Глава 5. Плохой (хороший) план

— Это дом Боярышниковых, съемка велась с дежурного дрона, — Петя двумя касаниями по цифровой клавиатуре вывел изображение четырехэтажного особняка.

Не то чтобы Антон совсем забыл, как выглядит родовое гнездо Миланы. Но одно дело мельком разглядывать крышу и кроны голубых сосен, но совсем другое — разглядывать сейчас расположение всех объектов за каменным забором. Сколько там гектар? Один только дом по размерам программа оценила в тысячу квадратных метров, включая прилегающий к особняку зимний сад под прозрачным куполом.

— Твоя анкета уже прошла второй этап. Илона лично отбирает кандидатов.

— Ищет сексуального садовника, который будет стричь ее кусты в одном комбинезоне? — иронично спросил Елисей, заглядывая за плечо брата.

Юный студент технического университета имени Баумана покраснел до корней волос и опустил голову, чтобы спрятать за блеском ультрамодных смарт-очков выражение глаз. Русая прядь упала на лоб, Петя сглотнул ком и прокашлялся.

— Да не жмись, студентик, — улыбнулся Елисей и ткнул несчастного парня кулаком в плечо. — Все мы мечтали о девочках…

— Ну, вообще-то, я мальчик, — мрачно изрек Антон. — Это если забыл, братик.

— Ой, правда? — прижал ладони к щекам Елисей, глаза стали больше раза в два. — А такое чувство, что у меня появилась еще одна сестричка. Только бестолковая, потому что тянет ее в неприятности со скоростью реактивного истребителя.

Антон скрипнул зубами, душа в себе желание хорошенько наподдать старшему брату. Зря он все-таки ему позвонил. Нет, встреча по-прежнему теплым одеялом согрела сердце. Антон честно и открыто признался себе: он скучал. По дурацкому чувству юмора, по хитрому блеску в зеленых глазах. Всему тому, что олицетворял собой Елисей, прозванный в семье не иначе как Лиса.

Такой же наглый и немного безбашенный.

Только достал его братец, просто ужас! Да, сначала все шло прекрасно. По звонку Елисей моментально сорвался и принесся на указанный адрес. Привез три пакета с продуктами, около получаса осматривал каждый угол в однокомнатной квартирке и, конечно же, заглянул в холодильник.

Тот самый, где с момента приезда младшей сестры повесилась мышь.

Закатав рукава, Елисей заявил, что не даст умереть неразумному брату с голоду. Первый час его полностью занимали сырники, борщ, котлеты и блюда, от названия которых у Антона волосы на голове шевелились.

Сначала Антон возражал, ведь он только вчера сделал генеральную уборку! Но брат оказался упрям и суров, выгнал младшего из кухни, оккупировав ее самым безжалостным образом.

Когда понеслись ароматы, даже стойкий Петя не выдержал и жалобно покосился на Антона. Щенячий взор растопил лед в сердце, пробудил желудок. Следующие два часа пролетели незаметно в компании Елисея за чашкой чая, горячим обедом и разговорами ни о чем. О родителях речи не шло, хотя тема отца в контексте беседы о проблемах ресторанов все равно мелькнула.

А вот теперь у Елисея появилось время доставать младшего брата, чем он с удовольствием занялся.

— Я тебя зачем позвал?

— Потому что скучал? — невинно улыбнулся Елисей и бессовестно хмыкнул. — Шмотки выклянчил. Кстати, для чего? Перед кем щеголять «Армани», собрался, Тото?

— Перед Илоной, — сквозь зубы процедил Антон. — Как ты себе представляешь элитного дизайнера, у которого европейское образование и одежда из масс-маркета?

— Братюнь, ты меня извини, но как внешний вид связан со всей операцией? Ты же не собираешься реально к ним устроиться…

Елисей замолк, когда наткнулся на упрямое выражение лица брата. Вздохнув, он покачал головой и буркнул:

— Собираешься.

— Да.

— Тупая идея.

— Ну, какая есть. Больше нам никак до Боярышникова не добраться. К Донскому мы и подавно не попадем.

— Тебя там каждая собака узнает! — раздраженно рыкнул Елисей и пихнул Антона в плечо. — Твоя рожа — красный сигнал светофора. Смотри, сын Павла Канарейкина! Да-да, тот, младшенький. Слабый на голову, ага.

Антон закатил глаза.

— П-простите, Елисей Павлович, — осторожно обратился Петя к пыхтящему от злости Лисе. — Научно доказано, что современный человек доверяет социальным сетям. Почти девяносто восемь процентов опрошенных верят информации, которая льется на них с экранов мониторов и различных блогерских площадок. Мы в течение года показывали всему миру, что ваш брат путешествует по экзотическим странам. Он пишет посты про алкоголь, девочек, мальчиков…

— Я читал, — цыкнул Елисей. — И статью про ледибоев тоже.

— Убью Влада, — прошипел Антон и сжал кулаки. — Пусть только попадется, рыжая шкура. Это же надо, какую чушь выдумал!

Петя с опаской отодвинулся от него. У него братья вызывали стойкую ассоциацию с хулиганами из школы. Те, что когда-то опустили его в унитаз и запирали в кабинке. Однажды вообще закрыли в подвале со швабрами на все выходные, хорошо в сумке была вода и два батончика «Марс». Парни, подобные Канарейкиным, никогда ему не нравились.

Хотя, надо признать, речь именно младшего из братьев вдохновила будущего проектировщика личной безопасности на бесплатную работу с тестовой программой. По профессии Петя проектировал чужую жизнь. Стелил соломку там, где человек мог оступиться.

Антон дал шанс ему и другим ребятам показать себя.

Вместе они творили будущее. «Кардинал» — уникальная система поиска и обработки данных, разработанная на базе уже существующей платформы. Когда руководитель команды, Наташа Степанова, озвучила перспективы, у Пети пальцы загорелись от предвкушения. Обещали выделить бюджет, ведь проектом заинтересовался крупный холдинг «Палермо».

Он корпел над кодами день и ночь. Иногда спал на лекциях, пропускал скучные и ненужные пары по непрофильным предметам ради этой подработки.

Петя ждал, когда «Кардинал» выйдет в мир.

Изменение матрицы реальности — вот чем стал труд последних месяцев. После тестового запуска на новом квантовом компьютере эфемерная мечта обрела физическую форму. Программа скорректировала реакцию Марии Ласточкиной, передав сигнал через встроенный в нанонаушник чип.

Едва она синхронизировала свои смарт-часы с компьютером, искусственный интеллект изменил настройки. Восприятие реальности исказилось, и вместо лица Антона Мария увидела другого человека. Пусть на доли секунды, но их хватило. Матрица изменений сработала как надо, клиповое мышление победило логику и сыграло на человеческом факторе.

Люди верили тому, что видели своими глазами. Но в современном мире легко обмануться. На том и строился весь проект.

— Кардинал работает по принципу вируса, но им не является. Просто заменяет имеющиеся файлы на заданные нами, — сказал Петя, и Елисей моргнул, затем посмотрел на брата.

— Переведи, — поморщился он.

— Программа воздействует через импульсы в мозгу во время синхронизации устройств. Подменяет одно другим, и человек на некоторое время дезориентирован, — ответил Антон. — Он видит картинку, но не понимает, что за ней. Восемь секунд, чтобы в памяти отложился образ. Когда я подключу смарт-часы к системе безопасности, мой ИИ войдет в их сеть и активирует программу «Кардинал». Охрана не смотрит на человека, они считывают информацию с камер. А камеры увидят лишь то, что мы им покажем. Дизайнера садовых интерьеров — Тони Леонова.

Услышав девичью фамилию матери, Елисей несколько секунд хлопал ресницами. Потом втянул носом воздух и выпустил через рот.

— Татон, — протянул он. — Допустим, мамину фамилию никто не вспомнит. Она нигде не фигурирует и почти неизвестна. Все, конечно, прекрасно, но с Боярышниковым, что делать будешь? Думаешь, Глеб забыл, как выглядит один из его врагов? Или мне тебя прямо сейчас подвести к зеркалу и поставить рядом фото отца? Вы даже говорите, блин, одинаково!

Антон улыбнулся, затем обхватил пискнувшего Петю за плечи и потянул на себя.

— А-а-а, брат. Для этого и нужна перекраска волос, одежды и капля актерского мастерства. Ну и моя страничка в социальной сети, за которой Донской с командой точно следят.

Громко фыркнув, Елисей отмахнулся.

— Они же не идиоты, Тони.

— Конечно, нет. Но самоуверенность и тяга «залипать» в экраны цифровых гаджетов убила всякую способность надолго концентрировать внимание на объекте. Буду вести себя не как Антон Канарейкин, получу карт-бланш.

— Дебильный план, — скептически отозвался Елисей. — Если тебя там грохнут, отдам твоих игрушечных рыцарей своему будущему сыну. На растерзание. Так и знай.

Прищурившись, Антон поднял руку и показал брату неприличный жест.

— Тронешь мои игрушки, я тебя в бетон закатаю. Не буди во мне большого злого ребенка, Лиса. Я теперь на полголовы выше и килограмм на пять тяжелее.

Елисей задумчиво осмотрел брата с ног до головы, после чего важно кивнул.

— И правда. С голоду распух?

— Пошел ты.

— Кстати, убийца-садовник, Милана-то в курсе, что подсадным голубем будешь именно ты? Или сей сюрприз ее ждет только при встрече?

Образовавшаяся пауза заставила Петю втянуть голову в плечи. Он аккуратно убрал руки от клавиатуры и отошел еще на два шага от братьев. На всякий случай. Некоторое время Канарейкины молчали, а потом Елисей взлохматил светлые волосы на затылке и философски пробормотал:

— Ну, значит, свалишься ей на голову, как птичий помет с неба. Нежданно и очень эффектно.

— Ой, все. Заткнись, Лиса!