Глава 76.

Состояние, однако же, далеко от превосходного. Чары и огонь блестяще взаимодействовали между собой, но что-то подсказывало — долгие часы на тренировочном поле пошли бы мне на пользу. Неожиданно для себя я вспомнила уроки Риччи и приняла решение взлететь. Это лучше, чем стоять у стола и наливаться огнем. К тому же помогало осмыслить картину целиком.

Я поднялась на несколько метров вверх, но перед этим поменяла широкие юбки на довольно узкие брюки, от которых Вассаго хватил бы удар. В некоторых вопросах он до узколобости упрям.

В зале из магов, представлявших угрозу, я отметила Леонеля — с ним Патрик справился бы легко — и еще парочку. Один притворялся подвыпившим гулякой, а второй — старым слепеньким мухомором. Хуже всего, что на подходе были другие.

Не просто плохо, отвратительно. Примерно дюжина боевых магов. Их вел кто-то из великих герцогов, то есть по сути наш соправитель (печать первого круга по-особенному отдавала пеплом). Также я уловила тяжелую и давящую поступь надзирателя… Верховный инквизитор, не иначе. С ним я еще не сталкивалась. Привычный с детства ужас заворочался с новой силой.

Владыка действовал наверняка — чтобы не оставить мне шанса продержаться до возвращения Асмодея.

Огонь, который послушно свернулся под чарами, поднял голову и принялся расти. Опрокинуть такое количество противников на расстоянии иначе не получится. Суккуба должна видеть того, на кого воздействует, а огненный маг — вовсе необязательно.

По мере того, как моя магия заполняла залу, черпала из нее воздух и обращала его в свою силу, я все больше ощущала камень, вложенный в меня Сатаниилом. Вассаго не солгал: он был создан из его крови и, более того, дышал.

Каверза правителя заключалась в том, что не только я могла направить артефакт против древнейшего — камень грозил уничтожить и меня, как только я потеряю контроль над собственной магией.

И Сатаниил легко мне это организовал. Устроил ловушку, будучи уверенным, что за мной, по цепочке, отправится ненавистный демон.

Когда-то Вассаго позволил родиться этому смертельному оружию, как он считал, против себя. На тот момент он был одинок и только задумался о первенце. Вряд ли он учел, что камень будет действовать так же и против любого, кого его кровь признает за своего… Например, против любимой женщины — довольно глупой, потому что согласится принять и таскать в себе эту вечную угрозу.

Сердце сжалось. Как элементарно я попалась. Ни один из герцогов не сумел бы воспользоваться артефактом. Он пробуждался только в контакте с Асмодеем или с теми, ради кого демон был готов умереть. Никто из посторонних не сумел бы причинить ему вред... Лишь самый близкий, самый родной. И он же (в нашем случае она) становился еще одной потенциальной жертвой камня.

Клятая идиотка. Повела себя, как послушная жертвенная корова, как настоящая суккуба.

Чары на многое открывали глаза. Я бы еще долго оставалась в неведении, принимая чувства Вассаго за похоть, охотничий азарт, желание обладать чужим редким даром наконец. Однако застывшая частичка его крови радостно пульсировала во мне, невидимый браслет утяжелял руку. Сатаниил сразу понял, а я оказалась слепа.

Да и что бы изменилось, если бы я осознала правду пораньше? Вассаго и сейчас не тянул на принца из девичьих снов. Разве что в истинном облике с лавовыми шрамами он неотразим, но и там есть риск случайных возгораний.

Интересно, когда это случилось? Может, когда я сбила его с ног и удрала в столицу к отцу? Он убедился, что с демоницей (в основном огненной) лучше не спорить. Все-таки я сумела доказать всем… Маги внизу вдруг задвигались. Гийом резко выдернул бездыханную Густу из-за стола и поволок к порталу, открывшемуся буквально в трех шагах. Патрик не спал. Он успел захлопнуть проход перед его носом, однако его тут же атаковали два боевика, затерявшихся среди гостей.

Не зря брат считался одним из лучших студентов. Он уложил агентов владыки, попав в их собственную волну. Тут же опрокинул младшего Дебуи и подхватил Густу, не дав ей завалиться на того сверху.

Девочка чихнула. Избавившись от воздействия артефакта, она в любую минуту придет в себя.

Я перевела взгляд на другую пару. Сильвия с Леонелем вынужденно утратили к происходящему интерес. Дело в том, что баронесса попробовала активировать один из своих заговоренных амулетов. Но то ли бывший муж подсунул ей вредительские стекляшки, то ли второпях она ошиблась в настройках — заряд отрекошетил ей в лицо.

Спасли ее несколько слоев защиты; иначе все выплаты от Вассаго пошли бы на целителей. Пользуясь тем, что возлюбленная впала в прострацию, Леонель подхватил ее на руки и взял курс на двери, ведущие во внутренние покои. Он не был героем на поле брани и не собирался им становиться.

Тем не менее, угроза возрастала с каждой секундой. Герцог с инквизитором скоро доберутся сюда. Я махнула Патрику и он подлетел ко мне вместе с драгоценной ношей.

Сдается мне, что если ты кого-то долго и упорно спасаешь, то потом уже не сделаешь ему демонову морду. Не отмахнешься от собственного благородства. Да и в виде демона брат исключительно мил.

— Братец, на тебя смотрят все поколения золотых Кроули.

— Чего хотела? — буркнул он.

Знает же, что мягко стелить я принимаюсь только с определенной целью.

— Там за окном виверны. Это такие хвостатые летающие твари, которые воображают себя драконами. Я их позвала. Тебе надо сесть на одну из них и вернуться в замок Вассаго вместе с Августой.

В общем, Патрик мог бы и не открывать рот. По его взгляду все было ясно.

— И не подумаю. У меня кроме тебя никого нет, если ты забыла. А внизу я чувствую прорву огненной магии. Не лишай меня возможности биться за сестру.

Другого ответа я и не ждала. Значит, взываем к долгу.

— Ты знаешь, кто это? — махать руками я не рискнула, равновесие держала так себе. — Дочь Асмодея, знакомого тебе в качестве барона Вассаго. Он последний из родных сыновей Бездны — вот-вот вернется и устроит в нашем мире компактный апокалипсис. Я попробую его остановить. Не спрашивай как. У меня есть чем… Я и тех внизу задержу до его прихода. Только, братик, я, может, выживу, а, может, и нет. А детей Вассаго мы спасти обязаны. Они гораздо важнее, чем ты или я… Если мы уйдем вместе, то нас захватят в два счета.

Брат мотнул упрямой башкой. Кто бы сомневался, что он найдет изъяны в этом стройном плане.

— Почему бы тебе не слетать на виверне? Я не выношу животных. Покараулю гостей здесь.

Он не задавал глупых вопросов. Не уточнял, кто такой Асмодей. Патрик — не идиот, и, наверняка, о многом догадывался. Но был у него один недостаток — он твердо собирался умереть вместо меня.

— Не ворчи. Я огненная суккуба. Единственная в своем роде. Достаточно сильная, чтобы нейтрализовать одного из первого круга. Не имею желания умирать и постараюсь этого избежать. Дай сюда руку, немедленно.

Глаза Патрика затуманились, и из карих стали серыми. Он никогда не плакал. Единственным индикатором, что он несчастен, был как раз их цвета.

Он протянул руку, и я приложила к его запястью свой браслет, оставляя невидимый оттиск. Каждый в замке поймет, что брат пришел от моего имени. И Верн, и Вилкс, все остальные виверны, пойдут за ним куда угодно.

— Зайди в мою комнату. Возьми саквояж, ты его узнаешь. Там есть особый камень. Я дарю его тебе. Ты слышишь, Патрик Кроули? Я дарю тебе рагнар, сокровище Бездны, с тем, чтобы ты распорядился им с пользой для Риччи и Густы.

«За что?!», — вопил его взгляд. Но что я могла поделать… Мы Кроули всегда защищали родное пламя. А кто может быть ближе Бездне, чем юные Алистеры… Хорошая новость у меня, кстати, тоже есть.

— И забыла сказать, Патрик. Я усыновила Риччи. Как полагается, при помощи печати. В нем наша кровь, и у тебя имеется племянник.

Он ничего не ответил. Прошептал нечто неразборчивое. То ли молитву, то ли проклятие. Но детей он не оставит.

Старалась не смотреть вслед улетавшему брату. Когда за ними захлопнулись створки окон, я выдохнула. Магию сдерживать больше невозможно. Концентрация во мне и в воздухе превосходила все допустимые пределы. Но прежде, чем камень меня уничтожит, я остановлю тех, кто попытался захватить Алистеров, и дотянусь до Сильвии.

Еще раз окинула внутренним взором замок. Четверо магов в холле, оставшиеся восемь готовились захватить зал, герцог уже у дверей. Но куда делся инквизитор?

— Леди Кроули, давайте убедимся, что вы в порядке и не несете угрозы ни себе, ни окружающим. Ведь ваша гибель, как и смерть Вассаго, станет настоящим несчастьем, — какой правильный демонический голос, ни одной лишней ноты

Главный надзиратель Бездны парил у меня за спиной… В порядке? О каком порядке он говорит? Огненная волна с искрящимся гребнем застыла над нами обоими. Я медленно обернулась. — Маркиз Набериус, верховный инквизитор, к вашим услугам.