Глава 11

Глеб

Просыпаюсь от звука хлопнувшей двери. Распахиваю глаза и тупо смотрю в потолок. Не сразу соображаю, что мы в комнате Ника, а ночью… Твою мать!

Ник сладко спит, сунув руку под подушку, а Даша ушла. Убежала, если быть точнее. Махнув копной своей рыжей гривы, только что снова нас оставила.

Переворачиваюсь на бок, чувствуя, как затекли все мышцы от неудобной позы. Встаю и, пошатываясь, иду в кухню, на ходу натягивая штаны. В груди горит, всё тело словно током херачит. Потому что нужно быть честным самим с собой — такого охрененного секса у меня ещё не было.

Потому что с ней.

И одновременно по нервам долбит ревность…

Вчера, когда увидел Дашу в объятиях Ника, первым порывом было уйти. Но ноги словно приросли к полу. Я не мог не смотреть. И не мог не возбудиться. И одновременно хотел освободиться и покинуть этот грёбаный дом, грёбаный город. Однако я знал и то, что мысли об Огонёчке меня не оставят где бы я не находился. Мы это уже проходили…

Ник делал с ней то, что хотел делать я. Целовал её с такой жадностью, словно Даша была последним глотком воды в пустыне. И мои инстинкты взяли верх. Отключил голову, выбрасывая из головы все мысли, и сделал шаг вперёд. К ним.

Я ожидал, что Огонёчек сбежит. Оттолкнёт обоих и пошлёт ко всем чертям. Но она меня удивила. И Ника тоже. Стесняясь, зашторила окна и попросила выключить свет. Но при этом расслабилась и отдалась со всей страстью и душой, и телом. И я старался делать так, чтобы ей было хорошо со мной. Блядь… С нами! Мной и моей точной копией!

Меня на части рвала ревность, смешанная с дикой похотью, когда Ник дерзко ласкал её. Не хотел смотреть, но не мог отвести взгляд, падая в пропасть от её ласк. Когда она обхватила влажными губами мой член, вбирая его в себя, я перестал соображать. Только её руки, её губы… И громкие крики, когда Огонёчек кончала.

Мы так и уснули втроём — Даша между нами в кольце из четырёх рук.

Сжимаю зубы и тру лицо ладонями, усмехаясь превратностям судьбы. Даже в страшном сне мне не могло присниться, что мы с братом будем делить Дашу на двоих! И приходит мысль, что наши мозги снова были набекрень, потому что мы ведь хотели поговорить.

Нормально поговорили, чё… Всю ночь разговаривали, до хрипоты.

Действительно ли Ник был прав, когда говорил, что Огонёк хочет обоих? Или сегодня ночью она просто так же, как и мы, поддалась инстинктам? Поэтому убежала?

От мысли, что Даша сейчас сидит одна, перебирая события прошлой ночи, и хер его знает, как себя накручивает, хочется пойти к ней. Успокоить, поговорить.

Не знаю, что держит меня на месте, но с кухни я не ухожу.

Слышу тяжёлые шаги. В кухню заходит Ник, наливает себе воды, жадно пьёт, отводя взгляд. Я тоже не могу смотреть ему в глаза. Мы оба жрём себя изнутри, сгорая в пламени ревности, собственничества и… Того, в чём ни один из нас не хочет признаться даже себе.

Тишина между нами давит, становясь осязаемой. Но мы молчим.

Не выдерживаю и резко поднимаюсь. Иду к выходу, натягиваю обувь и выхожу на крыльцо. Впериваюсь взглядом в Дашин дом. Все окна зашторены, а дверь закрыта. Ушла или спряталась? Глушу в себе порыв пройти несколько метров и… И что? Наверное, впервые в жизни я не знаю, что сказать.

Сажусь на ступеньки и, запрокинув голову и щурясь от яркого солнца, стараюсь выкинуть из головы все мысли. Но они снова и снова возвращаются, раздирая душу на части.

Мне нужно выпить! Но, во-первых — нечего, а во-вторых — я так сопьюсь.

Сквозь открытое окно слышу звук включённого телевизора. Похоже, Ник решил посмотреть фильм. Что ж, неплохой способ попробовать отвлечься. Пружинисто поднимаюсь и возвращаюсь в дом. Брат сидит на диване и невидящим взглядом смотрит в экран телевизора. Сажусь рядом и пытаюсь смотреть какое-то дрянное ток-шоу.

— Помнишь: «правда или действие»? — нарушает тишину Ник.

— Да.

— О какой постоянной девушке шла речь? Или ты спецом Дашку троллил?

Я морщусь и закидываю руки за голову. Обхватываю затылок, сцепив пальцы в замок.

— Её зовут Каролина. Мы познакомились три года назад. И говорить о ней нет смысла.

— Симпатичная?

— В твоём вкусе. Интеллектом не обременена, зато тюнинг по высшему разряду, — хмыкаю я.

— Мог бы и познакомить, — немного обиженно тянет брат. — Она вообще знает, что нас, таких охренительных, двое?

— Знает, — я прикрываю глаза, потому что теперь любой намёк на «двое» превращается в воспоминание о «трое».

Ник прекрасно меня понимает и тоже замолкает, снова уходя в свои мысли. Беру пульт и бездумно щёлкаю каналы, посматривая в окно на Дашин дом. Начинаю нервничать, потому что она не появляется. Окна по-прежнему закрыты, а из дома она не выходила. Надеюсь, что Огонёчек не наделала глупостей и не сбежала… Куда? К своей подружке? Нет, я знаю Дашу. О таком она не расскажет никому. Может, спит?

Включаю боевик и снова пытаюсь сосредоточиться. В этот раз получается лучше, и я даже слежу за развитием событий.

Под руку лезет что-то мягкое. Скашиваю глаза и смотрю на пушистого кота, который нагло пришёл требовать ласки. Или еды. Второе — вероятнее.

— Пошли, Леопольд, — зову его.

Кот смотрит на меня своими глазищами и тут же легко спрыгивает с дивана. Нахожу миску, насыпаю в неё корм и ставлю на пол. Лео медленно приближается, принюхивается и начинает аккуратно, даже аристократично есть корм.

На улице значительно потемнело. Солнце клонится к закату, а я снова, как придурок, высматриваю Дашу в окнах. Ну свет-то должен загореться! Замечаю точно такой же взгляд Ника. И смотрит он тоже на Дашины окна.

Снова выхожу на крыльцо, пряча руки в карманы брюк. Не нравится мне это! Дашин дом — тёмный, словно нежилой. Опускаю голову и решаюсь. За несколько шагов подхожу к калитке, толкаю и, со свистом втянув воздух, делаю шаг на её территорию. Подхожу к входной двери и слышу звуки с заднего двора. Ни секунды не медля, иду на звук.

Даша на заднем дворе. В её руках яркий шланг для полива. Меня немного отпускает. Ровно до тех пор, пока не вижу выражение её лица. Огонёчек бледная, а губы слишком яркие, словно искусаны почти до крови. Она прячет взгляд и тяжело дышит.

— Даша, — хрипло зову я.

— Уходи, — требует она, смотря куда угодно, только не на меня.

— Мы должны поговорить, — упрямо настаиваю и делаю пару шагов в её сторону.

— Не надо, — просит она, — не могу сейчас.

— Даша, нам нужно поговорить! — прошу я, делая ещё один маленький шаг к ней.

— Не о чем, Глеб! — Даша качает головой, её рыжие пряди закрывают лицо. — Это было ошибкой!

Возможно, Огонёк права, и мы зря это сделали…

— Уходи, — просит Даша, отступая на два шага назад.

Да какого хрена? Сколько можно водить меня за нос?! Нас!

Чувствую, как в груди поднимается волна злости. Мне надоело чувствовать себя последним придурком у ног рыжеволосой бестии!

— Ладно, — сквозь зубы жёстко говорю я. — Тогда ответь на один вопрос. И я уйду!

Возможно, навсегда!

Даша молчит, но поднимает на меня красные заплаканные глаза.

— Расскажи мне, Даша, в какие игры ты играешь! Почему ты обманула нас с братом три года назад? Ты ведь не выбрала тогда… Не желаешь выбирать и сейчас? Ты так играешь с нами? — сузив глаза, смотрю на неё в упор.

Я устал, мать вашу!