ГЛАВА 21

Утро началось с ощущения теплоты. Я спала на мягкой перине — и она была совершенно не похожа на ту, что осталась в Академии Магии. Понять бы, как так вышло, что я ночевала не там. Понять бы…о-о-ох! Стоило только подумать об этом, как воспоминания обрушились на меня снежным комом. И тепло мне было, похоже, не только от перины и одеяла, но еще и от Родерика, который лежал на второй половине кровати. Я не удержалась: открыла глаза и посмотрела в его сторону. И почти сразу же натолкнулась на изучающий взгляд некроманта. — Сожаления? — спокойно спросил он. — Ни единого, — честно призналась я, возвращая голову на подушку и отчего-то испытывая колоссальное облегчение. — Я рад. На губах Родерика появилась еле заметная улыбка. А ведь вчера все именно с нее и началось… Стоило этому невыносимому мужчине попробовать компота от Себастьяна, как с его губ полился такой поток откровений, что мне впору было краснеть, как самой настоящей девочке. Родерик оказался настолько внимательным и подмечающим малейшие детали, что от его слов у меня каждый раз сжималось сердце. Не от боли — совсем нет. Каждый вздох, каждое признание этого потрясающего человека возносили меня все выше и выше на небеса. Ну как, как, скажите, после этого я бы смогла остановиться? Прикосновения Родерика к моей коже были настолько невесомыми и дразнящими, а объятия — родными и долгожданными, что я почти сразу потеряла разум. Его дыхание сделалось глубоким и порывистым, когда я начала отвечать на его ласки. А уж когда он отнес меня в хозяйскую спальню… за ее дверями произошло то, чего мы, как оказалось, оба ждали. Удивительно, но самым запоминающимся воспоминанием оказалось то, как Родерик шепотом произносил мое имя. Мое настоящее имя. Лера. Валерия. Он запомнил все до мельчайших деталей, начиная с нашей первой встречи. Просто притворялся неисправимым букой — чтобы я скорее в нем разочаровалась. Зато теперь…он по-настоящему раскрылся передо мной. Мягкий. Ласковый. Умопомрачительный и дразнящий. С чуть сбившимся дыханием и горящими нежностью глазами. Если я когда-нибудь и мечтала об идеальном мужчине, мироздание точно услышало мои молитвы и послало мне Родерика. Когда мы были вместе, душа рвалась на свободу, и очень хотелось закричать от счастья. Я и кричала — а Родерик пил эти крики с моих губ. И не было в тот момент никого счастливее нас. А потом мы долго разговаривали, не выпуская друг друга из объятий. Тогда-то я и узнала, что Родерик еще больший вредина, чем я думала о нем на самом деле. — Не понимаю… — Что именно, Лера? — Ты же меня ненавидел. Ты же морщился, когда я сказала, что ты великолепен. Как так получилось, что мы с тобой в итоге…закрепили наш брак? — Ну… — смутился некромант, улыбаясь. — Дело в том, что мой дракон — точнее, моя магия — сразу признала тебя, когда ты вывалилась из портала. Поэтому, когда ты решила, что я прекрасен, магия с тобой полностью согласилась. А дальше все было делом случая. Но я и представить себе не мог, что мое показное равнодушие заставит тебя искать защиты…у меня же. — Когда об этом говоришь ты, все выглядит так бодро и складно, — пожаловалась я лениво. Ругаться не хотелось совершенно. Находясь в объятиях Родерика, я испытывала такое непередаваемое блаженство, что, предложи он мне сейчас новую порцию того самого «компота», я бы, не раздумывая, согласилась. — А ты, конечно, страдала, принимая сложное решение выйти замуж? — усмехнулся некромант в мои волосы. И за это я его тоже успела полюбить. Просто мой муж оказался поистине многогранным и тонко чувствующим человеком. В общем, само совершенство. Один, идеальный. Мой. — Я… — притихла я, задумавшись. Да так и уснула. Правда, сквозь сон ощутила, как бережно Родерик переложил меня рядом с собой и как обнял — чтобы мне было по-настоящему тепло. Я точно улыбалась во сне — а он точно это видел. И вот теперь, поутру, когда мы проснулись в одной постели и, кажется, нисколько не нарушили вчерашней идиллии, весь мир начал казаться таким прекрасным и радужным, что мне хотелось ущипнуть саму себя и проверить, не сплю ли я. Не снится мне этот Родерик, оказавшийся моей несбыточной мечтой. — Ты вообще настоящий? — проворчала я. — Так не бывает, Родерик. Невозможно сразу стать такой счастливой. — А ты счастлива? — снова улыбнулся муж. — Кажется, да… — Не хотелось бы омрачать твое состояние, но я вернулся ненадолго, Лера. После завтрака мне снова придется возвращаться к королю. — Галочка?.. — Да. — Тогда, может, продлим завтрак? — с надеждой спросила его я. — Может, полежим еще немного здесь? — Ты хочешь покушать, не выходя из спальни? — правильно понял меня Родерик. — Хорошо. Я только распоряжусь, чтобы Себастьян или Вильгельм занялись продуктами. И скоро можно будет перекусить. Стоило только Родерику произнести эти слова, как дверь отворилась, и в комнату сначала въехала тележка. Затем показался Вильгельм, а вместе с ним по полу к нашей с Родериком кровати засеменил Себастьян. — А мы уже все подготовили, — запрыгнув к нам с Родериком, важно заявил кот. — Цените нашу заботу, хозяева! — Ты! — указала я на него пальцем. — Ты же изначально не собирался искать Родерику новую жену! Ты меня за нос водил, несносное животное! А я, как ненормальная, думала о том, что когда-нибудь придется расставаться с мужем! — Но ведь сработало же, — невозмутимо отозвался кот. — Да и жену хозяину я все-таки нашел. Ну и что, что она у него уже была? Разве было это условие в нашем договоре? Нет, не было. А что вы развестись при этом не успели — так не бывает у драконов разводов. Ну, не договорил немножко — запамятовал, с кем не бывает? — Себастьян, ты невозможен, — выдохнула я, понимая, что крыть мне нечем. — Вчерашний фокус с деревом — из того же арсенала? — Должен же я был удостовериться, что тебя и Драконьи горы примут! — пояснил Себастьян, наивно хлопая глазищами. Родерик только посмеивался, глядя на нашу перепалку с котом. А потом кормил меня с рук самым вкусным завтраком на свете. Конечно, после того, как Себастьян с Вильгельмом снова удалились. Наверное, не хотели портить мгновения перед долгим расставанием. Я почему-то была уверена в том, что мы с Родериком увидимся нескоро. — В академию тебе лучше не возвращаться, Лера, — строго сказал муж. — Я понимаю, как ты хочешь мне помочь, но, поверь, после сегодняшней ночи у меня такой резерв, что впору обращаться драконом. Потерпи немного, и я вернусь. Я очень не хочу, чтобы ты попала в поле зрения Эбигейл. — Ее уже видели? — Пока нет. Но она не зря наводит шороха в разных уголках Мэйленда. Отвлекает. Я боюсь, что грянет где-то рядом с академией. Поэтому и прошу тебя быть осторожной. — Я постараюсь, Родерик, — пообещала я, затем хитро посмотрела на мужа. — А что там…с резервом?.. Родерик ласково улыбнулся: — Ох, лиса… — Ну, мне же интересно, Родерик! — протянула я, подставляя губы для поцелуя. — Я же так счастлива, что хочется обнять весь мир. — Я тоже счастлив, милая…поэтому будь осторожна. А я постараюсь с умом расходовать твой подарок. — Хорошо! — пообещала я. А потом было много поцелуев. И очень не хотелось расставаться с Родериком. Я даже пошла на тактическую хитрость и откопала в его вещах еще одну рубашку, похожую на ту, что мне выделили в академии. И пошла в этом провожать его к порталу! И цель у меня была абсолютно определенная — заставить мужа быстрее вернуться домой, чтобы скорее воссоединиться. Поэтому, проводив Родерика и тяжело вздохнув после того, как его спина скрылась в золотом свете, я отправилась обратно в хозяйские покои. — Чем будем заниматься, пока ждем хозяина? — невинно поинтересовался Себастьян, встречая меня на пороге. — Если ты думал, что мы будем сидеть, сложа руки, то ты ошибся, мой пушистый друг, — подмигнула ему я. — Не забывай: у меня же миссия. Я должна восстановить опороченное имя Родерика! — И какие у нас планы? — кисло отозвался Себастьян. — Только не говори, что мы опять отправимся покорять старосту! — Только не говори, что у нас здесь всего одна деревня в подчинении! — я вернула ему шпильку. — Отправимся туда, где есть еще народ! — У меня есть предложение получше, — загадочно сообщил Себастьян. — Я вся внимание! — Хочешь увидеть Драконьи горы?.. Я ведь говорил об этом раньше. И столько в его голосе было обещания, что я, не раздумывая, согласилась. Только идти решила не в здешней одежде, а отправилась за своей, земной, привычной экипировкой: джинсами, футболкой и пиджаком. В спальню герцогини. На ноги мне выделили удобные женские сапожки. Подозреваю, что и они принадлежали маме Родерика, поскольку мне оказались великоваты. Вильгельм заставил меня прихватить теплый полушубок, который достал там же, в гардеробной. И благословил на дорогу. — Возвращайтесь, — безэмоционально произнес он, но я уловила все, что он на самом деле хотел сказать. — Этот замок расцвел с вашим появлением. Я широко улыбнулась управляющему, а затем, прихватив Себастьяна на руки, отправилась в путь. — Пойдем через деревню у подножия горы, — наставлял меня Себастьян, — там и сможешь поприветствовать этих неблагодарных. — Не злись, — погладив его по пушистой шерстке, ответила я. — Их можно понять. Страху можно очень быстро поддаться. А вот искоренять его — дело долгое и не всегда благодарное. Они изменятся не сегодня и не завтра, Себастьян. Но они должны видеть новый мир каждый день. Значит, в наших силах помочь им в этом. — Вот, даже на тебя хозяин положительно повлиял! — пожаловался котик. — Ты теперь везде и всюду радость со счастьем готова сеять. А они даже не видели, как он магичит. А слухам поверили на слово! Неблагодарные! Я только кивнула, потрепав его по загривку. Похоже, котик просто излишне расчувствовался после того, как хозяин, наконец, обрел свое счастье. Деревня у подножия жила своей жизнью. Поначалу меня даже не приметили. Но стоило Себастьяну сверкнуть своими колдовскими глазищами, как жители разбежались по домам, со стуком захлопнув двери. Пожурив животинку, я помахала рукой старосте, который напряженно следил за нами с крыльца своего дома, и отправилась дальше. Туда, куда вел меня кот. За деревней потянулось чистое поле, и пронизывающий ветер начал давать о себе знать. Мне пришлось запахнуться в полушубок. Удивительно, как немногим ранее мне было жарко, даже хотелось раздеться. — Погода здесь неласковая, — почувствовав, как я задрожала, объяснил Себастьян. — Да и время к осени — только холодать будет. В деревнях заклинания раскидывают куполом над поверхностью и урожаи несколько раз в год собирают, а за ними-то природа настоящей становится. — Только не говори, что ты ведешь меня в сторону от деревни, — насторожилась я. — Пока – именно что в сторону, — подтвердил Себастьян. — Мы горы идем смотреть! А они здесь повсюду, мы же в каменном кольце живем. То, что ты вдали видишь, — это не обман зрения, это долина заканчивается и начинается граница наших владений. А за замком, с той стороны, еще пара деревень, там климат поприятнее будет. Здесь издревле жарче было — от драконьего пламени, что исполины испускали. А как сгинули исполины, так и согревать стало некому. — Жаль… — искренне протянула я. — Я бы посмотрела на драконов. В моем мире про них придумывали столько сказок! — Тогда у нас все твои сказки могли бы быть былью, — хмыкнул Себастьян. — Если бы драконы не вымерли. Но у тебя еще будет возможность увидеть их. Если все пойдет, как надо. — А что может пойти не так? — прислушалась я. — Да так…по мелочи, — попробовал Себастьян уйти от ответа. Если он хотел воспользоваться тем, что поле постепенно сменялось каменистой местностью, то очень ошибался! И пусть горы стремительно приближались, я не собиралась отвлекаться на них, чтобы упустить важную информацию о Родерике! — Не заставляй вытаскивать из тебя слова. Если мне необходимо это знать, то рассказывай. — Хозяин меня убьет, что я проболтался, — заныл несчастный котик. Но меня было не разжалобить. — Я жду! — Обращение в дракона — это одновременно и дар, и проклятие, хозяйка. Драконы, которые в прошлом спасли Мэйленд от Мертвой войны, сошли с ума из-за того, что слишком долго находились в магической ипостаси. Хозяин остался цел, поскольку сильно переживал из-за смерти близких и обратился человеком, поскольку отдал все свои силы. Его спасло именно то, что он был маленьким ребенком и побоялся оборачиваться сразу. Но с Мертвой деревней он мог никогда не стать магом обратно. Я иногда думаю о том, что его неспособность превратиться в дракона — это благо, а не потеря. — Интересно, почему драконы сходили с ума, — задумчиво пробормотала я. — От переизбытка магии? — Хотел бы я знать, чтобы оградить хозяина от этого недуга, — вздохнул Себастьян. А мы тем временем подошли к подножию одной из гор. Задрав голову, я ахнула от того, какой высокой она казалась вблизи! — Вселяет трепет? — правильно понял меня Себастьян. — Ты даже не представляешь себе, какой, — призналась я. — Пока мы шли сюда и разговаривали, я смотрела на горы, как на что-то само собой разумеющееся. А теперь…и вся эта красота защищает владения Родерика со всех сторон! — Ну, не со всех, — осторожно заметил котик. — Тут неподалеку есть проход через ущелье. Если не испугаешься — можем отправиться наружу и посмотреть, как оно там, за пределами Драконьих гор. — С удовольствием! — Только за пределы некромантского контура не выходи, договорились? — предостерег меня Себастьян. — Я обещал присматривать за тобой, ты же помнишь? — Конечно, помню, — успокоила я его. — Постараюсь следовать всем твоим рекомендациям. — Вот и здорово, вот и хорошо. Себастьян лапкой указал направление, в котором стоило искать ущелье, и спустя некоторое время я действительно обнаружила дорогу между гор. Под ногами хрустела не слишком широкая каменистая тропа с мелкими обломками породы, а по бокам от меня можно было дотянуться до поверхности отвесных скал. У меня даже создалось впечатление, что этот проход когда-то мог использоваться против драконов. Во всяком случае, большая морда рептилии сюда бы точно не протиснулась. — Красиво… — выдохнула я, смотря вверх на скалы. — Как будто их сглаживали специально… — Драконьим огнем, — подсказал Себастьян. — Здесь жгли мертвяков во время Мертвой войны. После того, как загнали в горное кольцо. И сразу стало не до любования идеальными вертикальными породами. Поежившись, я отправилась дальше. Тропа петляла почти все время, и от этого в глазах начинало рябить. Мне казалось, что не будет этому проходу ни конца, на края. И когда, казалось, желание вернуться обратно достигло своего апогея, впереди показался просвет между скалами. Мы с Себастьяном вышли на широкое предгорье, поросшее мелким кустарником и травой. У выхода из ущелья лежало несколько крупных валунов, но почти сразу за ними начиналась жизнь: деревья, которые постепенно редели, переходя в кустарники и поля. Словно Драконьи горы препятствовали ее распространению. — Подними голову вверх, — велел Себастьян, и я сделала, как он сказал. — Над нами — Скала Превращений. Она была высокой и такой же отвесной, как скалы в ущелье, что мы наконец-то миновали. На самом верху я заметила небольшую площадку, с которой, скорее всего, и спрыгивали в свое время драконы. От этой площадки на место, где мы находились с Себастьяном, падала небольшая тень. Выглядело…устрашающе. — А знаешь, я вот стою и прекрасно понимаю Рейтингера, — внезапно выдала я. — Почему? — чисто из любопытства спросил Себастьян. — Да ты только посмотри — она ж высокая и страшная, эта Скала Превращений! — с чувством воскликнула я. — Да туда забраться — уже настоящий подвиг! — Туда есть ход из ущелья, — фыркнул Себастьян. — И дорога на скалу вполне себе удобная. — Вот даже проверять это не хочу! — воскликнула я. — Пойдем-ка домой, мой многоуважаемый друг. — Поддерживаю, — отозвался котик. — Нужно же дождаться хозяина! Краем уха я уловила шорох в кустах. — Ты слышал это, Себастьян? — Что именно? — Хм…может, показалось. Пойдем домой, — развернулась я обратно по направлению к ущелью. Именно в этот момент сзади раздался знакомый голос: — Дани Сквор? Что вы здесь делаете? И голос принадлежал дани Бипс! Той самой, которая вроде бы должна была уехать из академии в Шаттервиль, чтобы ухаживать за больной родственницей. Когда я оглянулась, чтобы посмотреть на нее, то вздрогнула: девушка успела поравняться со мной практически нос к носу! Я попробовала увернуться от нее, оттолкнув, но она оказалась проворнее и схватила меня за плечо. В кожу даже через ткань впился какой-то металлический предмет. Запоздало пришло понимание, что защита короля рухнула, когда я даже мысленно допустила вероятность того, что придется навредить человеку. Пусть человек этот, то есть дани Бипс, был не совсем адекватен. Я заметила это спустя несколько мгновений, когда она от меня отступила: ее глаза смотрели не на меня, а в пустоту, словно она подчинялась чужому приказу или была полностью сосредоточена на своих мыслях. В любом случае, было поздно. Я проиграла, лишившись защиты Сириуса Восьмого. И моя кара настигла меня. «Живая мертвая», — пронеслась в голове последняя связная мысль, когда я вспомнила уроки Родерика. Сознание стало уплывать, Себастьян спрыгнул с рук и помчался куда-то в сторону. А последним, что я увидела, было улыбающееся лицо Галочки, стоящей за границей некромантского барьера Родерика. «Попала», — напоследок подумала я, окончательно уплывая в пустоту.