твоего Вадима. Что ж, попробуем познакомиться вторично. Меня зовут Дакон Масинес.

— Польщен знакомством, — сухо ответил Копылов и, отказавшись от помощи, медленно, ощупывая пространство, направился к столу. — Ваша корпорация известна даже на нашей планете.

— Ну да, в прошлом году мы заключили предварительное соглашение о сотрудничестве с одной из ваших фирм. Совместное производство и рынки сбыта. Но вряд ли вам это интересно. Зато мне интересно все о вас.

Дверь снова отошла в сторону, пропустив официанта. Дакон не любил роботизированную прислугу и допускал ее только к неквалифицированной работе вроде уборки.

— Принесите выпить касари Копылову. Что предпочитаете?

Вадим не ответил, и Дакон остановил выбор на Черной настойке.

— Вижу, ребята перестарались, — усмехнулся он, рассматривая оплывшее лицо землянина. — Но мне доложили, что вы дали им достойный отпор. Невероятно в вашем положении!

— Каком положении? — сразу напрягся Копылов.

Если нрек и дальше станет ежеминутно напоминать о его увечье, Вадим не выдержит и пустит в ход кулаки.

Дакон развел руками и замял тему, благо Лейла собиралась прожечь в нем дыру взглядом.

— Итак, — Дакон снова чинно разложил салфетку и неторопливо принялся за еду, — вы оказались в качестве изгнанника. Верно ли я понял?

— В общих чертах.

Вадим не хотел вдаваться в подробности, да и беседовать с нреком тоже. Он сразу проникся к нему неприязнью.

— За преступление, которое он не совершал, — вклинилась в разговор Лейла.

Любимый прежде десерт не лез в горло. Она мечтала скорее остаться наедине с Вадимом, убедить чуть умерить гордость и попросить в качестве награды операцию по возвращению зрения. Служба безопасности не всесильна, можно представить дело так, будто Копылов спас нречанку от бандитов. Отец ведь не знал обстоятельств знакомства Лейлы и землянина, на этом нужно сыграть.

— Ты намекала на президента…

Дакон вопросительно посмотрел на Вадима, побуждая того продолжить. Пусть докажет свою храбрость. Или все, на что он способен, — махать кулаками в дверях?

— Измена.

Копылов рубил с плеча. Если его сейчас выбросят в открытый Космос, пускай.

В столовой ненадолго воцарилось молчание.

— Я проверю, — спустя некоторое время вновь заговорил нрек, — но должен владеть всеми фактами. Сами понимаете, исхода для вас два. Преступника на своей яхте я не потерплю.

Вадим кивнул. Для себя он решил: унижаться перед отцом Лейлы не станет. Безумный план провалился, бывает, хотя бы умер не сексуальном рабстве и не на операционном столе. Многие из его сокурсников закончили свой век так же — стали частью Вселенной. Копылова всегда окружали звезды, они же станут его могилой.

— Расскажу я, — Лейла взяла чужую судьбу в свои руки. — Прости, Вадим, но я не собираюсь смотреть, как ты рушишь собственную судьбу. И ты, отец, не сумеешь надавить на меня так, как на него. Я вижу все твои уловки.

Она действительно изменилась. А когда появился Вадим, и вовсе словно обрела железный стержень. Одно дело, когда ты один, и совсем другое — когда защищаешь кого-то. Пусть после Вадим улетит, и они больше никогда не увидятся, Лейла сделает все для его счастья. Ради себя. Она внезапно четко поняла, что единственная ее цель сейчас — благополучие землянина. Даже перспектива брака с Лайсо отошла на второй план.

— Вам очень повезло, — непривычно задумчиво протянул Дакон, — очень повезло с моей дочерью, касари.

Копылов ничего не понял, а вот Лейла отвернулась, пряча смятение. Отец догадался о том, в чем она сама себе не признавалась.

Официант принес настойку, и Дакон лично разлил ее по массивным стаканам — так нреки выказывали уважение к гостю.

— Если чего-то хотите, скажите. Система переведена на голосовой режим, а кухня работает допоздна.

Вадим заморгал. Еще недавно владелец яхты подумывал отправить его в путешествие без скафандра, а тут превратился в радушного хозяина. Тем не менее Копылов вежливо поблагодарил за заботу и заказал закуску. Ему хотелось чего-то вроде оливок — не пить же просто так. Странно, отравы или психотропного вещества в спиртном землянин не боялся. По манере поведения Дакон Масинес показался смелым гуманоидом, такие не убивают исподтишка.

— Не стесняйтесь, — настаивал нрек. Он успокоился и выглядел миролюбиво.

Копылов понюхал стакан, чем вызвал усмешку на лице владельца яхты.

— Не бойтесь, яда в питье и пищу я не добавляю даже конкурентам.

Мужчины выпили, и под натиском Дакона Вадим таки сделал заказ. Заодно Лейла потребовала, чтобы ему принесли чистую рубашку. Отец неодобрительно покосился на нее, но промолчал. Впрочем, она понимала — впереди ждал неприятный разговор. Вряд ли Дакон оставит без внимания ее вопиющее поведение.

Настойка оказалась крепкой. Даже привыкший к земным напиткам Вадим в первое мгновение едва не задохнулся, только потом ощутил приятное терпкое послевкусие, разнившееся по горлу. А вот нрек выпил не поморщившись. Сколько же в ней градусов?

— Теперь, когда мы скреплены общим выпитым, — Дакон указал на емкость со спиртным, подтвердив догадку, что настойку он налил сам неслучайно, — поговорим откровенно. Вы мой гость, Вадим, — нрек произнес его имя четко, ясно, словно всю жизнь изучал земной язык, — и как хозяин я имею право знать правду. Расскажите о себе. Не бойтесь и не стесняйтесь, я далек от предрассудков. Бизнес, знаете ли…

С последним Копылов бы поспорил, а Лейла бы добавила, но оба решили промолчать. Стоит ли жертвовать хрупким миром ради одного колкого замечания?

Рассказать о себе… С некоторых пор правда стала практически невозможной и чрезвычайно трудной. Положение спас слуга в серой строгой форменной одежде, напоминавшей древнюю китайскую, только из полимерной ткани. Он принес чистую рубашку. Оставалось только гадать, у кого ее одолжили, но подошла она практически идеально. Или люди Брука успели добраться до личных вещей Вадима и Лейлы?

— Сами понимаете, — нрек буравил его взглядом, словно пытался проникнуть в глубины его разума, — я люблю свою дочь и должен знать, с кем она проводит время. Влюбленная девочка пойдет на все, лишь бы выгородить возлюбленного. Надеюсь, вы проявите храбрость и не солжете.

Влюбленная девочка?

Вадим покосился на Лейлу. Положим, он замечал некоторую симпатию с ее стороны, но неужели все зашло так далеко?

Перехватив его взгляд, нречанка активно закивала, будто говоря: «Потом все объясню».

Так вот почему с ним начали обращаться иначе! Копылов мысленно усмехнулся и скомкал рубашку, лежавшую у него на коленях — он так и не переоделся. Дакон Масинес перевел его в категорию поклонников дочери. Что ж, он недалек от истины. Лейла никогда не относилась к тем женщинам, которые нравились Вадиму… да что там, она и женщиной пока не стала, однако сумела завоевать его доверие и симпатию. Там, в каюте лайнера, он едва не переспал с ней не только из-за позывов природы. Признаться, он представлял, какова она без одежды. Выдержка помогла задвинуть мысли в глубины сознания, но они все-таки возникли.

— Безусловно, — сообразив, что вновь задумался, кивнул Копылов. — Только могу я сначала увидеть, как выглядит Лейла в действительности?

Едва заметные тонкие брови Дакона поползли вверх, зрачки в очередной раз поглотила радужка.

— То есть? — Он в недоумении уставился на землянина.

— Раз мы говорим о правде, то пора и Лейле открыть свой маленький секрет. — Вадим тянул время, раздумывая, в какие подробности можно посвятить нрека. — Полагаю, это справедливо: откровенность за откровенность. К несчастью, я никогда не видел настоящей Лейлы Масинес.

Может, Дакон и разгадал его хитрость, но не подал виду.

— Краска хотя бы смоется, или придется обращаться к мастеру и ремонтировать волосы? — на время оставив его в покое, обратился нрек к дочери.

Лейла растерянно пожала плечами. Она не знала.

— Принеси свою карточку из моего кабинета.

— Отец, Вадим плохо видит, — вполголоса напомнила девушка.

Как он мог забыть такую важную подробность!

— Так прихвати аудиовизатор. Странно, что приходится говорить о таких мелочах. — Дакон недовольно покосился на дочь. — Или в современном мире информация передается только естественным образом? Касари Копылов прекрасно все рассмотрит.

Зачем посылать Лейлу? Мог бы попросить слугу принести.

— Пожалуйста, — напористо повторил Дакон, и она все поняла.

Ее банально убирали из помещения, отец хотел поговорить с Вадимом без свидетелей. Она могла бы возразить, но не стала, вместо этого осведомилась:

— Код тот же?

Нрек кивнул. В некоторых вещах он консервативен.

Стоило закрыться двери, как лицо Дакона изменилось, с него словно слетела маска. Вадим видел перед собой жесткого управленца, а не заботливого хозяина, но таким нрек казался естественнее. Не дожидаясь повторной просьбы, Копылов коротко, по-военному доложил о хитросплетениях своей судьбы. Дакон не перебивал, внимательно слушал и делал мысленные пометки.

— Переоденьтесь, — вот и все, что он сказал.

Вадим никак не мог понять, приобрел он союзника или врага. Время покажет.

Он только успел застегнуть пуговицы, когда вернулась Лейла. На самом деле она долго кружила по коридорам, гадая, сколько времени займет разговор. В итоге угадала.

— Вот.

Девушка с застенчивой улыбкой протянула электронную рамку и с разрешения Вадима подключила аудиовизатор к его голове. Легкие жалящие нейронные импульсы временно вернули землянину зрение и передали картинку прямо в мозг. На виртуальной карточке запечатлели прежнюю Лейлу, блистательную, изысканную. Вадим замер, изучая знакомые и одновременно незнакомые черты. Он привык видеть Лейлу совсем другой, на карточке она напоминала королеву красоты, даже экзотичные уши и непривычная бледность ее не портили. Пальцы судорожно сжимали рамку, стараясь не задеть провода.

— Дочь пошла в меня, — Дакон открыто намекал, кому девушка обязана красотой. Скромностью он никогда не отличался.

— Нравлюсь?

Лейла неосознанно запустила пальцы в волосы. Она хотела понравиться.

— Да.

Губы девушки дрогнули, по лицу пробежала тень недовольства. Мог бы сделать комплимент, а не ограничиться скупым «да». Дакона изрядно повеселила ее реакция. Он расслабился и в полной мере насладился едой. Казалось, когда страница с прошлым Вадима перелистнулась, нрек поставил точку вместо многоточия.

— Я не удивлен поведению землян. — Дакон неспешно отпил настойки и предложил присоединиться, есть спокойно. — Они чрезвычайно скользкие, вечно пытаются извлечь выгоду и не выполнить договоренности. Не в обиду вам.

— То есть вы не примете сторону Ковальски и не передадите меня правосудию? — не поверил своей удаче Вадим.

— Для меня существует только моя сторона и правосудие Нрека, а перед ними вы чисты. Приношу извинения за действия моих людей. Они приняли вас за преступника. Последствия их, — хозяин яхты на мгновение задумался, подбирая правильное слово, — самодеятельности устранит врач. На борту есть восстановительная камера, она к вашим услугам. После я доставлю вас в любую точку Вселенной.

— Вадим летит с нами, — заявила Лейла и, притопнув ногой, добавила: — Я так хочу.

— Подумаю, — Дакон всегда оставлял решение за собой. — И да, зрение… Я оплачу операцию.

Копылов не поверил своим ушам. Неужели он вновь станет прежним, не станет беспомощно возиться с простейшими бытовыми вещами?

Лейла просияла. Именно эти слова она хотела услышать. Устное обещание значило ровно столько же, сколько и письменное, обратно отец его не заберет.