Глава 4. Марк

Вот уже несколько дней подряд сплошное: «Что это было?»

И каждое связанно с Аней Беликовой. Так или иначе.

Сначала эти её сообщения, которые завели не на шутку. Потом Кира, секс с которой казался недостаточным несмотря даже на то, что был настолько возбуждён к её приезду. Потом я, судорожно писавший Ане снова, перед этим почти испугавшись, что диалог уже исчез. Потом нахрен душ, где я себя обнаружил где-то в процессе переписки, причём рука двигалась офигеть как уверенно. А фантазия подсовывала яркие картинки происходящего, которое мы там с Беликовой придумывали. Стал писать подробнее, раскручивал на это и её, и чувствовал, чувствовал, чувствовал. Как вживую — и касания её, и стоны, и жар между нами, и крик моего имени. Даже, блядь, на члене словно не рука была, а Беликова похотливо двигалась: как и описывала это. Что это нахрен было?

А потом я, чуть ли не избегающий Аню всё это время, сам какого-то хрена подошёл и помощь предложил, хотя её ведро толком не весило ничего. Ну, может, для хрупкой девушки и могло быть тяжёлым, но не настолько. Но это бы ладно, но я ж ещё и намекать ей на переписку начал, то ли дразнясь непонятно зачем, то ли реакцию изучая. То ли просто наслаждаясь. В итоге вообще про ситуацию с Ником говорить начали — этого вот уж точно представить себе не мог. Слова чуть ли не легко рвались сами, хотя до этого даже в мысли особо не пускал. И что это было?

Причём двумя днями это не ограничилось. Следующие парочку суток до пятницы я изучал её расписание и мельтешил в её коридорах, как будто надеясь столкнуться снова. А ещё гуглил, можно ли как-то восстановить удалённый диалог. И на каждое новое сообщение реагировал внутренне очень уж бурно, хоть и прекрасно знал, что Аня мне больше не напишет. Это-то что было?

И какого хрена продолжается?

Потому что я уже откровенно предвкушаю новую встречу, заходя в аудиторию, где у меня пара основ маркетинга в группе Беликовой. Эта девчонка так и не появлялась передо мной все прошедшие с помощи с ведром дни, и этим нарвалась. Я успел окончательно ёбнуться за период этой разлуки. Безнадёжно и бесповоротно. Демоны уже вовсю гуляют и обратно их не спрятать. Теперь только кормить, пока не сожрали нахрен меня.

Беликова на месте. В момент, когда я смотрю на неё, выпрямляется — похоже, поднимала упавшую ручку или типа того. Без шансов понять, что именно, потому что меня как приклеивает к её вырезу. Аня специально пришла в таком декольте? Ложбинка груди видна слишком хорошо и охренеть как заманчиво. Эта красная кофточка…

Блядь. Надо поскорее сесть за стол.

— Итак, как вы уже в курсе, у нас аттестационная неделя, что-то типа мини-сессии, — как ни странно, я ещё вполне способен говорить как обычный препод, отчуждённо строго, а не хрипя и запинаясь, как мог бы, учитывая, что формы особо наглой студентки до сих пор словно перед глазами. — Я представляю это как блиц-опрос. Буду спрашивать вас по одному, задам несколько быстрых вопросов, на которые мне нужны будут максимально конкретные короткие ответы. Ответите — свободны. Уходим по одному. Пока я спрашиваю других, можете повторять, но не подсказывать. Тот, кого спрашиваю, встаёт с места и не пользуется ни учебником, ни лекциями, ни гаджетами.

Аню Беликову оставлю напоследок… Заодно пусть пока подучит.

— А спрашивать будете по алфавиту? — интересуется Света, староста. Причём как-то томно смотрит, с хитринкой, будто знает обо мне что-то такое…

Вроде бы эта девушка общается с Аней, тоже была задействована в сообщениях мне? От этой мысли внутри холодеет.

— Нет, на своё усмотрение.

Света заметно расстраивается — ещё бы, у неё фамилия как раз на «Ю». Юсупова она. Последняя в нашем списке, на «Я» никого нет. Но я если бы и называл по алфавиту, то скорее в обратном порядке. Хотя нет… Тоже не вариант. Беликова где-то третья.

Так что без какого-либо порядка вообще называю ребят. Кто первым бросается на глаза, тот и отвечает. Ну ладно, не первым — первым взгляд упорно Аню цепляет. Она, кстати, не чует подвоха, повторяет, в конспектах вся. Волнуется?

Хотелось бы, чтобы по другому поводу. Чтобы я как мужчина её волновал. Чтобы при взгляде на меня мысли были совсем не об учёбе.

Отпускаю уже большую часть ребят, включая подруг Беликовой. Их в первую очередь. Пусть сразу уйдут, а не ждут Аню. Я намерен её задержать…

Прекрасно помню, что нарушаю все гласные и негласные законы МУДО, решив не отступать от своей студентки. Но это кажется проблемой куда меньшей, чем засыпать с фантазиями о ней, видеть продолжение их во снах, а просыпаясь, думать о ней. Такими темпами и свихнуться можно. И ведь началось всё до переписки. В тот самый долбанный момент, когда вошёл в эту аудиторию впервые и сразу увидел Аню.

Остаются всего шесть человек и, кажется, Беликова начинает напрягаться. Откладывает конспект, настороженно смотрит на оставшихся, а потом и на меня. Ловлю её взгляд. Спускаюсь своим ниже… К губам. Чуть задерживаюсь там, очерчивая взглядом контур, а потом снова смотрю в глаза.

В отличие от остальных зубрящих, Беликова сейчас в контакте со мной, а потому прекрасно всё замечает. Хмурится. Смотрит вопросительно. Забавная озадаченность на её лице.

Жаль, что только она… Ладно, посмотрим, так ли прикалывалась Аня, или хотя бы часть реальных мыслей в той переписке выдавала.

— Можно теперь я отвечу? — неожиданно выпаливает она. Причём с плохо скрытым недовольством.

Уйти пораньше хочет?

— Я сказал, что по своему усмотрению спрашиваю, — чеканю сурово. — Повторять не люблю, потому за твою вольность остаёшься последней, — да-да, я наглым образом пользуюсь подвернувшимся поводом.

Пусть по факту и так оставил бы последней, но теперь хотя бы типа причина есть. По крайней мере, для оставшихся тут.

— Но я готова, — спорит моя наглая студентка.

Усмехаюсь. Уверен, не так уж, судя по тому, что некоторое время назад зубрила, не поднимая головы. С чего вдруг настолько не хочет оставаться со мной наедине?

Причём смотрит так недовольно, что начинаю чувствовать себя домогающимся долбоёбом, хотя вообще-то именно она из нас двоих первой нажала на спусковой крючок.

— Вот и продемонстрируешь, — стальным голосом подытоживаю. Но всё-таки не сдерживаюсь, чтобы не добавить с вкрадчивой многозначительностью: — Спрашивать буду с пристрастием. Возможно, завалю.