ГЛАВА 22

Голова раскалывалась. Все тело болело, будто его тащили по ущелью не самым аккуратным образом. Как мешок с картошкой, в общем. Я попробовала пошевелить руками и очень обрадовалась, когда медленно, но верно конечности начали слушаться. Почти в это же самое мгновение я и услышала удовлетворенный голос Галочки: — Да, Лерыч, прости. Пришлось немного помучить тебя, пока доставляли сюда. Мои порталы — не самое качественное произведение магии, но хоть так. Не обессудь, но если сегодня все пройдет так, как нужно, ты не останешься в накладе. Мы всего лишь дождемся твоего ненаглядного начальника. — О-о-о-й… — простонала я, поворачиваясь на тот бок, со стороны которого доносился голос Галочки. Открыв глаза, я обнаружила, что лежу на дощатом полу старого обветшалого дома. Комнатка здесь была не самой большой: пара лавок по углам, большая дверь из сруба да стол со стульями под одним из окон. За столом сидела улыбающаяся Галочка и пытливо смотрела на меня. Она была одета в длинный плащ до пят, из-под которого выглядывало пышное черное платье. Уже успела нарядиться по местной моде. Какое пижонство. Впрочем, Галочка всегда была красивой и эффектной, и сейчас ничего не изменилось. Картину портила только окружающая обстановка. Над головой Галочки виднелась дыра в крыше, сквозь которую проглядывало солнце. — Как себя чувствуешь, дорогая? — заботливо спросила меня паразитка. — Как будто из-под бульдозера вылезла. И плечо дико чешется. Что ты дала дани Бипс, что она меня так приложила? — проворчала я, понемногу поднимаясь с пола и пытаясь усесться. — О, сущие пустяки, не волнуйся, — отмахнулась Галочка. — Видишь ли, второй специальностью в Академии Магии у меня была артефакторика. И она шла у меня гораздо лучше некромантии. А уж с артефактами я знаю, как обращаться. Навесить ли на себя личину и передвигаться по городу, не опасаясь, что меня узнают, создать ли невидимую нить подчинения, — это не составляло мне труда. Поэтому недостаток силы в магии смерти я успешно компенсировала артефактами. Дани Бипс повстречалась мне почти сразу после того, как я прибыла в Шаттервиль. Я знала, что она работает в академии, и незаметно нанесла на ее кожу одну интереснейшую руну подчинения. Ничего серьезного, кроме капли ее крови, ни единого намека на некромантию — и девушка смогла спокойно перемещаться по академии, добывая для меня необходимые сведения. Так я и узнала, что Родерик снова вернулся к своим обязанностям, а тебя забрал вместе с собой. Именно после этого в моей голове и родился один гениальный план, Лерыч. — Я даже боюсь спросить, какой именно. Король сказал, что ты воздействовала на Рената. Именно поэтому он тебя и не увольнял. — Пф-ф, — фыркнула Галочка, — в твоем мире я была, можно сказать, проездом. Хотя не могла не оценить даров, которыми он обладал. Ренат просто помогал мне устойчиво сидеть на одном месте. Настоящим бриллиантом моей коллекции должна была стать ты, Лера. — Я, конечно, знала, что ты завистница, но не думала, что настолько. Я протерла глаза, чтобы четче ее видеть. Галочка просто сидела за столом, будто только и ждала моего пробуждения. Мышцы неприятно ныли, как будто из меня уже выкачали добрую прорву сил. Но мой резерв постепенно восстанавливался, хотя, кто знает, что бы я смогла противопоставить этой ненормальной. — Ты никогда не задумывалась о том, откуда тебе так фантастически везло? Почему у тебя всегда были успешные проекты, почему с тобой так любили разговаривать по телефону? Нет? Все дело в магии, Лера, — ухмыльнулась Галочка. — Которой внутри тебя оказалось даже больше, чем вагон и маленькая тележка. Но на Земле магических источников нет, поэтому все волшебство оставалось внутри тебя, помогая тебе реализоваться на работе. Когда я поняла, что ты просто бесконечный источник магии, я начала мечтать о том, чтобы перекинуть тебя в Мэйленд. Но тут Родерик сам преподнес мне тебя на блюдечке. Решил найти меня по браслету и вернуть на родину. Когда я почувствовала зов из своего мира, оставалось только организовать встречу с тобой. И вот в итоге ты отправилась в королевские казематы с основным куском моего браслета, а я — на окраину Мэйленда. Где меня уже ждали мои сохраненные портальные артефакты. Я оставила себе заначку, когда убегала из этого мира. Как хорошо, что все так удачно сложилось и я смогла ими воспользоваться! — Из всего, что ты сказала, я поняла только то, что ты мнишь себя великим злом, — поморщилась я. — Пока все идет, как в стандартном фэнтези. Будешь приносить меня в жертву? — О, нет, — рассмеялась Галочка. — Жертвой у нас будет сегодня Родерик. А ты так — приманка для дракона. Чтоб наверняка. Сердце сжалось от неясной тревоги. Что задумала эта ненормальная? — Зачем тебе Родерик? Ты же на меня облизывалась. Тебе же моя энергия нужна была! — Защищаешь? Понимаю, — кивнула Галочка. — Не будь я влюблена, тоже обратила бы на своего наставника внимание. Только вот беда — он моего любимого погубил. А мне никто другой не нужен. Так что Родерику придется вернуть все, как было. — Ты с ума сошла, — простонала я. — Гениальность и безумие — две стороны одной медали, — Галочка вышла из-за стола. — Пойдем. Покажу тебе кое-что. Она дошла до двери. Отворила ее и кивком головы велела мне собираться наружу. — Пойдем. Тебе понравится, обещаю. Стоило Галочке выйти из дома, как за окном начала портиться погода. Набежали тучи, резко потемнело. Я, постанывая, поднялась на ноги и по стеночке отправилась наружу. Окружающая картина меня сильно поразила. Мы находились на настоящем пепелище. Обугленные домики стояли повсюду. Где-то остались только стены, где-то и их не было — только сломанная мебель, которая медленно загнивала. Заклинание какое-то здесь было, что ли? Дерево давно бы разложилось. А тут…как будто законсервировали. Вдали я заметила знакомые шпили королевского замка и уютные крыши Шаттервиля. Где мы находились? На ум приходило только одно название. Мертвая деревня. Только дом позади меня оставался относительно целым. Как будто был эпицентром. Как будто…отсюда все и началось. Моя бывшая сослуживица стояла уже не одна. К нашей теплой компании добавилась дани Бипс. Она что-то передавала Галочке из рук в руки. — Принесла? Молодец, — обрадовалась Галочка. — Спасибо, дорогая, ты сослужила свою службу и больше мне не нужна. Можешь возвращаться к себе домой. С этими словами она дотронулась до руки дани Бипс, и девушка, встряхнув головой, словно очнулась от глубокого сна. — Мамочки! — вскрикнула она и, отскочив от Галочки, споткнулась и плюхнулась на устланную черным пеплом землю. — Дани Сквор, простите меня! — вскрикнула Эвелина, замечая, что я тоже здесь. — Я была как во сне — вроде бы все понимала, но не могла воспротивиться! Она, — девушка указала на Галочку, — сказала мне следить за вами и втереться в доверие! — Все хорошо, Эвелина, — мягко улыбнулась я. — Я очень рада, что вы свободны. Уходите отсюда поскорее, вы ни в чем не виноваты, это вас не касается. — А я бы на вашем месте делала это еще и быстро, дани Бипс, — намекнула ей Галочка. — Мое терпение не безгранично, знаете ли. — Я…на помощь позову! — выкрикнула девушка и стремглав унеслась с нашего пепелища, скрывшись за одной из более-менее уцелевших стен. — Пусть бежит. Нам лишние зрители не помешают. Как же тихо без нее стало, — облегченно вздохнула Галочка. — С тобой в этом плане всегда было удобно. Не истеришь, не зовешь на помощь, молча выполняешь свою работу. Не женщина, а клад, Лерыч. — А ты что же? — я махнула рукой на окружающую нас деревню. — Решила вернуться на место боевой славы? — М-м-м, да ты же ничего не знаешь, — понятливо покивала Галочка. — Здесь ведь все начиналось. Это место — источник всех войн Мэйленда. — Я поняла, что мы в Мертвой деревне, Галя. Что тебе с этого? — напряженно спросила я. — О, Лерочка, мы не просто в Мертвой деревне, — усмехнулась Галочка. — Мертвой она стала после моей небольшой шалости, которую радикальным способом пресек Родерик. А до этого здесь было место, где прошла Мертвая война… — Что?.. — осеклась я. — Удивлена? — усмехнулась Галочка. — Давай, я расскажу тебе обо всем по порядку, пока Родерик героически пробирается сюда, чтобы спасти тебя. — Что ты успела сотворить? — Так, по мелочи, — кокетливо засмеялась гадина. — Жаль, хорошего портальщика найти не удалось, а артефактами много по Мэйленду не напрыгаешься. Поэтому хватило только на два крупных города — и еще кое-что. Шаттервиля в этом списке нет. Пришлось понадеяться, что мои подарочки своими ножками донесут заразу, куда нужно. Но Родерику и этого хватит, поверь. Твой благоверный сейчас носится по стране и убирает следы моего присутствия. А я тем временем готовлю ему главный сюрприз… — Какой? Снова зачесалось плечо, и я сняла пиджак, чтобы посмотреть, что там такое… Уродливая темно-зеленая вязь расползлась от плеча к локтю и грозила добраться до вены. — Ты и сама все увидела, детка, — с заботой посмотрела на меня Галочка. — Уйдешь обратно в город — заразишь первого же попавшегося тебе жителя. Останешься без помощи — превратишься в живого мертвеца и все равно пойдешь в город и всех заразишь. Выбирай, милая. А я пока расскажу тебе о том, что происходило в Мэйленде очень, очень много лет назад. Слова Галочки звучали подобно набату, поскольку до меня очень медленно доходило то, что она сделала со мной: наградила тем самым мертвым поцелуем, от которого нет спасения. Как же так? Что же теперь будет со мной? Что будет с Родериком? Как же…почему нам так недолго удалось побыть вместе? Мое состояние ухудшалось с каждой минутой, и историю Галочки я слушала уже сидя на пепелище и опираясь на стену еле живого домика. Может быть, если я усну, смогу хотя бы причинить меньше зла людям?.. Прости, Родерик. Я совершила глупость. *** Когда боги создали этот мир из хаоса, первым их делом стало наложение нерушимых заклинаний на бреши, откуда они черпали свои силы. Миры Хаоса — так были названы бреши — обладали колоссальной энергией и являлись лакомыми кусками даже для всесильных демиургов. Власти ведь не может быть много, сила стремится стать безграничной. Так и тщеславие некоторых богов достигло своего апогея, и между ними произошел раскол. Те, кто отказался идти по общему пути, смешали свою энергию с энергией миров хаоса. Из жуткого тандема родились страшные твари, пожирающие все на своем пути. Были они о четырех лапах, сотканы, словно из тумана. Вместо морды имели длинные щупальца, которые забирали любую жизнь. Деревья иссыхали на глазах, животные падали замертво, люди… даже говорить страшно. И боги-отступники открыли им тропы в новые сотворенные миры. К тому времени, как твари появились в Мэйленде, здесь успела развиться целая цивилизация. Чудовища нашли для себя такое обилие закуски, что вокруг начали процветать разруха и бедствие. Самые сильные маги ничего не могли поделать с этими жуткими существами. И тогда люди взмолились богам-защитникам. И боги-защитники пришли на помощь — правда, взяли за это очень большую цену. Самые сильные маги были одарены благословением: боги-защитники открыли двери в миры света и прислали оттуда сосуды с нераспечатанной магией. Девушки, не знающие о том, что внутри них скрыты неиссякаемые источники, с радостью согласились поделиться своим резервом. И маги обратились в драконов. И было тогда принято новое правило этого мира: пока живы драконы, ни одна тварь из мира хаоса не сможет пересечь брешь. Но первые драконы не смогли справиться со своей силой. Тварей было слишком много, а драконов — мало. Забирая энергию сосудов, они и сами становились жаждущими все большей силы. Сосуды изнемогали, не успевая восстановиться, драконы убивали тварей пламенем, все больше и больше теряя рассудок. И вот, когда тварей на земле Мэйленда не осталось, а сосуды доживали свои последние мгновения, драконы пришли в чувство. И ужаснулись тому, что наделали. Благородные сердца не вынесли муки содеянного и остановились. А жены, ожидавшие своих драконов на земле, уснули рядом с тушами животных и больше не проснулись. Остался только один мальчик, которого также наградили драконьей магией. И боги повелели: пока живы драконы, твари не сунут своего носа в этот мир. А тот, кто по своей воле навредит сосуду, проклятым станет на веки вечные. *** — Все это, конечно, прекрасно, — медленно проговорила я. — Но зачем твари тебе? Они же неуправляемые и жрут все, что плохо прибито. Говорить стало тяжело. А еще в голову начали лезть какие-то кровожадные мысли. Это так работало проклятье? Обострилось чувство голода. — О, дорогая, ты себе не представляешь, насколько умными стали твари на той стороне за все время существования Мэйленда. Они обучились магии и теперь могут многое нам предложить. Нужно только открыть проход. А у меня как раз есть одно большое и неосуществимое желание. Вернее — неосуществимое, если пытаться исполнить его своими силами. И ради этого я пойду на все, Лерыч. И Мертвая деревня покажется всем цветочками. — Чего ты хочешь? — Я хочу, чтобы мне вернули мое по праву! — закричала Галочка. Хотя, наверное, стоило все-таки называть ее Эбигейл. Слишком уж отвратительно она стала выглядеть. Красивое лицо исказилось, руки, вынырнувшие из-под плаща, сжались в кулаки. Сама Эбигейл наклонилась вперед, будто хотела, чтобы я прониклась ее болью. Но я внезапно начала смотреть на нее, как на деликатес. И даже кулаки, при желании, можно было вполне себе поглодать. Как хорошо, что меня от этих кровожадных мыслей отвлек знакомый голос. — Чего ты не можешь сделать без тварей Хаоса, Эбигейл? Родерик! Родерик нашел меня. Он вышел из-за дома, в котором я очнулась после похищения. Галочка, увлеченная своими планами по завоеванию мира, не сразу его заметила. Да и я тоже, но мне было простительно. Голову становилось все труднее держать в вертикальном положении, и я окончательно прислонилась к стене дома. Ладони, лежащей на земле, коснулся почти неосязаемый пух — со мной рядом оказался Себастьян, но я в ужасе отдернула руку, потратив на это много сил: — Не смей! Меня нельзя трогать… — Это еще почему? — удивленно поинтересовался котик. — Я заразная… — я медленно отогнула рукав пиджака, показывая некромантское плетение. Но Себастьян на удивление фыркнул: — Мне это не страшно. Я же мертвый, хозяйка! А вот Родерик посмотрел на меня с болью во взгляде. Я только улыбнулась, словно извиняясь за свое поведение. «Подумать только, — усмехнувшись про себя, подумала я. — Настоящий мертвяк пытается согреть будущего…» — А вот и мой уважаемый учитель пожаловал! — расхохоталась Галочка. — Странно, что ты еще не догадался о том, что мне нужно от тварей Хаоса. С этими словами она швырнула оземь вещицу, которую незадолго до этого передала ей дани Бипс. Родерик выругался, когда Галочка выкрикнула несколько коротких фраз на незнакомом языке. Земля вспыхнула, из-под нее вырвалась воронка, сияющая потусторонним светом. И откуда-то запахло гнилью. Это же не я начала разлагаться, да?.. — Она открывает брешь в мир Хаоса, — Себастьян занял стратегическую позицию рядом со мной и принялся согревать меня. — Как ты умудрилась это сделать, Эбигейл?! — Это вы перестали понимать древний язык, — расхохоталась вконец спятившая Галочка. — А я кропотливо училась сначала артефакторике, а затем — призыву древних сущностей из миров Хаоса! И я знаю, что дверь в них может быть открыта тогда, когда закаленный драконьим пламенем кусок земли с той стороны будет возвращен своему миру, и последний дракон Мэйленда канет в небытие! Прыгай в расщелину, Родерик, если хочешь, чтобы твоя протеже осталась жива! — Ни одна тварь Хаоса не пересечет границы миров, пока жив хотя бы один дракон королевства, — жестко ответил Родерик. Словно в подтверждение его слов, пространство над нами огласил дикий рев. Мелькнула тень…нет, две огромные тени! И я увидела их. Двух исполинов, грациозно летящих по темному небосводу. — Родерик…кто это? — прошептала я, борясь с очередным приступом болезни. — Борбон поймал испуганную дани Бипс и связался со мной. А Рейтингера я отправил на Скалу Превращений и сказал, чтобы он не возвращался без второй ипостаси, — оглянувшись на меня, объяснил мой любимый некромант. — Так это что же…драконы возродились? — дрогнувшим голосом спросила я. — Конечно, милая. Разве с таким сосудом могло быть иначе? В его голосе слышалась улыбка, но, стоило Родерику закончить разговор, как его лицо посерьезнело. Некромант щелкнул пальцами, и земля под нами задрожала. Фигура Родерика осветилась потусторонним зеленым огнем. — Прах этого места — восстань и приди ко мне на службу… — замогильным голосом проговорил Родерик. Рядом с Галочкой из-под земли высунулась костлявая рука. Затем еще одна, а за ней, быстро работая кистью, показался целый скелет. Вскрикнув, бывшая ученица выставила руку вперед, и с ее пальцев сорвалось зеленое пламя, похожее на пламя Родерика. Но его было немного, и Галочка смогла лишь рассеять руку одного из скелетов. Говорить скелет не мог, но замахал целой рукой так, что сразу стало понятно: он обиделся, и обиделся крепко. В общем, зря Галочка решила наносить вред некромантскому имуществу. Из-под земли вылезали все новые и новые скелеты, с которыми она никак не могла справиться, и Родерик, удостоверившись, что занял свою ученицу сверх меры, обернулся ко мне и оказался рядом, припадая на одно колено. — Сейчас мы будем лечить тебя, милая… — Нет-нет, не трогая меня! — попыталась отстраниться я, ощущая, что начинаю испытывать жажду по отношению к Родерику. Ту самую — как раньше к Галочке. Но у меня ничего не получилось. Я только стала заваливаться на один бок, сползая по стене вниз. — Не получается… Хочу тебя съесть, Родерик… — с горечью призналась я. — Прости, пожалуйста, я совсем не в этом хотела тебе признаться. — А в чем? — тепло усмехнулся мой некромант, начав медленно ко мне приближаться… — Я хотела сказать, что люблю тебя. А теперь вот…хочу съесть. — Какие у вас, иномирянок, интересные фантазии, — подколол меня этот невозможный мужчина. — А если я скажу тебе, что тоже люблю тебя, ты обещаешь бороться? — Обещаю…Родерик! — почти прорыдала я, когда он схватился на мою руку. — Не надо! — Я же сказал, что буду лечить тебя… — повторил Родерик ласково. — Не бойся. Плетение некромантов здесь не так страшно. — А что — страшно? — уловила я самое главное, пока лицо Родерика склонялось к моему. Я знала, что он собирался делать. И мне это жутко не нравилось. — Не волнуйся. Просто доверься мне, Лера… Тот поцелуй был с привкусом слез и замирающей надежды. Все это принадлежало мне, пока я не окунулась в вязкую пучину беспамятства. Как бы я хотела увидеть на том конце Родерика.