Глава 39

Целую неделю Райнер не звонил и не писал мне, словно позабыл обо мне. Это начинало напрягать, особенно, когда я пыталась дозвониться до него сама, чтобы элементарно увидеться с сыном и навестить его, но и этой возможности я лишена уже целых семь дней. Наказал? За что? Плевать! Я хочу видеть сына, а не этого кобеля!

Уже начинаю терять надежду, что я вообще ещё нужна Хартманну и решаю достать его любым путём, даже через Ника, если потребуется, но мужчина сам неожиданно приходит ко мне в квартиру, вместе с Дэвидом на руках.

Увидев сына, тут же бегу к нему, чтобы прижать и обнять свою кроху, которая за эту неделю, кажется, так сильно выросла, а я,… а я не была рядом из-за глупых игр его отца.

— Камеры? — спрашиваю Райнера, намекая на то, что на моей лестничной площадке Ник их установил и точно наблюдает за мной.

— Дэниел отключил их на время, — произносит, передавая мне Дэвида в руки. — Ты можешь побыть с сыном, пока Дэниел заканчивает свою работу. Потом поедем ко мне, и нужно будет решить несколько вопросов, связанных с Ником.

— А когда он закончит? — интересуюсь для справки, любуясь своим малышом, которого могут забрать через минуту. Поэтому смотрю, не отрываясь, запоминая каждую чёрточку на его лице, теле, и вдыхаю его молочный запах. Такой сладкий и родной, что улыбаться хочется.

— Послезавтра утром, — удивляет меня мужчина. Подняв глаза на него, шокированно смотрю на Хартманна, не веря в то, что он сказал. — Верно, кошка. Дэвид будет с тобой до послезавтра. Как впрочем, и я, — сказав последнее, подходит к дивану и вальяжно разваливается на нём.

— А что, жена надоела? — не выдержав, интересуюсь. — Дома мозги делает? Отдыхать не даёт? Или у неё критические дни, поэтому ко мне прибежал?

— Есть немного, — с улыбкой тянет. — Ты себе даже представить не можешь, как иногда она надоедает. В такие моменты, хочется её несколько раз головой о стену приложить, но сдерживаюсь.

— Так избавься от неё, — коварно кидаю. — Можно вены листом бумаги вскрыть, а потом бумагу сжечь. Улик не останется. Проверено!

— Хм-м, оригинально, — хохочет. — Буду знать, к кому обращаться, когда нужно будет убить кого-нибудь необычно.

— Обращайся, — кривлюсь, и дальше, на протяжении нескольких дней, демонстративно игнорирую женатого мужчину, что поселился в моей квартире. В моей кровати. Под моим одеялом. На моей подушке. В нескольких сантиметрах от меня. Но мне было не до него. Я была с сыном, и Райнер словно понимал, что я хочу пообщаться именно с Дэвидом, и не трогал меня. Ни к чему такому не принуждал.

Наоборот помогал с сыном, играл, заботился о нём и даже обо мне. Ночью укладывал малыша вместе со мной, вставая, если тот начинал плакать. Несколько раз, когда я среди ночи просыпалась, заставала себя спящей в его объятиях. И непонятно было: он меня прижал или я к нему. И всё же интимной близости между нами не было в эти дни.

Но день, когда Дэвида у меня отняли — всё же наступил. Лайла забрала его рано утром, спустившись этажом ниже, а мы с Райнером отправились в его загородный дом, решать дела, о которых я пока не знаю.

Я пыталась держаться от Хартманна подальше и не реагировать на его нападки, но кажется, после того как сына забрали, Райнер вспомнил, что ещё может со мной сделать, но я спать с ним больше не намерена. Хватит! Пусть к своей порноактрисе идёт! И её там… во все щели! А меня не надо!

— Кошка, — шепчет Райнер, внимательно смотря на дорогу, лишь единожды кинув на меня насмешливый взгляд. — Расслабься. Я всего-навсего тебя глажу, а ты шипишь, будто бить собираюсь.

— Понимаешь, у меня такая реакция на чужой запах! На запах чьей-то жены…

— Да, — неожиданно соглашается и убирает руку. — Тебе нужно смириться с этим, Амалия. Моя жена всегда будет со мной. Я не собираюсь с ней разводиться и как-либо избавляться от неё.

— Что настолько хороша? Или любовь до гроба?

— Ты так сексуально шипишь, когда ревнуешь, — ухмыльнувшись, проговаривает Райнер, а я смотрю на его лицо и мечтаю расцарапать до крови, до мяса. Чтобы мучался. — Хочешь, я могу ещё рассказать о своей жене.

— Пожалуйста избавь меня от этого! — выкрикиваю и, достав из сумки наушники, втыкаю их в уши и молча ожидаю того момента, когда мы приедем, решим все дела и я уеду домой, где больше не будет Райнера. Где я буду одна…