Глава 36.

В Хлимпе я попала перед самым закрытием почты. Пожилая женщина за стойкой окинула меня взглядом с ног до головы и выдала:

— Двадцать пять льей. И еще пять за срочность. Мы уже закрываемся.

Не стала с ней спорить, что наклеить марку и опустить мое письмо в мешок за ее спиной вряд ли стоило дополнительной оплаты. Повозка почтальона стояла у входа. Лошади отдыхали, а сам он, видимо, заскочил в соседнее питейное заведение. То есть даму никто не торопил.

— Пожалуйста, — я развязала тесемки кошелька. — Мне казалось, что по всей Бездне в отделениях единый тариф. Барон дерет с вас дополнительный налог?

— Работаете в замке? Умная такая?

Может, в моих словах и был не совсем лестный для нее намек, но на откровенную грубость он не тянул.

— Я гувернантка в семействе Вассаго, мисс Смит. А вы Иеримея Фокс?

Это я глянула на деревянную табличку. И хорошо, что не подала руки. Тетка отшатнулась от меня и почти уперлась спиной в стену… Бездна, надо бы как-то подружиться с этой бабой. Чтобы она как минимум не лезла в мои письма и не передавала их Алистеру.

— В замке сегодня прием. Я подумала, что наш кучер будет занят и пришла сама. Вы не любите барона, или неприязнь распространяется на всех обитателей его дома?

Она посмотрела на меня, как на полоумную. Наверное, представила, что я месила дорогу более часа. Не объяснять же про порталы, которые за пределами замка, у меня работали прекрасно. А то еще крест достанет или заклинания начнет читать. Но Иеримея постепенно осознала суть вопроса и загорелась всем существом.

— Вы, я вижу, девушка образованная, с понятиями. Черт таких любит. Предыдущая гувернантка сделала ноги почти сразу, а вот та, что была перед ней, рассказывали, понесла от него. А еще до нее… Ту он отправил в подземелье и каждую ночь превращался в огромную змею, чтобы ее…

Хозяин замка пользовался в окрестностях дурной репутацией. Кто бы сомневался. Я бы могла возразить, что забеременеть от Алистера практически невозможно, но не делиться же с этой особой своими догадками, откуда у него взялись дети. Что касается этой… хмм… сексуальной рабыни, то барон скорее имел интерес замучить ее древними языками и количеством учебных часов.

— У сэра Стивена дурной нрав и плохие манеры, — согласилась я. — Но у него же супруга. Да и вообще не замечала, чтобы бегал за служанками. Гордый очень.

И зачем мне это: какой смысл его защищать? Работать в замке рядом с ним простым людям опасно. Однако Иеримию моя реакция возмутила.

— Это несмешно, — фыркнула она. — Значит, он уже задурил мозги. Скоро доберется и до вас. Недавно из замка вернулись девушки из моей родной деревни, к родителям. Одна рассказывала о прекрасном демоне с алыми полосами на лице, который зовет ее, другая — вообще не разговаривала три недели. Обеих отпустило примерно через месяц, и теперь они ничего не помнят из того, что было в замке. Это, по-вашему, нормально? Понятно же, что он творил там с ними… всякое.

Почтальонша понизила голос так, что мне пришлось напрячь слух:

— Я сама сорок лет назад пошла туда на собеседование. Зазывали людей, чтобы помогать с младшеньким. Чуть заревет или обделается — детская горит… Так вот, глянула в глаза баронские черные, бесстыжие. Все внутри заколотилось, потом одеревенело. Очнулась на полу, лорд уже вышел. Дали кошель с деньгами и отправили домой. Думала, конец, проклята. Ан, нет, замуж вышла, оказалась девицей и двоих родила.

Я не стала указывать ей на противоречия в ее словах. Меня больше интересовало другое. Хотелось подтвердить свое предположение:

— А первую супругу тогда не встречали, или она уже скончалась? Риччи все время спрашивает, похож ли он на мать.

Иеримия прищурилась. Ее так и распирало от желания выдать очередную страшилку.

— Это же все знают. Не было никакой…

Колокольчик над входом звякнул, почтальонша захлопнула рот. Вошел Вилкс со связкой писем и одним большим свертком. Дама быстро его рассчитала и приняла корреспонденцию вперед, пока я подписывала свой конверт.

— Мисс Ада, у вас еще много дел? Можем вернуться моим порталом. Обед скоро начнется, гости прибыли. Рич ожил, очень вас ждет. Густа капризничает…

— Еще минута, Джеймс, и я готова.

Перечитала послание брату:

— Милый Патрик, хорошо, что ты вспомнил про старушку. Но что толку в моих советах. Августа — девушка совершеннолетняя. На твоем месте я бы ее не ждала, а спокойно прожигала жизнь в столице. Тебе же больше достанется.

Писать много и часто не могу. Девка моя уволилась. Артрит скрутил пальцы. За сим прощаюсь. Твоя престарелая Люсинда.

P.S. Наследства не ждите. Все отдам на благотворительность. Ты вертопрах, а сестрица твоя — сам знаешь кто…

Дальше я поставила что-то вроде восклицательного знака. Но в том месте рука старой карги должна была дрогнуть — там красовалась клякса. В ней и заключался весь смысл письма.

Зигзаг в этой части страницы размером менее сантиметра означал в нашей тайной азбуке только одно: экстренно возвращаюсь.

Действительно, этим вечером, после званого обеда в замке Вассаго, о котором я узнала двумя часами ранее, я собиралась навестить когда-то родной дом. Проститься с демоном, что давно потерял право называться моим отцом.