53

Часом ранее

Костя

Захлопываю ноутбук, бросаю взгляд на наручные часы, которые показывают уже начало десятого. За окном темно, а Таи всё нет.

Стараюсь не включать параноика – за светлячком присматривают, к тому же прямой угрозы её безопасности больше нет. Наверняка после больницы девчонки решили заехать перекусить или кофе выпить, да засиделись, заболтались. Не должна же Тая отчитываться передо мной за каждый свой шаг?

Вздыхаю. Всё так, но на душе один хрен неспокойно.

Стучу пальцами по крышке ноутбука. Соскучился по своей ясноглазой девочке, сил нет. Как долго она там ещё будет гулять со своей подружкой?

А может, встретить малышку? Поехать к тому месту, где они сидят, и подождать. Типа я хотел сделать сюрприз.

Усмехаюсь себе под нос – практически романтиком стал. Может, ещё цветов Тае купить? А почему бы и нет. Девушки любят такие вещи. Светлячку наверняка будет приятно.

Ну всё, решено.

Подрываюсь с дивана, накидываю легкую куртку, забираю с полки ключи от машины и вылетаю из дома. Пока еду в лифте, выясняю по телефону местонахождение Таи и немного удивляюсь, узнав, что это дом её родителей.

Они с подружкой решили к Таиной маме на чай заскочить? Или случилось что? Хотя, если бы случилось, Тая наверняка позвонила бы или написала.

Снова я нагнетаю. Всё хорошо.

Заезжаю по дороге в цветочный магазин, выбираю самый роскошный букет, бросаю его на заднее сидение и мчу дальше.

Улыбаюсь сам себе, как идиот. Меня чуть не подбрасывает от нетерпения. Поскорее хочется увидеть, как малышка отреагирует на букет.

Черт, я ведь ни разу в своей жизни никому не дарил цветов. Не понимаю почему. Не видел в этом смысла, что ли. Казалось какой-то ерундой. Или просто не возникало раньше такого острого желания кого-то порадовать. Ради одной улыбки светлячка я готов на многое.

Паркуюсь у знакомого подъезда и набираю номер Таи.

– Алло, – отзывается трубка нежным голоском.

Я чувствую прилив тепла в области груди. Соскучился, пиздец.

– Где ты, светлячок?

– Я ещё с подругой в больнице, – вдруг выдаёт она как-то испуганно.

– Так долго? – Хмурюсь. Как в больнице? Её охрана что-то напутала? Да нет, не может такого быть.

– Да… тут… очередь. Скоро уже приеду. Ты дома?

Голос её не такой, как обычно. Неестественный, слишком тонкий. Не умеет Тая врать. Но зачем врёт? Ничего не понимаю…

– Зачем ты меня обманываешь, Тая?

– Ты что, следишь за мной?

– Для твоей безопасности.

Молчит.

– Так почему ты меня обманываешь? – терпеливо повторяю я свой вопрос.

– Извини. Я просто хотела заехать к родителям.

– А для чего скрывать это от меня?

– Извини.

– Не нужно извиняться, я просто хочу понять причину.

Снова молчит. Да что такое-то? Ни хрена мне это не нравится.

– Ладно, – выдыхаю я. – Потом поговорим. Выходи, я жду тебя у подъезда.

– Хорошо.

Появляется через пару минут. Бегло осматриваю с ног до головы – визуально всё в порядке. Только бледная и напряженная какая-то. Выхожу из машины, иду навстречу, обнимаю, целую прохладную щеку.

– Привет, малыш. Случилось что-то?

Она как каменное изваяние в моих руках. И вроде обняла в ответ, но ощущение такое, будто её заставили это сделать.

– Нет. Всё нормально.

В глаза не смотрит. Губы плотно сжаты. Обиделась, что ли, на меня? Но за что? Ещё сегодня утром всё было прекрасно. И позже в переписке тоже, сердечки мне отправляла. Я так поплыл, казалось бы, ерунда какая-то, а до жути было приятно.

Придерживая за талию, веду Таю к машине. Открываю дверь, помогаю сесть.

Сам забираюсь за руль, запускаю двигатель, трогаюсь с места.

– Где твоя подружка?

– Домой уехала.

– А ты чего к родителям решила?

– Просто так.

У меня позвоночник сводит от её скупых ответов и скованного вида. Что-то явно произошло. Но Тая почему-то не хочет мне об этом говорить. Интересно, почему?

– Так зачем ты меня обманула?

– Извини. Я просто хотела заскочить к родителям ненадолго. И потом сразу поехать к тебе.

– Это я уже понял, – начинаю раздражаться я. – Почему просто не сказала, что ты у родителей?

– Боялась, ты разозлишься, что я тебя не предупредила заранее.

Ну это просто пиздец. Я открываю рот, да так и не нахожусь с ответом. Теряю дар речи. Она прикалывается сейчас? Или я в её глазах действительно такой тиран?

– Тая… С чего бы я на тебя злился? Ты не обязана отчитываться передо мной за каждый шаг.

Она молчит, уставившись в одну точку перед собой.

Я полностью дезориентирован. И зол. Ненавижу, когда чего-то не понимаю. Светлячка будто подменили.

– Тая. Никогда больше меня обманывай, пожалуйста.

– Хорошо, – кротко кивает она.

– Ну ты чего такая, а? – устало спрашиваю я, на ощупь нахожу её хрупкую ладонь и легонько сжимаю прохладные пальцы.

– Просто устала.

– Ну хорошо…

Приезжаем домой. Уже наверху я вспоминаю о забытом на заднем сидении машины букете. Но забиваю на него, решив, что сейчас, наверное, не самый подходящий момент. Тая ведёт себя всё так же холодно и отстранённо. Не смотрит на меня, прячет взгляд. Это вымораживает просто.

Уже башка болит от попыток понять, что с ней происходит. Обидел кто-то, что ли? Но почему не хочет говорить? Может, отец что выкинул? А Тая жаловаться на него не хочет. Да, вполне может быть…

Чёрт, я свихнусь от этих догадок.

– Ты голодная? – спрашиваю я, помогая малышке снять пальто.

– Нет.

– У мамы поела?

Кивает.

– Посидишь со мной тогда? Я ещё не ужинал.

– Хорошо.

Моем руки, перемещаемся на кухню. Светлячок усаживается за стол, я разогреваю для себя заказанную в ресторане еду, а Тае наливаю кофе, который она так любит. Ставлю перед ней дымящую чашку.

– Хочешь что-нибудь сладкое?

– Нет, спасибо.

Занимаю место за столом напротив малышки. Смотрю ей в глаза и в очередной раз терпеливо спрашиваю:

– Что произошло?

– Ничего, – упрямо повторяет она.

– Я ведь всё равно узнаю. Расскажи лучше сама.

Наконец, Тая вскидывает на меня свои огромные глаза, и её щёки вмиг вспыхивают румянцем.

– Зачем ты следишь за мной? – выпаливает она возмущённо.

Я прикрываю на секунду глаза и с облегчением выдыхаю. В этом, что ли, весь вопрос?

– Я ведь уже сказал – для твоей безопасности.

– Почему мне угрожает опасность?

– Больше не угрожает. Я просто привык всё держать под контролем, Тая. Мне спокойнее, когда я знаю, что за тобой присматривают, вот и всё.

Малышка хлопает глазами и смотрит на меня так, будто я монстр какой-то. А потом вдруг спрашивает с вызовом:

– А если я тебе изменю, что тогда будет?

Тупо моргаю несколько раз и медленно поднимаю брови. Это что еще, блять, за вопросы такие?

– Хочешь мне изменить?

– Ответь на вопрос, – требовательно произносит она. – Что будет, если я так поступлю?

– Мы расстанемся, – пожимаю я плечами.

– Я тебе изменила.

Чего?

Так, стоп. Она разыгрывает меня сейчас? Что за дебильная шутка? Или это не шутка? Но когда бы она успела изменить?

Как бы там ни было, шутит Тая сейчас или нет, это всё мне ни хрена не нравится.

– Когда. С кем, – выцеживаю я сквозь зубы, глядя на неё из-под бровей.

– Сегодня в больнице. С твоим другом Никитиным.

В груди как-то странно колет. Режет. Блять. Сука. С Никитиным? Сегодня?

Кажется, уже слишком много подробностей для розыгрыша. Получается, она сейчас серьёзно это всё?..

Блять.

Встаю и выхожу из-за стола, так и не притронувшись к еде. Подхожу к окну, скольжу невидящим взглядом по огням ночного мегаполиса.

Не понимаю, что происходит. Вроде бы мозг информацию переварил, но сознание никак не хочет её принимать. Бред какой-то. Тая? С Никитиным? Как это возможно?

Сегодня утром ещё улыбалась мне, ластилась, сердечки отправляла…

А Илья? Он же сам недавно мне говорил, что патологически верен жене. Какого чёрта? Это между ними такая страсть вдруг вспыхнула? Чувства? Помню, как он на неё смотрел, температурил постоянно, боялся, что обижу девочку… Чёрт. Это… просто какой-то треш.

Поэтому она так странно себя сегодня вела? Поехала к родителям, обманула, перепуганная была всю дорогу.

– По обоюдному согласию? – глухо спрашиваю я, не оборачиваясь.

Не знаю, зачем интересуюсь. И так ведь понятно уже всё. Где Никитин и где насилие. Да и он, черт возьми, красивый мужик. Что у меня не вяжется? Тая такая… Только слепой не западёт. А Никитин далеко не слепой. Всё логично. Логично. Просто. До тошноты логично, понятно и просто. А я дебил, олень конченый. Сам же их свёл.

Тая что-то говорит за моей спиной, всхлипывает, но я не слушаю. Не вижу смысла дальше вести диалог. В башке будто вакуум образовался. И так противненько звенит.

Достаю из кармана телефон, набираю Лешу.

– Можешь подъехать сейчас ко мне? Таю нужно отвезти домой к родителям.

Сбрасываю вызов, оборачиваюсь.

Она стоит напротив меня, вся в слезах.

– Это неправда, слышишь? – бормочет. – Прости меня, я наврала, дура, у меня ничего не было с Ильёй Сергеевичем, я его даже не видела сегодня! Просто подруга по совпадению выбрала именно его клинику, и я была там, но между нами ничего не было, клянусь!

– Наврала… – эхом отзываюсь я с горьким скепсисом.

Задний ход включить решила, но уже поздно, девочка. О таких вещах не лгут.

– Да! Я просто хотела посмотреть на твою реакцию! Нельзя же так, ты следишь за мной, запираешь в квартире, контролируешь постоянно…

– Сегодня наблюдение с тебя будет снято. Собирай вещи и спускайся вниз, сейчас подъедет Лёша, отвезёт тебя домой.

Тая смотрит на меня невыносимо виноватым взглядом, вся красная, слёзы катятся по щекам и опухшим губам. Я вспоминаю как целовал сегодня эти губы, эти щеки, глаза её небесные, и кончик носа, и скулы, и подбородок… Внутри всё дико болит, будто там свежая ножевая… Или, скорее, рваная.

– Костя, прости! Я просто дура!

– Пошла вон.

Она смотрит на меня с дрожащими губами, окончательно дорывая мне сердце. Потом разворачивается и выбегает из кухни. Блять, а я-то думал, меня давно уже ничего не способно выбить из колеи.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем в прихожей хлопает входная дверь.

По-хорошему надо было пойти, проводить до машины. На улице уже ночь. Но я не могу. Не могу сдвинуться с места.