Глава 3

2019 год, конец августа.

Автомобиль Максима стоял в пробке по пути из аэропорта. Это не раздражало Максима, наоборот, впервые за прошедшие три недели появилось время для того, чтобы расслабиться и подумать отвлечённо о том, о сём.

Воспитанников, загорелых и довольных жизнью, завоевавших кубок, передал с рук на руки счастливым родителям. Пришло время подумать и о себе, а то скоро по мотивам его жизни может будет написать один из фрагментов жития святых. В спортивном лагере, где он провёл с подростковой волейбольной командой их частной школы три недели, Максим был сосредоточен только на тренировках, соревнованиях и присматривал за воспитанниками. Он на море-то поплавать ходил только глубокой ночью, когда был на сто процентов уверен, что мальчишки спят. Конечно, из сопровождающих он был не один, но директор-то частной спортивной школы он, и владелец он, потому голову снимут, в случае чего, тоже с него.

Двенадцать — тринадцать лет… Это вам не семилетки. Ума больше, но вот всегда ли это богатство направлено в нужное русло, — большой вопрос. Да ещё, как на беду, в том же санатории жили участницы большого танцевального ансамбля, девочки подросткового возраста, и юные спортсмены не оставили без внимания данный факт. В общем, покой Максиму только снился.

Максим вспомнил Марию Вадимовну, руководителя танцевального ансамбля. Она настолько явно симпатизировала ему, что это заметили даже мальчишки и позволяли себе беззлобно подшучивать над директором. Но Максим был непреклонен. Непоколебим. Одним словом, кремень. Какой бы красоткой ни была Мария Вадимовна, как бы морская романтика ни разгоняла в жилах кровь, Максим строго придерживался собственного золотого правила: на работе — только работа.

Потому нужно как можно скорее встретиться с Вероникой, снять напряжение и стресс прошедших недель. Нет, сначала он позвонит родителям и заедет к ним с подарками. Светлане Дмитриевне и Петру Петровичу перевалило за семьдесят, у них появились первые правнуки, но родители были ещё очень бодры и энергичны. С апреля по октябрь они жили дачной жизнью, а в остальные полгода много читали и занимались скандинавской ходьбой. Мама даже стала старшей в их этой группе по ходьбе. Максим привёз как-то родителям из поездки самые лучшие палки для ходьбы. Радости было! Он же приохотил родителей к чтению в интернете и к электронным книгам, которые подарил маме и папе. Ему пришлось преодолеть мощнейшее сопротивление, потому что и мать, и отец уверяли: ничто не может сравниться с моментом, когда берёшь в руки новую печатную книгу. На что Максим резонно заметил: если собрать дома все книги, которые они прочитали, то жить будет негде, везде будут только книги, они заполнят всё пространство.

К счастью, Светлана Дмитриевна и Пётр Петрович оказались открыты для веяний технического прогресса, который упорно не желал стоять на месте.

А уже потом, после того, как посетит родителей, он позвонит Веронике. Они время от времени встречались уже почти год, с прошлой осени, и были весьма довольны друг другом и сложившейся ситуацией.

Веронике исполнилось тридцать два года, она была в самом расцвете женский красоты и чувственности. К тому же, она была не из тех, кто ищет состоятельного мужчину, чтобы ублажать его и жить за его счёт.

Максим не был жадным, ни в коем случае. Он умел и любил делать подарки и сюрпризы, но у него вызывали раздражение и неприязнь все без исключения бездельники и приспособленцы, неважно, какого пола.

Вероника работала экономистом на одном из крупнейших городских предприятий. Когда-то она была замужем, но полтора года назад её семья распалась. Муж хотел детей, а Вероника была пока категорически против материнства. Ей хотелось продлить молодость, она боялась погрязнуть в домашней суете и превратиться из цветущей женщины в вечно измученную бытом мать семейства. Вероника с мужем развелись полюбовно, а вскоре судьба свела её с Максимом на праздновании дня рождения супруги Ивана, коллеги и друга Максима.

Вероника и Максим идеально сошлись во взглядах на взрослые отношения: они оба не стремились к брачным узам и прочей романтической семейной атрибутике. Оба превыше всего ценили собственную свободу и независимость. В их отношениях не было места подозрениям, ревности и скандалам.

О том, что он не женился и впредь не собирался делать этот шаг, Максим не пожалел ни разу. По роду деятельности, его окружали по большей части мужчины, и как-то Максим не замечал, что семейные мужчины выглядят более счастливыми, чем холостяки. Не замечал особой жизненной энергии, энтузиазма, активности, блеска в глазах. Вот пивные животы замечал. Слышал жалобы на то, что жена не отпускает в выходные на рыбалку, потому что надо помочь тёще с уборкой картофеля. Или на то, что у жены постоянно болит голова, но если он бросит хотя бы взгляд в сторону другой женщины, его благоверная, забыв про головную боль, превратится в самку богомола. Или по плечи вобьёт в землю любимого мужа. А ещё… Вечные жалобы жён на дефицит денежных знаков, зависть к более красивым и успешным подругам…

И это вот всё называется семейным счастьем? Тогда он лучше уж как-нибудь без «счастья» обойдётся.

Через полгода ему исполнится тридцать, и он уже достиг всего, к чему стремился. Когда-то, едва начав работать, он влез в ипотеку и купил себе отдельную квартирку. Комнату в малосемейке продал, а деньги вложил в бизнес — проект. Они с Ванькой открыли первую в городе частную спортивную школу.

Сейчас с ними сотрудничают лучшие детские тренеры по волейболу и мини-футболу. Ни с одного соревнования воспитанники школы не возвращаются без кубков, дипломов победителей и медалей. Вот и сейчас их волейбольная команда вернулась с победой из Сочи.

Теперь Максим стал одним из самых уважаемых людей их города, переехал в просторную двушку в самом центре, купил хорошую машину. Не барскую и не королевскую, просто хорошую. В профессии он состоялся. Подруга у него красивая, умная и современная. Родители счастливы. Чего ещё желать?

* * *

…Софи сдавала под охрану образовательный центр, когда ей позвонила Настя, её «правая рука» и близкая подруга.

— Привет, дорогая! Как день на работе без меня прошёл?

— Привет, Настя! Могло быть и лучше, но есть хорошая новость: Безгодов согласился сотрудничать с нами.

— Ну вот! Поздравляю, Софи! А говорили-то…будто он даже разговаривать с нами не захочет. Как тебе удалось его обаять?

— Я ничего специального не делала, у нас был сугубо деловой разговор. Мне показалось, у него какая-то личная заинтересованность в победе. Казалось бы, с чего? Но я чувствую как-то вот так. А ты почему звонишь в пятницу вечером? У тебя же выходной?

— Звоню, чтобы сообщить, что мои подозрения подтвердились: Игорь мне изменяет. И мне удалось узнать, с кем. Игорь улетел в командировку на три дня, потому завтра мы идём на дело. Помнишь, ты обещала, что поддержишь меня?

— Помню, Настя! К счастью, завтра я свободна. В чём будет выражаться «дело»?

— Поедем знакомиться с моей, так сказать, соратницей и компаньонкой. С той, с которой я делю своего мужчину. С некоей Вероникой.

* * *

— Софи, вот ты ведь даже официально замужем была, и так легко пережила измену и развод. Расскажи, как тебе это удалось? Мы с Игорем не зарегистрированы, он мне лишь фактически является мужем, а я вся на изменах!

Софи улыбнулась, глядя в окно автомобиля, перестроилась в соседний ряд. Потом уже быстро посмотрела на Настю, которая сделала очередной глоток вина из бутылки, обёрнутой в плотную коричневую бумагу. Суббота была в самом разгаре. Подруги ехали «на дело».

Конечно, Софи совсем не нравилась эта затея, но она обещала, что поддержит Настю в случае, если подтвердится измена Игоря. Настя, в свою очередь, пообещала, что разговор будет цивилизованный, без скандала.

Она хотела посмотреть в глаза разлучнице, попытаться призвать её к порядочности. А Софи решила контролировать ситуацию. Она не могла отпустить Настю одну и отговаривать не имела права.

Настя очень любит Игоря, даже такого, изменника и гуляку, и не хочет его терять. Вот тебе и любовь… Интересно, принесла любовь хоть кому-то счастье⁈ У Софи на этот счёт были огрооооомные сомнения.

— Настя, я никогда не любила Бергера. Я восхищалась его талантом, уважала его, была его музой, секретарём, корректором, администратором, бухгалтером, кухаркой…

— … и согревала долгими зимними ночами?

— Ну… огня особого не было, скажем так. Мы же взрослые люди, к чему скрывать? Илья всегда был слишком увлечён работой, ему удавалось сублимировать энергию, и он меня особо никогда не напрягал постелью. А потом, когда начал общаться в интернете со своей первой возлюбленной, так кстати уехавшей на историческую родину Ильи, у нас вообще ничего не было.

— Хорош гусь, — Настя отхлебнула ещё вина. — По сути, обязан тебе грандиозным успехом своей книги, ведь ты выполняла всю чёрную и рутинную работу. Ночами не спала, когда его вдохновение обуревало. А потом списался с этой Фирой, ноги в руки и вперёд!

— Он сказал мне много слов благодарности и оставил квартиру в центре Казани. Всё, что я сейчас имею, — благодаря той нашей совместной работе с Ильёй. Иначе где бы я взяла деньги на открытие собственного образовательного центра? Одни материалы и пособия чего стоят! А теперь ещё спортзал, инвентарь… Ладно хоть, удалось на студию себе выкроить.

— Не жалеешь, что из Казани уехала? Всё же наш город не такой большой и развитой.

— Ни капли. Я ведь выросла здесь. Тут мои родители, брат с семьёй.

— А как тебя в Казань занесло, если вся родня здесь? Давно хотела спросить, да стеснялась.

— Мотивация — великая вещь, Настя! Помни об этом, когда будешь говорить с Вероникой. Мне очень нужно было уехать, и я уехала. Научилась жить в общаге, научилась говорить «нет», научилась отшивать назойливых кавалеров. Столиц я боялась, а Казань — город большой и очень перспективный. Потому выбрала его.

Там нет ни родственников, ни знакомых. Когда поступила в магистратуру, познакомилась с Ильёй. Он старше меня на пятнадцать лет, преподавал у нас. За год до этого он овдовел, жена попала в ДТП. Ему нужна была помощь с книгой, а мне нужна была работа. Со временем он привязался ко мне и сделал предложение. Мне было двадцать два, а ему тридцать семь.

— И сколько лет вы прожили в браке?

— Три года. Потом развод, его отъезд. Ещё два года я жила в Казани, работала корректором в одном из изданий и вынашивала собственный проект.

— И всё равно все беды от мужиков, — мрачно изрекла Настя.

— Если так, что же Игоря не бросишь?

— Чтобы я своего мужчину этой чучундре просто так отдала? Не дождётся! — Настя включила магнитолу, поймала радио и прибавила звук.

Через минуту они пели.

— Крикну…- надрывалась Настя.

— … а в ответ — тишина, — вторила Софи.

— Снова…- это Настя.

— … я останусь одна, — вновь Софи.

И вместе:

— Сильная женщина плачет у окна!

* * *

… — Вот это система защиты! — выдохнула Настя, когда им всё же удалось не мытьём, так катаньем проникнуть в подъезд, миновав ворота огороженной территории и двери с домофоном.

— Какой этаж? — спросила Софи, когда они вошли в лифт.

— Пятый.

— А ты уверена, что эта Вероника дома?

— Вроде, никуда не выходила.

— Насть… Ты что, наружку наняла⁈

— А как по-твоему я вышла на неё? Игоря неделю «водили». Подруга дней его суровых — женщина скромная. Работа — дом. И три раза за неделю Игорь.

Софи с тревогой посмотрела на подругу. Вроде, держится неплохо, но почти бутылку вина «приговорила» в одиночку, а это чревато неожиданностями.

Они остановились у двери, и Настя решительно втопила кнопку дверного звонка.

— Кто там? — раздался за дверью удивлённый мелодичный женский голос.

— Соседи с четвёртого этажа. Вы нас заливаете.

Софи никогда не открыла бы двери на такое заявление. Она бы лично вызвала слесаря, не открывая дверей предполагаемым соседям. Но безалаберная хозяйка квартиры доверчиво распахнула двери.

Вероника оказалась стройной красивой брюнеткой лет около тридцати. Её огромные карие глаза с недоумением смотрели на «соседей».

— Не может быть, что мы топим вас, у нас всё хорошо.

И вот тут произошло неожиданное и очень неприятное событие.

— Ах ты, б…ь! — воинственно воскликнула Настя и решительно взялась руками за длинные шоколадного оттенка волосы Вероники.

Хозяйка квартиры взвизгнула, сделала попытку оттолкнуть Настю. Софи тоже кинулась к Насте, пытаясь оттащить её так, чтобы свести возможный вред здоровью Вероники к минимуму.

Завязывалась потасовка, и Софи была близка к отчаянию, когда над их головами раздался приятный мужской голос:

— Что здесь происходит⁈ Вероника, кто это?

— Понятия не имею! — пропыхтела Вероника, стряхивая с себя цепкие руки Насти.

Повисла странная пауза, и Софи подняла глаза, однако, продолжая держать за руки Настю. Высокий очень загорелый мужчина с лохматыми пепельными волосами смотрел прямо на неё. Он был в одних джинсах. Похоже, услышав шум, выскочил прямо из постели. Кстати, Вероника тоже была в каком-то подобии пеньюара.

— Простите, что помешали вашему отдыху, — глядя в раскосые синие глаза мужчины, сказала Софи, крепко удерживая Настю. — У моей подруги было срочное дело к вашей… вашей…

— Хороша у вас подруга, — холодно усмехнулся мужчина. — Явно выпивши. Как говорится, скажи мне, кто твой друг…

— Зато вы, как я вижу, верны себе, — парировала Софи. — Всё так же предпочитаете проверенные, испытанные варианты, протестированные многими до вас и попеременно с вами…

Максим понял, что недвусмысленный намёк в словах Софи ему не чудится, но ему понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Он только начал погружаться в сладкую полудрёму, когда услышал вопли и возню. Ладно хоть, штаны успел натянуть, пока бежал спасать Веронику, а то хорош бы он сейчас был, появившись перед тремя дамами в том, в чём спал.

Первая из странных дамочек, напавших на Веронику, была явно пьяна, а второй оказалась… Софи. Именно это открытие окончательно дезориентировало Максима. В голове гулко стучала только одна мысль: «Как такое возможно⁈ Она же уехала!». Он настолько растерялся, что не мог допустить возвращения Софи. Или приезда к кому-нибудь в гости, например.

Однако волей-неволей пришлось собраться и взять на себя ответственность. Кажется, так говорила когда-то давно Софи: «Ты не боишься брать на себя ответственность». Он ещё, помнится, был в восторге, услышав это.

Оттеснив Настю и Софи, Максим закрыл своей спиной Веронику. В этот момент любопытная Настя, до затуманенного мозга которой дошло, что Софи и мужчина в джинсах ведут какой-то странный диалог, с подозрением спросила:

— Вы что, знакомы?

— Нет, — в голос ответили Софи и Максим, не глядя друг на друга.

Далее Максим продолжил строго и основательно, «включив директора», как сам он это называл.

— Теперь послушайте меня, дамы, — обратился он к Насте и Софи. — Вариант первый: сейчас я вызываю полицию, и далее пусть с вами предметно общаются представители органов правопорядка. Мы с Вероникой, в свою очередь, расскажем им всё, как было, в красках. Вариант второй: сейчас мы все культурно и спокойно проходим в квартиру, и вы объясняете нам с Вероникой суть ваших претензий. А также приносите извинения Веронике.

«Вот по поводу извинений ты явно погорячился», — без всякого злорадства подумала Софи.

Наоборот, в душе вдруг шевельнулось непрошенное сочувствие к Максиму. Настя, конечно, та ещё горячая голова, но она никогда не пошла бы «разбираться», не убедившись, не получив доказательств. Ведь подозревала-то она Игоря достаточно давно.

— Макс, — заговорила вдруг Вероника из-за спины Максима. — Я уверена, что девушки ошиблись в чём-то. Или у них проблемы с головой. Осень не за горами, все болячки обостряются. Давай обойдёмся без полиции и без разборок. Пусть они просто уходят. А я обещаю впредь не открывать двери вообще никому.

«Однако! Не хочется кому-то, чтобы „Макс“ узнал обо всём. Значит, сама-то Вероника смекнула, что к чему», — мысленно восхитилась Софи.

— Нет, Вероника, так дела не делаются. Такие поступки нельзя спускать на тормозах. А если мы сейчас отпустим девушек, а они ещё на кого-нибудь нападут?

«Да, сегодня явно не день Вероники. Впрочем, если Максим вызовет полицию, и нам не поздоровится. И поделом».

— Давайте, я просто всё объясню, — почти спокойно сказала Настя. Видимо, поняла, что по поводу полиции Максим не шутит. — Гарантирую, что полностью держу себя в руках.

— Проходите. Хотя бы в прихожую. Мы уже достаточно потешили общественность, — распорядился Максим.

— Настя, я жду тебя внизу у подъезда, — сказала Софи. — Мне незачем присутствовать при разговоре. Но если тебя тут хоть пальцем тронут, полицию вызову я. У тебя отчёты все собой?

— Да, — кивнула Настя. — Всё, что получила от сотрудников агентства, при мне. Не беспокойся, Софи! Вижу, муж тут — человек адекватный и справедливый. Даже обидно за него.

— Жду внизу, Насть, — кивнула Софи и, не вызывая лифт, начала спускаться по лестнице, игнорируя растерянный взгляд Максима.

Устроившись на скамейке, Софи думала о несправедливости судьбы и её насмешках. Не так, ох, не так представлялась ей долгожданная встреча с Максимом!

Софи должна была появиться в его жизни красиво и триумфально. Возможно, это глупо и по-детски… Ей не хотелось унизить или растоптать Максима. Да и за что? Разве человек виноват в том, что не любил так, как ты любил его? К любви не принуждают.

Это ей казалось в то далёкое лето, что жизнь закончилась, что больше ничего не будет. И оправилась Софи только тогда, когда начала работать с Ильёй над его книгой. Потому она и приняла предложение Ильи: он как-то успокаивал её, придавал уверенности. Муж никогда не был в неё безумно влюблён, но всегда относился с уважением, по-своему заботился о ней.

До того момента, пока не начал переписываться за спиной Софи со своей первой, ещё школьной, любовью. Но он хоть поступил справедливо по отношению к ней, а не указал на выход из его жизни категорично и безжалостно…

Два года назад Софи вернулась в родной город. Сначала она всё время посвящала открытию образовательного центра, отбору сотрудников, рекламе, раскрутке. Благодаря возможностям интернета, изучала культурную, образовательную и спортивную жизнь города.

Так случайно и «вышла» однажды на Максима и его спортивную школу, начала следить за успехами воспитанников школы. Она была очень рада, что Максим сдержал слово и посвятил свою жизнь детям. Шаг за шагом погружаясь в информацию, Софи случайно узнала и о том, что Максим до сих пор не женат. Нет, она не следила за его личной жизнью. У неё был сугубо деловой интерес.

Конечно, этот факт ничего не менял, но почему-то Софи глупо радовалась. А полгода назад у неё созрел план «красивого» появления в жизни Максима. Как в песне: сначала красиво появиться, потом так же красиво уйти. Не потому, что тебя изгнали, уйти, убегая в слезах, думая, что вот-вот умрёшь. А просто спокойно и равнодушно удалиться, полностью по своей воле.

Однако четырёхугольник Настя — Игорь — Вероника — Максим спутал ей все карты. Хоть и не по вине Софи, но произошёл досадный фальстарт. Софи была ошеломлена настолько, что позволила себе откровенную грубость. Ей никто не давал права произносить эти слова, хоть Максим не был образчиком вежливости по отношению к ней.

А сейчас ещё Максим поймет, в каком положении оказался, как выглядел перед Софи и Настей. Мужчины очень тяжело переносят измену. Но Максим всегда был сильным, он должен справиться. Софи совсем не хотелось видеть его унижение, потому она и ушла, оставив Настю. Она бы ни за что её не оставила, но, во-первых, верила в полную адекватность Максима, а во-вторых, выше её сил было смотреть на то, как Максим обо всём узнает…

* * *

…Максим ехал домой и тщетно старался пока не думать ни о чём. Мыслей было слишком много, и все очень серьёзные.

Софи. Вернулась насовсем, или в гостях здесь? И должен ли этот факт его интересовать, волновать? Должен не должен, а волнует, вот в чём дело. Но придётся на время «забыть» о встрече с Софи. Это слишком энергоёмкие мысли, тяжёлые и волнующие. Он долгое время держал тему под запретом, однако насмешница — судьба сегодня выкинула беспрецедентный фортель.

Софи появилась в жизни Максима, да ещё в такой неоднозначный момент. В момент, когда он сам впервые в жизни ощутил себя рогоносцем, к тому же, при свидетелях. Вот так как-то. Но почему-то нет ни боли, ни сожаления. Даже пережитое унижение не волнует его.

Почему боли нет — понятно и совсем не удивительно. Он «израсходовал» свою боль очень давно. Боль, видимо, таилась где-то внутри него, и в один из моментов проявила себя так, что её почти не осталось. Это было давно и неправда.

Что до мужского самолюбия… Когда-то расставание с Софи едва не убило его, теперь же встреча с ней затмила все свалившиеся неприятности, всё унижение.

Максим расстался с Вероникой легко и спокойно. А ей нечего было возразить, нечем оправдаться: Анастасия предоставила железные аргументы и доказательства. Потом Анастасия ушла, а он остался для разговора с Вероникой наедине.

Что ж, не он первый, не он последний. Неприятно, но не смертельно. В конце концов, не жена, и то ладно. Вот, ещё один плюс холостяцкой жизни: повернулся и ушёл. Никто вслед проклятий не шлёт, монстра из тебя не делает.

Но есть ещё одна проблема, и она связана с профессиональной деятельностью. Проблема возникла неожиданно. Впервые за время существования их школы чемпионство школьной детской команды по мини-футболу было под вопросом. А всему виной некий Бергер С. А.!

Максиму вспомнился любимый фильм мамы «Гардемарины, вперёд!». Один из героев, Василий Лядащев, говорил: «Бергер, Бергер, Бергер, Бергер!».

Вот так и он, Максим, с тех пор, как ещё будучи в Сочи, узнал, что в финале краевого чемпионата по мини-футболу младшая команда их школы встретится с командой не секции, не спортивного клуба и не другой спортивной школы, а с командой детского образовательного центра «Всезнайка» (!), пытался найти информацию о директоре центра. Однако Бергер С. А. окопался так, что информация о нём никуда не просачивалась.

Что за команда, откуда она появилась в образовательном центре «Всезнайка»? Такой команды в соревнованиях-то никогда до этого сезона не было, а тут финал!

Пока Максим был в Сочи, Иван, его заместитель и давний друг, с которым они вместе учились, а потом «поднимали» школу, узнал, что с футбольной командой центра «Всезнайка» работают молодые тренеры, начинающие. Два парня, весной окончившие тот же факультет, что когда-то окончили Максим с Иваном.

На таинственного Бергера выйти так и не удалось. Иван немного покружил около центра, не слишком приближаясь, чтобы не вызвать подозрений. Всё же там занимаются дети, и посторонний человек, который около центра праздно отирается, может вызвать пристальное внимание к своей персоне.

Так вот, Иван сообщил: «В центре „Всезнайка“ работают одни бабы, мужик там только дворник, он же разнорабочий».

Ванька предположил, что Бергер, возможно, даже и не местный, а руководит целой сетью центров. Непонятно только, откуда такая тяга к мини-футболу⁈ Что ж, момент истины не за горами, ведь финал состоится ровно через неделю, в первую субботу сентября.

Мысли вновь вернулись к встрече с Софи, и Максим, перестав бороться, припарковался у одного из попавшихся на пути супермаркетов. Закрыв глаза и откинувшись на сиденье, Максим вспоминал сегодняшний инцидент в подъезде. Точнее, он думал лишь об одной участнице инцидента.

Он так растерялся сначала, что начал выговаривать не Анастасии, вцепившейся в Веронику, а Софи, пытавшейся предотвратить катастрофу. Но и она в долгу не осталась…

Стоп. Из её слов о том, что он верен себе, можно сделать какие-то выводы? Пожалуй, да. Неужели Софи до сих пор гложет то, что случилось больше одиннадцати лет назад? Получается, да, ведь она с этого начала разговор после стольких лет разлуки. Ну и ну!

Максим рассмеялся. Сидел в машине и ржал, как дурак, сам над собой. И не только над собой. Ему вдруг стало весело, а в душе поселилось предчувствие скорых перемен. Успокоился, но мысли тут же вернулись к Софи.

Она почти не изменилась: такая же миниатюрная и лёгкая. Те же ореховые волосы, та же причёска, только более современная, немного асимметричная. Маленькие уши, украшенные круглыми золотыми серьгами.

Но Софи стала женственнее, а следовательно, ещё прекраснее. Она очень эффектно смотрелась в короткой зелёной кожаной курточке, тёмных джинсах скинни и туфлях на высокой шпильке. Максим и это успел заметить.

Он ещё не завёл машину, когда признался себе в том, что принял решение. Признался, потому что непосредственно решение принял намного раньше, ещё когда смотрел, как Софи спускается по лестнице подъезда в доме Вероники.

Софи вернулась, это совершенно точно. И он разыщет её. Он всё узнает о ней и её жизни.

Признавшись, Максим испытал облегчение. Всё встало на свои места. Теперь нужно взять себя в руки и сосредоточиться на финале. Чутьё подсказывало Максиму, что не всё так просто с командой центра «Всезнайка». Они играют только на победу. Однако не на тех напали. Придётся очень постараться, но золото команда школы не отдаст.

Это вопрос чести и репутации. Ещё две из команд школы по мини-футболу, более старшие, были практически вне конкуренции. Но и там расслабляться ни в коем случае нельзя, иначе возмездие последует незамедлительно. В общем, нужно работать, работать и работать. Первый финал, через неделю, — у младших.

* * *

…Неделя напряжённой работы и интенсивных тренировок пролетела очень быстро. Настало утро первой субботы сентября, и Максим с Иваном привезли младшую команду по мини-футболу в огромный спортивный комплекс. Следом приехали родители юных спортсменов и другие представители группы поддержки. У многих были плакаты и различные аксессуары с символикой школы.

Ребята переоделись и начали разминку под руководством тренеров, а Максим и Иван, сказав напутственные слова спортсменам, прошли в зал к своим местам, располагавшимся прямо у поля.

Едва устроившись, Максим первым делом бросил взгляд напротив, туда, где на таких же местах должны расположиться руководители команды-соперника.

На этих местах сидели Софи и Анастасия, обе в тёмных деловых костюмах.

— Я не понял, — смешно нахмурился Ванька, который, к счастью, не узнал Софи. — А главный тренер там тоже баба?

Тут, словно в ответ на его слова, на месте главного тренера «Всезнаек» устроился высокий стройный брюнет, и Ванька даже присвистнул:

— Макс, ты видишь то же, что вижу я? Эдик Безгодов собственной персоной!