ГЛАВА 13

Утром Себастьян разбудил меня задолго до прихода Родерика. Кажется, со вчерашнего вечера между нами установилось не только временное перемирие, но и взаимопонимание. Не знаю, как Родерик, а я нашла это замечательной новостью. Себастьян же при каждом удобном случае стал просить ласки, в которой я просто не могла отказать. В ответ же я начала получать совершенно необычную заботу. Котик совершил невозможное и за ночь где-то умудрился раздобыть настоящее старинное зеркало! Я была в таком шоке, что даже не смогла понять, как у него это получилось. А хитрая животинка и не собиралась раскалываться: — Ты же пойдешь хозяина защищать перед этими студентами. Плохая невеста, увидев, какая ты красивая, даже не станет пытаться с тобой тягаться. Хорошая невеста возьмет твои привычки на заметку и станет вести себя еще лучше! — В твоей речи все прекрасно, Себастьян, кроме одного: причем тут я? — развела руками я. Нет, логика некоторых котиков порой была еще более дремучей, чем женская. Но Себастьян не жалел моего терпения: — Как это — причем? Ты для всех — ассистентка хозяина! А значит, должна быть совершенством! Давно известно, что хозяин не держит рядом с собой абы кого. Мне, наверное, стоило прочувствовать важность момента. А еще — то, что хозяин, то есть, муж и коллега по работе, держит меня рядом. Но я не смогла, поскольку в первый раз посмотрела на себя в зеркало. И поняла, что до совершенства мне очень далеко. Волосы растрепались, хотя в сочетании с рубашкой Родерика выглядело так, словно я вылезла из постели после весьма бурной ночки. И как я смогла вчера все это привести в порядок? Кажется, просто пригладила волосы мокрой рукой. Сегодня с этим точно нужно было что-то делать. Приходить на занятия в таком виде было равносильно самоубийству. Те самые «невесты», не важно, хорошие они или плохие, найдут все недостатки в моей внешности и перемоют кости. Хорошо хоть лицо выглядело отдохнувшим, несмотря на то, что мы вчера вернулись довольно поздно. Но, к сожалению, это было небольшим утешением. Волосы нужно было реанимировать! — Себастьян, мне нужна твоя помощь. Можешь достать там же, где раздобыл зеркало, еще и расческу? — Вняла моим советам наконец-то! — театрально закатил глаза котик. — Посмотри в комоде — я обо всем позаботился! Ему бы на сцене блистать — с его-то способностями! В комоде, помимо расчески, оказались еще какие-то непонятные флакончики с жидкостями, в которых я по запаху заподозрила шампуни и парфюмерную воду. — Ты ж мой спаситель, — растрогалась я, доставая костяной гребень. — Цени! — важно отозвался кот. Рядом с гребнем лежала заколка непередаваемой красоты, инкрустированная зелеными камнями. Их оттенок очень походил на оттенок платья матери Родерика, и в голову закрались подозрения, откуда Себастьян мог все это притащить. Стоило мне только задуматься над этим и повернуть к сообщнику голову, чтобы задать вопрос, как тот взмахнул пушистым хвостом: — Ни слова больше! Иначе опоздаешь! Пришлось подчиниться. Тем более что в итоге котик оказался прав: стоило мне одеться, заплести косу и поправить заколку, как в дверь тут же постучали. На пороге оказался до противного свежий Родерик, который, почему-то, ненадолго завис, разглядывая меня в рубашке и брюках, купленных вчера у дани Файни. — Слишком ужасно или слишком прекрасно? — Пока не понял. Но мне определенно по душе ваше желание породниться с нашими драгоценностями, — ответил Родерик, кивком указывая на заколку в моих волосах. — Так и знала, что Себастьян умудрился опустошить семейную сокровищницу, — вздохнула я. — Зеркало тоже оттуда? — Из ванной комнаты в тех апартаментах, где вы ночевали, — подтвердил Родерик с еле заметной улыбкой. — Видимо, хотел предстать перед вами в хорошем свете. Не поддавайтесь на провокации: большего дельца, чем Себастьян, я в жизни не встречал. — Охотно верю. Тут, пожалуй, не обошлось без Вильгельма. — Не будем раскрывать все секреты Себастьяна. У него все-таки тоже в наличии кошачья гордость. — И то верно, — улыбнулась я. — Готовы к первому рабочему дню? — Я отвечу вам на этот вопрос, когда узнаю, какой предстоит фронт работ. А пока — ведите! — С удовольствием. То ли Родерик сегодня встал с той ноги, то ли ему действительно понравился мой внешний вид, но настроение у мужчины было преотличное. Хотя могла быть еще одна причина этому: будущее занятие с четвертым курсом огневиков. Он же обещал вчера, что не забудет их вечерней выходки. Судя по периодически возникающей на губах улыбке, Родерик уже несколько раз размазал Рейтингера по доске, а затем столько же раз возродил его из мертвых. Интересно, понравилась бы восставшему Рейтингеру рыбка?.. Студенты академии оказались с куда более крепкими нервами, нежели жители Шаттервиля. Они, хоть и опасались преподавателя-некроманта, но не разбегались при виде нас с Родериком. А девушки — и того интереснее: прятались за спинами более мощных однокурсников и тайком поглядывали на моего спутника. — Вот это я понимаю — слава у противоположного пола, — пробормотала я ошеломленно. — И как вас могут ненавидеть мужчины, учитывая такую поддержку у женщин? — Не всегда причина ненависти может быть той, которая заявлена изначально, — философски заметил Родерик. — А на свой вопрос вы ответили сами. Мужчины просто не любят конкуренции. Им же невдомек, что мне это совершенно неинтересно. Рядом с моей женщиной все остальные меркнут. Я не нашлась, чем на это ответить. С подобным выражением симпатий Родерика я сталкивалась впервые. И будь я немного моложе, наверняка запуталась бы в хитросплетениях и нюансах его слов. Но я предпочла польщенно улыбнуться и чуть сильнее опереться на его руку, которую он предложил еще тогда, когда мы вместе отправились на занятия. За внешность можно было не переживать: благодаря стараниям Себастьяна прическа лежала волосок к волоску, с лица не сходила счастливая и безмятежная улыбка. Мне сегодня было море по колено! Особенно в компании потрясающего мужчины. Четвертый курс поджидал нас уже в аудитории. Она находилась на втором этаже ученического корпуса, и наш путь с Родериком точно не остался незамеченным для половины академии. Пропустив меня вперед и приглашая устроиться за столом рядом с кафедрой, некромант обратился к присутствующим: — Доброе утро, уважаемые студенты. Отрадно видеть вас в добром здравии и отличном настроении. Надеюсь, после нашей вечерней встречи вы успели выспаться. Женская половина аудитории слаженно вздохнула. Родерик незаметно поморщился, но я успела научиться определять малейшие изменения в его поведении. Ему очень не нравилось, что студенты разделились на два не связанных между собой лагеря: тех, кто восхищается его внешними данными, и тех, кто тихо ненавидит. А я навскидку могла бы сказать, что парни тут не только за Мертвую деревню хотели рассчитаться. Но и просто за то, что у них появился конкурент за женское внимание. Рейтингер, например, думал, что никто не видит его перекошенной физиономии. И Родерика он не переваривал сильнее остальных. Однако стоило ему почувствовать на себе мой внимательный взгляд, как лицо его смягчилось и озарилось блаженной улыбкой. Понятно. Этот будет изображать влюбленного идиота. С такими действительно придется держать ухо востро. Родерик, между тем, добрался до кафедры и уверенно занял свое место: — Сперва хочу представить вам мою ассистентку, дани Сквор. Дани Сквор несколько дней назад оказалась в Мэйленде и обладает достаточно свежим взглядом на наш с вами мир. Сразу предупреждаю — дани Сквор иномирянка, поэтому будет относиться к вам с позиций своей Родины. Прошу учитывать это, когда будете общаться с ней. — Если она ваша ассистентка, разве мы не будем общаться с вами? Голос был явно женский, а вопрос был произнесен так, словно хозяйка голоса поджала губки от обиды. Я нашла ее взглядом — она сидела рядом с сестрой Рейтингера и явно испытывала потребность отомстить за поруганную честь подруги. Ну как — поруганную? Не до конца. Только ведь не от Родерика она это узнала, верно? А значит, не была в курсе всей подоплеки. Сама же Лора сидела со злым выражением лица, но я бы не назвала его опасным. Возможно, поняла, что совершила промах. Возможно, строила новые планы по соблазнению Родерика. Однако в ее пользу играл сам факт того, что она появилась на занятии, а не позорно пропустила его. Думаю, Родерик тоже оценил подобную смелость. Он, кстати, решил быть вежливым с провоцирующей его студенткой. — Естественно. Но у дани Сквор есть свой дар, с которым вам интересно будет познакомиться, — сдержанно ответил некромант. — Нам и просто так будет интересно познакомиться с дани Сквор! — крикнул кто-то из последних рядов, после чего раздался дружный мужской смех. — Побольше уважения к моей помощнице, студенты, — в голосе Родерика послышался замогильный холод. — Думаю, никто из вас не был бы против в тяжелой битве получить новые силы от сосуда. — Сосуд? Иномирянка — сосуд?! — заголосили со всех сторон. Причем каждый новый окрик сопровождался все более благоговейным трепетом, и под конец я уже ощущала себя чуть ли не мировой знаменитостью. — Именно так. Дани Сквор — сосуд, а значит, при желании, сможет подарить вам неисчерпаемый запас сил. Поэтому не советую проверять свои навыки остроумия и сквернословия на моей ассистентке. Слово «моей» Родерик выделил специально. Зря, конечно, он это сделал. В глазах девушек полыхнула такая ненависть, что все мужское признание сразу кануло в лету. Меня, скорее всего, тут же окрестили не меньше, чем любовницей Родерика. Впрочем, какое мне до этого могло быть дело? Да и тон разговора почти сразу же сменился, стоило Рейтингеру взять слово. — Дан Родерик, а какие великие битвы нас ожидают? Разве со всей нечистью не расправились…вы? — Рядом с Мертвой деревней произошло несколько исчезновений крестьян. Если вы до этого не были в курсе, то сейчас можете наслаждаться новыми вводными. Не хочу показаться чересчур подозрительным, но вам пора освежить свои знания по борьбе с нечистью, уважаемые студенты. — И как же мы будем с ней бороться? Как вы…в Мертвой деревне? Голос Рейтингера сочился довольством. Он, похоже, сел на своего любимого конька и пришпорил его. Как хорошо, что Родерик не велся на дешевые провокации. — Как я не сможете, дан Рейтингер, несмотря на выдающийся магический потенциал, — снисходительно ответил некромант. — Впрочем, и я уже не смогу, — по-доброму усмехнулся он вдогонку. — Силы не те. Небольшой самоиронией некромант смог настроить на диалог почти всех. Почти. Рейтингер на мгновение потерял добродушную маску, обнажая свою истинную сущность. И мне она совершенно не понравилась. Оставалось надеяться только на то, что, как представитель истинной аристократии, он не станет опускаться до низких поступков. Аристократия ведь на то и аристократия, чтобы во всех мирах вести себя благородно! — Ну что ж, уважаемые студенты, раз уж мы заговорили непосредственно о предмете, разрешите представить вам…да вот хотя бы Себастьяна. Он больше похож на живого, чем остальные мои пособия. — Вообще-то никакое я не пособие, хозяин, — раздался из-за кафедры ленивый голос кота. — Я самое, что ни на есть, живое умертвие! Сначала появился пушистых серо-зеленый хвост. Затем показалась откормленная попа. А напоследок вынырнуло туловище и усы с головой. И огромные зеленые глаза посмотрели на студентов со скукой. Будто ждали, когда раздадутся первые крики «мертвяк!» Реакция аудитории не заставила себя ждать: девчонки вскочили со своих мест и ринулись наверх, парни с интересом принялись разглядывать Себастьяна. Котик, не будь глупышом, вскочил на верх кафедры и принялся демонстрировать свои прелести: и шерстку, и усы, и, конечно же, невозможно зеленые глаза. — Пособие ты, Себастьян, в том смысле, что сможешь показать, как работает серьезная битва в действии. Уважаемые студенты, есть ли среди вас желающие испытать на себе коварство моего питомца? — обратился Родерик к аудитории. — Я готов! — поднялся с места Рейтингер. — Безумству храбрых… — пробормотала я тебе под нос. Я-то была в курсе особых техник Себастьяна! Но тем интереснее было посмотреть, что станет с Рейтингером. — Похвальное стремление учиться. Прошу вас, дан Рейтингер. Спускайтесь к нам. Перед вами абсолютно безобидная нежить первого порядка. Ваша задача — не подпустить ее к себе. Спустившийся с амфитеатра Рейтингер заметно напрягся. То же самое сделала и его сестра, застыв на своем месте и разглядывая нас с возвышения. — А иначе? — Вам понравится, — пообещал Родерик. — Правда, не сразу. Рейтингер ему не поверил. И очень зря! Себастьян свою часть демонстрации знал на «пять с плюсом»! Не успел аристократ оказаться рядом с ним, как котик совершил еще один потрясающий прыжок в его сторону. Белка-летяга бы обзавидовалась, точно вам говорю! Рейтингер по инерции поймал Себастьяна и принялся наглаживать. Мне захотелось прикрыть лицо руками: у них все знатные – такие наивные? Или только этот? Себастьян отвлекал внимание, как мог: мурчал и всячески показывал студенту свое расположение. Девчонки с верхних рядов даже поверили и начали спускаться на свои покинутые места. И Рейтингер дал слабину. — Видите, вы же сами сказали, абсолютно безобидная нежить, — улыбаясь, объявил он. Триумфальная улыбка зажглась на лице Родерика: — Я вам солгал. — Хозяин иногда так может! — подал голос Себастьян, и вслед за этим ничего не подозревающий Рейтингер внезапно начал заваливаться на бок. Котик проворно спрыгнул с него и засеменил к хозяину. А некромант посмотрел на меня с улыбкой во взгляде: — Дани Сквор, поможете несчастному? — Расслабиться и думать о хорошем, — пробормотала я, поднимаясь из-за стола. И подошла к Рейтингеру, опускаясь рядом с ним и беря молодого человека за руку. — Понятия не имею, как это работает. Но если разберетесь вы, то имеете все шансы перестать быть обездвиженным овощем. Рейтингер мог только хлопать глазами. После вселенского коварства Себастьяна на лице молодого мага застыло такое выражение обиды, что он напомнил мне ребенка, которого обманули взрослые. Однако этот ребенок довольно быстро сообразил, что делать, поскольку я начала ощущать отток сил. А сил этому увальню требовалось гораздо больше, чем Себастьяну! Когда покачнулась уже я, Родерик не терпящим возражений тоном остановил Рейтингера: — Достаточно. Рейтингер дураком не был и отпустил мою руку, а затем с кашлем перевернулся на бок и поднялся, пока Родерик помогал мне устроиться за столом. — Все в порядке? — серьезно спросил он. — С вас еще один поход за вашим коффом, — буркнула я. — Только и делаете, что…по рукам меня пускаете! Некромант усмехнулся, оценив мой боевой настрой, а затем обратился к Рейтингеру: — Оценили, дан Рейтингер? — Даже очень, — изменившимся голосом пробормотал молодой человек. — Приношу свои извинения, дани Сквор. Я увлекся вашей энергией. Она очень… — Сырая, — подсказал ему Родерик. — И подходит для пробуждения дракона, не так ли? — Ни за что не догадался бы, пока вы не сказали, — признался молодой маг. — Обращаю ваше внимание, уважаемые студенты, что наш сосуд прибыл из другого мира. А значит, и свойства у него иные. Сила дани Сквор растягивает драконий резерв. Если будете тренироваться с ним и с помощью дани Сквор — имеете все шансы пробудить дракона. — Но ведь драконы пробуждаются, когда наступают тяжелые времена… — осторожно заметил кто-то из девушек. — Вы совершенно правы. Если дракон не появится — значит, все хорошо, а вы просто тренируете свой резерв, — подтвердил Родерик. После обещанной демонстрации моих способностей занятие потекло куда живее! Даже Рейтингер поумерил свой пыл и серьезно прислушался к Родерику. Все-таки я оказалась права, и благородство парню не было чуждо. В древние фамилии было накрепко вбито желание защищать родину. После огневиков у нас был небольшой перерыв, который мы посвятили столовой. Все-таки первая пара на голодный желудок, да еще с таким магическим истощением — то еще испытание для девушки! Но я все равно получила с Родерика клятвенное обещание, что после занятий мы отправимся в город. И день сразу окрасился яркими цветами! Мы занимались еще с парой групп. Все-таки к некромантии были способны не все маги. С бытовиками оживлять скелетов было бесполезно: их магия отрицала даже понятие нечисти. Для защиты подходили люди с активным даром. Такие, как, например, наши огневики с четвертого курса. Или вообще стихийники. Хотя воздушникам (и такие в академии имелись!) пока было тяжеловато развоплощать скелетов. Но Родерик хвалил их от души, и даже на первом занятии стало видно, что юные маги очень стараются. А еще я все-таки заметила это: появляющийся к Родерику интерес. Не как к красивому мужчине, а именно как к источнику знаний. И я очень надеялась, что этот интерес не утихнет. Ведь именно он помог бы нам побороть бремя предрассудков. Когда у нас закончились пары, я отпросилась у Родерика, чтобы отправиться на прогулку в более подходящем случаю наряде. И нет, я не собиралась на свидание, но где еще можно было выгулять платье, которое для меня подобрала дани Файни? Конечно, на прогулке! Я даже поняла, какой именно наряд хочу надеть. Было среди остальных потрясающее нежно-розовое платье с белыми оборками и не слишком пышной юбкой. Дани Файни сшила его так, что удобный воротник-лодочка открывал ключицы и делал шею изящной и хрупкой, а свободный покрой без корсета ничуть не сковывал движений. Правда, с этим оказалась одна большая беда: платье, хоть и висело в шкафу, выглядело не очень опрятно. Когда я в ультимативной форме поставила Родерика в известность, он только хмыкнул, оценив мой воинственный вид. — Я некромант, а не подниматель платьев из небытия. Но я знаю, кто сможет нам помочь. Пойдемте к дану Борбону.