Глава 8. Сватовство

Эриан редко удавалось переубедить кому бы то ни было, кроме, разве что, отца. Дождавшись, когда нянечка закончит с приготовлениями и передаст подопечную на руки охране, она улучила момент. Скрывшись в полумраке между гобеленами, старшая дочь эрла несколькими быстрыми движениями расплела с таким трудом заплетённые косы, разбросала ставшие похожими на змеи волосы по плечам. Отколола от платья все брошки и подвески, которые понавешала на неё Полетта, и засунула их за пояс. «Эриан!» – голос в голове протестующее кричал, но Эриан не обратила на него ни малейшего внимания. Высоко задрав подбородок, она решительно двинулась в направлении входа в обеденную залу. Едва ступив внутрь, Эриан обнаружила, что все взгляды обратились на неё. – А вот и моя… – Месилон сделал красноречивую паузу, но быстро взял себя в руки, – старшая дочь. Самое неудачное творение моих чресел, можно так сказать. Вы, дорогой Сафирот, помнится, очень хотели посмотреть на неё. Месилон перевёл взгляд на гостя и заметно повеселел, заметив, как ошарашенно тот смотрит на его главную драгоценность. – Я не хотел пугать вас, – пояснил Месилон тем временем, – Эриан немножко больна. У неё не всегда хорошо с головой. Похоже, приступ был только что. Эриан фыркнула и ещё выше задрала нос. Проходя мимо отцовского кресла, она наклонилась, чтобы церемонно поцеловать его в щёчку, и тут же больно ущипнула за плечо. Месилон сделал вид, что не заметил этого движения. Перехватил руку дочери и ласково отвёл в сторону. – Садись за стол, болезная моя, – покровительственно произнёс он. Под пристальным и порядком презрительным взглядом сестёр Эриан заняла своё место и, не дожидаясь, пока тарелку наполнят едой, водрузила оба локтя на стол. – Эриан! – прошипела Вивиан и чувствительно толкнула её локтем в бок, когда, увидев перед собой кусок оленины, Эриан взяла его двумя руками и, впившись зубами в ещё кровившее мясо, принялась со вкусом уплетать за обе щеки. Поняв, что Эриан не собирается реагировать на неё, Вивиан отодвинулась подальше и, наклеив на лицо милую улыбку, произнесла, обращаясь к Сафироту: – Вы уже видели нашу гавань? Говорят, её возвели силы древних магов. – Нет, – произнёс Сафирот, медленно отводя взгляд от долгожданной гостьи и силясь сосредоточиться на девушке, которая ждала ответа от него. – Я бы могла вам показать. Это очень красивое место. И очень романтичное, – Вивиан сверкнула голубыми глазами из-под длинных ресниц, – если прийти туда на закате вдвоём. – Вивиан! – голос Месилона громыхнул над столом, и Вивиан ненадолго затихла, старательно изображая смущение. Над столом повисло неловкое молчание. Только слышно было чавканье со стороны Эриан, когда зубы ее вгрызались в мясной ломоть. – Я думаю, вам стоит обратить внимание на гобелен, который Нимея закончила расшивать в этом году. Взгляните, вон там. Посмотреть на него приезжают гости со всех островов. – Я не очень хорошо разбираюсь в изобразительных искусствах, – признался Сафирот, бросив быстрый взгляд туда, куда указывал эрл. – Но уверен, что гобелен выше всяких похвал, раз его расшивала ваша дочь. Он замер, глядя перед собой, не решаясь посмотреть ни на Эриан, продолжавшую самозабвенно поглощать ужин, ни на кого-то ещё. Пристальный взгляд Вивиан сам, как иголка, прошивал его насквозь. Нимея, польщенная похвалой, тоже теперь то и дело стреляла глазками в него. – Чем же вы увлекаетесь? – спросил Месилон тогда. – Говорят, сейчас в моде гонки на кэбах. Мне этого, правда, не понять. Возраст не тот. Сафирот фыркнул. – Вы бы ещё вспомнили про бои петухов. Говорят, в столице по этим несчастным птицам сходят с ума весь год. Нет, у нас более традиционная семья. Магия, – Сафирот насмешливо улыбнулся. Он обвёл всех присутствующих высокомерным взглядом из-под слегка приспущенных ресниц и пошевелил в воздухе рукой, заставляя заплясать вокруг пальцев небольшой огонёк. Месилон нахмурился, с трудом преодолевая желание выставить «дорогого гостя» вон. – Вы похожи на свою мать, – мрачно сказал он. – Так же неуважительны, как она. «А вы на свою дочь», – хотел было сказать Сафирот, но сдержался и вместо этого спросил: – А вы хорошо знаете её? Беиску Шаул? – Достаточно. Я знаю, что она была приближена к Совету Семерых во время войны. – Вы, очевидно, не знаете даже, что это не был совет как таковой. – Мне всё равно! – Месилон, не сдержавшись, ударил кулаком по столу. – Я принимаю вас в своём доме, Сафирот Шаул! Так будьте любезны считаться со мной. Я пока ещё не настолько нуждаюсь в союзе с вами, чтобы позволять вам творить в моём доме чёрное колдовство! Эриан наконец подняла глаза от куска мяса, аккуратно обтёрла пальцы полотенцем, которое держал стоящий рядом слуга, и внимательно посмотрела на отца. Она раздумывала, не рассказать ли ему о том, что магия в его доме творится уже вовсю – но в конце концов решила, что никому не поможет очередной раздор. – У меня пропал аппетит, – проинформировал тем временем всех собравшихся молодой Шаул. Он тоже вытер пальцы полотенцем и поднялся, – прошу прощения, мне нужно отдохнуть. Боюсь, что если каждый ужин в вашем доме будет проходить в такой обстановке – мне будет очень трудно выбрать себе жену. Сафирот вышел из зала, а Месилон снова посмотрел на Эриан в упор. – Это никуда не годится, – жёстко сказал он. Эриан тихонько фыркнула себе под нос, взялась за вилку и принялась неторопливо разделывать оставшийся на тарелке кусок, делая вид, что она тут ни при чём. – Эриан! – голос Вивиан нагнал сестру, когда та уже покинула донжон и, подобрав юбки, начала по камушкам перебираться к своей башне по промокшему после очередного дождя двору. – Что? – Эриан обернулась и приподняла брови, выжидающе глядя на неё. Вивиан не спешила выходить во двор, видимо, опасаясь запачкать туфельки на шёлковой подошве, которые не годились для такой погоды. – Если тебе что-то не нужно, это совсем не значит, что на это не найдется охотников кроме тебя. Кого-то, кому бы это действительно подошло. – Вивиан, – устало вздохнув, Эриан полностью развернулась и теперь стояла к ней лицом. – Да забери ты его со всеми потрохами, только пусть отвяжется от меня. – Зачем ты показалась ему в лесу? Эриан снова приподняла брови. – Да он гнался за мной как горный козёл. Я еле ускакала от него. По-твоему, я виновата, что он нагнал меня и увидел лицо? – Эриан, – с напором произнесла Вивиан, – все знают, что ты лучше всех в замке ездишь верхом. Если бы ты хотела – ты бы от демона ветра ускакала, не то что от него. Эриан лишь пожала плечами. – Я не знаю, – призналась она. Ей и самой казалось странным, что Сафирот так легко нагнал её. – Может, это какое-то колдовство? Вивиан фыркнула. – Проще всего во всём обвинить колдовство! – сказала она. – И нет ничего глупей! Вся эта ваша магия – полная ерунда! Фокусы – и не более того! Она для тех, кто хочет поверить в неё! Эриан удивлённо смотрела на неё. – А из-за чего же, по-твоему, тогда была война? – Уж точно не из-за колдовства! Сама посуди, что в этом Сафироте такого, чего нету, к примеру, во мне? – Он говорит с демонами, – спокойно ответила Эриан. – Ни разу не видела ни одного! Эриан вдруг стало смешно. – Вивиан, – примирительно сказала одна, – когда тебе стукнет восемнадцать – или, ещё лучше, когда Сафирот возьмёт тебя в жёны – ты уедешь отсюда и увидишь столько чудесного, сколько и правда не видела никогда. Или ты думаешь, что-то удивительное может произойти здесь, в стенах старинного замка, который стоит как стоял уже больше двух сотен лет? Вивиан долго молчала, и только когда Эриан уже отвернулась, чтобы уйти, произнесла: – Я просто хочу, чтобы ты не показывалась больше ему на глаза, – сказала она. – В остальном положись на меня. – Сделаю что могу, – бросила Эриан через плечо и, перепрыгивая с камешка на камешек, двинулась к себе. Однако сдержать обещание она, конечно же, не смогла. Стоило солнцу опуститься за линию волн и дневному свету померкнуть над замком Брен-Ригель, стоило нянечке Полетте прикрыть ставни в её комнате и выйти за дверь, как в те же самые ставни раздался стук. Эриан, уже лежавшая в кровати, твёрдо решила не открывать. «Пусть стучит хоть до утра», – подумала она, когда стук повторился ещё раз, и на сей раз голос в голове поддержал её: «Ни в коем случае не открывай». Впрочем, Сафирот, видимо, не собирался спрашивать ни одну, ни другого. Защёлка на ставне зазвенела, и, приподнявшись на подушке, Эриан увидела, что щеколда повернулась и теперь неторопливо ползёт в сторону. Она вскочила было, намереваясь руками её удержать, но та мгновенно ускорила движение, и ставни бесшумно распахнулись, впуская в башню поток ледяного воздуха. – Ты! – выпалила Эриан негромко, со всей яростью, клокотавшей в ней. – Судя по причёске, ты меня ждала, – заметил Сафирот, перебираясь на подоконник с крупа своего летучего зверя. – Ты вообще понимаешь слова? – спросила Эриан, оглядываясь по сторонам в поисках меча. – Ты думала, так легко избавишься от меня? – Я надеялась, ты не настолько глуп, чтобы из всех возможных жён выбрать ту, что больше всех ненавидит тебя! – Ты меня не ненавидишь, – Сафирот усмехнулся, но, поразмыслив, спрыгивать на пол не стал, – я вижу, что ты в восторге от меня на дне твоих глаз. Эриан выпучила глаза, пытаясь понять, где же в них может находиться восторг. Сафирот был красив – да. Но ни одного другого положительного качества она не наблюдала за ним. Она даже и не рассматривала возможность разглядеть его поближе, потому что твёрдо знала свою судьбу на десять лет вперёд – и была вполне довольна ею. – Ты сошёл с ума, – констатировала она. – Пожалуйста, уйди и дай мне поспать. И сам подумай о том, кто в самом деле мог бы стать твоей женой. – Я уже подумал. И всё решил, – Сафирот спрыгнул на пол и, шагнув вперёд, обнял Эриан за плечи. На мгновение та почувствовала опаливший её исходивший от наследника Шаулов огонь, но тут же совладала с собой и вывернулась из его рук. – Боюсь, что вынуждена тебя разочаровать, – твёрдо сказала она, – я скорее стану Сестрой Девы Морей, чем пойду под венец с тобой. Для нас обоих будет тем лучше, чем скорей ты это поймёшь. Сафирот собирался ответить, но не успел, потому что за спиной у Эриан заскрипела дверь. Та испуганно обернулась на звук, и в следующее мгновение округлое лицо Полетты появилось из темноты. – Эриан? Ты опять не спишь? Эриан бросила быстрый взгляд на распахнутое окно. Кроме неё в комнате не было уже никого. – Уже ложусь, матушка. Такая духота… Открыла окно. – Я тебе сказала не открывать. С ума посходили, что ли, вы все… – дверь открылась шире, и на пороге появилась рыжеволосая Нимея. – К тебе сестра. Тоже, видать, не может уснуть под полной луной.