Глава 13

Сложно было поверить в происходящее. Даже спустя неделю все казалось нереальным. Как во сне.

– Ты выглядишь просто великолепно! – Лея суетилась вокруг меня, торопливо вырывая выбившиеся ниточки и нервно поправляя воланы капюшона. – Просто с ума сойти! Моя сестра – альфа стаи!

– Поддерживаю, – дрожащим голосом простонала застывшая позади Вита, – моя подруга – альфа стаи! Это же просто… Ух!

Через зеркало я посмотрела на подругу и улыбнулась от будоражащих сердце воспоминаний. В прошлом, когда меч выпал из моих рук прямо на поверженное тело Эмиля Бернара, я в отдалении парка заметила знакомую пару. Вита с Геной все же выбрались из своего убежища и храбро бросились на помощь мне и Аарону. И хоть они все равно не успели, но сама готовность заставила посмотреть на них иначе… Как на добрых друзей, к которым не страшно повернуться спиной.

– Мда… Эти прибамбасы, конечно, нечто! – Лея недовольно уставилась на булаву, украшенную алмазами и бриллиантами, и меч, безумно красивый, но не наточенный, инкрустированный сапфирами. Атрибуты власти, изготовленные века назад и предназначенные для церемонии признания альфы, лежали на специальной огромной красной подушке. – Поднять их девушке, пусть и оборотню, будет чертовски не просто! И все же оборотни говнюки… Даже подумать не могли, что во главе встанет девчонка!

В маленькую гостевую гостиную кратко, но настойчиво постучали. Не на секунду не сомневаясь, кто это, девушки тут же засобирались к выходу.

– Встремся в зале, котик, – чмокнув меня в щеку, ласково шепнула на ухо Вита. – Ты – секси!

– Наплюй на всех, кто в тебе сомневается. Мы еще покажем всем этим выскочкам! – бойко произнесла сестра, театрально играя бровями. Сделав шаг к выходу, она вдруг рванула обратно и стиснула меня в объятых. Постояв так секунд пять, Лея выдохнула и с грустью шепнула: – Пора мне… Пока кое-кто своими кулачищами двери не снес!

В комнату вошел Аарон. Черный костюм с иголочки сидел на нем просто великолепно, подчеркивая мужественную стать. Отросший чуб снова и снова непослушно падал на лоб, но это совершенно не портило мужчину. Напротив, делало все более и более сексуальным. Сегодня, впервые за долгое время, он внезапно побрился. И снова Босфорт выглядел пугающе мужественным, сводя с ума людей пронзительным, леденящим душу взглядом.

– Ты… – он обвел рукой меня, застывшую у зеркала, но не нашел слов, закашлявшись в кулак. Лишь подойдя ближе, Аарон прохрипел: – Ты выглядишь непревзойденно, Саша.

– «Непревзойденно?» – я фыркнула и саркастично рассмеялась. После чего повернулась к Аарону и детально продемонстрировала свой абсурдный внешний вид: – На мне длинная красная меховая накидка с пятиметровым шлейфом и… Барабанная дробь… Больше ничего, Аарон! Я должна выйти к этим людям без трусов и лифчика, зато со стокилограммовой булавой и таким же по весу мечом. О, как же я могла забыть про корону, словно мы из долбанного пятнадцатого века!

Сведя брови на переносице, Аарон спрятал смешок за покашливанием в кулак. Затем сосредоточился и серьезно произнес:

– Я думал, ты любишь преферансы.

– А?.. – я растерялась, глаза забегали в разные стороны.

– Ну, – саркастично припомнил мне мужчина, – забыла свадьбу? Кажется, тогда одежда тебе нужна не была.

Закатив глаза, я тяжело вздохнула. А затем развязала накидку и позволила той опасть на пол. Я же присела на диван, обмахиваясь глянцевым журналом. Босфорт старался не опускать взгляд на мое тело, но это выходило у него из рук вон плохо. Глаза снова и снова блуждали по талии, груди и бедрам. Я же решила делать вид, словно ничего не замечаю.

– Все это неправильно, – призналась я в том, что терзало меня последние дни. – Я не должна была становиться альфой, Аарон. Это твоя работа. Ты в этом хорош! Тебя любят! К тебе привыкли…

– Но, – присев рядом, мужчина настоятельно накрыл мою ладонь своей, не позволяя той трястись от страха, – Эмиля в сватке победила именно ты. Это видели множество членов стаи. Альфой можешь быть только ты.

– И все же, – застонала я, накручивая себя все больше и больше, – они не принимают меня! Слышал, что поговаривают за спинами? «Выскочка!». «Ребенок!». «Пробилась к власти через постель!».

– У этих оборотней почти столетие был один и тот же альфа. А теперь ты. Конечно, им непривычно, страшно, непонятно… – говоря размеренным спокойным тоном, Аарон вводил меня в некую медитацию. Странным образом это действовало. Я словно погружалась в нирвану… Особенно, когда его руки погрузились в мои волосы, и пальцы начали ритмично массировать корни волос. В тот момент я была готова согласиться на каждое слово мужчины, но вдруг он произнес нечто, от чего кожа на теле покрылась неприятными мурашками:

– Ты заставишь их себя уважать. Силой, если потребуется. Им некуда будет деться.

Резко распахнув глаза, я напряженно процедила:

– Силой?

– Именно, – почувствовав изменения во мне, Аарон убрал руки. Сведя брови на переносице, он был предельно серьезен. – Они ведь звери. Чтобы держать всех в стае, нужно быть строгой.

Резко вскочив на ноги, я принялась нещадно кусать ногти, расхаживая из угла в угол комнаты размашистым шагом. Сердце вырывалось из груди, а конечности покалывало от нахлынувшего адреналина. Эмоций внутри было так много, что я совершенно забыла, что совсем без одежды. При этом Аарон не мог об этом забыть. Его потемневший взгляд жадно изучал мои ягодицы и подпрыгивающую грудь.

– А может я хочу по-другому! – воскликнула я на эмоциях. – Без жестокости. Без горя. Без потерь.

Несколько раз мужчине пришлось сглотнуть вязкую слюну, но все равно его голос звучал утробно низко:

– Они разбегутся.

– Пусть разбегаются, – застыв перед мужчиной, я вставила руки в бока и сбивчиво задышала.

– И, – он вздернул бровь, откидываясь на мягкую спинку. «Незаметно» подняв одну из подушек, Босфорт положил ее себе между ног, – чьей альфой ты тогда станешь?

– Тех, кому это действительно нужно, – мне нужна была его поддержка и понимание. Крепко сжав щеки мужчины, я уставилась в его широко распахнутые глаза и попыталась достучаться до самого нутра: – Аарон, разве ты не хочешь начать все сначала? Ты ведь сам говорил, что…

– Хочу, – тут же ответил он решительно, без единой заминки. Складывалось впечатление, словно говорим мы не о новом устройстве мира оборотней. – Больше жизни!

– Вот! – я слабо улыбнулась и едва заметно вздохнула. – Нам всем нужна не просто новая страница жизни, Аарон… Нужно выкинуть к чертям старый томик и завести новую книгу, где будет написана другая, современная история оборотней. Она не будет держаться на страхе. А, знаешь, на чем?

Я видела, как старательно Босфорт стискивает челюсти. Как подавляет рвущиеся наружу чувства помеченного мною оборотня. Как его грудь расширяется все больше и больше, натягивая тесный костюм. Испарины пота стекали по пульсирующим вискам, а язык вяз во рту:

– Скажи мне, Саша…

– На любви! – воскликнула я громко и звонко. – Любви и только любви! Именно в таком мире я хочу воспитывать своих детей. Именно такому стану их учить.

Горячая, как раскаленное пламя, рука упала на мой нагой живот. Я вздрогнула от неожиданности, но не отодвинулась, с интересом уставившись на Аарона.

– НАШИХ детей, Саша. Они наши, – громко и четко отчеканил мужчина по слогам. – МЫ будем их воспитывать. Не ты одна.

– Конечно, но… – неловко отшагнув назад, я торопливо снова накинула на плечи неподъёмную шубу, тянущую меня к земле. Возникло непреодолимое желание прикрыться от Аарона. Взгляд, прикованный к полу, так и не смогла оторвать и посмотреть на Босфорта напрямую. – Знай: я ничего тебе не обещаю. Ты нужен мне, как друг, соратник, помощник и отец детей. Я буду рада, если ты останешься… Нет, не так: я прошу тебя остаться, Аарон! Только вот брак…

Встав на ноги, сровнявшись со мной, он нежно накрыл мои щеки своими громоздкими ладонями. И снова его теплый голос убаюкивал, уносил по блаженным рекам в гавань спокойствия:

– Ты не должна объяснять. После всего, я просто рад быть рядом.

– Хочу, чтобы ты знал… – с закрытыми глазами я наслаждалась последними минутами спокойствия перед началом церемонии. – Если у тебя будет другая, я не против. Жизнь ведь продолжается… Тебе нужна женщина… И если ты решил избавиться от метки, то я помогу, – хмыкнув, я припомнила знахарку недобрым словом. Оказывается, она не по доброте душевной напоила меня странным отваром. Устала женщина. Захотела на покой. Но, перед этим, ей нужно было передать свои силы потомственной ведьме, обладающей скрытым даром. – Теперь я вроде как полноценная волшебница, знаешь ли!

При слове «волшебница» Аарон посмотрел на меня странно. С небывалым ранее удивлением. Тему с моими новыми способностями мы еще не обсуждали, но и сейчас было не время. Махнув головой, мол, обсудим это позже, мужчина отчеканил по слогам:

– И речи быть не может, Саша.

– Но… – хрипло выдавила из себя я. Красная, словно помидор.

– У меня только одна жена и я буду ждать столько, сколько этого потребуется, – сжав мою руку, он поднес ее к своим губам, оставляя на моем теле огненный поцелуй.

– Даже если я никогда не скажу тебе «да»? – рассмеялась я нервно.

– Сама надежда быть с тобой вместе стоит всех женщин мира, – вдруг его цепкий, пронзающий до костей взгляд стрельнул в меня, и я перестала дышать, взятая в плен его чарами. – Я люблю тебя и хочу только тебя.

– Кажется, знахарка нагадала, что я тебя убью. Это тоже своего рода убийство… Твоего либидо, – пошутила я, решив сгладить слишком уж напряжённую атмосферу. Секс буквально витал в воздухе, электризуя его в душной комнате.

– Она мне не это нагадала, – фыркнул Аарон, а мои брови поползли на лоб. Не став долго терзать мое любопытство, он быстро сдался: – Речь шла о том, что у моей жены будет сын от другого мужчины. А еще что-то о том, что эта самая жена сместит меня с места альфы.

– Боже, Аарон! – я вытаращилась на мужчину с широко распахнутыми глазами. От шока голос дрожал, запинался и сбивался: – Почему ты ничего не сделал? Почему вел себя так спокойно?!

– Сперва я злился, а потом… – мужчина вдруг улыбнулся и пожал плечами. – Доверился судьбе.

Недоверчиво подняв бровь, я осмотрела Босфорта со всех сторон:

– Не пойму, куда дели того мужчину, за которого я выходила замуж? Кто этот человек передо мной?

Гортанно расхохотавшись, Аарон распространил бархатный хрип своего пьянящего баса по пустынной комнате:

– Ведь за любое действие есть наказание или похвала. Мне и так повезло. Почему-то досталась именно ты. Когда я понял это, все остальное увиделось в ином свете.

Я не успела обдумать сказанное Аароном, как в дверь постучали. Медленно и осторожно в небольшую щелочку протиснулась новая горничная Виола. Юная молодая девушка с восхищением оценила мой внешний вид, что предало мне немного уверенности.

– Вам пора. Все в сборе, – мягко поторопила она меня.

Я только ступила к выходу, как паника захлестнула с головой. Бросив полный ужаса взгляд на Аарона, я ощутила, как он переплел пальцы наших рук и спокойно заверил:

– Я буду рядом. Муж я или не муж? – нагнувшись за булавой и мечом, Босфорт спокойно зажал их свободной рукой. Так, словно они невесомые. Хотя я-то знала, что даже для оборотня эти штуковины слишком тяжелые. Оценив мой удивленный вид, он загадочно подмигнул. – Тренировки, Сашенька. Думаешь, чем я все эти годы занимался?

Мы спустились по пустынному коридору поместья Аарона. Никого вокруг не было. Все, включая горничных и охрану, столпились в главном зале. Каждый хотел лично увидеть восхождение нового альфы. Последнее ведь было более пятидесяти лет назад…

«Боже… – панические мысли пронеслись в голове, стоило встать на дорожку, ведущую к постаменту. – Они ведь все смотрят прямо на меня!».

И это были не просто взгляды. Кто-то изучал, кто-то восхищался, но многие просто открыто демонстрировали свое недовольство, высказывая свое уважение только Аарону. Одна женщина нагло выкрикнула в диалоге с мужем:

– Почему наш дорогой господин Босфорт просто не бросит вызов выскочке жене и не заберет у нее СВОЕ место?!

– Потому что она моя жена. И она именно там, где всегда должна была оказаться, – закрыв меня своей огромной спиной, холодно отчеканил рычащим тоном Аарон. Указав женщине на дверь подбородком, он пугающе улыбнулся. Так, что даже у меня появились мурашки. – А вот ваше место я, пожалуй, займу. А вы покиньте мой дом до того, как охрана успеет вывести вас насильно.

Когда женщина ушла, Аарон действительно занял ее место в первом ряду и водрузил мне в руки те самые признаки власти. Горничная надела на голову пафосную корону с драгоценными камнями, и я вошла на постамент. На небольшом пьедестале лежал лист с речью на латыни. Я должна была прочитать ее, скинуть мантию и, голая, встать на колени и прочесть присягу.

И я действительно начала ее читать, а потом меня словно переклинило от происходящего. С губ сорвался непрошенный смешок. Оборвав себя на полуслове, я подняла взгляд на застывших людей:

– Простите, но вы в кусе, что сейчас на дворе двадцать первый век? Люди летают на Луну, покоряют космос, изобретают лекарства от тяжелых болезней… А мы, что? Устраиваем эту показуху не пойми для чего!

– Но, – неуверенно выкрикнула одна девушка из толпы, – это наши традиции…

Лея, стоящая в первом ряду, старательно пыталась донести мне взглядом: «Просто читай по тексту!». Вита с Геной вцепились друг в друга, как в спасательный трос утопающий. Лишь Аарон казался спокойным, словно совершенно не волновался. Я расценила это, как доверие и улыбнулась. Он подмигнул в ответ. Мол, дерзай. И в тот момент мое сердце больно защемило от благодарности, а за спиной выросли крылья!

– Да, – продолжила я более уверенно, – мы оборотни, но не звери. Пора ступать в новый мир. В мир, где нам не нужно будет огораживать себя от людей и считать выше остальных. Мир, где все будут равны.

– ЧТО?! – озабоченно схватился за сердце старичок, опирающийся другой рукой на трость. – Где мы, а где эти жалкие людишки!

– Именно! – заявила я, и все вокруг удивленно заохали. – Нам не нужны бессмысленные старинные обряды, словно мы какие-то язычники. И глупое поклонение альфе, как богу, тоже не нужно. Это не современно. Делает нас не лучше других, а более отсталыми.

Юная девушка, чуть младше меня, ступила вперед и растерянно прошептала:

– Вы предлагаете что-то конкретное?

Набрав побольше кислорода, я все же положила тяжеленую булаву и меч на пол, укутывая себя поплотнее в мантию:

– Да! Предлагаю мир любви и уважения. Без угнетений, страха, убийств и прочей странной ерундистики. Стай теперь будет множество, друзья. Вы можете примкнуть к другой. Той, что соответствует вашим интересам. Но если вы останетесь, я обещаю вам мир любви и гармонии. Защиту от врагов, равенство и никаких скучных бессмысленных обрядов. Женщины будут иметь права ровно такие же, как и мужчины.

– Что это значит? – выкрикнул бодрый старичок, потея и краснея на глазах. – Можно поподробнее.

– У меня обнаружился дар знахарки… – коварно улыбнувшись, я услышала восхищенные возгласы оборотней. Они были рады, что их альфа обладает магическим даром. Оказалось, подобное встречается впервые. – Ежедневно в отведенные часы я буду принимать нуждающихся в помощи и защите. Скажем, если девушка пожалуется на домогательства или еще чего хуже, и это подтвердится моими видениями, то виновный будет тут же изгнан из стаи. То же самое касается измен в браке, насилия и прочего. Могу обрадовать девушек: мой дар позволяет убирать метки, при этом их не перебивая. Я пока только тренируюсь, но уже две девушки были освобождены!

Пара-тройка мужчин на моих глазах развернулись и ушли из зала, а пятеро девушек благодарно улыбнулись и облегченно выдохнули. Вита же многозначительно уставилась на Гену. По его губам я прочитала: «Я ведь обещал!».

– А если мы вообще не хотим быть в стае? – неуверенно спросил молодой мужчина, крепко прижимая к себе напуганную жену с дочкой. – Раствориться среди людей и не афишировать свое звериное нутро?

– Это ваше право. Больше это не запрещено, – пожала плечами я, улыбаясь. Разведя руками, я произнесла:

– В общем, вас ждет новый устрой. Он станет только лучше. Вы можете уйти прямо сейчас, но, если останетесь… Обещаю защищать и оберегать вас. Обещаю стоять до последнего, если потребуется. Никаких больше страхов и показухи.

Не знаю, чего именно я ждала в тот момент. Что все встанут и уйдут? Забросают меня помидорами? Поднимут на смех? Но и гробовая тишина, возникшая в огромном зале, пугала не меньше. Я слышала свое собственное сердцебиение и цоканье часовой стрелки.

Первым оживился Аарон. Снова опустившись на колени, как совсем недавно в парке, он склонил голову к колену и громок воскликнула:

– Да здравствует Александра!

За ним опустилась Лея. Смахнув слезы, дрожащим голосом она пролепетала:

– Да здравствует Александра!

Вита и Гена были следующие. Подруга послала благодарственную улыбку, а Гена взгляд, полный теплоты. А после они в один голос воскликнули:

– Да здравствует Александра!

Женщина, что воспитывала меня всю жизнь, и кого я называла мамой, саркастично закатила глаза и размашисто потопала к выходу:

– Всегда хотела в Европу переехать! В этом балагане мне явно не место…

Но остальные… Не все, но девяносто процентов последовали примеру моих друзей. И зал сотрясся от грохота множества голосов:

– Да здравствует Александра!

– Фух! – обессиленно завалившись на мягкое кресло, я облегченно вздохнула. – Ну и денек…

Закинув отекшие ноги на мягкую подставку, потянулась рукой к освежающе холодному зеленому чаю. Казалось, что в комнате слишком жарко и дышать совершенно нечем. Не сдержавшись, я достала пару кубиков льда из стакана и закинула их себе в декольте. Приятный холодок взбодрил тело, и на губах засияла блаженная улыбка.

– Что ты делаешь? – воскликнула откуда-то взявшаяся Лея, вырывая из моих рук чай. – Заболеешь!

Я расхохоталась, запрокинув голову на подушку кресла. Сейчас, когда мой живот был больше меня самой, любая сильная эмоция заканчивалась «танцами» детей в животе.

– Лея, – ласково прошептала я девушке, – оборотни не болеют человеческими болезнями. Тем более, такой ерундой.

– Ты не просто какой-то там оборотень, милочка! Но еще и волшебница, как ты сама это называешь, – фыркнула та, начиная знакомо нервно топать ногой по полу. Чем более глубоко беременной я становилась, тем больше тревожилась Лея. Кто бы мог подумать, что моя взбалмошная и несерьезная сестра способна так измениться в ожидании племянников? Пока я умилялась ее заботе, та нервно тараторила: – Кто знает, как они переживают лед в жару? И вообще, какого черта ты забыла в приемной?! Тебе рожать через пару дней. Потерпят уж как-то без тебя недельку. Лежи и отдыхай! – обернувшись в панике, сестра судорожно пыталась найти кого-то взглядом. – Где Аарон? Он же от тебя не отходит… Он бы меня поддержал!

– Он занят делами. И тебе пора, – многозначительно приподняв бровь, я попыталась тактично напомнить сестре, что в особняке она не для того, чтобы быть моей курицей-наседкой, а исключительно с целью организации благотворительных мероприятий, предназначенных помочь всем семьям, которым успел навредить Эмиль Бернар.

– Я уже все сделала, – коварно улыбнувшись, Лея села в кресло напротив. Я устало вздохнула и зарылась лицом в ладони. – И буду рядом постоянно. Вдруг что понадобится.

– Ко мне придут девушки с личными просьбами, – взмолилась я, пытаясь призвать девушку к благоразумию. – Это бестактно.

– «Бестактно?!» – Лея ахнула, положа руку на сердце. – Они ведь вываливают на тебя личное и считают это нормальным. Считай, теперь нас двое.

Спор был бы бесполезен. Лея, и многие другие (в частности те, у кого не было особых проблем) не понимали, чем таким я занимаюсь с девушками, что приходят ко мне и просят помощи.

«Это неплохая идея! Пусть увидит все вживую и поймет, насколько это важно!», – осознала я вдруг и подозвала горничную Лену:

– Позови, пожалуйста, первую девушку. Я готова принимать.

Лея заскрипела зубами. Она была явно иного мнения о моем физическом состоянии. Но, прикусив язык, подавила рвущиеся наружу ругательства.

Не прошло и минуты, как в приемную вошла милая юная девушка. Ее белые кудрявые волосы доставали почти до колен, а свободное платье в пол подчеркивало худобу. Быстро переместившись ко мне, она застыла в сантиметре.

Лея, вытянув руки перед собой, воинственно воскликнула:

– Слишком близко! В сторону!

– Лея! – прикрикнула я на нее, а после мило указала гостье на диван. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Кратко кивнув, та упала на мягкие подушки и перекинула копну волос с правого плеча на левое. Словно специально обнажая моему взгляду мощную звериную метку. Она выглядела странно: красная, опухшая, больше напоминающая синюшную гематому. Но больше всего смутил запах: острый смрад гнили ворвался в мои легкие внезапно и чуть не свел с ума.

«Никогда такого не видела! – якобы невзначай прикрыв лицо рукой, я пыталась сделать вид, что все нормально, и меня совершенно не тошнит. – Почему ее метка гниет?!».

Лея же, что тактичностью не отличалась, поморщилась и замотала ругой перед носом:

– Что за вонь, подруга? Нет душа дома – река рядом!

– Простите, – опустив взгляд, незнакомка тяжело вздохнула. – Ничего не могу с этим сделать… Поэтому и пришла.

Сделав глубокий вдох, я с трудом сдержала новый рвотный позыв:

– Расскажи с начала. Помогу чем могу.

– Меня зовут Жаннин, – она подняла на меня сосредоточенный взгляд черных глаз и тут же прищурилась. – У меня есть муж. Он пометил меня год назад. Бьет, издевается, изменяет, порой даже морит голодом. Можно разорвать связь?

В общем-то, это была типичная проблема девушек, что приходили и садились на этот диван. Один и тот же сценарий. Ничего не менялось из недели в неделю. Отличалось лишь одно – у других метка не гнила.

Ранее я сама вставала и присаживалась к гостье, беря ее руку в свою и пытаясь проскользнуть в чужие помыслы. Понять, кто врет, а кто говорит правду. Лжи ни разу не было. Девушкам попросту незачем было так рисковать и обнажать свою душу перед незнакомкой. Я помогала им. Разрывала метку и отпускала. Обычно после такого мои силы пропадали на неделю, а то и больше. В зависимости от силы волка, что оставил след на бедной истерзанной жертве.

Сегодня же я просто протянула руку, потому как встать физически не могла. Лея закатила глаза и многозначительно цокнула языком. Мол, именно об этом она и говорила.

– Держите, – присев перед креслом на корточки, Жаннин положила свою ладонь в мою и странно саркастично усмехнулась: – Читайте!

«Она не верит в твои силы, как и остальные!», – поняла я, но все же закрыла глаза и попыталась сосредоточиться.

Я не знала, как это работает. Просто знала, что делаю все правильно…

И тут на меня повалились сотни воспоминаний глазами Жаннин, а если быть точнее – Ани. Она была не так проста, как показалось сначала. Юная помощница ландшафтного дизайнера, который ее соблазнил и пометил. Но лишь для того, чтобы удовлетворять свои низменные нужды за неимением кого-то получше. Аня знала все это и все равно была глубоко предана своему волку. Страдала и убивалась по нему.

Распахнув глаза, я напряженно уставилась на девушку. Только сейчас в глубинах ее глаз я видела нечто сумасшедшее.

– Ты не хочешь избавляться от метки Эмиля Бернара. Зачем тогда пришла? – проговорила я, а в комнате воцарилось гробовое молчание.

Горничные сперва замерли, а после начали собираться по кругу с выпученными от недоумения глазами. Мы были словно в телепередаче. Ведь помеченные не живут так долго без своего волка. Сходят с ума, гниют. А Аня была вполне в своем уме.

– Пошла вон! – сквозь зубы прорычала Лея, вставая на ноги и указывая гостье на выход. – Чтобы никто здесь тебя никогда…

Аня быстро вскочила и буквально отшвырнула сестру в другой конец комнаты. Лея встала, осматривая полученные травмы, а я уставилась на Аню:

– Я жду.

– Чего же? – та усмехнулась так радостно, словно в чем-то победила.

– Ты ведь не просто так пришла, – напомнила ей я, указывая пальцем на настенные часы. – Давай быстрее. После тебя еще девочка.

– «После меня?» – она утробно расхохоталась, пытаясь парадировать смех из ужастиков. – После меня у тебя никого не будет, ясно? Я… Я…

Сжав руки в кулаки, она храбрилась, собиралась с силами, теряла энтузиазм. Снова, снова и снова. Устав ждать, я помогла ей:

– Ты?..

Наконец, видимо собравшись с духом, Аня гордо расправила плечи и ступила вперед:

– Бросаю тебе вызов! Убью! Отомщу за моего любимого! И отвоюю себе стаю!

– Интересно, – басистый хрип разнесся эхом по помещению. Увесистые шаги Аарона отбивали нагнетающий ритм. Злой, как голодный цербер, он надвигался на гостью с горящими волчьими глазами. – Мне не повторишь?

Аня опешила, потеряла дар речи и попятилась назад. Я слышала, как безумно вырывается ее сердце и сбивается голос:

– Ч-что? Я вообще-то только ее…

– Моя жена беременна, – рявкнул Аарон, застыв перед Аней, напрочь забывшей о дыхании. – Если ты не знала, в таком случае муж может принять на себя удар. Я готов. Начинаем?

Демонстративно, словно желая довести девушку до смерти, Босфорт принялся медленно расстегивать запонки пиджака, нагло отшвыривая те в стороны. Лея же, хохоча, злорадно выкрикнула:

– Ставлю миллион на Аарона. Кто со мной?

– Мамочки… – застонала Аня, зарываясь лицом в ладони. – Я ведь Сашу хотела… Она… То есть, я…

Устав наблюдать за происходящим, я-таки поднялась с места. Словно колобок, перекатываясь с одной ноги на другую. И, наконец поднявшись, громко воскликнула:

– Хватит! Я сама разберусь.

Аарон зарычал, скалясь. Я подозвала девушку, и она тут же двинулась ко мне. Мужчина не дал ей и шагу ступить, перекрыв путь своим раздувшимся телом.

– Пусти ее, – попросила я, но это не сработало. Аарон по-прежнему рычал на гостью, как сорвавшийся с цепи дикий зверь. Слуги все больше собирались, создавая подобие кинотеатра. Кто-то из них вовсе притащил с собой чипсы! Прикрыв глаза, я раздраженно рявкнула: – Аарон Босфорт, укуси тебя дьявол, дай мне самой разобраться в ситуации!

Сделав глубокий вдох, испустив клуб дыма… Сжимая и разжимая кулаки, мужчина рычал и не соглашался. Наконец, он бросил на меня краткий взгляд и кратко произнес свое решение:

– Я буду рядом. Буквально, Саша.

На это я была согласна и кивнула. Аня все же прошла поближе. Испуганная до полусмерти, она застыла передо мной, боясь встретиться взглядом с Аароном.

– Я правильно понимаю, что Эмиль был твоим любовником? – прямо в лоб спросила я. Слуги оживились. Лея снова закашлялась. Вырвав из рук паренька чипсы, она прыгнула на диван, поджала под себя ноги и, кажется, скомандовала: «Продолжайте!».

– Да, – вздернув подбородок, гордо произнесла та. – Не просто какой-то любовницей. Я была единственной, кого он любил.

– Были и другие, – мягко, с сочувствием произнесла я, и Аню передернуло.

– Они просто мусор! А я – отдушина! – зарычала та во весь голос. – Я отомщу за него! Заберу себе стаю!

– Тебе нужна стая… – задумчиво побарабанив себя пальцем по подбородку, я повернулась к затаившемуся Аарону и обратилась напрямую: – Скажи, сейчас сложно собраться свою стаю?

– Технически – нет. Это разрешено благодаря тебе, – многозначительно подмигнув, Аарон подцепил мою руку и нежно поцеловал в тыльную часть ладони. – Но практически… Очень сложно заставить людей слушать именно тебя. Ты ведь не можешь оставаться обычным наглым диктатором. Надо оказывать помощь, содействие, поддержку, давать приют нуждающимся и так далее.

– Все понятно? – уставившись на растерявшуюся Аню, я улыбнулась девушке. – Ты теперь знаешь план действий. Дерзай!

– Что? – глаза девушки поползли на лоб. Рука, лежащая на груди, задрожала. – Вы предлагаете мне собрать свою стаю?

– Да, – улыбнувшись, я активно закивала. Трудно было не сдержать смешок при виде озадаченной физиономии гостьи.

– Но… – почесав затылок, она не нашла слов.

– Но это сложно, да? – помогла ей я, а после похлопала по плечу. – Явно сложнее, чем бросить вызов глубоко беременной девушке, правда?

– Я просто… – она захлюпала носом, вытирая сопли кулаком.

– Просто хотела быть на всем готовеньком? Понимаю… Слушай! – приободряюще посмотрев на девушку, я воскликнула: – Может устроим голосование? Хочет ли наша стая нового главу?

– Так неправильно. Так не делают… – запротестовала та.

– А у нас теперь делают, – настоятельно указала ей я, многозначительно кивнув на Аарона. – Но если хочешь драться – всегда пожалуйста.

Уловивший мою затянувшуюся иронии Босфорт многозначительно подмигнул Ане, и та едва в обморок от этого не упала.

– Всегда готов, душа моя, – его бархатный шепот мне прямо в ухо вызвал череду мурашек. Нос нежно зарывался в волосы, а губы осторожно касались чувствительной шеи. – Тебе я обязан жизнью и за тебя готов ее отдать.

Почему-то мои губы пытались растянуться в улыбке. А ноги совершенно не слушались, пытаясь подкоситься. С трудом утихомирив безумное сердцебиение, я повернулась к толпе слуг. К тому моменту зевак скопилось не меньше пятидесяти.

– Дорогие, что насчет смены руководства. Кто-то голосует «за»? – предложила я.

В комнате повисло новое молчание. Слуги начали переговариваться. Никто из них словно не мог поверить, что они вдруг оказались замечены. Что их мнение важное.

Новый садовник выкрикнул первый:

– Что вы, Александра! Какие еще перемены! Моя семья отродясь так хорошо не жила!

– Да-да! – прикрикнула с другого конца толпы повариха. – Кто в здравом уме захочет новое руководство, как вы выразились! Самка – знахарка. Самец – во какой бугай! И детки на подходе. Считай, потомство.

– Нас все устраивает, – один за другим начали выкрикивать те. По телу прошла приятная дрожь. Так много сил было положено на помощь оборотням! Построены новые дома, повышены зарплаты, буквально навязывалось уважение к женскому полу… И, вот она, благодарность. От счастья щемило сердце!

– Ну, – повернувшись к расстроенной Анне с непринужденным лицом, я пожала плечами. – Можешь еще по городу походить, поспрашивать. Может кто-то и «за». Ты в бланк всех запиши с подписями и мне принеси. Будем думать.

– Круть! – Лея хохотала во весь голос, стирая слезы майкой. – Вот это шоу!

– Что за ерунда! Так нельзя! При Эмиле такого не было! – раздраженно топнув ногой, Аня буквально кинулась к выходу, рыча себе под нос проклятия: – Он разрабатывал гениальные допинги и лекарства! В его новшествах нуждается наш мир!

– Их не будет, – отчеканил по слогам Аарон. – Никаких испытаний на людях.

– Тайных последователей Эмиля много, – улыбнувшись сумасшедшей улыбкой, заверила меня гостья. – Может и будет!

– Метка, – напомнила ей я. – Нужно снять. Сгниешь заживо.

– Нет, – не поворачиваясь отмахнулась та. – Это все, что осталось от Него. Сохраню.

И она ушла. Я знала, что ей осталось недолго. Но спастись Аня сама не захотела. Как только комната опустела, я повернулась к горничным и хлопнула в ладоши:

– Спектакль окончен, дамы и господа! Антракт!

Грустные работники разошлись, а Лея, недовольно проворчав что-то нечленораздельное, покинула комнату, оставив меня под надзором еще одного няня.

– Ты закончила с развлечениями? – усмехнулся Аарон, пока его пьянящий взгляд скользил по моему необъятному телу. – Есть один сюрприз. Готовил его неделю. Готова оценить?

– Да, но… – я виновата поморщилась, с трудом усаживаясь обратно в кресло. Сжав меня за бедра, Аарон ускорил процесс и помог мне разместиться быстрее и удобнее. – Еще одна девушка записана. Думаю, в этот раз без сюрпризов. Дважды так не «везет»… Так что управлюсь за десять минут.

– Идет, – кивнув, Аарон присел на прежнее место Леи с невозмутимым взглядом. На мою вопросительно приподнятую бровь он отмахнулся: – Я никуда не уйду, Саша. Одна ты тут не останешься.

Спорить было бессмысленно. Особенно, после случившегося. Так что я снова попросила Лену позвать мне новую гостью. И тут ждал поистине головокружительный сюрприз. Незнакомка не вошла. Эта была встревоженная Вита, а следом за ней напряженный Гена.

– Нам нужно развестись! – воскликнула она, падая передо мной на колени и протягивая руку. – То есть, метки разорвать. Или как ты это правильно называешь? Срочно! Не могу больше терпеть его измены. Это просто невыносимо!

– Но, – растерялась, переводя взгляд с недоумевающего Аарона на белого Гену, – только неделю назад…

– Да, тогда все было замечательно! А сейчас он снова изменил, – бросив злобный взгляд на мужа, Вита уверенно воскликнула: – Разводи!

От нервов сердце безумно барабанило. Сжав ее руку, я прикрыла глаза, и, как было принято ранее, принялась копаться в воспоминаниях. Увиденное ввергло меня в настоящий шок!

Измен не было! Даже напротив. Моя подруга Вита никогда ранее не ощущала себя настолько счастливой, как последние месяцы. Муж, который до этого воспринимал ее, как должное, теперь носил на руках и порой даже душил своей любовью. До этого момента я не верила, что Гена изменился. Человек, переспавший со всеми оборотнями и человеческими девушками, не может просто в один момент взять и завязать… Но, взглянув на ситуацию глазами Виты, я застала иную картину.

Он похоронил ее. На самом деле: организовал поминки, закопал пустой гроб. В тот момент, когда Гена бросал кольцо в сырую землю, что-то в нем надломилось. Удивительно, но именно этот надлом помог ему осознать всю ценность супруги.

И теперь Вита ждала ребенка. Долгожданного, выстраданного.

Я была до безумия рада за подругу, но кое-что не давало покоя…

Распахнув глаза, я с прищуром уставилась на девушку и злобно прорычала:

– Ты пришла только чтобы узнать, будет у вас мальчик или девочка? В каких цветах красить долбанную детскую комнату?!

– Не-е-ет! – лживо воскликнула она, вставая на ноги и торопливо отскакивая назад, поближе к мужу. – Что ты, Сашенька. Просто решила так замысловато рассказать о своей беременности. Сюрприз!

Аарон смотрел на Гену испепеляюще. Последний же, зарывшись лицом в ладони, простонал:

– Это она придумала. Я здесь ни при чем.

– Да, я. Весело получилось, правда? – елейно протараторила она, оценивая каждого внимательным взглядом. Видимо, не дождавшись ожидаемой реакции, она все же спросила главный вопрос: – Так кто: мальчик или девочка?

– Вита! – прорычал Босфорт, вставая на ноги. – Она беременна! Вот-вот родит. Нервничать нельзя от слова совсем. Вы не могли подождать неделю со своим идиотским розыгрышем?!

– А я тебе говорил… – шепнул Гена Вите, но та была непреклонна. Пока Аарон старательно отодвигал их к выходу, она снова и снова повторяла:

– Так кто, Сашунь? Мне нужно дать наводку дизайнеру!

Устало вздохнув и покачав головой, я не сдержала усмешку. Вита все же добилась своего. Хотя до этого я строго сказала девушке: просто так не гадаю. Лишь по особым поводам. Ведь в судьбу вмешиваться опасно и чревато! А она, жучка такая, решила вывести меня на стресс ради своей цели.

– Девочка, – прокричала ей я. – В розовый крась!

Заулыбавшись до ушей, подруга послала мне множество воздушных поцелуев. Как только они с Геной скрылись, Аарон спокойно вздохнул и присел рядом со мной.

– Не надо было ей говорить. Пусть мучатся, – его ладонь нежно упала на мой живот, успокаивающе поглаживая. Я сразу ощутила, как зашевелились дети. Они любили голос Аарона, реагировали и толкались. – Скажем, ответный сюрприз.

– Это и есть сюрприз. У них будет мальчик, – рассмеялась я, не в силах оторвать взгляд от мужчины. Он казался таким непривычно нежным и трогательным, общаясь с малышами. Что-то шептал в живот, обещал и даже советовался.

– Ты жестокая. Гена, наверняка, целое состояние на спальню ребенка выложит, – без капли сочувствия хмыкнул тот.

– Ничего. Сделают другую, – я испытала странное разочарование, когда теплые руки мужчины перестали касаться моего живота. Вздохнув поглубже, я принялась подниматься с места. Короткий приемный день подошел к концу. – Тем более, у них все же будет девочка… Только через три года. Так что спальня принцессы все равно пригодится.

– Представляю, как этот засранец умрет от счастья, когда узнает, – подставив мне локоть, Аарон многозначительно повел бровью. – Теперь мой сюрприз, помнишь? Вижу, как тяжело тебе ходить, и с удовольствием бы отнес. Но ты ведь упертая и все равно не согласишься.

Последняя неделя беременности и вправду была невозможно тяжелой. Я ощущала себя необъятным китом, неспособным на привычную самостоятельную жизнь. Мое теперешнее состояние совершенно не отличалось от того, что было вчера. Все же опухшие ноги, боль в пояснице и слабость. Но именно в ту секунду мне почему-то захотелось ответить иначе:

– Да, отнеси меня. Буду очень благодарна.

Аарон едва заметно вздрогнул. Его желваки зашевелились, а губы дернулись в нервной улыбке:

– Я не ослышался?

Щеки запылали, и я опустила взгляд к полу, закрывая лицо волосами:

– Да… Сегодня особенно тяжело. Помощь не помешает.

Он пытался скрыть свои эмоции, но слишком явно радовался. Это смущало меня до ужаса сильно. Нервно колупая ноготки, я пыталась утихомирить бешенное сердцебиение. Которое, к слову, Аарон тоже прекрасно слышал.

– Понимаю… – театрально произнёс он, четко давая понять, что не верит в мои причины. И пока я старательно пыталась провалиться сквозь землю, он ловко поднял мое огромное тело на руки, словно это пушинка. Его движения были невероятно быстрыми, но плавными и грациозными. За минуту мы оказались в другом конце дома, а меня совершенно не укачало. Застыв перед запертой дверью, он нагнулся к моему уху и бархатно прошептал: – Пойдешь сама? Я пойму, если ноги сегодня ОСОБЕННО устали, и с радостью подержу.

«Это уже слишком!», – ахнула я и попыталась соскочить. Сделать этого мужчина не дал и плавно приземлил меня на паркет:

– Я сама, спасибо за помощь.

Мы стояли какое-то время перед дверью, Аарон таинственно молчал, собираясь с мыслями. Он нервничал, впервые. Это безумно интриговало! Наконец, устав терпеть, я сама прогнула ручку и вошла внутрь.

Это была огромная просторная комната с двумя душевыми и двумя туалетными кабинками. Ранее она пустовала, а сейчас оказалась обустроена мебелью. Часть пространства для девочки, а часть для мальчика. При этом их игровая была общая.

– Когда ты успел?! – ахнула я в изумлении, совершенно не веря собственным глазам. – И, главное, как я могла этого не заметить?!

– Дом большой, – застыв в проходе, Босфорт расправил плечи и выровнял осанку. Он внимательно следил за тем, как я быстро осматриваю каждый миллиметр комнаты и восторгаюсь деталями. – И ты не только этого не заметила.

– А что же еще? – я была готова к детям и безумно ждала. Но сейчас, увидев крохотные кровати, пеленальный столик, горы памперсов и милые игрушки для новорожденных, сердце особенно защемило, а глаза наполнились слезами.

– Я сделал всю эту мебель сам у нас в гараже, – произнес он, и я вытаращилась на Аарона в оба глаза. В ожидании, что он вот-вот рассмеётся и признается, что просто заказал все в магазине, как мы и планировали. Но вместо этого, сведя брови на переносице, он продолжил говорить нечто невероятное: – Я ведь когда-то был столяром и прекрасно обращаюсь с мебелью.

– Серьезно? – осмотрев Аарона с ног до головы, я не поверила его словам. Такой дорогой мужчина, как он, просто не мог заниматься чем-то настолько грязным. Но затем я одернула саму себя: «Что ты вообще знаешь об Аароне Босфорте? Он – закрытая книга!». Так что, подавив сомнения, я искренне выдохнула: – Это ведь просто великолепно, Аарон! Ты очень талантлив. Дети будут спать не просто на какой-то там покупной мебели. Ее собрали для них с любовью.

Он кратко усмехнулся, а глаза вспыхнули ярким огнем. Едва заметно облегченно выдохнув, он вдруг подошел к комоду и достал оттуда огромный букет розовых кустовых роз. Ближе к родам волчье чутье притупилось настолько, что я даже отдаленно не уловила аромат цветов в комнате. И шок оказался самым настоящим.

– Надеюсь, – он шагнул вперед, а я вжалась в маленький детский шкафчик, – это достаточная причина, чтобы…

– Аарон! – воскликнула я, пытаясь остановить поезд, что с огромной скоростью несся к обрыву.

– …Чтобы пригласить тебя на свидание? – все же закончил он.