Глава 33

Входящий звонок ударил по натянутым нервам. Переглянувшись, мы уставились на трезвонивший аппарат, не делая попыток до него дотронуться, словно это не новомодный гаджет, а ядовитая змея, готовая к броску.

— Может, всё-таки стоит взять трубку? — предложила, начиная нервничать ещё сильнее.

Вот что ей надо, этой Виктории? Почему она решила позвонить именно сегодня? Не связано ли это как-то с Лошкарёвым? Сопоставив события прошлого и настоящего с тем, что узнала от Ярослава, я была почти уверена, что именно так и есть. Но предположения без доказательств — это ничто. А чтобы что-то доказать, надо как минимум знать причину этого ночного звонка.

— Взять? Зачем? Чтобы услышать очередную порцию вранья?

— Чтобы потом не думать, почему она всё-таки звонила, — озвучила собственную мысль, не дающую покоя.

Обречённо вздохнув, Ярослав потянулся к телефону.

— Слушаю, — произнёс он, включив громкую связь.

Это было сделано явно для меня, словно хозяин дома давал понять, что скрывать ему нечего.

— Я уже думала, что ты не ответишь, — раздался ехидный женский голос из динамика.

— Не собирался, но меня переубедили.

— Надо же! Неужели ты научился прислушиваться к мнению других? Я точно разговариваю с Ярославом Оболенским?

— Ближе к делу, — коротко бросил он.

— Фу, какой Бука. Где же твоя вежливость?

— Там же, где и твоя совесть. В общем, у тебя есть пять секунд, чтобы объяснить причину своего звонка, или я сбрасываю вызов и добавляю твой номер в чёрный список. Время пошло. Раз…

— Ладно-ладно, уже и поболтать нельзя. А ведь нас столько всего связывает.

— Два, — продолжил счёт Ярослав.

— Дай хотя бы собраться с мыслями.

— Три.

— Ты знаешь, что у тебя есть биологические дети? — торопливо произнесла она.

— Продолжай, — нахмурился Оболенский.

— У меня был договор с одним типом по фамилии Лошкарёв. Его жена должна была родить для меня ребёнка… От тебя. Так как своих у меня быть, увы, не может…

— Короче.

— Сегодня он напомнил о себе, потребовав, чтобы я помогла ему в одном деле, иначе мой новый муж узнает много чего нелицеприятного о прошлом своей жены.

— В каком именно деле?

— В очень непростом. Он потребовал свести его с людьми, которые занимаются устранением проблем определённого рода. Понимаешь, о чём я?

— С чего он решил, что у тебя есть контакты этих людей?

— Понятия не имею, — заюлила она.

— Говори, — рявкнул Оболенский, да так, что я вздрогнула, неосознанно отодвинувшись, но мужчина тут же осторожно ухватил меня за локоть, притянув ближе, и произнёс одними губами: «Прости, что напугал».

— Когда четыре года назад он начал требовать исполнения договора, который для меня стал неактуален, я пригрозила, что ему несдобровать, если он и дальше продолжит проявлять настойчивость. Мужик не послушал. Пришлось объяснять более доходчиво с помощью старых знакомых.

А ведь в жизни Лошкарёва был случай, когда его избили так, что он отлёживался несколько недель на больничном. Олег уверял, что это было ограбление. А оно вон как на самом деле.

— Ты его свела с теми людьми?

Отвечать Виктория не торопилась.

— Я задал вопрос.

— Да, — помедлив, неохотно выдала она.

— Ясно. Зачем позвонила мне?

— Чтобы предупредить. Я решила, что пора начинать заботиться о своей душе и внутреннем мире, чтобы к старости жить в счастье, любви и согласии. А то карма — она ведь такая, вернётся бумерангом, мало не покажется.

— Как благородно с твоей стороны. Что ж ты не думала о карме, когда передавала Лошкарёву адреса, пароли, явки?

— Язвишь? Издеваешься? — прошипела женщина. — Думаешь, легко найти нормального мужика с таким багажом, как у меня? Я только-только устроила свою личную жизнь, а тут это лох с угрозами. У Эдгара слабое сердце, всё-таки возраст даёт о себе знать. Я не хотела его расстраивать, не хотела портить отношения с мужем. Он любит меня. Заботится по-своему. Обеспечивает всем, что только пожелаю.

— Тогда почему изменила решение? Или, думаешь, Лошкарёв такой придурок, что не поймёт, откуда дует ветер? Или уже не боишься, что он тебя сдаст твоему благоверному? Только не надо снова заливать мне о карме.

— Эдгар слышал тот разговор, — в отчаяние воскликнула она. — И предупредил, что если я не предотвращу возможную беду, он разорвёт со мной любые отношения. Сказал, что ему неважно, как я жила раньше, но важно, что я делаю сейчас.

— Ну так исправь. Позвони своим корешам, отзови заказ, — голос Ярослава звенел от напряжения, но он старался говорить спокойно.

— Я звонила. Вот только ребята меня даже слушать не стали. Сказали, что за такой куш, какой им предложил этот Олег, они готовы на что угодно.

— Точнее.

— В общем, девку эту, свою жену, Лошкарёв собирается пустить в расход, вместе с детьми. Не сам, конечно, а с помощью ребят. Я пыталась их уговорить, что живыми они стоят гораздо дороже, так как дети — твои. Они сначала согласились, но потом…

— Говори, не тяни, — прорычал Ярослав.

— Потом Шрам решил добыть одним выстрелом сразу двух зайцев. За девку получить бабки от Лошкарёва. А за детей от тебя. В общем, малышня практически в безопасности, если ты согласишься раскошелиться. А ты согласишься, я в этом уверена. А вот их мать… Если с ней что-нибудь случится, Эдгар мне этого не простит. Спаси её, Ярый. Ты же, насколько мне помнится, хотел семью. Вот и подсуетись. Останешься в выигрыше, при детях, да при благодарной девке, которая будет готова на всё ради своего спасителя. Кстати, она ничего, в твоём вкусе. Была, по крайней мере, когда я видела её в первый и последний раз.

— Откуда у этого Лошкарёва деньги, чтобы оплатить заказ?

— А, так он застраховал свою бабу на очень приличную сумму. Продуманный мужик оказался. Станет свободным, и богатым. Ещё и квартира, достанется ему. Девка, насколько знаю, сирота. В общем, сумму от страховки он пообещал разделить с ребятами пополам, а там столько нулей, что хватит на всех.

— Я тебя услышал.

— Ты уж постарайся, Оболенский. Помни, что от твоего решения зависят жизни сразу четырёх человек. Моя в том числе. Все данные, которые мне известны по этому Лошкарёву, адрес, телефон и прочее, я скину тебе через мессенджер.

— И заодно данные на твоих корешей.

— Эти — не могу, без обид. Если узнают, что я их сдала, они меня пустят на корм для собак.

— А если узнают, что ты их кинула на бабки, думаешь, погладят по голове и отпустят с миром?

— Умеешь же ты убеждать, Ярый.

— Эдгар оценит твой порыв. Действуй.

— Ладно, твоя взяла. Сейчас всё скину.

Вызов отключился. А я только сейчас поняла, что почти не дышала, слушая их разговор.

Ледяные щупальца страха сдавили грудь. Жила себе спокойно и не знала, какие тучи сгущаются над головой. А может, это жуткий сон? Может, этот кошмар мне просто снится? Ну не мог Лошкарёв до всего этого додуматься сам. Страховка, бандиты… Тогда кто — свекровь или Марьяна? А может, есть кто-то ещё, о ком я не знаю?

Пару секунд спустя раздался сигнал входящего сообщения.

— Что ж, посмотри, с кем нам придётся иметь дело, — пробормотал себе под нос Ярослав, взяв телефон со стола. И чем дольше он вчитывался в сообщение, тем сильнее хмурился.

— Всё плохо? — прошелестела севшим голосом.

— Не настолько катастрофично, как может показаться сначала, — чуть помедлив, ответил он, — но всё же лучше вызвать подмогу.

Коснувшись сенсора, он поднёс аппарат к уху, напряжённо вслушиваясь в протяжные гудки.

— Ну, же, Горский, проснись, — пробормотал Ярослав, когда вызов оборвался, но он не сдавался, нажав на дозвон.

— Ярый, ты на часы смотрел? — наконец, по кухне разнёсся недовольный голос майора.

— Тимоха, у нас проблемы.