Глава 4

— Что⁈ Кто⁈ Отпусти меня немедленно! — Сердце делает резкий рывок и стучит едва ли не в горле.

— Ленусик, ну перестань ломаться. Ты же сама сюда пришла, я тебя не тянул. Значит, любишь еще меня, хочешь меня!

Мужские руки жадно ощупываюсь все, до чего могут дотянуться, одновременно с этим, прижимая мои локти к туловищу, ставя меня в крайне неудобную для защиты позицию. Остается только один выход: сжав зубы, изо всех сил наступаю каблуком туфли на ногу Роману.

— Ай! Ты что, ненормальная⁈

Меня отпускают, и я, пользуясь случаем, быстро отхожу на несколько шагов, чтобы бывший не успел меня снова схватить, если вдруг его опять потянет на нежности.

— Я ненормальная? Это ты — псих! — Адреналин во мне буквально бурлит, заставляя высказаться, выбросить эмоции, которые сейчас просто душат. — Ты со мной порвал! Три месяца назад! Просто по телефону сообщил, что бросаешь! По телефону, Роман! Трус ты, несчастный! У тебя даже не хватило смелости сказать мне это в глаза!

— При чем здесь смелость? Я просто не хотел видеть, как ты будешь плакать, умолять. Хотел сохранить тебя в своей памяти другой: светлой и веселой, — бывший делает шаг ко мне, я так же на шаг от него отхожу.

— Не смей ко мне подходить! — Вытягиваю руку вперед. — И касаться себя я не разрешаю, понял⁈ Ты утратил это право, когда ушел! И не надо тут рассказывать всякую ерунду о том, что я к тебе пришла. Это Ксения меня сюда прислала, обманом!

— Ну вот зачем эти фантазии? — Роман снисходительно ухмыляется, словно я говорю какую-то чушь. — Я понимаю, что тебе обидно. Гордость взыграла. Послушай, если хочешь, я могу извиниться. За то, как поступил. Давай все забудем и вернемся к тому, что было между нами? Поверь, я полностью пересмотрел свое поведение. Ты давно хотела полететь в отпуск. Полетим, не вопрос. Скажи только куда.

— С тобой — никуда. Ты что, меня вообще не слышишь? Я не буду с тобой! Ты мне противен!

— Правда? А вот сейчас и проверим!

И, прежде чем я понимаю, что происходит, Роман хватает меня за руку, оставляя синяки от своих пальцев и впивается ртом в мои губы, насильно их целуя. Грубо и мерзко.

Я отбиваюсь как могу, но бывший перехватывает мои руки и почти выкручивает их. Не выдержав, стону от боли.

— Вот видишь, а прикидывалась ледышкой. Ленусик, ты просто бомба. Я понял, что протупил, давай все забудем.

— Отстань от меня! — мне удается слегка отодвинуться и укусить его за губу.

— Да чтоб тебя!

Роман замахивается рукой, я закрываю глаза, готовясь к удару в лицо. И тут раздается грохот и мимо нас пролетает… дверь! В ту же секунду бывшего отрывает от меня и швыряет через всю комнату прямо в шкаф.

Бьется стекло, ломается мебель. Кто-то визжит. А Роман продолжает летать по комнате. Если бы у меня не начала болеть голова, я бы, наверное, посмеялась. Вот бывший влетает спиной в зеркало и падает на пол, усыпаемый градом осколков. А через секунду Роман уже головой торчит из окна, отплевывая кровь из разбитого рта и носа.

— Ты зверь! Ты его убиваешь! — вопить мать. — Лена, уйми своего бандюка! Он сейчас убьет Романа!

— Ксандр, — зову я не потому, что мне жаль бывшего, а потому, что не хочется, чтобы у хорошего человека были из-за меня проблемы, — Ксандр.

— Да? — он моментально появляется возле меня. От неожиданности я даже вздрагиваю. Не думала, что в пылу такой кровавой драки парни вообще хоть кого-то слышат.

— Давай уйдем, а?

— Сейчас я ему… — хватаю за руку своего защитника, прижимаю его большую горячую ладонь к своей щеке.

— Не надо. Давай просто уйдем. Пожалуйста.

Ксандр кивает, немного поглаживает мозолистыми пальцами мое щеку, потом на секунду подходит к Роману, лежащему на полу и стонущему.

— Чтобы я тебя и близко возле нее не видел, ты понял? Следующий раз может стать для тебя последним. Кивни, если понял.

Бывший через силу кивает. Ксандр возвращается ко мне и уже совершенно другим, спокойным и ласковым голосом спрашивает:

— Ты идти можешь, или тебя отнести к машине?

Открываю рот, чтобы сказать, что конечно же, я могу идти, а вместо этого с моих губ срывается сдавленных всхлип.

— Маленькая моя, — почти шепотом произносит Ксандр, подхватывает меня на руки и проходит мимо Ксении и мамы так, словно их нет.

— Как ты могла притащить это чудовище на свадьбу своей сестры? — возмущается мне во след мать. — Чем ты думала? И думала ли ты вообще? Лена, отвечай мне, когда я спрашиваю!

Но Ксандр не дает мне ничего сказать. Он ускоряет шаг и быстро выносит меня на улицу. Не дожидаясь, пока нам подгонят автомобиль, сам его находит. Усаживает меня на пассажирское сиденье, пристегивает и садится за руль. Сходу вжимает педаль газа в пол, и мы на всех скоростях покидаем это, мягко говоря, не удавшееся мероприятие.

Потом где-то останавливаемся. Меня колотит нервная дрожь. Ксандр отодвигает свое сидение и усаживает меня боком к себе на колени, прижав к груди. Он такой горячий и уверенный в себе. Такой спокойный.

— Ничего-ничего, маленькая. Уже все позади.

И тут меня прорывает. Слезы срываются с глаз внезапно и в больших количествах, заливая и мое лицо, и его рубашку. Мне так обидно и так больно. Страх уже давно прошел, еще когда Ксандр выломал дверь. Но тот факт, что родная сестра заманила меня в подобную мерзкую ловушку, ножом режет по сердцу.

Никто. Никто! Не потребовал ответа у Романа. Все претензии только мне. А если бы не было Ксандра? Чем бы это закончилось? От подобной мысли меня пронзает холодом, и я сама, не отдавая себе отчета, вжимаюсь в горячее мужское тело еще сильнее.

Так мы и сидим какое-то время. Слезы потихоньку высыхают, мне становится стыдно за свою вспышку. Да и вообще за само мероприятие, свидетелем которому стал Ксандр, и родственников. Теперь он знает, как ко мне относятся в моей собственной семье. Как к грязи под ногами. Стыдно…

— Эй, ты чего? — спрашивает Александр, почувствовав мое желание скукожится и провалиться сквозь землю.

— Ничего, все в порядке. Спасибо тебе.

Поднимаю голову и тут же натыкаюсь на внимательный мужской взгляд. Могу себе представить, что он сейчас видит! Я похожа на алкоголичку с красным носом и опухшими глазами. Пытаюсь пересесть в пассажирское кресло. Ксандр не препятствует, просто наблюдает.

— Поедем попьем кофе? Или если хочешь — какао.

— Знаешь… — прикусываю нижнюю губу, не зная, как сказать, — я бы не хотела куда-то ехать. Ты можешь отвезти меня домой?

— Могу, конечно.

Тон совершенно нейтральный. Ни капли возмущения или негодования из-за того, что я обещала поехать с ним на кофе и все отменила. Из автомобиля мы выходим вместе, Ксандр провожает меня до подъезда, даже хочет зайти внутрь, но я его останавливаю:

— Не надо. Я хочу побыть одна, если ты не против.

— Я помню, что ты не любишь прикосновения, — как-то внезапно говорит Ксандр. — Но иногда хорошо, когда кто-то находится рядом. Пусть даже не касаясь.

— Угу, — отвечаю, старательно сглатывая слезы и пряча глаза, — прошу… просто уезжай.

— У тебя есть мой номер, — говорит.

А потом наклоняется, целует в волосы, на секунду одарив меня ароматом лаванды и вкусного сливового варенья, и быстро уходит. Я так же поспешно ныряю в подъезд и там уже даю волю своим слезам.

В квартире я иду в ванную и там, долго отмокая под душем, плачу. Ну да… я плакса. Разочарованная и обиженная на весь мир, жалкая. Пусть так.

Краем уха слышу, что в спальне разрывается мобильный, но мне совершенно не хочется ни с кем сейчас разговаривать. Через полчаса простого стояния под душем, чувствую себя уже гораздо лучше.

Вылезаю, надеваю махровый халат и бреду на кухню. Надо бы кофе сделать и что-то поесть. Весь день на нервах…

Громкий стук в дверь заставляет меня дернуться и уронить чашку. Кофе выплескивается на пол, к счастью, моя любимая посуда не разбилась. Стою, не зная, что делать. Стук повторяется и теперь он громче и настойчивее. Кого принесла нелегкая?

На носочках подхожу к двери, прислушиваюсь.

— Лена, открывай сейчас же, а то выбью дверь! И ты меня знаешь, я не шучу!

О, боже! А я ведь просто хотела провести спокойно остаток дня!

— Уходи! — кричу через дверь.

— Даже не подумаю! — отвечают мне с той стороны. — Имей в виду — я тут не одна. Мы с Пусиком. И если ты нас не впустишь, а он совершенно случайно погрызет чужой коврик или нагадит на него, я не виновата!

— О, боже! Заходите!

Распахиваю входную дверь, скрипя зубами и пропускаю в квартиру Вику с ее зверского вида стаффордширским терьером в строгом с шипами ошейнике. Подруга снимает обувь с себя, а потом и с пса. Да-да, он у нее ходит в специальных тапочках. А сегодня на этой квадратной морде еще и панамка, которую Вика тоже снимает и кладет повыше, чтобы Пусик не дотянулся и не погрыз ненавистный ему головной убор.

— Кофе есть? — спрашивает подруга, заходя на мою кухню.

— Конечно, — отвечаю, усевшись на свое место возле окна.

Пусик со стоном разваливается на пороге комнаты и закрывает глаза, намереваясь провести время с пользой — поспать. Я бы тоже не прочь отдохнуть…

Тяжко вздыхаю.

Вика ставит свою поллитровую чашку на стол и усаживается напротив. Как обычно, доливает в кофе лошадиную дозу сливок и насыпает несколько ложек сахара. Делает глоток, блаженно жмурится, игнорируя тяжелые вздохи Пусика и его жалобные взгляды в сторону холодильника, а потом без паузы и преамбулы спрашивает:

— Ну что? Как прошла свадьба твоей сеструли?

— Нормально прошла, — отвечаю односложно.

— Ага, и поэтому у тебя опухшая физиономия, а нос похож на сливу? Лен, не говори ерунду, я же не просто так пришла. Я с гуманитарной помощью: выслушать, дать выплакаться, поехать и врезать кому-нибудь.

— Я не хочу больше плакать. На эту неделю план перевыполнен, — отвечаю.

— Все так плохо? — в голосе подруги звучит очень редкое для нее сочувствие. Всего два человека в ее жизни были удостоены подобного тона, и один из них — я.

— Очень плохо, Вик. Сегодня они перешли черту. Я не хочу их больше видеть. Не уверена, что навсегда, но в ближайший год — точно.

— Серьезно? — подруга очень удивлена, она прекрасно знает, чего мне стоит сказать подобные слова. — Ладно… я не буду у тебя сейчас спрашивать, какого лешего там произошло и так понятно, что что-то из рук вон выходящее. Как будешь готова — расскажешь. Какая помощь сейчас тебе нужна?

— Просто побудь немного со мной. Поговори на какие-то отвлеченные темы, заставь меня перестать гонять по кругу совершенно мерзкие мысли.

— Да не вопрос. Кстати, нас теперь двое — холостых девушек в самом соку, — заявляет Вика, торжествующе улыбаясь.

— Только не говори, что ты порвала с Алексеем⁈ Он же тебе так нравился еще… неделю назад, — недоуменно смотрю на подругу.

— Неделю назад нравился, а теперь нет!

— Но почему⁇

— Да потому, что сегодня он заявил, что мы не можем съехаться, ведь у него вдруг обнаружилась аллергия на собачью шерсть! И я просто обязана, если люблю его, избавиться от Пусика. На мой вопрос, куда же я должна деть своего лучшего друга, Лёха ответил, что ему все равно, хоть куда, даже в приют! Представляешь? В приют, говорит⁈

— И что ты ему на это ответила? — спрашиваю, но уже примерно представляю ответ подруги, особенно учитывая, что Пусик заменил Вике семью, когда она ушла из дома.

— Я послала его самого. В приют. Там самое место таким блохастым безмозглым кобелям, как он! — Решительным движением Вика опрокидывает в себя все пол-литра кофейного сиропа и аккуратно вытирает губы салфеткой. — С чего он вообще взял, что я променяю друга на мужика? Идиот!

— Однозначно, — согласно киваю, незаметно для себя улыбаясь.

— И кстати про друзей и мужиков. Знаешь, почему я сейчас тут?

— Понятия не имею.

— Потому что мне позвонил один мужчина и сексуальным, хрипловатым голосом попросил позаботиться о тебе в этот вечер.

— Что? — не веря, смотрю на подругу расширившимися глазами. — Не может быть…

— Может, — Вика улыбается на все тридцать два зуба. — Александр мне позвонил и сказал, что беспокоится о тебе. Ты услышала, или мне повторить?

— Услышала…

— Все равно повторю. Беспокоится о тебе. Понимаешь, о чем я? Мужчина проявляет заботу. Скажу тебе по секрету, на такое не каждый способен. Так что не будь дурой, не упусти этого парня.

Я спешно перевожу разговор на другую, более безопасную для моего спокойствия тему, мы еще час болтаем, а потом Вика вместе с Пусиком уходят. Ночью я сплю беспокойно, все время чудятся какие-то посторонние шумы, далекий собачий вой, скрежет звериных когтей.

Утром просыпаюсь поздно, долго не могу собраться, чтобы встать и сварить кофе, поэтому телефонный звонок застает меня еще в постели.

Долго смотрю на высветившееся на экране имя. Ксандр. Борюсь с собой, чтобы не спрятать телефон под подушку.

— Алло?

— Привет. Не разбудил?

У него и правда, очень красивый, чуть хрипловатый голос. Я раньше не обращала внимания, потому что переключалась на внешность, а теперь ничто не мешает просто слушать.

— Нет, не разбудил, я уже проснулась.

— Как ты? — спрашивает.

— Хорошо, — с удивлением понимаю, что не соврала, а действительно неплохо себя чувствую.

— Это отлично, потому что я к тебе с просьбой.

— Слушаю тебя, — если честно, немного внутренне напрягаюсь, что же он попросит?

— Мне нужна ответная услуга. Побудь моей девушкой.