42 ГЛАВА

— А тебе-то какая разница? — хмыкнул Андрей, сверля меня злыми глазами. — До меня тут слухи дошли, что ты выкупила большую часть акций моей компании. Одного не пойму, зачем?

— Неужели ты еще ничего не понял? — спросила я, смерив его презрительным взглядом, и села за стол напротив него.

— Что именно я должен понять?

Я изначально не хотела рассказывать ему правду, но сейчас просто не могла устоять. Пусть ублюдок знает, кто стоит за его падением!

— Тебе имя Валерия ни о чем не говорит? — спросила я, улыбнувшись уголками губ.

— Говорит, — усмехнулся Кирсанов. — Я за свою жизнь знал до хрена баб с таким именем.

— Да? Тогда сформулирую вопрос иначе: многие ли из них были твоими женами?

— Ты-ы-ы… — на его лице отразилось понимание. — То есть ты от моей бывшей женушки?

— Нет, — громко рассмеялась я. — Я и есть твоя бывшая жена!

— Что? — в ярости заревел мужчина

— Что слышал, мой дорогой. Я та, у кого ты отнял грудного ребенка, выбросив на улицу, — в моем голосе не было обиды и боли, он был полон испепеляющей ненависти. — А теперь, любовь моя, у тебя есть минута сопоставить все факты.

— Значит, это ты за всем стоишь? — шипел Кирсанов, плюясь слюной.

— За чем именно? За тем, что ты мошенник? За тем, что ты убил безвинного человека? За тем, что ты торговал людьми? И занимался контрабандой? — с гримасой омерзения я перечисляла его грехи. — Нет, милый мой, за этим стоишь только ты! Но да, не буду отрицать, я способствовала тому, чтобы тебя посадили. Скажу больше, информацию из твоего ноутбука скопировала тоже я!

— Ты ждала девять лет, чтобы это все провернуть? Чтобы уничтожить меня? — его лицо покраснело, а глаза больше не походили на человеческие, напоминали глаза животного, больного бешенством.

— Ты ошибаешься, я ждала лишь того, чтобы вернуть своего мальчика! К остальному нацеленно стремилась! Ты думал, я оставлю сына тебе? Тебе, грязному, жестокому ничтожеству, лишенному всего человеческого! Ты думал, забуду своего малыша, откажусь от него? Нет, я бы скорее умерла, чем это сделала!

— Да, я думал, ты давно сдохла! Тварь! — заорал Андрей, ударив кулаками по столу. — Я даже забыл, как твоя морда выглядит! Сука, я

выйду отсюда, и ты будешь стоять передо мной на коленях, как тогда, в салоне!!!

— Позволь огорчить тебя, любовь моя, — я видела, как его задевает мое проявление лживых чувств, — но на коленях перед тобой тогда стояла не я. Не переживай, я обязательно сообщу Марго, где ты находишься, думаю, ОН захочет тебя навестить! Особенно после того, что между вами было.

— Мразь, — его лицо побагровело от бешенства. — Надо было тогда тебя убить, а не бросать все на самотек!

— Да, надо было, так же, как ты убил Свету!

— Заткнись!

— Почему? Ты думаешь, я не знаю, что она хотела бросить тебя? А ты не захотел терять половину компании и убил беременную жену! Какой же ты урод! — меня трясло от ненависти к этому ничтожеству. Хотелось сделать ему больно, чтобы он ответил кровью за все, что натворил.

— Ты думаешь, сможешь это доказать? — усмехнулся он с наигранным безразличием.

— Да, ты сам все сейчас подтвердил! — широко улыбнулась я. — И дело только времени, когда следствие докопается до истины! Но я не для этого здесь. Где ты спрятал Егора?

— Хочешь узнать, где мальчишка? — ухмыльнулся хитро Андрей.

— Я еще раз повторяю, где мой сын? — воскликнула я, теряя терпение.

— Вытащи меня отсюда, а потом узнаешь!

— Да никогда. И без тебя узнаю, — сквозь зубы прорычала я, поднявшись. — А ты останешься гнить в тюрьме! В то время, когда бизнес, который ты строил столько лет, перейдет в чужие руки! У тебя не останется ничего! Ни семьи, ни друзей, ни связей, ни имущества! Ни одного человека, который будет тебе сострадать! Никто не придет навестить тебя за решеткой! Никто не спросит, как дела!

— Сука, я выйду отсюда, и ты сдохнешь! — заорал Кирсанов, вскочив на ноги, тут же влетели охранники и скрутили его.

— Кто сказал, что ты выйдешь отсюда? — уверенно произнесла я, глядя ему в глаза. — Запомни, я не делаю дела наполовину!

Договорив, я развернулась и пошла к двери, слыша вслед его охрипший от злости крик:

— Я убью тебя! Убью!

В коридоре облокотилась о стену, тяжело дыша. Меня трясло от злости, ненависти и отчаяния. Я снова не узнала, где мой сын! Из

неприятных мыслей меня вывел звонок телефона, и я дрогнувшим голосом ответила:

— Да.

— Ты где, Вик? — спросил встревоженно Дима. — Я звонил тебе уже раз сто. Нужно срочно встретиться, я кое-что узнал.

— Я сейчас в следственном изоляторе, — ответила я с надеждой. — А ты где?

— Я как раз подъезжаю к нему. Жди на парковке.

— Хорошо, — ответила, сбросив вызов.

Меня распирало от нетерпения. Я боялась надеяться на то, что Дима нашел Егора, но, несмотря на страх, надежда в кои-то веки переполняла меня. Я спешила, и с огромным усилием дождалась, когда на светофоре загорится зеленый свет для пешеходов. Хотя машин не было на дороге, все равно решила не нарушать. Сделав несколько шагов по зебре, услышала крик и, посмотрев направо, в ужасе увидела жигули, несущиеся прямо на меня. Все произошло в считанные секунды, я физически не успела бы среагировать. Последнее, что уловил мой мозг перед вспышкой жуткой боли, это дикий вопль Димы:

— Вика-а-а-а! Не-е-е-е-т!