Глава 23

– А вы что здесь делаете? – девушка вскочила на ноги и испуганно посмотрела на Кирилла.

Он опять усмехнулся, хотя смертельно хотелось ее обнять: столько горя и отчаяния было нарисовано на лице Лики.

– Я приехал домой, а Мария Владимировна сказала, что вы ушли в супермаркет, вот я и решил вас встретить. Прихожу, а тут такое…

– Простите меня, Кирилл Андреевич! – залепетала Лика. – Я не уследила за малышами. Я даже не поняла, в какой момент они исчезли.

Она снова вытерла рукой появившиеся слезы и посмотрела на детей, которые стояли, держа отца за руки и внимательно следили за ней. Их глаза тоже подозрительно блестели.

– Лика! Не волнуйся. Ничего страшного не случилось, – успокоил ее Кирилл и протянул руку, чтобы погладить девушку по щеке, как того требовала душа, но остановился на полпути и потрепал по плечу. – Дети стояли у кассы и, видимо, ждали тебя. Они увидели меня на улице, я как раз только подъехал и разговаривал у входа со знакомым, и выбежали. Если бы я знал, что вы так переполошитесь, поторопился бы зайти.

– А-а-а-а, понятно. Вы почему, негодники, меня не предупредили, что отец приехал? – теперь Лика набросилась на малышей, стоявших с перепуганным видом. Кирилл видел, что девушка еще не отошла от пережитого. Глаза провалились и светились болезненным огнем, рот кривился, будто у хозяйки не хватало сил, чтобы держать эмоции под контролем.

– Мамаша, хватит винить детей в собственной безалаберности, – Лика и Кирилл оглянулись: сзади стояли старушки и укоризненно качали головами. – Деточки, вы, бедненькие, перепугались, наверное.

– Я не мамаша. Я няня, – ответила Лика.

– Тем более! Как можно доверить таких малюток безответственной девчонке.

Бабулька, в цветастом длинном платье и соломенной шляпке, хотела погладить Настю по голове, но девочка спряталась за спину отца.

– Спасибо за заботу, но мы сами разберемся в домашних проблемах, – остановил Кирилл поток красноречия, готовый вылиться на них.

– Конечно, конечно, – старушка повернулась к Лике, – милочка, я твою коробочку положила вон на ту полку. Забери ее.

Женщина ткнула заскорузлым пальцем в сторону чайно-кофейного ряда.

– Маша, пойдем, – потянула ее за рукав подруга. – Она взяла бабушку в шляпке под руку, и они направились к выходу. – Что ты пристала к молодым? Они сами с усами, – уже издалека они услышали последние слова.

От бабушек их отвлекла Настя. Она дернула отца за брюки, заставив его посмотреть на себя.

– Папа, а Лика тебе чашку выбирала. Пойдем, покажу.

Девочка потянула Кирилла в торговые ряды. Лика подхватила Егорку и обреченно поплелась следом. «Кажется, она не хочет возвращаться в магазин», – решил Кирилл и уже хотел повернуть обратно, но дочь упрямо тянула его за собой.

– Зачем мне чашка? – спросил он Лику.

– Вы же вчера ее из-за меня разбили. Вот я и хотела… – она не договорила. Коробочка с выбранной чашкой стояла там, куда ее бросила старушка. – Я не знаю, понравится ли вам.

Девушка протянула ее Кириллу. Он покрутил чашку, вызвавшую столько шума, в руках. Она ему совершенно была не нужна. Ценность разбитого бокала заключалась не в красоте, но и обидеть девушку он не хотел.

– Папа, можно я Киндер-сюрприз возьму? – Настя опять потянула отца за штанину.

– И я, и я, – подключился Егорка.

– Нет! – резко сказала Лика. – Вы наказаны за то, что убежали из магазина, не предупредив меня.

– А-а-а-а, я хочу Киндер-сюрприз, – капризно скривила губы Настя. – Я никуда не пойду! Купи! Купи! Купи!

Девочка уселась на пол и упрямо сжала пухлый ротик. Она сейчас была похожа на сердитого ежонка: тронь, колючки выпустит. Кирилл ошарашено смотрел на дочь, не зная, что делать.

– Хорошо, оставайся в магазине, – Лика схватила ладонь Егорки и сделала вид, что уходит.

– А может, купим им сладости, – вылез с советом Кирилл, которому не нравилась, что их группа привлекает лишнее внимание. Он огляделся по сторонам, нет ли знакомых. В качестве отца он чувствовал себя пока неловко: привык, что детьми занимаются все, кроме него.

– Молчать! – Лика грозно посмотрела на него.

– Понял! – он вздрогнул и прикусил язык. В голове сразу вспыхнул эпизод в кабинете. Да, с сердитой Ликой лучше не связываться.

– Я тоже никуда не пойду! – Егор вырвал ладошку и уселся рядом с Настей.

Теперь оба ребенка стучали пятками и вытирали попами грязный пол магазина. Кирилл чувствовал, как закипает в душе гнев, но держался, доверив справиться с ситуацией няне.

– Вот и отлично. И ты оставайся на полу. Сидите здесь, а мы с папой пойдем в кафе пить чай с пирожными.

Лика сунула свою ладонь Кириллу в руку и потянула его за собой. Он сначала растерялся и хотел выдернуть пальцы. Взрыв эмоций пронесся в его душе, искрами попав во все отдаленные уголки. Он даже не знал, что сейчас испытывает: наслаждение, гнев, радость от приятного ощущения или еще что-то.

– А может, все-таки купим им гостинца? – шепотом спросил он Лику, когда они отошли на несколько шагов от детей.

– Ох, Кирилла Андреевич! Идите уже вперед! – Лика подтолкнула его сзади. – Вы совершенно ничего не понимаете в воспитании детей.

– А ты будто понимаешь, – как ребенок, обиделся он. – Сама еще от горшка два вершка. Своих детей нет, а туда же, в воспитание…

– Не обижайтесь, – Лика толкнула его за стеллаж и осторожно выглянула посмотреть, чем занимаются дети.

К удивлению Кирилла плач прекратился. Двойняшки по-прежнему сидели на полу, но уже тихо совещались, что дальше делать. Подумав минуты две, они встали, взялись за руки и побежали в ту сторону, куда направились взрослые. Лика повернулась к хозяину и показала, как маленькая девочка, язык.

– Ладно, твоя взяла, – буркнул Кирилл, улыбнувшись в душе.

Ему нравилось, как Лика справляется с детьми. Юля тоже была хорошей няней, но из-за страха перед хозяином, она боялась в чем-либо возразить малышам, и избаловала их без меры. Двойняшки веревки вили из девушки, и Кирилл, которому не очень нравилось такое воспитание, уже давно задумывался о смене няни. Интерес Насти к Лике помог разрешить этот сложный вопрос.

– Слушай, – поинтересовался он в кафе, когда ребятишки съели свой десерт и убежали в детский городок, оставив взрослых одних, – ты же совсем юная девушка. Откуда ты знаешь, как надо правильно воспитывать детей?

– Кирилл Андреевич, – засмеялась Лика, – во-первых, срабатывает женская интуиция. Во-вторых, я читаю специальную литературу по детской психологии. Вам же нужен не просто тот, кто будет присматривать за детьми. Правда? Их надо развивать. А это целая профессия, которой учатся годами. И потом… Вы смотрели американский сериал «Доктор Хаус»?

– Нет. Мне некогда.

– И зря. В нем много интересных мыслей.

– А ты когда его смотрела?

– Когда в больнице лежала. Делать же было нечего, – улыбнулась Лика, наблюдая за детьми, катающимися с горки.

– И что важного говорил доктор Хаус?

– О, был один интересный эпизод. Он говорил, что если ты не готов применить наказание, никогда не грози. Я запомнила эти слова. Так что, если я сказала детям, что они останутся одни, если не будут слушаться, значит, должна обязательно сдержать слово. Даже если оно вырвалось в порыве гнева. Иначе угроза не будет в следующий раз иметь веса. Воспитание – это любовь и твердость.

– А-а-а-а, – протянул Кирилл и по-новому взглянул на девушку. Оказывается, она далеко не простушка. И мысли умные высказывает. Надо же! Он не думал, что кто-то его сможет чему-то научить, а тут…

Он покачал головой.

– Вы почему сегодня рано вернулись?

– Просто захотел дома побыть с детьми. Бизнес налажен. Если будет форс-мажор, то секретари сообщат. Ну, что, поедемте домой?

– Мы обычно ходим ногами.

– Без охраны? – ужаснулся Кирилл.

– Да, – растерялась Лика. Она даже не предполагала, что должна брать с собой секьюрити. – А что, нельзя? Я думала, это поселок для богатых людей. Я помню, как мы проезжали пропускной пункт. Мне казалось, что здесь не должно ничего случиться.

– Так-то оно так. Но все же. Береженого бог бережет. Зови детей, – с этими словами Кирилл встал и пошел к выходу.

Действительно, что-то он расслабился, а с ним потеряли бдительность и домочадцы. Вспомнив, как дети сегодня абсолютно спокойно выбежали на улицу, он вздрогнул. А если бы их позвал посторонний человек? что тогда? «Нет. Надо промыть мозги охране. За что я им деньги плачу?» – решил Кирилл и сел в машину, наблюдая, как Лика уговаривает детей слезть с горки.

Дорога к особняку заняла две минуты. Действительно, можно было прогуляться пешком. Дети выскочили из машины и побежали в сад, увидев радостно вилявшего хвостиком Шарика. Лика помчалась за ним. Охранник Борис бросился к машине, чтобы поставить ее в гараж.

– Потом зайди ко мне, – приказал ему Кирилл и направился к дому.

– У вас гости, Кирилл Андреевич.

– Гости? Кто?

– Дорогой! Как я соскучилась!

К нему, стуча высоченными каблуками по бетонным плитам дорожки, мчалась со скоростью курьерского поезда подруга Вероники, красавица модель Наташа Соколова.

Она налетела на Кирилла, стиснула в объятиях так, что тот только охнуть успел, и вытянула губы для поцелуя. Он ловко увернулся и сделал шаг назад.

– Ты как у нас оказалась? – удивился Кирилл, вытянув перед собой руки, чтобы удержать новую атаку светской щучки. Он повернул голову: застывшее лицо Лики смутило его и даже расстроило. «Вот принесла нелегкая Наташку!» – мелькнула мысль.

– О, я в Москве по делам. Нужно новый контракт подписать с агентством, только сомневаюсь, – Соколова уцепилась за его локоть и повисла на нем тощим телом.

– А что так? – Кирилл попытался освободиться, но не тут-то было. Тогда он потащил Наташу в дом, желая скорее скрыться с глаз Лики. Он не понимал, почему испытывает неловкость. Казалось бы, он Лике ничего не должен и не обещал, она обычная прислуга, но все же отчего-то на душе стало тоскливо.

– А где твои замечательные детки? – уже на пороге спросила Соколова.

– Играют в саду.

– Я с ними сначала поздороваюсь, а потом поговорим.

Наташа отцепилась от него и побежала в сад. Ее ноги проваливались в траву газона. Каждый раз, выдергивая высокие каблуки из земли, она прилагала определенные усилия, в результате ее походка напоминала прыжки горной козы.

– Ах, вы мои миленькие! – резвая козочка шумно набросилась на малышей. – Мои сладенькие котятки! Как вы живете без мамочки? Идите к тете. Чмоки-чмоки!

Настя и Егор с испуганными лицами вырвались из цепких пальцев красавицы и спрятались за спиной у Лики.

– Вы меня не помните? – красавица огорченно развела руки. – Я лучшая подруга вашей мамы.

– Наташа, что ты делаешь? – Кирилл догнал ее и пытался отвлечь от детей. – Конечно, они тебя не помят. Они совсем маленькие были год назад.

– Идите ко мне, мои сладенькие. Я вам дам конфетки.

Она раскрыла микроскопическую сумочку, порылась в ней, видимо, ничего не нашла и бросилась с объятиями к детям. Сначала схватила за руку Настю, но девочка упрямо держалась за Лику.

– Пожалуйста, дайте детям возможность вас вспомнить. Вы что не видите, они боятся незнакомого человека, – одернула ее Лика. – Кирилл Андреевич, может быть, вам лучше вашу гостью увести в дом?

– Это кто? – взъярилась на нее красавица, небрежно окинув взглядом. – Кирилл, как ты мог так поступить с Вероникой! Еще и года не прошло, а у тебя по дому разгуливает полуголая малолетка, да еще и хамит гостям!

Кирилл чуть не захлебнулся от возмущения: неизвестно где ее носило целый год, а тут появилась, пылая праведным гневом, и права качает. Спасла положение Мария Владимировна, которая, видимо, наблюдала за неприятной картиной с веранды.

– Господа, стол к ужину накрыт. Прошу, заходите в дом. Лика, детей тоже приводи.

Кирилл обрадовался приглашению и потащил свалившуюся на голову подругу в гостиную, а оттуда на веранду. Он вообще недолюбливал Наташу. По сравнению с утонченной и воспитанной леди Вероникой Соколова была простой, как валенок. Никогда не следила за речью, могла брякнуть невпопад какую-нибудь гадость, да и ненормативная лексика то и дело срывалась с губ. Кирилл всегда недоумевал, почему его жена общается с такой низкопробной дамой, на что Вероника неизменно отвечала:

– Не обращай внимания. Мы с Наташкой дружим давно. В нашем бизнесе таким, как я, не выжить. Вот мы и дополняем друг друга: у меня есть стиль, а у Наташки пробивная натура.

Наташа и вправду постоянно наведывалась к ним в дом, пока Вероника болела, и Кирилл принимал ее как дорогую гостью, пока однажды, выпив лишнего за ужином, она не стала приставать к нему в коридоре.

– Кирюха, – с деревенской простотой лезла она к нему, – что ты чахнешь рядом с больной бабой. Пойдем, оторвемся по полной в клубешнике!

Ошарашенный Кирилл тогда посадил ее в джип и приказал водителю отправить подальше. Наутро она звонила, рыдала в трубку и просила прощения, но он твердо сказал, что в его доме для Соколовой дверь закрыта. Он даже не сообщил ей о смерти Вероники. Она узнала о печальном событии сама и заявилась на похороны в черном наряде от кутюр и идиотской шляпке с вуалью.

Кириллу тогда было не до гостей: он едва замечал людей вокруг. Однако Соколова на поминках устроила безобразную сцену и привлекла всеобщее внимание. Трех традиционных рюмок водки, принятых за столом, ей явно не хватило, а когда она выпила больше, начала вешать длинное тело на всех мужчин, рыдать у них на плечах и жаловаться на свою несчастную судьбу. Кирилл тогда попросил Руслана убрать эту подругу подальше от его дома, и целый год она не показывалась ему на глаза.

Они сидели за столом в ожидании остальных и разговаривали. Наташа опустилась на стул рядом с ним и рассказывала о последнем фешен-показе в Милане. Когда на веранду вбежали дети, взрослые уже обсудили много вопросов и беседовали вполне мирно. Кирилл втайне надеялся, что скоро ее визит закончится, и все в доме вернется на круги своя.

Настя и Егор забрались на свои стульчики. Наташа встала и села на то место, где последнее время сидела Лика. Девушка вошла следом за детьми и растерялась, не зная, что дальше делать.

– Лика иди сюда, – закричала Настя. – Тетя Наташа, здесь Лика сидит. Ты уходи.

Настя с детской непосредственностью стала выталкивать гостью со стула.

– Кирилл, у вас теперь прислуга за одним столом с хозяевами ужинает? – обиделась Наташа. Она вскочила с места, а потом, не обращая внимания на протест детей, плюхнулась на стул.

– Ой, прислуга, – засмеялся Егорка. – Лика не прис… прис… Па-па, я не знаю, как сказать это слово!

– И не говори, сынок, не надо, – Кирилл остановил движением руки порыв Соколовой высказаться. – Тем более, что Лика не прислуга, а друг семьи. Правда?

– Да, Лика наш друг. Она няня.

– Кирилл, ты обмельчал и опустился на уровень плебеев. При Веронике кухарки, горничные, няни, шмани и прочие – все ели на кухне. Что происходит?

Казалось, что Наташа, совершенно не понимает намеков, которые посылал ей глазами Кирилл.

– Кирилл Андреевич, я с остальными на кухне поужинаю, – Лика развернулась и пошла в дом.

Кирилл догнал ее, подвел к стулу, взял Наташу за руку, поднял, а на ее место посадил Лику.

– Извини, дорогая, – твердо сказал он Соколовой, – но тебя слишком долго не было. Порядки в доме немного изменились.

Мария Владимировна, которая челноком моталась с веранды в кухню, одобрительно посмотрела на хозяина и подмигнула Лике. Наташа, заметив обмен взглядами, помрачнела, но молча села на прежний стул. Лика занялась детьми, а Соколова, прищурив глаза, пристально смотрела на нее. Все это Кирилл видел, но пока не торопился принимать какие-то меры. Его не волновали светские сплетни: в серьезных деловых кругах на них не обращали внимания; он просто не хотел тревожить попусту детей.

– Милочка, принеси мне стакан воды, – вдруг капризная красавица повернулась к Лике. Заметив гневный взгляд Кирилла, она поправилась. – А что? Я же прошу оказать услугу по-дружески.

– Я принесу, мне не трудно, – подхватилась Лика. Кирилл видел, что она боится намечавшегося скандала и старается его предотвратить.

Девушка вернулась со стаканом на серебряном подносике и наклонилась, чтобы поставить его на стол, но в этот момент Наталья ее толкнула, и вода полностью вылилась на Лику. Она стояла в насквозь промокшей футболке, прилипшей к телу и белому кружевному бюстгальтеру, и шортах и растерянно хлопала глазами.

Дети засмеялись, разглядев в этом событии веселую шутку, модель притворно разохалась и бросилась салфетками промокать воду. Кирилл побагровел от злости. Он схватил за локоть Наталью и потащил ее в кабинет

– Ты зачем сюда приехала? Что ты забыла в нашем доме? – набросился он на нее, как только захлопнул дверь.

– А что? Я смотрю, твоя любовь к Веронике быстро прошла! – не сдавалась скандальная Соколова. – Не успел закопать ее в землю, как новую подружку завел? Зрелой женщины тебе было мало, по малолеткам решил пробежаться? – визгливо кричала она.

Кирилл оторопел от такого напора. Какое право имеет она, чтобы так на него набрасываться? Он ей не друг, не любовник и не брат. В душе бушевал огонь, готовый вот-вот вырваться наружу.

– Следи за языком, Соколова, – сквозь зубы прошипел он.

– Это ты следи за своим похотливым инструментом.

Эти слова стали той последней каплей, которая переполнила чашу терпения Кирилла. Он едва сдержался, чтобы не схватить подругу Вероники за горло. Остановило только понимание, что если наступишь в навоз, то сам в нем перемажешься.

– Я тебе вызову такси, – холодно сказал он. – Прости, но в нашем доме для тебя места нет.

– Кирюша, – заюлила Соколова, вскочила с дивана, на котором она только что уютно развалилась, приняв выигрышную позу и положив ногу на ногу. – Ну, зачем ты так! Ты меня пойми. Я приехала вас навестить и что вижу: простая служанка сидит с вами за столом как госпожа, а ты ее еще защищаешь.

Но Кирилл ее не слушал. Он достал телефон и позвонил своему водителю, приказав ему отвезти гостью в Москву.

– Кирилл, ты даже меня не накормишь? – пустила слезу Соколова. – Это твоя благодарность за нашу дружбу?

– Хорошо. Мы сейчас пойдем за стол, но если ты хотя бы слово лишнее при детях скажешь или сделаешь выходку, подобную стакану воды, больше ни на мою поддержку, и на мое внимание не рассчитывай. А я свое слово держу.

– Поняла, поняла, – засуетилась Соколова, радостно подхватила Кирилла под локоть и повела его на веранду к остальным.