Глава 23

Дорога до отдела пролетела незаметно. За окном мелькали дома, деревья, магазины, прохожие… Но взгляд не задерживался на чём-то конкретном, поэтому всё сливалось в одну сплошную размазанную кляксу.

Мысли метались в голове, словно рой разъярённых пчёл. Я всё время обдумывала события, произошедшие сегодня. Прокручивала вопросы Дмитрия Константиновича по поводу Марьяны, и никак не могла поверить, что та рыжеволосая смешливая девчонка, любившая жизнь несмотря ни на что, способна на такую подставу.

Я помогала ей по мере сил и возможностей, поддерживала… А взамен получила удар в спину. Увы, случается и такое. Но как же это больно, когда предаёт человек, которому ты доверяла.

Могла ли Марьяна быть любовницей Олега? Я не знала. Теоретически — могла. Но по факту… Мне очень не хотелось в это верить. Казалось, что её просто использовали, так же, как и меня в своё время. Олег просто обманул девчонку, вскружив голову красивыми обещаниями…

Вот только обстоятельства смерти её родителей не давали покоя. В случайности я уже не верила. И собственное плохое самочувствие в последнее время было тому подтверждением.

— У меня в крови что-то обнаружили, ведь так? — спросила Оболенского, вместе с которым сидела на заднем сиденье полицейской машины, когда та остановилась на служебной парковке перед мрачным зданием с весьма говорящей вывеской.

— Да, — немного помедлив, ответил мужчина. — Вещество, которого в принципе не должно быть в организме молодой и здоровой женщины. Тем более в таком количестве. Если, конечно, ты намеренно себя не травила, принимая лекарство.

— Я не принимала лекарств уже давно. Только витамины.

— Какие? — тут же обернувшись, спросил Горский, который, судя по всему, всё это время прислушивался к нашему разговору.

— Не помню название, если честно. Дома стоят на кухне в шкафчике.

— Сама покупала? — очередной вопрос был подобен отрезвляющей пощёчине, ставящей всё на свои места.

— Нет. Муж принёс. Сказал, что нужно заботиться о своём здоровье, а я отношусь к нему наплевательски.

— Да уж, позаботился, называется, — процедил майор, отправляя водителя погулять кивком головы. — Ставлю свою премию на то, что эти витамины были в капсулах.

— Откуда вы… — удивилась я, но тут же замолчала, поняв, что именно хочет до меня донести Тимофей. — Думаете, из-за них могло ухудшиться моё самочувствие? — вцепившись заледеневшими пальцами в сумку, уточнила у Оболенского.

— Я почти уверен в этом, — не стал тот отрицать.

— И… всё могло закончиться летальным исходом?

— Да, — подтвердил он то, о чём уже и сама догадалась, но я должна была услышать эти слова от знающего человека, чтобы не осталось сомнений, — именно к этому всё и шло.

— С диагнозом «остановка сердца», — произнесла севшим голосом, вспомнив почивших соседей.

— Скорее всего.

— Значит, Марьяна… Она… Её родители… Чёрт, жесть какая-то. В голове просто не укладывается. Но зачем?

— А зачем вообще люди идут на преступления? — вопросом на вопрос ответил Горский.

— Не знаю, у всех разные причины.

— Разные, согласен. Но мотивы всегда схожи — кому-то не хватает денег, кому-то внимания, кому-то власти. Людские пороки стары, как сам мир. Вот и подумай, для чего твоему мужу и этой Марьяне нужно было отправить тебя на тот свет.

— Чтобы жить долго и счастливо в моей квартире? — предположила я. — Других вариантов не вижу.

— Люблю умных женщин, — щёлкнув пальцами, выдал Горский.

— А близнецы? — не выдержала я.

— А что близнецы? — майор переглянулся с Оболенским и тот отрицательно качнул головой, словно запрещая о чём-то говорить. — Детский дом, как вариант. Ладно, чего гадать-то? Разберёмся.

— Если найдёте Лошкарёва, — язвительно выдал Дмитрий Константинович.

— Найдём, — нахмурившись, процедил Горский. — Даю слово офицера.

— Ну раз так, тогда ладно. Я верю тебе, Тимофей Аркадьевич. Сколько тебя знаю, подобных обещаний на ветер ты не бросаешь.

— Именно так. А пока… Идёмте, пусть Дарина напишет заявление, а вы, уважаемый Дмитрий Константинович, дадите показания по поводу нахождения в её крови отравляющих веществ. Позже перешлёте результаты анализов, приложим их к делу.

— Да без проблем, — кивнул Оболенский и, повернувшись ко мне, добавил: — Ничего не бойся, всё будет хорошо.

— Я очень на это надеюсь. Спасибо за всё.

— Пока не за что, деточка, пока не за что. Вот засадим за решётку всю эту преступную компанию, тогда и поблагодаришь.

Выйдя из машины, я застегнула плотнее куртку, натягивая широкий шарф на голову. Погода снова портилась. Пронизывающий северный ветер гнал по небу тяжёлые свинцовые облака, то и дело ронявшие на землю крупные ледяные капли. Хотелось горячего чая, тепла и покоя. Но ничего из желаемого мне пока не светило. Оставалось только ждать, надеяться и верить, что удача будет на моей стороне и, рано или поздно, всё снова наладится.

Проторчали мы в отделе довольно долго. И дело даже не в том, что возникли какие-то сложности, просто бюрократия, с её бесконечными бумажками и печатями, давала о себе знать даже здесь.

В итоге вышли мы из здания полиции уже в сумерках, а добрались до дома Оболенского и вовсе в темноте.

Дмитрий Константинович открыл калитку своим ключом и, как истинный джентльмен пропустил даму вперёд. Дама, то есть я, уставшая от тяжёлого дня, казавшегося бесконечным, была и рада стараться — шагнула в темноту двора, даже не подозревая о возможных опасностях, которые тот в себе таит. И, как результат, через мгновение с визгом отшатнулась обратно, налетев спиной на пожилого мужчину, для которого мой манёвр стал полной неожиданностью. Впрочем, не только для него.