Глава 35.

Я прикрыла лицо свободной рукой. Ничего на нем чрезвычайного или сражающего наповал, но без чар я чувствовала себя голой и беззащитной.

— Отвернитесь, пожалуйста. Мне неприятно. Даже родной отец не знает, как я сейчас выгляжу.

И голос тоже мой собственный. Демон успел рассмотреть меня во сне, а теперь так же внимательно вслушивался.

— Что за чушь, — проворчал Вассаго и, тем не менее, со скучающим видом развернулся к окну. — Думаете, я не видел симпатичных женщин? Или вы так пропитаны магией, что наличие милого вздернутого носика пробивает любые барьеры?

Подавила в себе желание спрятаться под одеялом. Вот никак не думала, что после ночного происшествия комментарии барона по поводу моей внешности будут иметь значение. Всего лишь симпатичная??

Мама славилась яркой, почти вызывающей красотой. До этого бабуля била сердца одним мимолетным взглядом. Я, возможно, имела не такие резкие и выверенные черты, как у них, зато мои глаза обе — и мать, и бабка — признавали наиболее выразительными в семье. Я считались самой красивой девочкой Бездны, пока не научилась прятать лицо и избегать тем самым ненужного внимания.

— А почему вы спите в одежде? Разве ваша магия не подразумевает, что…

— Барон, вам ничего не кажется странным? По-моему, мой нос и ночная сорочка подождут на фоне того, что произошло с Риччи.

Вассаго подобрался. Молниеносно преодолел разделявшее нас расстояние и уселся на постель. Я чуть не застонала.

— Что не так? — он потянулся к мальчику прямо через меня.

Пощупал ему лоб, проверил ауру. При этом его колено как бы невзначай касалось моего бедра.

— Сэр, смотрите, пожалуйста, в стену и ни в коем случае — не прикасайтесь. Я расскажу все, что наблюдала и о чем догадалась. Иначе начну орать и мы напугаем Риччи.

Алистер поджал и без того тонкие губы:

— Можно подумать, что я вас пытал. Ведь даже не начинал… У мальчика небольшие признаки истощения. Поэтому сон более глубокий, чем обычно.

Я кратко пересказала события, связанные с появлением Риччи, опустив, разумеется эпизод с огненной печатью моей семьи. Он мог учуять небольшие изменения в магическом фоне ребенка, но вида не подал.

— Ему угрожала летаргия. Я не до конца поняла, каким образом Рич улизнул от преследователя. Вам надо будет с ним переговорить позже, но очень аккуратно. Любые детали важны, — завершила я.

— Вы как следует отрабатываете свой рагнар, Адаманта, — выдохнул демон вместе с облаком дыма.

Не исключено, что они с Верном все-таки родственники. Темная дикая ярость терзала Алистера, однако он сдерживался. В ответ кровь отчаянно пульсировала во мне, напоминая, кто из нас истинный хозяин огненной стихии.

Все же барон взял себя в руки и не обернулся в монстра, чему я была несказанно рада. Мы договорились, что я вылезу из кровати и скроюсь в ванной, а он перенесет Риччи в детскую.

— Вам придется посидеть с ним сегодня. Именно ваша восстанавливающая магия помогла ему в первые минуты, — буркнул Вассаго. — Ему лучше поспать еще часа два-три. Наверное, стоит позаниматься с Августой там же в комнате. Сегодня в виде исключения.

— Вообще-то я вечером собираюсь в город. Это не займет много времени. Хочу успеть до закрытия магазинов.

Правда заключалась в том, что я намерена добраться до почтового отделения. Ему об этом знать необязательно.

Вассаго помрачнел еще на несколько оттенков. Однако он поднялся, отошел к гардеробу — все-таки не игнорировал мои просьбы. А его повернутость на занятиях мне только на руку. Все лучше, чем если бы он с таким же энтузиазмом волочился за мной.

Мы снова встретились у кроватки Риччи через полчаса, хотя я втайне рассчитывала, что он оставит сына на Летицию и найдет себе дела поважнее. Вместо этого барон заявил:

— Этой ночью нападение было совершено на Густу. Не для отвода глаз, а такое, что защита треснула в двух местах. Я не мог проигнорировать и пошел по следу. В столице пострадали несколько дворцов — не переживай, не в том квартале, где стоит особняк Кроули, — и на некоторое время твои поиски отошли на второй план.

— Ваша защита? — недоверчиво промямлила я, боясь услышать ответ.

После того, как я пролистала гримуар, а потом добралась и до исторических документов, происходящее в замке представало уже в ином свете.

— Да, — нехотя признал Вассаго. — Для этого над заклинанием пришлось повозиться трем герцогам из первого круга.

— Но их всего четыре. Это значит, что сам владыка позволил… Дети в еще большей опасности, чем мне казалось. Что же вы такого натворили? — бросила я в сердцах и с трудом сдержалась, чтобы не добавить «на этот раз».

Вассаго наклонился над ребенком. Риччи, действительно, мирно спал, а не изображал сон. Тогда демон пожал плечами и выдал:

— Я соблазнил жену одного из первых герцогов. Набитый индюк думал, что если между ними прошел ритуал, то это невозможно. Ну, он убил ее и впал в маразм — уверяет, что из-за меня проклят. А второй герцог…

Я ухватилась за стену, потому что решила, что это пол зашатался.

— Бездна, зачем?!

— Зачем соблазнил? Я же говорю, чтобы показать, что это бредовые предрассудки.

— Зачем вы взялись за второго?

— Я его жены пальцем не трогал, — с досадой выплюнул демон. — Она дохаживала беременность. Я просто сказал Элигору, что с таким перепадом в магических зарядах, как у них с супругой, благоприятного исхода не будет.

На этом, пожалуй, не стоило продолжать, но я зачем-то уточнила:

— Она тоже умерла?

— Как вы догадались? Они решили, что я проклял их семью. Это смешно. Любой вменяемый врач повторил бы мои слова.

— Вассаго, вы заслуживаете всего, что с вами мечтают сделать эти добрые господа. Только вот дети не при чем. И я не позволю…

Он мягко улыбнулся прямо в разгар моей разоблачительной тирады:

— Ада, я рад, что мы с вами совпадаем по ключевому вопросу.

— Но почему они как будто с цепи сорвались? Покушения следуют одно за другим. Ваша оборона летит в пропасть.

Алистер почесал подбородок — то есть размышлял, стоило ли открывать карты.

— Люцифер взял Сильвию под контроль. Это тот герцог, что гнался за вами. Теперь они полагают, что у них преимущество, а я в западне. Хладнокровное убийство супруги подпадает под развоплощение, — Вассаго улыбнулся еще шире. — Они не понимают, что мне помогает сама Бездна. Иначе не послала бы мне свой самый прекрасный цветок.

Вот же олух. Я не вещь. После такого комплимента дать бы ему по голове чем-то тяжелым и бежать отсюда. Только уже с детьми. Пусть господин Великий и Нелепый ужас расхлебывает заваренную им бурду чайной ложечкой.