Глава 7. Сара

Мама настояла, чтобы я надела платье. Шифоновая юбка элегантно прикрывала колени, и, казалось, я иду на собеседование, а не на встречу с семьей своего молодого человека. Возможно, именно так и называлось предстоящее мероприятие.

Со-бе-се-до-ва-ние.

Калеб мало рассказывал про родных. В основном отмахивался и бурчал что-то бессвязное себе под нос. А я благоразумно позволила ему самому выбрать подходящее время для откровений, и вот мы едем на его черном Форде Мустанге по пустой дороге вдоль каменистого пляжа, преодолевая серпантин, тянущийся змеей за горизонт, и улыбаемся друг другу, точно юные молодожены.

На заднем сидении притаился повеселевший, радостный пес. Калеб назвал его Бади, и как бы круто я не закатывала глаза, он не отступился от своей идеи. Бади с восторгом наблюдал за пролетающими деревьями, а я с любопытством поглядывала на Прескотта. Пыталась понять: переживает ли он перед встречей с семьей? Или же уверен, что все пройдет гладко.

Когда мы приехали по нужному адресу, я потеряла дар речи.

Я крепко ухватилась пальцами за ручку и уставилась на красивейший особняк, выросший точно из тумана. Во дворике, прямо перед центровыми дверями, стоял небольшой фонтан в виде плачущей девушки. В широких окнах старинного дома отражалось потускневшее, сумеречное солнце. Все самые нежные цвета, что существовали на свете, переливались в моих изумленных глазах, и я заторможено повернулась к Калебу.

— И ты живешь… здесь?

— Вроде того.

— Это шутка?

Парень смущенно улыбнулся, и тут-то я поняла, что волнуется он не меньше моего. Еще я поняла, что сложный вечер перевоплотился в самую настоящую катастрофу, и легкие у меня неприятно сжались.

— Ты бы мог меня предупредить.

— О чем?

— Ну, например, о том, что ты неприлично богат!

— Я не так уж и богат, — оправдался он, стукнув ладонями по кожаному рулю, а потом еле слышно добавил: — Богат мой отец.

— Калеб!

— Слушай, ты ведь и так понимала, что семейка у меня обеспеченная.

— Я как-то мало думала о том, сколько в твоей семье денег.

— Именно поэтому ты здесь, — с жаром воскликнул парень, потянулся ко мне и заключил в ладони мои холодные руки. Он посмотрел на меня так пристально, что я покрылась дрожью. — Обычно девчонки встречались со мной из-за статуса, но ты… Сара, ты — другая.

— Ты должен был сказать.

— Я не хотел сразу на тебя все вываливать.

— Сразу? Мы встречаемся уже больше года.

— Ты многого обо мне не знаешь, но сегодня все изменится. Я наконец представлю тебя своим близким, и ты уже от меня не отвертишься.

Калеб усмехнулся, наверняка, пытаясь разрядить обстановку, но я все никак не могла прийти в себя. Черт возьми. Мы с мамой никогда особо не гнались за богатством, но она определенно обрадуется, когда узнает, что я окрутила богатенького наследника. Боже, как же гнусно это звучит!

Но ведь это чистая правда.

Я. Окрутила. Сынка. Миллионера.

Голова вдруг закружилась.

— Ну что? — Парень погладил меня по щеке. — Готова?

Я не была готова, я хотела содрать с себя это детское платье и надеть нечто достойное. Хотела сделать красивую прическу, посмотреть парочку программ по ВВС, послушать новости, подтянуть итальянский, научиться ровно держать спину, скромно смеяться и потом идти на встречу с семьей Прескотта. Но, по всей видимости, вариантов к отступлению не было. Да я и не любила отступать.

— Я тебя не подведу, Калеб.

— Ты — мой ангел, Сара. — Парень трепетно поцеловал меня в висок. Я почувствовала, как его горячее дыхание коснулось моей кожи, и все во мне воспламенилось. Наши взгляды встретились, и я погладила Калеба по волосам. — Ты намного дороже этого дома.

— Поцелуй меня.

— Как прикажешь.

Прескотт нежно коснулся моих губ, и тепло прокатилось вдоль моей спины, превратившись в сладкую истому в животе. Я выгнулась в талии, впилась пальцами в его каштановые пряди, затем прокатилась ладонью по его груди, опустилась ниже, к кожаному ремню, примкнула к Прескотту еще ближе, но парень осторожно отстранился.

— Не сейчас.

— Да, ты… — Я поморщилась и виновато покачала головой. — Ты прав.

— Немного неподходящее время.

— Верно.

— Сначала ужин, а потом…

Он подмигнул мне, а я смущенно отвернулась. Наверное, я и правда сошла с ума, раз едва не залезла на него напротив их семейного особняка.

Черт. Нервы совсем сдают.

— Пойдем?

— Ага.

Бади еще плохо ходил, так что Калеб взял его на руки. Пес радостно поскуливал и так резко крутил шеей, что я побоялась, как бы он ее не свернул. Пушистый хвост энергично вилял в стороны. Я погладила собаку по спине и перевела дыхание. Все будет в порядке. Все будет в порядке. Я понравлюсь Прескоттам, они увидят, какая я ответственная и умная, а потом нас с Калебом ничто не разлучит.

Сейчас массивные двери из красного дерева распахнулись, и я робко вцепилась в локоть парня. Он успел бросить в мою сторону перепуганный взгляд, а затем на порог вышел серьезный, широкоплечий мужчина.

Орлиный нос. Грубый подбородок. Одет он был в хлопковую рубашку в клеточку и обычные, светлые джинсы, подпоясанные толстым ремнем с блестящей пряжкой. На загорелом лице притаились глубокие морщины. В глазах интерес, а еще опасный холод, из-за которого в душе все мигом переворачивалось. Этот взгляд показался мне удивительно знакомым, но я не успела связать поток мыслей. Мужчина шагнул вперед, вытянул руку и сиплым, твердым голосом отрезал:

— Лиам Мёрдок к вашим услугам.

***

Мы сидели за гигантским столом в центре большого темного зала. На стенах притаились мрачные, пугающие картины. Например, на одной из них изображалась юная дева, которая с помощью ножа отрезала голову светловолосому, беспомощному мужчине. Рядом с ней стояла пожилая служанка, и в ее мутных глазах отражалось леденящее безразличие. На следующей картине мужчина вгрызался зубами в шею другого мужчины.

— Это Адольф Вильям Бурго.

— Что, простите? — в растерянности проговорила я, обернувшись.

Отец Калеба закинул кусочек мяса в рот и, прожевав, кивнул.

— Та картина. На которую вы смотрите. Художник — Адольф Бурго.

— Интересный выбор… темы.

— Он написал ее, вдохновившись “Божественной комедией”. Это сцена из восьмого круга.

— Пристанище сводников и обольстителей.

— Верно. Читали Данте?

Я заправила за ухо локон волос и бросила на Калеба косой взгляд.

— Пришлось однажды.

— Судя по всему, вам не очень понравилось.

— Не люблю думать о том, что происходит после смерти.

— Не верите в загробный мир?

Чудесная тема для семейного ужина! Я промокнула губы салфеткой и честно призналась:

— Нет.

Отец Калеба с интересом выгнул брови. Казалось, он впервые взглянул на меня по-настоящему. Пристально. Пронзительно. Лицо обдало жаром, по спине пробежали мурашки, словно я попала в неприятности, но затем Лиам Мёрдок искренне усмехнулся.

— И где же вы познакомились с моим сыном, Сара?

— На вечеринке, — вмешался Калеб и потянулся за бокалом вина. — На отменной вечеринке, с которой она пыталась сбежать.

— Мне пришлось ретироваться.

— По какой же причине?

— Моя подруга… — Я замолчала, прикусив язык. Стоит ли рассказывать о том, как Эйприл напилась вдребезги и вытанцовывала на столе перед глумящейся толпой? — Она нехорошо себя чувствовала.

— И я пришел на помощь, — заулыбался Калеб.

— И он пришел на помощь, — согласилась я.

— Ясно. Хельга!

Мужчина огляделся, поджидая экономку, а я наклонилась к Калебу.

— Значит, Калеб Мёрдок.

— Прескотт — девичья фамилия моей матери, — шепнул тот.

— Но почему ты не носишь фамилию папы?

— Потому что фамилия мамы мне нравится больше.

Парень натянуто улыбнулся отцу и положил руку на спинку стула, где я сидела. Отчего-то внутри все сжалось. Возможно, у Калеба с отцом были напряженные отношения, о которых я ничего не подозревала. Но как бы я узнала правду, если он никогда со мной подобным не делился? Да я ведь и про его мать ничего не слышала.

В зал прошла Хельга — худощавая, светловолосая женщина в сером брючном костюме и ужасающе неудобных туфлях с квадратными носами.

Она подлила мистеру Мёрдоку красного вина и бесшумно удалилась.

— И надолго это у вас? — спросил Лиам, пригубив алый напиток.

Я вскинула брови и в поисках поддержки посмотрела на Калеба. Тот поежился на стуле.

— Отец.

— Я задал обычный вопрос.

— Ты задал некорректный вопрос.

— Некорректный, — небрежно повторил мужчина и отставил бокал. — И за это я плачу деньги, за то, чтобы тебя учили в университете выдавать такие высокопарные словечки на семейном ужине.

— Вообще-то я учусь на стипендии.

— Единственный толковый Мёрдок в нашем доме.

— Выпьем же за это!

Калеб отхлебнул вина, заулыбался, пытаясь разрядить обстановку, а я сжала под столом его руку и устремила пристальный взгляд на Мёрдока.

— Наверное, Калеб весь пошел в отца.

Моих губ коснулась невинная улыбка, и внезапно я заметила, как в серых глазах Лиама Мёрдока вспыхнул искренний интерес. Он вновь потянулся за бокалом, а затем приподнял его и широко улыбнулся:

— С вами приятно иметь дело, Сара.

— Как и с вами, мистер Мёрдок.

Мужчина хмыкнул, отпил вина и вытер тыльной стороной ладони рот. Он наклонился над ужином, а Калеб удивленно покосился в мою сторону.

Пусть не думает, что только у него припрятаны в прошлом секреты.

Я довольно улыбнулась, сжала в пальцах вилку и уже собиралась попробовать сочное мясо, как вдруг хлопнула дверь. Мы одновременно отвлеклись от еды. Прошло пару мгновений. Послышались чьи-то шаги. Я расправила плечи и оцепенела, увидев внезапного гостя, появившегося на пороге мрачного зала.

Тот самый парень из ветеринарной клиники остановился напротив стола, прошелся рукой по темным, густым волосам и нагло ухмыльнулся:

— Я ничего не пропустил?