ГЛАВА 11 · Чудовищный спаситель

Время шло, но вестей от Густава всё не было. Меня тревожило это, а Тан ходил погружённый в мысли после нашего диалога и полученного права на свободные перемещения. Таким образом, мы оба курсировали по дому, практически не общаясь.

В один момент я решила воспользоваться его состоянием, чтобы проскользнуть в лавку… Недооценка противника стала, похоже, моим хроническим недостатком. Стоило оказаться в паре шагов от вожделенного выхода, как на пути выросло препятствие в виде мужского тела. Пришлось сделать вид, что случайно забрела на запретную территорию. Кажется, мне не поверили.

Глава города появился только поздним вечером. Я бросилась к нему с надеждой, но он вздохнул и мрачно предложил:

— Пойдёмте на кухню, поговорим.

Новости были плохие. Засаду раскусили сразу же. Зная, с кем имеют дело, наёмники применили несколько проверок, в том числе на наличие артефактов. Они использовали видимость внезапной атаки, чтобы напугать Мастерицу и заставить страхом активировать имеющиеся изделия. Я с содроганием признала эффективность этого приёма. Именно эмоции включали мою защитную магию, так что враги действительно просчитали всё. Стражникам удалось схватить трёх нападавших, однако, они оказались обычным пушечным мясом — бродягами, которым заплатили мелкую монету и отправили на передовую. Те, кто действительно имел отношение к похищению, судя по всему, следили издалека и успели вовремя уйти, едва запахло жареным.

— И что теперь? — Мне хотелось плакать.

— Будем искать Мари, — вздохнул Густав. — Но на чудо не рассчитывайте. У меня есть свои шпионы по городу, так что, если повезёт, откуда-нибудь просочится информация о вашей подруге…

— А если нет? — Я почувствовала внезапный озноб, уже примерно зная, что услышу.

— Мне жаль, — опустил глаза мужчина. — Но вас отпускать туда было бы безумием. Вместо одной девочки мы лишились бы еще и Мастерицы.

Всё с ними понятно. Потеря Мари угнетала, судя по всему, только меня. Для остальных же это было не более чем досадным происшествием. Пребывая в шоке от услышанного, я даже не стала прощаться с Густавом. Просто молча ушла в свою комнату, оставив их с Таном наедине. Пока они что-то тихо обсуждали, прокралась к лавке. Шёпотом пожелала переместиться на набережную, открыла дверь и вышла наружу. Мои охранники так и остались на площади, а здесь никого не было. Обречённо вздохнув, я скользнула в густые сумерки.

Улицы города, почти незнакомые мне, в потёмках выглядели чужими и страшными. Однако я без раздумий нырнули в них с головой, торопясь скрыться от возможной погони в лице Тана. Редкие прохожие удивлялись, увидев Мастерицу, однако, охотно подсказывали мне дорогу. Один парнишка даже предложил проводить, а я не стала спорить. Оказавшись возле дома Мари и проследив, пока мой добровольный спутник скроется в противоположном направлении, я нерешительно подошла к подъезду. Что дальше? После облавы тут, возможно, никто уже не дежурит… додумать не успела.

— Мастерица? — Ко мне развязно подошёл какой-то пьянчуга. — Пойдём-ка со мной!

Я только кивнула, понимая, что это только начало. Мы углубились в сеть узких переулков. Готова поклясться — на крышах мелькали наблюдатели, отслеживая, есть ли за мной хвост.

— Пришли, — вдруг сказал дядька. И исчез.

Спустя несколько минут одиночного стояния началось светопреставление. Сначала спереди и сзади выскочили страшные лохматые мужики с дубинками. Кажется, на них были надеты вывернутые тулупы, мехом наружу для большей жути. Вопя угрозы, они кинулись в атаку. Каюсь — будь на мне хоть одна заготовка, она бы сработала. Даже понимая, что будет нечто в этом роде, я всё равно страшно испугалась. Почти доведя меня до сердечного приступа, нападавшие, завывая, унеслись прочь.

Ещё через полчаса напряжённого ожидания, началась вторая часть спектакля. Чьё-то тело прижалось к моей спине, и возле шеи появился огромный мясницкий нож. По правде говоря, предыдущие кривляния сразу забылись. Отточенная сталь у горла вызвала совершенно животный ужас. Стоит только руке дрогнуть или неловко дёрнуться… я старалась почти не дышать. Наконец, он тоже исчез. К тому времени я ощущала себя чуть более живой, чем кусок отбитого мяса. Как там говорилось в одной книжке — если ты слаба, то сделай всё, чтобы показаться еще слабее? Пожалуй, лучшее правило для моей ситуации. Жалобно охнув, я опустилась на мостовую и закрыла лицо руками. Сработало. Проверок больше не последовало. А может, наёмники испугались, что маркиз не погладит их по головке за полумёртвый товар.

Над головой послышалось покашливание. Там стоял давешний провожатый, несколько смущённый увиденным. Кажется, ему даже стало меня жалко. Отлично. Глядишь, сочувствующих найду.

— Вставай, девонька, — почти ласково сказал он. — Пора дальше двигаться.

Я послушалась, продолжая выглядеть максимально сломленной. Опустила голову и шаркала ногами, словно вот-вот упаду. Наконец, мы пришли. После тщательного обыска, я попала в какое-то старое здание, а затем, спустя внушительное время блужданий по коридорам, путь закончился внутри тесной комнатки с одной единственной кроватью. За спиной заскрежетал замок.

По правде говоря, только уверенность в том, что Летауру я нужна живой и невредимой не давала мне окончательно впасть в отчаяние. А хотелось! Ну, если выберусь из этой заварухи, то серьёзно займусь безопасностью всех своих друзей, а аристократов на пушечный выстрел не подпущу. Специально свяжу какую-нибудь мерзкую ловушку только для них. Исхитрюсь, а сделаю!

Поток обещаний самой себе прервал посетитель. Бандитского вида мужик принёс мне еды. Нормальные такие куски жареного мяса со свежим хлебом и зеленью. Неожиданно. Учитывая местный контингент, подобное питание означало невиданную роскошь. Расстарались ради драгоценной пленницы, чтоб их ураганом на ветки понадевало! Пахло вкусно, но после всего пережитого аппетит сделал ручкой и бесследно испарился. Повертев в руках хлеб, я пожалела, что это не мобильник, по которому можно вызвать помощь. Внезапно мне пришла в голову дикая мысль. А что если попробовать применить здесь силу моих волшебных рук?! Если даже надписи магическим образом срабатывают, то, вполне возможно, получится соорудить что-то из подручных средств, а?! Взяв веточку укропа, я оборвала с него все листики и воткнула в кусок наподобие антенны.

— Алло?

Ответа не было. Хм. Возможно, всё дело в том, что изделие не выглядит законченным. То есть я сама сознательно не воспринимаю его похожим на телефон. Надо еще постараться.

Увлёкшись лепкой кнопок из второго мякиша, я даже забыла про плен. Получившиеся круглешки были всунуты в рыхлую поверхность первой заготовки. Уже лучше… критически осмотрев получившееся, я слегка утрамбовала пальцем место, где обычно находился экран, чтобы добиться максимального сходства. Всё! Корявая копия переговорного устройства готова! С лёгким содроганием повторила процедуру. Поднесла ко рту и сказала:

— Эй!

— Мастерица?! — Голос Густава звучал глуховато и с помехами. Всё-таки хлеб неважно передавал сигнал.

— Да.

— Вы где?!

— В плену у наёмников. Жду маркиза, — коротко пояснила я, по привычке стараясь экономить деньги на счету «мобильника» и выражая мысли максимально лаконично.

— Ну что же вы… — укор быстро сменился деловитым настроем. — Можете назвать место?

— Нет, конечно. Сначала плутали в переулках, а сейчас пришли в какое-то старое здание.

— Тан уже обнаружил вашу пропажу и ушёл по следу. Но сомневаюсь, что даже опытному охотнику по силам найти вас в большом городе, — поделился новостями Густав. — А как вы со мной говорите?

— Не время рассуждать, — оборвала его я. — Прийти могут в любой момент. Значит так. Встретили меня возле дома Мари, а потом мы свернули налево…

Вкратце, как могла, я обрисовала приблизительный путь. Глава города задавал уточняющие вопросы, а в конце пообещал немедленно заняться поисками. А также, по возможности, устроить слежку за Летауром. Должен же он когда-то встретиться со мной?

На том и распрощались. Я обещала связаться позже, если получится. А отложив свой самодельный телефон, поняла, что чувствую себя весьма неплохо. Новым взглядом посмотрев на аппетитные куски жареного мяса, решила перекусить. Ведь известно, что вкусная еда — лучшее средство от стресса.

Пока ела, вспомнила о своей изначальной цели. Мне же надо найти Мари! Иначе всё зря. Маркизу она не нужна, а наёмники явно не отличаются милосердием.

Снова взяв в руки хлебную трубку, позвала тихо:

— Мари!

Там раздался женский вскрик изумления, а потом мужская брань. Кажется, моя подруга была не одна… но жива, и то слава богу. Попробуем по-другому.

— Маааарииииииии, — завыла я с придыханием, словно призрак, укушенный за ягодицу. — Мааааариииииии! Я твой дух храниииииитель. Не бойся, девочка, все, кто тебя обидел хотя бы словом, умрут в страааааашных муууукахххх. Проклятие им и их семьяммм! Несчастья будут сыпаться на ниххх одно за другимммм, пока не придёт смееееееерть.

Ну, всё. Теперь будем надеяться на человеческое суеверие. Самовнушение — страшная вещь. Если кто-то из наёмников нечаянно, например, порежется, то после моих слов даже мелкая неприятность будет восприниматься слегка по-другому… Особенно в мире, где существуют такие страшилища, как те же нэсклы.

Однако долго развлекаться мне не позволили. Дверь снова распахнулась. Там стоял мужчина в чёрной одежде с холодными глазами человека, которого ничем уже не удивишь.

— Идём, — шипящим голосом приказал он.

Я послушалась без разговоров. По нему как-то сразу было видно, что сопротивляться себе дороже. И при этом дяденька явно не относился к наёмникам. Чистая одежда, властные манеры… думаю, какой-нибудь личный охранник маркиза, как минимум.

Мы быстро проследовали через тёмный коридор и вышли на улицу. Я глубоко вдохнула свежий воздух и тут же увидела здоровенного чёрного коня. Красавец…

— Простите, но… — я сглотнула, поймав взгляд незнакомца, и закончила почти шёпотом. — Я не умею ездить на лошадях.

Он снисходительно усмехнулся и, подхватив меня за талию, практически закинул в седло, а сам сел сзади.

— Держись вот здесь, — соизволил объяснить черныш. — И всё будет хорошо.

Не знаю, не знаю… не лови он меня каждые пять минут, боюсь, путь кончился бы довольно быстро. В итоге мужчина вообще перестал опускать одну руку, крепко обхватив за талию, а поводья намотав на другую. Поза, между прочим, весьма интимная получилась. И скорость снизить пришлось. Вообще, всё это было страшно неудобно, в результате, мы ползли в потёмках, как черепахи.

Наконец, город остался позади. Пока светила луна и впереди простиралась степь, дорога в целом протекала более-менее приемлемо (скорее менее, чем более). Но потом невесть откуда набежали тучи, а равнина сменилась лесом. Спустя полчаса стало так темно, что моему сопровождающему пришлось спешиться и устроить привал. И вовремя! Налетел жесточайший ветер, а потом вдобавок хлынул ливень. Мы спрятались под каким-то деревом. Дяденька тихо ругался, пока я, привалившись к стволу, съёжилась в комок и обхватила себя руками.

— Если бы не ты, — злобно прошипели мне, — мы уже были бы на месте!

— Вообще-то я пострадала больше, — тихо возразила я, стуча зубами. — Помимо того, что меня похитили и несправедливо орут, так ещё и холод собачий. Будь я мужчиной, защитила бы свою честь, а на девушке можно смело срывать плохое настроение.

Он почему-то заткнулся после моего незатейливого аргумента. Вряд ли, конечно, проникся чужой судьбой, но ворчать перестал.

Дождь и не думал останавливаться. В итоге мы всё-таки покинули хлипкое убежище и продолжили путь. Спустя пару часов я уже слабо понимала, где нахожусь и с кем. Все мысли свелись к простому желанию согреться. Показавшийся впереди замок оставил меня совершенно равнодушной. Накопившаяся усталость убила на корню даже малейшие зачатки эмоций.

Как нас встретили, я помню смутно. Бегали незнакомые люди, что-то спрашивали у провожатого, который с явной тревогой поглядывал в мою сторону… тяжёлое предпростудное отупение вызвало полное отсутствие интереса к происходящему.

Выделенное мне помещение находилось довольно высоко, в одной из башен. После первого пролёта на узкой винтовой лестнице, я запнулась и упала, больно ударившись локтём. Тогда мужчина в чёрном поднял меня на руки и понёс, не говоря ни слова.

Помню кровать, какую-то суету вокруг… потом горло обжёг крепчайший алкоголь. Я подавилась и начала судорожно кашлять.

— На, глотни ещё, — перед носом возникло некое подобие походной фляжки.

Резкий вкус помог мне немного очухаться. Я села на кровати, ощущая сильнейшее головокружение. Мой сопровождающий, как оказалось, никуда не ушёл, развалившись на стуле напротив и сверля меня задумчивым взглядом.

— Почему маркиз на тебя ополчился? — Спросил он. — Судя по внешности, ты не особо в его вкусе.

— Я Мастерица, — вяло отозвалась я. — Имела неосторожность поставить Летаура на место. А он похитил мою подругу и пригрозил убить её, если добровольно не сдамся. Разве ты не знал?

Новость явно поразила его. Кажется, до этого мужик пребывал в полной уверенности, что везёт кого-то вроде очередной наложницы.

— Даже так? — Собеседник вскочил и подошёл к зарешеченному окну. — Я слышал о скандале, но не подозревал, как далеко он может зайти, мстя за нанесённую обиду.

— Угу, — возможно, стоило начать горячо убеждать любителя чёрной одежды помочь, однако мне даже простая мыслительная деятельность давалась с трудом.

— Значит, ты и есть загадочная Мастерица, о которой все только и говорят, — протянул тот, потирая подбородок. — Мда. Я сразу понял, что передо мной необычная девушка… слишком умная, слишком… хм… другая.

Уж не знаю, какого ответа он ждал… не дождался. Утомлённо прикрыв глаза, я снова почувствовала дикое головокружение. Кажется, мой сопровождающий обладал кое-какой властью. По крайней мере, словно сквозь ваты, я услышала его приказы, отдаваемые слугам. Чья-то рука обтёрла моё лицо, затем в рот влили разогретое вино с травами…

Когда я, наконец, очнулась, в комнате никого не было. Состояние было, конечно, не ахти. По-хорошему, сейчас бы дома отлежаться, напиваясь чая с лимоном и мёдом… но, мечты, мечты. Тело добровольно сотрудничать отказывалось, пришлось собрать всю волю в кулак и заставить себя встать. Пошатываясь, я обошла комнату, тщательно осматривая углы и стены. Дойдя до двери, схватилась за ручку для поддержания равновесия, и вдруг… она открылась! То есть, меня оставили, даже не позаботившись о замках… грех не воспользоваться!

Что я буду делать одна, в таком состоянии, далеко от города, я как-то не подумала в тот момент. С трудом переставляя ноги, шагнула на лестничный пролёт. Внизу раздались отзвуки голосов, поэтому я, движимая только инстинктом выживания, начала удаляться от источника опасности, то есть подниматься вверх. К счастью, пленницу не стали селить рядом с остальным людом, так что вокруг было довольно пустынно. Несколько попавшихся по бокам дверей запирали ржавые щеколды, затянутые паутиной. Похоже, уборщицы не поднимались выше того этажа, где находилась моя камера. Тем временем, очевидно, пропажу обнаружили. Я слышала крики и старалась идти как можно быстрее, подгоняемая страхом загнанной жертвы. Ноги готовы были отвалиться от усталости и напряжения. Вверху оказался выход на чердак с прогнившей дверью, которая размокла от сырости и не запиралась. Правда и отходить тоже не желала. Пришлось просачиваться, обдирая руки, сквозь узкую щель проёма. Внутри оказалось пусто, пыльно и жутко холодно. Два больших стрельчатых окна без стёкол и решёток открывали площадку всем ветрам и другим капризам непогоды. Я тоскливо посмотрела на простирающееся внизу поле и тёмную массу леса. Крылья бы… Теперь, по крайней мере, понятно, почему комнату не заперли…

Мой провожатый нашёл меня сидящей на каменном подоконнике, ногами наружу. Не покорившаяся мне дверь оказалась бессильна против хорошего мужского рывка… К тому моменту я уже окончательно закоченела и всерьёз рассматривала вариант с прыжком вниз. По крайней мере, противному маркизу не достанусь…

— Как тебя з-з-зовут, вс-с-сё-так-ки? — Стуча зубами, спросила я, пока он осторожно поднимал меня на руки.

— Литей, — ответил любитель чёрной одежды.

— Приятн-н-но познак-комиться, — проклацала я.

— Ты, и без того простуженная, решила окончательно добить свой организм? — Сердито сказал он.

— А какая разн-н-ница, — зевнула я, обессиленно кладя голову ему на плечо. — Думаешь, твой Лет-таур с мен-н-ня пылинки сдувать буд-дет? Как бы н-не так… я его заставила в чист-тых штанах в лужу сесть… и вопить, как пятилетн-няя девочка… Всё одно — или свободной помереть от простуд-ды или в невол-ле удовлетворять жел-лания больного избалов-ван-ного юнца… И Мари не смогла спасти… как он-на там, в лапах эт-тих грязных наём-мников…

Кажется, моя болтовня оказывала на него какое-то влияние, так как Литей, доставив драгоценную тушку на прежнее место, выгнал всех слуг из комнаты и сел рядом на постель.

— То есть ты предпочитаешь расстаться с жизнью, — подумав, медленно начал он, — вместо того, чтобы проявить некоторую покорность маркизу и получить возможность жить в роскоши, как остальные его девушки?

— Если бы ты относился к числу моих друзей, то не задавал бы таких глупых вопросов. У меня совсем другие ценности. Я вообще не отсюда…

— Не из Хейзельхальма?

— Не из этого мира, — надоело объяснять. Пусть понимает, как хочет.

— Все вы, Мастера, немного того… — подытожил он.

Следующее пробуждение было значительно хуже предыдущего.

— Вставай, вставай, его светлость прислали весть, что к обеду пожалуют, — визгливым голосом верещал кто-то, стаскивая с меня одеяло.

С явным трудом расклеив глаза, я уставилась на толстого слугу, с высокой причёской, дряблыми щеками и пухлыми капризными губами, как у ребёнка.

— Разлеглась, негодница! — Отчаявшись добиться хоть какого-то отклика, он без особых церемоний начал пихаться.

Я вела себя, как деревянная колода — равнодушная и непробиваемая. Опухшее горло болело так, что не вымолвить и слова. Всё тело горело огнём. Это означало жесточайшую температуру.

Однако отвратительному типу было наплевать на моё состояние. Чувствую, даже если бы он нашёл в постели окоченевший труп, то всё равно принялся бы истерить вокруг него.

Рывками и болезненными тычками толстяк заставил меня сесть на стул у зеркала и начал раздирать щёткой волосы, нарочно дёргая их побольнее. Но, по правде говоря, старался он зря. Нахлынувшая тошнота забрала всё внимание на себя, сделав внешний раздражитель крайне незначительным. Недовольный отсутствием реакции слуга куда-то ушёл.

Тем временем, в глазах окончательно потемнело. Видимо, из-за этого у меня начались галлюцинации. В зарешеченное окошко просочилось несколько чёрных пятен. Я без особого удивления следила за тем, как они покружили надо мной и скользнули обратно.

За дверью послышалась ругань. Визгливый голос толстяка обзывал меня разными обидными словами и требовал как-то воздействовать на «мерзкую негодницу». Ему что-то тихо отвечали. Спустя мгновение оба собеседника вошли в комнату. Вторым, конечно, оказался Литей.

— Ты с ума сошёл? — Рявкнул он на слугу. — Не видишь, что она тяжело больна?

— Мне плевать! — Видимо у них был одинаковый статус. — Маркиз уже вот-вот приедет, а, значит, девка должна быть готова! Пусть хоть сдохнет, но чтобы стояла нарядная и встречала своего господина с обольстительной улыбкой!

Уж не знаю, чем бы кончился этот спор, но внезапно снаружи раздались душераздирающие вопли, словно кого-то рвали на куски. Замок вздрогнул до основания. Со стен посыпались картины, шёлковые обои полопались, а зеркало пошло трещинами. Крики смолкли, и воцарилась неестественная, мёртвая тишина. Двери комнаты с грохотом распахнулись, выбитые чьим то окровавленным телом, которое швырнули со страшной силой. В проёме возникла клубящаяся тьма, которая вползала в помещение своими извивающимися языками. Словно из пустоты соткалась чёрная фигура. Я почти невидящими глазами смотрела на чудесное явление, уверенная, что вижу горячечную галлюцинацию. Наверняка в реальности я, больная, по-прежнему лежу посреди запертой комнаты…

Толстяк завизжал. Тонко так, пронзительно. Литей отшатнулся к стене, выставив перед собой кинжал. По правде говоря, им было чего бояться. Там, где проползала тьма, всё мгновенно состаривалось и умирало. Одеяло истлело за миг, металлические ножки кровати съела ржавчина… позади оставался лишь прах.

— Смерть… — прохрипела я, ощущая даже некоторую радость. — Ты, наконец, пришла за мной…

— Наоборот, — с усмешкой ответил чужой и безжизненный голос.

Щупальца потянулись в сторону моих тюремщиков. Страшный гость приблизился к верещащему толстяку и заглянул ему в лицо.

— Так тебе и надо, — беззвучно произнесла я.

Голова повелителя тьмы чуть повернулась в мою сторону, словно он услышал. После чего его рука легла на шею обидчика и начала медленно сжиматься. Хорошо, что я сплю… иначе, непременно грохнулась бы в обморок. Видеть, как жизнь уходит из человека — зрелище не для слабонервных. Отпустив шлёпнувшийся на пол труп, чудовище повернулось к Литею.

— А вот этого жаль, — мои губы едва шевельнулись, но, на удивление, сказанного оказалось достаточно.

Чёрная фигура лишь посмотрела в глаза обессилено облокотившегося на стену мужчины, но не тронула его. Правда, короткого мига хватило, чтобы у бедняги появились седые пряди на висках…

Затем мой бред начал развиваться по совсем уж неожиданному сценарию. Тьма сгустилась вокруг, и сильные руки легко подняли непослушное больное тело. Я прикрыла веки… когда распахнула их вновь, мы уже выходили из замка. Кажется, по всему полу лежали выпотрошенные люди… бррр! Ощутив, как я вздрогнула, демоническое создание покачало головой и слегка коснулось лба тем местом, где у обычных смертных расположены губы. Сознание милосердно оставило меня.

— Мастерица-а-а, — протянул сквозь сон голос Густава.

— Не будите её, пусть отдохнёт, — сухо сказал Тан.

— Да, извините, — поспешно согласился глава города. — Потом пообщаемся.

Очнулась я своей комнате. Горло почти не болело, и от простуды, как ни странно, остались лишь воспоминания. Правда, пропотевшее насквозь тело чесалось и требовало срочного посещения душа. По дороге в ванную меня отловил Тан.

— Как ты? — Спросил он.

— Нормально, — буркнула я, еще немного похрипывая. — Полна вопросов. Но они могут подождать ещё минут двадцать.

Уж очень мне не терпелось помыться.

— Может, спинку потереть? — Дьявольски усмехнувшись, предложил этот наглец.

Я сочла ниже своего достоинства отвечать и, задрав голову, ушлёпала к намеченной цели. Захлопнув дверь, услышала, как он, поддразнивая меня, слегка постучал по ней костяшками пальцев.

Когда с водными процедурами было покончено, на кухне меня уже ждал — о, чудо — сваренный кофе!

— Но как? Кто тебя научил его готовить? — Восхитилась я.

— Наблюдательность и логика, — спокойно отозвался Тан. — Сначала попробуй, потом говори.

— Неплохо, — удивлённо сказала я, прихлёбывая ароматную жидкость. — Особенно для первого раза.

— То-то же, — кажется, он был весьма доволен собой.

— Расскажи мне о вчерашних событиях, — всё, не могу больше поддерживать светскую беседу. Любопытство сильнее.

Тан отставил свою кружку и серьёзно посмотрел на меня.

— Что ты помнишь? — Для начала уточнил он.

— Я сбежала от вас с Густавом, дошла до дома Мари… потом похищение, плен у наёмников… оттуда мы ушли с каким-то мужчиной. Это всё помню чётко. А вот уже в лесу, когда я промокла под дождём и страшно замёрзла, голова начала сбоить. Замок маркиза кажется кошмарным сном, весьма, кстати, смутным.

— Как только мы обнаружили пропажу, я пошёл за тобой, — Сказал Тан. — Первым делом, конечно, следовало проверить место встречи из записки. Там один пьяница подсказал, куда примерно вы отправились… в переулках на меня напали, но я сумел отбиться и даже допросить нескольких нападавших.

— Густав же говорил, что это бродяги, которые ничего не знают… — заикнулась я.

— Я умею спрашивать так, чтобы отвечали, — спокойно заметил он. Кто бы спорил! — Они провели меня до убежища. К сожалению, там уже не было никого живого… только испуганная Мари.

— Она… спаслась?! — Какое облегчение! Аж плакать захотелось!

— Да. Цела и невредима, — заверил мой гость. — Следующим пунктом поисков должен был стать замок маркиза. В лесу я обнаружил следы двоих людей, из чего сделал вывод, что путь намечен правильно. А уже к утру, добравшись до конечной точки, увидел тебя, лежащую без сознания неподалеку от замка. На траве.

— Ого, — я поёжилась, вспомнив свой бред о жутком спасителе. — И ты понёс меня обратно?

Всё-таки очень интересно, что произошло во время отключки… может, Литей приложил руку к спасению? Он вроде сочувствовал мне…

— Да. И вскоре встретил отряд стражи, посланный Густавом. Они довезли нас до дома.

Не дав прочувствовать весь трагизм загадочной истории, этот нахал добавил:

— Потом я растёр тебя спиртом и укутал тёплым одеялом.

— А?! — Я закашлялась, подавившись кофе. — Ка…каким еще спиртом?!

— Который мне любезно принесла Настя, — мило улыбнулся он.

— Что здесь делала Настя? — Прохрипела я.

— Она пришла в гости, но я сказал, что ты приболела и спишь. Заодно уточнил, что лучше всего применять от простуды…

— Не продолжай, — мне и так уже хуже некуда. — Ну, подруга… хорошо хоть клизму не посоветовала…

Тан хмыкнул.

Спешно допив кофе, я с большой охотой покинула кухню. Смотреть ему в глаза и представлять процедуру обтирания было невыносимо. Лучше посижу с ноутбуком у себя в комнате. Напишу Насте, как сильно она меня подставила.

Но стоило зайти в одну из социальных сетей, как Настя сразу же забылась. У меня было три десятка сообщений! Три чёртовых десятка! Не припомню подобного раньше… Во-первых, активизировались многие знакомые женского пола. Их, конечно, страшно интересовал Тан. Кто лично не успел его увидеть, те наслушались рассказов. Некоторые писали вопросы в лоб, другие лицемерно делали вид, что пишут совсем по другому поводу, а моим другом интересуются так, заодно. Во-вторых, у меня висело около десятка сообщений от… Димы! Кто бы мог подумать! Он вдруг прозрел, какую девушку упустил. Мда. Я захихикала.

— Что ты смеёшься? — В проёме возник Тан и с любопытством уставился на меня.

— Да так… бывший поклонник объявился!

— Тот самый, которого мы встретили на улице? — Его проницательности мог бы позавидовать Шерлок Холмс.

— Ага, — я отвернулась, так как всё ещё злилась на предыдущее заявление.

— Сердишься? — Он мягко приблизился к кровати, где я сидела, напихав за спину подушек.

— Ещё бы!

— Но если бы я этого не сделал, ты была бы сильно простужена…

— Да плевать, — пробурчала я. — Тебе бы понравилось очнуться и узнать, что тебя обтирала… какая-нибудь девушка? Допустим, Ольга…

— То есть я для тебя так же противен, как для меня Ольга?

— Не уходи от темы! Что за манера без конца ловить собеседника в ловушку!

— На Ольгу бы я не согласился.

— А на кого согласился… — поймав его насмешливый взгляд, осеклась. — Не отвечай!

— Ну почему? Вопрос же задан… есть одна особа, против которой я бы не возражал…

— Настю не трожь! — Во мне тоже есть дьяволёнок.

Он рассмеялся. В отместку я поджала губы и начала активно перекидываться сообщениями с Димой. Из чувства противоречия.

— Что пишет? — Вредный Тан и не думал проявлять уважение к частной жизни. Напротив, прошёл дальше в комнату и присел на край кровати.

— Пишет, что я «необыкновенно хорошо выглядела при нашей встрече», — хихикнув, процитировала я. — Ещё зовёт встретиться в кафе.

— Пойдёшь?

Хотелось ответить нет, но, глянув на своего собеседника, я внезапно передумала.

— Не знаю, не знаю… Вообще-то, интересно понаблюдать за его кривляньями… опять же, любой девушке приятно внимание и возможность поесть за чужой счёт.

— Запомню, — почему-то серьёзно пообещал Тан.

— Угу, — я пропустила его слова мимо ушей, снова углубившись в переписку.

— Может, погуляем? — Напомнил о себе мой гость. — По твоему миру…

— Нет… хочется отдохнуть, а потом послать кого-нибудь за Мари, да и с Густавом переговорить… А почему бы тебе самому не сходить на прогулку? Ты прекрасно адаптировался. Разве что внимание служителей закона не привлекай. Не то попросят документы, а у тебя нет.

— Понял, — сосредоточенно кивнул Тан, обдумывая моё предложение.

Я почему-то даже не волновалась за него. Внутри поселилась чёткая уверенность, что этот парень нигде не пропадёт со своей фантастической наблюдательностью и способностью мимикрировать под окружение.

— Ты точно не против?

— Наоборот! — По правде говоря, мне хотелось от него избавиться под благовидным предлогом. Глядишь, переключится на новую задачу и перестанет доставать меня своими двусмысленными намёками.

Потратив пару минут на то, чтобы выдать ему запасной комплект ключей и убедиться, что он сможет с ними управляться, я с облегчением выпроводила своего гостя. Гуляй, пока молодой… исследуй новый мир. Мне бы так… с поправкой на Хейзельхальм. Но после всего произошедшего кишка тонка, и даже не стыдно в этом признаться. Я девушка, а не терминатор.

Обмотавшись изделиями по самое не балуйся, вышла в лавку. Мои парни вяло поздоровались и отвели взгляд. Так. Явно обижены.

— Зайдите-ка домой, — попросила я. — Надо кое-что прояснить.

Когда они распределились по комнате, я села на своё кресло, скрестила руки и вперила в них пронзительный взгляд. Такой, с претензией. Немного помолчав, охранники завозились, почуяв некую вину, но пока не понимая, за что.

— Ну?! — Сурово сдвинув брови, вопросила я.

— Что ну?! — Завёлся Силей, купившись на мою уловку перевода стрелок. — Ты почему лавку перенесла? И в плен попёрлась в одиночку?!

— Мы волновались, — укоризненно прогудел Тесл.

— Могла бы и нас прихватить, — подытожил Линк.

— Каким образом? — Прищурив глаза, уточнила я. — Выйти и при всём отряде стражи сказать, мол, пошли ребята, я решила попробовать спасти Мари и сунуться в логово наёмников?!

— Не так открыто… можно и потихоньку было, — не сдавался красавчик.

— Нельзя, — отрезала я.

Они замолчали, прикидывая так и эдак пути возможного поворота сюжета, но не могли подобрать оптимальный вариант. И правильно. Если бы наёмники заметили хотя бы намёк на сопровождение, то вряд ли стали бы дожидаться продолжения. Только мы их и видели.

— Мне точно ничего не грозило, — постановила я, наблюдая напряжённое раздумье на лицах. — Маркиз хотел получить меня в целости и сохранности.

В итоге мы, конечно, помирились. Особенно когда я пригласила их выпить чаю со свежекупленными в моём мире вкусняшками.

Густав явился позже, полный укоризны и новостей. Сначала он минут десять мягко выговаривал мне за своеволие и легкомыслие. Нравоучений я не любила, но, тем не менее, выслушала его аргументацию, после чего и сама взяла слово. Значит, мне не стоило сдаваться наёмникам… что ж! В отличие от местной власти я не собиралась оставлять Мари на поругание, чтобы потом списать всё на досадную издержку. А угроза… давайте посмотрим правде в глаза — маркизу я была нужна. Во-первых, для удовлетворения самолюбия, а, во-вторых, как Мастерица. И это делало меня невероятно ценной пленницей. Кроме того, зная моё трепетное отношение к друзьям, глава Хейзельхальма должен был понимать, что я не оставлю дело так. Хотел сберечь главный актив города — надо было сменить подход. И уж точно не относиться ко мне, как к маленькой девочке, которую следует защитить любым путём, невзирая на её волю.

Всё это я высказала Густаву прямо и глядя в глаза. К его чести, мужчина не обиделся. И даже не опечалился.

— Простите, я был неправ, — сказал он, тем самым мгновенно сняв агрессию. — Всё время забываю, что вы другая.

На этом мы закончили с препирательствами, и перешли к новостям. Первым делом глава города спросил, как мне удалось говорить с ним на расстоянии. Пришлось проводить краткий, но страшно заинтересовавший его курс «мобильные телефоны и их влияние на жизнь современного человека». Продемонстрировав свой мобильник, я описала, как воссоздала нечто подобное из хлеба. Интересно, что Густава впечатлила не столько магия, сколько достижения моего века. Он вцепился в аппаратик, как кот в кусок рыбы, и с блаженным видом разглядывал его, украдкой водя по экрану. Наверняка уже прикинул перспективы, которые открылись бы ему, имей он возможность так быстро связываться со своими подчинёнными.

Далее речь зашла о моём чудесном спасении. Оказывается, как только мы с ним пообщались по хлебу, Густав бросился организовывать поисковые отряды стражи. Несколько из них прочёсывало город, остальные были отправлены с дружеским визитом в замок маркиза. Сам же Летаур, как выяснилось, дабы отвести от себя все подозрения на момент неразберихи, гостил у своего друга-аристократа. Ну, понятно, алиби обеспечивал. Закончив с первичными делами, глава города вспомнил про подаренную мной удачливую бумажку и скормил ей золотую монету, чтобы повысить шансы на успех. Это сработало. Сначала обнаружилась ошарашенная Мари, которая брела в направлении дома. Она несла какую-то чушь про духа хранителя, который убил всех её тюремщиков. Среди болтовни, к счастью, шокированная девушка упомянула и последующую встречу с Таном, который отправился дальше по моим следам, а ей приказал идти домой.

— А что за дух? — Заинтересовалась я, вспомнив свою выходку с завыванием в хлеб.

— Лучше она сама вам расскажет, — таинственно заметил Густав. — Мы знаем только то, что когда нашли пресловутое логово наёмников, там лежали трупы мерзавцев. Уцелела только ваша подруга.

После обнаружения Мари события стали развиваться еще более удачно. Отряд стражи на подступах к замку маркиза встретил Тана со мной на руках. Они со всевозможным почётом отконвоировали нас домой, и послали весточку главе города.

— А что с Летауром? — Поинтересовалась я.

— Пока не знаем, — с сожалением отозвался Густав. — Он совершенно точно уехал от друга и добрался до своего дома уже после вашего ухода.

— Понятно… — я постучала пальцами по столу. — Хотелось бы знать, продолжит ли он свои попытки меня похитить…

— Будем надеяться, что нет. Патрули стражи удвоены, однако… но вы же скажете мне, если снова получите угрозы? Обещаю, в этот раз буду вести себя хорошо.

Я улыбнулась, слушая потешные заверения взрослого умного мужчины, привыкшего управлять, и кивнула.

— С одним условием…

— Слушаю, — с готовностью наклонился ко мне он.

— Вы найдете мне какого-нибудь помощника. Последнее время возникают ситуации, когда надо позвать, к примеру, вас, а отправить некого. Я уж молчу про закуп продуктов. Готова даже платить ему…

— Ни слова больше! — Прервал Густав. — Будет вам помощник. И оплату не возьму. Вы здесь всего ничего, а прибыль за последний месяц в городскую казну выросла втрое!

— Неплохо, — призадумалась я.

Выспросив мои пожелания к будущему персоналу, он удалился.

Чуть позже во входную дверь раздался звонок. Я немного напряглась. У Тана есть ключи, а больше никто не ожидается в гости… выглянув в глазок, увидела подтянутого парня в синей форме с какой-то вышивкой на груди и рукавах. В руках у него находился огромнейший букет роз.

— Кто там?

— Здравствуйте! Я курьер из фирмы «Приятные сюрпризы». Вам прислали букет.

Ого, какая неожиданность… парнишка передав мне чей-то подарок, попросил расписаться в ведомости и удалился, а я внесла розы в комнату. К счастью, внутри обнаружилась записка, в которой, наверняка, было имя неизвестного кавалера. Я развернула бумажку и вчиталась. Блин.

«Я не могу тебя забыть. Алексей». Чёртов Лёша! Получив по сусалам, решил пойти другим путём? Ну да, рассчитал он верно. За столь ненавязчивый и даже красивый жест бить его не будут. Хотя если бы сам принёс цветы, не исключено, что царапины от шипов остались бы на лице…

Немного поломавшись, я порвала и выкинула записку, решив утаить от Тана личность дарителя. Уж очень жутко он в прошлый раз про подворотню говорил… А остальное… ну шикарный же букет! Пусть в вазе постоит. Розы-то ни в чём не виноваты.