Глава 32

Телефонная трель оборвалась, погружая дом в тишину.

— Дара? — напомнил о себе Ярослав, так и не дождавшись продолжения.

— Примерно четыре с половиной года назад, в один осенний тёплый день, мы с Олегом приехали в клинику, предварительно записавшись по телефону. И вот, наконец, личная встреча со специалистами, которые должны были разъяснить всё, что касается ЭКО. Я нервничала. Очень. А в коридоре, как назло из угла в угол ходила молодая женщина, на повышенных тонах разговаривая с кем-то по телефону.

— Виктория? — Оболенский указал на свой новомодный аппарат, оставшийся лежать на столе.

— Да, — уверенно кивнула, поскольку сомнений не осталось. — Нервы в тот день были на пределе и всё, что происходило, оставило в памяти чёткий отпечаток.

— О чём она говорила, помнишь? — задумчиво уточнил мужчина.

— О том, что не может упустить свой шанс на хорошую жизнь и должна что-то придумать, чтобы заполучить ребёнка. Появившийся из кабинета врач, отдавая какие-то бумаги, посочувствовал ей по поводу неспособности выносить и родить, после чего посоветовал найти суррогатную мать, озвучив, что у них есть список возможных кандидаток. Они готовы были его предоставить, хотя на решение бюрократических вопросов требовалось время. Впрочем, судя по тому, как Виктория начала ругаться и кричать на врача, времени у неё не было.

— А всё потому, что наша единственная встреча закончилась уверениями в том, что она беременна, — процедил Ярослав, сжимая кулаки. — Тот вечер после корпоратива запомнился мне плохо, словно встретил его не в компании знакомых, а в обнимку с бутылкой креплёного. Хотя, по факту, выпил только половину бокала игристого. Так что вероятность была. Тем более, Виктория притащила на встречу снимок УЗИ, как подтверждение своей беременности. Впрочем, сейчас это уже не важно. Лучше расскажи, что было дальше?

— А дальше она увидела нас. И когда врач ушёл, подошла и прямо спросила, не хотим ли мы помочь ей обзавестись ребёнком за весьма солидную сумму. Очень солидную сумму. Уверяла, что за те деньги, которые мы получим от неё, я могу не только сделать новое ЭКО, но и обеспечить своих детей на долгие годы вперёд.

— И? — поторопил Ярослав, не выдержав паузы, во время которой я собиралась с мыслями.

— Я отказалась. И даже не стала брать визитку, которую она пыталась всунуть в руки. Вот только вместо меня её взял Олег. Я нашла уже потрёпанный кусочек картона с её фамилией и телефоном через пару месяцев у него в кармане.

— Значит, сделку с Викторией заключил Лошкарёв. Получается, он изначально знал, что близнецы не от него. Виктория прекрасно понимала, что я сделаю тест на отцовство и чужого ребёнка не приму. Она бы не стала рисковать. Но и фамилия твоего мужа не значилась бы в документах в качестве донора, если бы он не был в курсе дела. А она ведь значилась? Я прав?

— Да, я читала договор. Всё было в порядке.

Руки дрожали, пришлось сцепить пальцы в замок, чтобы скрыть свой страх. Но он всё равно прорывался в голосе, эмоциях.

— Дара, ты бледная. Может, присядешь?

Но вместо того, чтобы последовать его совету, я заметалась по кухне.

— Выходит, Олег планировал отдать близнецов? Он хотел отдать моих детей чужим людям? — голос сорвался, но мне было всё равно.

— Вряд ли обоих сразу. Скорее всего, одного из них. Иначе ты начала бы задавать много ненужных вопросов.

— Но ведь это же бред! А как же моё УЗИ? Я ведь знала, что малышей двое.

— Тебе могли сказать, что с одним из них что-то случилось при родах.

— В таком случае должны были выдать… — всхлипнув, я не договорила, не в силах озвучить мысль до конца.

Мои детки живы, и это главное. Про то, как оно могло быть, даже думать не хотелось. Но Ярослав понял всё без слов.

— Это в том случае, если бы отец не написал отказ. Как думаешь, Лошкарёв бы упустил свою выгоду?

— Боже, — выдохнула, без сил опустившись на стул. — Неужели кто-то способен на подобное?

— Увы.

— Но дети всё-таки со мной. Значит, Олег отказался от этой идеи?

— Сомневаюсь. Просто я раскрыл авантюру бывшей раньше, чем ты успела родить, и выставил её за порог ни с чем.

— Стоп, подожди, — затрясла головой, не сумев выстроить события в логическую цепочку. — Но ведь ты должен был видеть, что живот не растёт.

— Первые месяцы Виктория жила здесь, умело симулируя утреннюю тошноту и регулярно предъявляя результаты анализов после посещения врача. А потом заявила, что будет наблюдаться и рожать за границей. Якобы так безопаснее для неё и ребёнка. Я не спорил, тем более мотался тогда по всему миру, в поисках выгодных контрактов и мог позволить себе, купить квартиру в любой точке света. Мы созванивались по видеосвязи, Виктория регулярно демонстрировала якобы подрастающий живот. А когда я однажды решил её навестить без предупреждения, то увидел лежащий возле кровати муляж. Качественный, дорогой. Как же она удивилась, когда вышла из ванной и столкнулась со мной!

— Рискованная дама. А если бы ты не позволил ей уехать за границу, что тогда? А если бы приехал твой отец или дед и решили бы лично отвезти её в клинику и проверить, всё ли в порядке с малышом? Как можно вообще решиться на такую авантюру?

— Запросто, когда очень любишь деньги и готов ради них на всё.

— Теперь, по крайней мере, всё встало на свои места. Хотя вопросов осталось ещё много.

— Постепенно и на них найдутся ответы. Главное, что мы вместе и готовы идти навстречу друг другу. Вернее, рядом, рука об руку, — с улыбкой произнёс он.

— Как друзья, — добавила от себя, решив напомнить о границах наших отношений.

— А может, и не только, — подмигнул он. — Жизнь вообще, как оказалось, очень непредсказуема. Поэтому не будем заранее воздвигать барьеры, создавая себе проблемы, чтобы потом не пришлось их героически решать.

Очередная тревожная трель вновь заставила взглянуть на телефон Оболенского.