Часть 13. Покушение

В гостинице Артуру вручили срочную почту, и он, извинившись, ушел к себе. Но не забыл поцеловать Минд и напомнить, чтобы она никуда не выходила – им предстоят приятные дела. Поцелуй получился… убедительный. Она пообещала, конечно.

Одно приятное дело она себе уже наметила, и прямо сейчас. Мятная ванна, конечно!

Минд вызвала горничную и попросила приготовить негорячую ванну с мятным маслом. Хотелось освежить тело и мысли после всего случившегося – тем более что большая часть дня ещё впереди.

Ванная была смежной со спальней, и ванна там стояла из толстого фаянса, на львиных лапах из начищенной латуни. Когда её наполнили, запахло мятой и лимоном, и чем-то ещё, сладковато-пряным. Минд могла себе позволить ванну, когда жила у леди Фуриты, но не каждый день и уж точно не в середине дня, так что не хотелось теперь упускать такую возможность.

Она позволила служанке расстегнуть на себе пуговки и отпустила её – не любила, когда помогали мыться. Расчесала волосы щеткой. Потом сняла с себя всё, бросая одежду на обитую шелком кушетку. И украшения тоже, их сложила в фарфоровую чашку в виде раковины, явно поставленную специально для этой цели. Потом подошла к зеркалу. Зеркало здесь было большое и отражало её в полный рост, и даже не запотело, хотя полная воды ванна находилась в нескольких шагах – так ведь Минд сама хотела тёплую воду, а не горячую.

Очень давно она не видела себя в зеркале вот так, в полный рост и голой. Много лет, после смети Сайрена, было даже не интересно. Она сама себе казалась блёклой и ненужной. Да и что тут красивого – худая, бледная, и денег вечно хватало только на необходимое! И мужское внимание – чего там, оно ведь тоже было, – скорее раздражало. Выйти замуж, появится череда забот и обязанностей, и всё станет вдвойне безрадостней, потеряются остатки свободы – ну нет, не надо! А её жалели, что якобы не может выйти замуж…

А теперь вот это всё. Артур Каррон, поиски феи и она получит десять тысяч и сможет уехать в Лир! И сестре они помогли, удержали от опасной ошибки. И в жизни разом стало больше вкуса и цвета. А началось с того, что Артур окликнул её в саду, он ей понравится, а потом она решила, что вовсе нет.

А потом он предложил ей десять тысяч и приключение. Хотя чего там, приключения начались сразу, благодаря заботе леди Фуриты, но это были скорее мелочи. И неудавшееся замужество Эбиль – тоже. И что Сайрен, оказывается, любил не только её – это оказалось больно, но удивительно быстро прошло. Действительно ведь прошло! Теперь хотелось на самом деле отыскать ту фею!

Кстати, интересно, а что важнее для неё – Артур, десять тысяч или приключение с феей? Вот так, бездумно, без рассуждений. Если порассуждать, то будет другой ответ, а без рассуждений – что?..

Она не спеша разглядывала своё отражение. Волосы после щетки пушились, длинные волосы цвета спелой пшеницы. Пронзительно-яркие глаза, серо-голубые. Матовая, слегка смуглая кожа. Никакой нездоровой худобы, как статуэтка из слоновой кости, выточенная не устающим любоваться ею художником. Пышные бёдра и тонкая талия, и небольшая высокая грудь красивой формы – фигура у Минд, как ни крути, была замечательной.

Она приподняла обе груди ладонями, покачала, повернулась несколько раз, разглядывая – да, действительно ведь хорошо. Всё теперь казалось хорошо!

Минд с иронией улыбнулась той девушке в зеркале. А теперь надо идти в остывающую ванну, потому что это смешно – все эти мысли. Бабушка Кавендер, которая умерла, когда Минд была маленькой – не раз говорила, что молодой леди уместно принимать ванну в сорочке, и только так. И даже распорядилась сшить для Минд сорочки из льняного батиста с кружевом по подолу – для этой цели. Мама, в дальнейшем, этим не заморачивалась. Минд тоже.

Она, оказывается, все сняла, кроме браслета – того, что Артур надел ей после регистрации брака. И теперь, последний раз заглянув в зеркало, зацепилась взглядом за браслет. И сняла его тоже – замочек расстегнулся не сразу, он был тугой и немного необычный, пришлось поднести к глазам и рассмотреть, в чем там дело. Расстегнула его и положила к остальным украшениям. Подобрала волосы, заколов их шпильками, и поспешила забраться в ванну. Не спеша вымылась и вытянулась, закинув руки за голову. Подумала – не закончил ли уже Артур с делами? И если приятное дело из его списка – то, что она подумала, то после ванны это было бы кстати. Прямо то что надо. А она сейчас рассуждает и желает, как развратная женщина – не страшно, она столько лет была унылой вдовой, что надо для разнообразия побыть развратной, тем более об этом никто и не узнает…

Вот интересно, она пикантней выглядела бы в ванне, если бы на ней была батистовая сорочка? Или не батистовая. И сейчас ответ был бы один – для неё важнее Артур, а про десять тысяч и фею она готова подумать потом!

И тут Минд увидела… нечто странное.

В приоткрытое окно, из-под задёрнутой портьеры, в комнату входила тонкая, аккуратная струйка дыма. Дым был как дым, бледно-серый и слегка клубился, но при этом не рассеивался, а так и тёк, полоской, по направлению к её голове, и уже практически приблизился. Минд вначале застыла, потом выскочила и ванны, схватила простыню и завернулась. Полоска дыма теперь сматывалась в клубок над ванной. И надо было бежать, это очевидно и понятно, но Минд стояла и смотрела, как завороженная.

Надо было бежать!

Не получалось.

А потом она медленно подошла и протянула руку, касаясь дымных петелек. Ах, ну да, ей же надо…

Ей необходимо.

Она точно это знает.

Ей необходимо идти, её ждут. Она ещё успеет.

Минд набросила халат и вышла из ванной. Комнатные туфли надевать не стала, забыла о них. Вышла из номера и пошла по коридору, потом вниз по лестнице.

Горничная, которая протирала оконное стекло на площадке между лестничными пролётами, при виде Минд чуть не выронила тряпку. Минд даже не обратила на неё внимания, направляясь дальше. И если бы горничной не была Мена Калли…

Мена Калли, собственно, и не была горничной, но когда она попросила у хозяина временную работу, и ей предложили эту – не стала отказываться. И конечно, увидев леди из семьи Кавендеров, идущую босиком по лестнице, опешила бы любая горничная. Но Мена Калли была не любая и, к счастью, соображала она быстро.

– Миледи! Подождите! – она бросилась за Минд, преграждая её дорогу. – Что с вами? Позвольте, провожу вас…

Минд гневно сдвинула брови и оттолкнула Мену, вложив в это недюжинные усилия.

– Эва, быстро зови лорда Каррона из королевского номера! – что есть силы закричала Мена горничной, которая вышла из бельевой со стопкой простыней. – Скорее, ради Пламени!

С этой девушкой Мена уже успела немного познакомиться и даже перекусила с ней вместе на кухне утром. И та, надо отдать ей должное, поверила, что медлить не стоит. Она выронила простыни и белкой кинулась наверх…

Артур догнал Минд уже на крыльце – та успела шикнуть на привратника и дать ему подножку, чего никто не ожидал от воспитанной леди. Пара щелчков пальцев перед её лицом – и Минд обмякла на руках у Артура, он поднял её и понёс наверх.

– Спасибо, эсса Калли. Поднимитесь ко мне немного погодя, – велел он Мене.

С Эдминой на руках он поднялся на второй этаж и ногой распахнул свою дверь. В это время соседняя дверь, ведущая в номер жены, открылась, и оттуда выскочила горничная с ворохом использованных простыней.

– Стой! – гаркнул он. – Всё брось тут!

Горничная застыла, вытаращив глаза, потом уронила простыни себе под ноги.

– Да, стой и не шевелись, – велел Артур.

Он занёс Эдмину внутрь и уложил на свою кровать – на которую он сам пока ещё не прилёг ни разу. Его жена ровно дышала. С ней, там, на крыльце, он начал с очищающего и замедляющего заклятья – пусть восстанавливается медленно, это безопасней. Чтобы не пропустить каких-то побочных пакостей…

Проклятье, с ней не должно было такого случиться! Но она сняла браслет! Это он отметил сразу.

Он выглянул в коридор, и сказал, кивнув на простыни.

– Отнесите, где взяли. Чтобы даже нитки не пропало из номера, понятно? И всё чтобы как было…

Та шустро сгребла белье и оттащила в ванную. Артур заглянул туда, увидел зеленоватую воду в ванне, мокрый кое-где пол, сложенную на кушетке одежду. И открытое настежь окно. Портьера была сдвинута на самый край карниза. Но вряд ли Минд принимала ванну с настолько открытым окном! Это было бы странно.

– Окно так и было распахнуто? И портьера сдвинута? – спросил Артур у горничной, та закивала.

– Вы открыли посильнее, чтобы проветрить? – настаивал он.

– Я к окну не подходила, Пламя свидетель! – заверила девушка, и, похоже, не врала.

Кто-то проветрил ванную? Но не сама же Эдмина решила это сделать, перед тем как потерять рассудок?..

Артур закрыл окно, и отпустил девушку. Огляделся, прислушиваясь к ощущениям. Да, колдовские эманации определённо ощущались. Итак?..

Колдовать могли и снаружи. Однако если бы Эдмина не сняла браслет, он защитил бы её практически от всего! Артефакт от лучшего мастера из Измира, мукарранской столицы. Но Эдмина его сняла. Позабыла его просьбу не снимать. В конце концов, его распоряжения игнорировать нельзя!

Он к этому привык. Он никогда не требует лишнего. Надо было серьезно её предупредить! Он расслабился. И да, он не объяснил. Просто сказал – не снимать.

Это, что ли, так необходимо – объяснять в подробностях?!

Артур перевёл дух. Видимо, да. Они с Эдминой всё ещё незнакомцы друг для друга. Надо говорить обо всём и всё объяснять. С Виту, первой женой, они понимали друг друга ещё до того, как у них возникали вопросы. Ну и что? Понимание не гарантирует ничего большего. Расставаясь, оба обошлись без сожалений.

Да, он злился на себя – явился сюда, как на весёлую прогулку! Рассчитывал на приятное приключение вдвоем. И думал больше о том, чтобы завоевать Эдмину. Чтобы разжечь её чувства. Теперь придется беспокоиться о том, как защищаться. Она – главное звено. Без неё, единственной дочери графа Аллена, нет смысла рассчитывать успех.

Таинственный приз, таинственная фея. Нечто, что ждёт своего часа уже девятьсот лет. Вот, как раз настал срок – точно настал, раз даже феи забеспокоились. И тайна откроется только влюблённой дочери графа. Или как там сказано – искра любви, которая зажжет два сердца? Или – одно сердце зажжет другое? Или оба сгорят? Последний вариант он отбросил сразу. Не нужны такие страсти…

Артур Каррон когда-то пытался сам перевести два различных подлинника. Раньше, когда ещё не собирался отправляться в Ист. Но тексты Древних никто и не переводит буквально, вот в чем дело! Буквально – практически невозможно, много иносказаний. Переводчик обычно старается схватить суть. А тут им нужна понятная инструкция, по пунктам – что делать, а чего не делать. Но инструкция получалась многозначной – или так, или иначе.

Обычно переводы не содержали требования любви. Про брак всё-таки было более конкретно. Про любовь потом сказала фея, четко и без обиняков.

Вот как любовь может быть условием? Это чувство, над которым никто не властен. Готовность Эдмины выполнять обязательства – совсем не то, что требуется, даже если бы их договор подразумевал супружеские отношения, а не их видимость.

Он еще раз обошёл весь номер Эдмины. Всё было чисто, следы колдовских эманаций остались в ванной. Подумалось ещё, что было не прямое колдовство, а работа с арефактом. Это всё усложняет – артефакт можно много где приобрести, и пользоваться им могли почти все. Личностей, не способных использовать артефакты, немного на свете. Искусство изготовления артефактов достигло такого уровня, что их доступность достоинством. Это глупость, конечно.

Пришла Мена Калли. В старом, поношенном, но чистом платье – отметил Артур. Без чужих эманаций. Это платье давно ничьё, Мене его дали для работы.

– Заходите, эсса, – он пропстил её в комнату. – Садитесь. Мы поговорим.

Она поклонилась и села на стул. Смотрела на него смущённо и как будто с опаской. Стрельнула взглядом в сторону кровати, на которой спала Эдмина. Тихо спросила:

– Может быть, леди нужен лекарь?

– Нет, не нужен. А вам я очень вам благодарен, эсса Мена, – сказал Артур.

– Что вы, милорд. Это то малое, что я могла сделать, – Мена подняла на него взгляд. – Это я ей благодарна, за сына. И вам тоже, милорд.

– Мы с вами оба благодарны. Это отлично, хорошее начало, – Артур тепло ей улыбнулся. – Почему вы работаете в гостинице? Чего вдруг?

– Случай подвернулся, милорд, – она смутилась. – Денег у меня мало. А тут кто знает, что будет. Мне обещали работу в замке, а теперь ведь вряд ли?

– Почему вряд ли?..

– Леди Эдмина видеть меня не захочет, да и вообще… – она жалобно посмотрела на Артура, затрудняясь объяснить это «вообще».

– У неё нет повода вас не любить, – сказал Артур. – А вам – её. Вы даже не знали друг друга. Так-то вы и подружиться могли бы. Вы чем-то похожи.

– Вы шутите, милорд?..

– Не шучу. А кто вы, кстати?

– Мой отец был учителем в деревенской школе. А вообще он из семьи угольщиков. Его братья жгли уголь, милорд. А я… – она слабо усмехнулась.

– Ваш отец случайно не учил грамоте эсса Сайрена Асвена?

– Да, так и было… – она смутилась ещё больше. – Он родился в нашей деревне.

– То есть вы были почти соседями?

– Почти, милорд.

– Ладно, это всё неважно, – прекратил допрос Артур. – Вот что, не волнуйтесь, у вас будет работа, а сын получит образование. Обещаю вам это.

– О, милорд! Вы так добры! – она, кажется, не слишком поверила.

– Я и правда чувствую себя в долгу перед эссом Асвеном, и хочу позаботиться о его сыне.

– Но… почему в долгу? – она была искренне озадачена.

– Неважно, – Артур усмехнулся. – Представьте, по многим причинам. И вот что. Я знаю, что вы очень честны, не обманите меня и не измените. Я, знаете ли, колдун, иногда могу кое-что. Я рассмотрел вас ещё в поезде. Станете мне помогать, не бесплатно, конечно?

– Вы всех рассматриваете, милорд колдун? – спросила она вместо ответа.

– Нет, не всех. Но вы совершенно открыты. И тогда были испуганы, конечно, это тоже сказалось, – он улыбнулся. – Так что ответите?

– Помогать… работать на вас? Да, милорд… – сказала она не слишком уверенно.

– Да, работать. И не подводить меня. И в гостинице тоже работайте пока, несколько дней, как и собирались. Хорошо?

Мена Калли закивала. Она этому человеку, которого встретила в дороге, тоже верила. Потому что он спас сына.

– Для начала побудьте здесь, с моей женой. Никто не должен войти и тем более к ней приблизиться. При необходимости поднимайте тревогу. Леди Эдмина будет спать до моего возвращения. Всё понятно? А вам нечего бояться. Я оставлю защиту.

Собак надо пускать по свежим следам. Перед тем, как уйти, он проверил запоры на окнах и активировал защитный амулет.

Эта Мена Калли чем-то была неуловимо похожа на Эдмину. Нет, не чертами лица, но сходство есть. Будь они одного круга, точно подружились бы. Вообще, его отношение к Мене и в Мукарране, наверное, сочли бы странным. Да, мальчикам, которые росли без отцов, было принято помогать, по-мужски помогать – с обучением и другим нужным. А Мена – к ней просто было доверие.

А Эдмина? Вот её он никогда не проверял. И не стал бы. Готов был верить, потому что хотелось.

Когда он увидел Эдмину на балу, его как в душу ударило. Он – женатый на княжеской племяннице, весь в тисках клятв и договоров практически с детства, она – такая юная, недоступная и невозможная, но ведь как будто молния сверкнула перед глазами. Правда, потом он успокоился и решил не думать о ней. И благополучно не думал… долго.

Ну как не думал…

Никто и никогда не догадался бы об этом. Мужчина, который годами страдает о запретном – недостойный дурак. У мужчины должно быть, чем заняться. Много должно быть дел. У него и было много.

Артур решил сначала повидать не-лорда Корри. Доехать от гостиницы до особняка, где «родственник» снимал половину этажа, было делом минут.

Артур уже знал, что особняк сдавала вдова одного из предыдущих градоначальников, разумно поправляя этим свои дела. И недешево сдавала. Артур, снимая лучшие комнаты в гостинице, наверняка экономил по сравнению с «графом». Вдова, интересно, считает постояльца графом Истом?

Дверь открыл слуга, Артур назвался и попросил доложить. И не стал дожидаться приглашения, тут же поднялся следом. Так не ведут себя благородные и воспитанные, но это ничего…

С Корри он столкнулся в коридоре, тот явно куда-то заспешил.

– Ну куда же ты, дружище. Нам бы только поговорить, – дружелюбно сказал Артур. – Если разговор не удастся, я тебя, скорее всего, покалечу.

Пожалуй, он мог бы – одно из его колец было боевым амулетом. Но не факт, он ведь так и не понял пока, какие возможности у этого Корри.

Поскольку напугать соперника – метод рабочий, Артур тряхнул рукой с кольцом, рассыпав по ладони голубые искры. Искры щекотали кожу и вреда не причиняли, но выглядели хорошо.

– Всего лишь поговорим, – повторил он. – Где у тебя гостиная или кабинет, родственник?

– Туда, пожалуйста, – Корри попятился и кивком показал, куда идти.

В маленькой гостиной были картины на стенах и джубаранский ковёр на полу, и старая, прошлого века, дубовая мебель.

– Присаживайтесь… эсс… – предложил родственник, показав на диван.

Артур достал из поясной сумки и поставил на стол клятвенник – это название последнее время закрепилось за толстой и короткой храмовой свечой, предназначенной для клятв на пламени. Своего рода недорогой и доступный вариант «амулета правдивости». Свеча загорелась сразу, от одного движения его пальцев, пламя высоко поднялось, как положено для клятвенника – кто знает, что там добавляют в воск.

– На мою жену сегодня напали с помощью колдовства. В первую очередь, понятно почему, я подозреваю вас, – Артур заговорил со всей вежливостью. – Я пойму, что ошибся, если вы принесёте клятву. Прошу вас.

– Я не виноват, уверяю, – тот заметно расслабился и даже улыбнулся. – Я никогда не пытался причинить вред леди Эдмине и не собираюсь этого делать.

Он поднёс ладонь к Пламени. Пламя немного поднялось, продолжая гореть ровно.

– Нет, немного не так. Поклянитесь, что вы не применяли колдовских воздействий, подчиняющих волю, против леди Эдмины, и никогда не примените, – поправил Артур. – Предупреждаю, ложная клятва вас покалечит. Не смертельно, но всё-таки…

Конрад Корри внятно произнёс всё нужное, держа руки правильно – пламя горело ровно, подтверждая клятву.

– Убедились? – поинтересовался он.

– Да. Благодарю, – кивнул Артур. – И еще, прошу вас, поклянитесь, что не знаете и не подозреваете, кто мог совершить колдовское нападение на леди Эдмину.

– Не знаю и даже не подозреваю, – теперь Корри поднёс руки к огню с большей готовностью. – Поверьте, эсс Каррон, мне самому хочется это узнать.

Пламя опять подтвердило, что он не лжёт.

– Благодарю, – повторил Артур.

Отрицательный результат его не слишком обрадовал – потому что кого теперь подозревать?

– Не буду вам мешать покидать замок, эсс Корри, сделайте это быстро, прошу вас, – добавил он, и повернулся, чтобы уйти.

– Одну минуту, эсс Каррон! – окликнул его Корри. – Знаете, что мне непонятно? А почему вы тогда уж заодно не потребовали клятву, что я не стану мешать лично вам и на вас нападать?..

– Предлагаю самостоятельно обдумать этот вопрос, – ответил Артур. – И напасть при желании, если не придумаете ответ. Но мне не хотелось бы, конечно.

– Это ваше пресловутое мукарранское понятие о достоинстве, которое отличается от кандрийского?

– Да не так уж и отличается. Не преувеличивайте, – Артур усмехнулся.

– А насколько близки вы к графу Исту? Я так и не понял! А, вот что, неважно, – быстро поправился он, и приблизился на несколько шагов. – Предлагаю объединить усилия. Всё просто, мы плотно обследовали две трети замка. Ведь время у нас довольно ограничено, верно? Половина замка уже на подвижном фундаменте, это я вам говорю. С моей стороны знания, с вашей свежее разрешение на любые действия. И пятьдесят на пятьдесят! Что скажете?

– До свидания, эсс Корри, – сказал Артур. – Но я могу вас нанять, при условии присяжной клятвы и готовности работать на меня за жалованье. Подумайте.

Он был недоволен. Получалось, что Корри ни при чём. Против Эдмины… против них обоих, конечно, действует не «граф» Корри, а кто-то неизвестный.

Артур уселся в экипаж и поспешил к старым башням. К дому знахарки Мораны. Подозревать Морану он пока не собирался. Но поговорить…

На веранде дома удобно расположился колдун и пил чай с пирожками. При виде Артура он поспешил подойти и открыть калитку:

– Пожалуйста, эсс Каррон. Что-то случилось?

– Случилось, – признал Артур, заходя во двор. – А где же хозяйка? И почему вы здесь хозяйничаете в её отсутствие, эсс Витум?

Колдун, улыбаясь, объяснил, что Морану вызвали к роженице. Роды у жены кузнеца из ближней деревни ожидались со дня на день, так что Морана быстро собралась и ушла, оставив гостя наедине с чаем и пирожками. Сказала, что осложнений не будет, и от его помощи отказалась.

– Прошу вас, эсс Каррон, составьте мне компанию, – он налил чаю и Артуру. – Я, видите ли, остаюсь на несколько дней, Морана согласилась сдать комнату. Так что могу выступать за хозяина, – пошутил он.

– И почему же решили задержаться? – заинтересовался Артур. – И почему у Мораны?

Он поселил бы его в гостинице за свой счёт.

– Странно на первый взгляд, да? Но если вы присмотрелись бы… – Артур обвёл рукой вокруг себя. – Да-да, присмотритесь. И эти лилии. У вас ведь есть дар?

– Есть. Ровно столько, чтобы я понял, чего лишён, – хмыкнул Артур. – Так к чему присматриваться?

– Лилии, – пояснил колдун. – На них хочется смотреть, да?

– Да. Неудивительно, они ведь красивы, – согласился Артур.

– Но от них не хочется даже отвести взгляд, верно? Я думаю, что здесь был Источник. Источники не бывают бывшими, как известно. Что-то всегда остаётся.

– Да, в Исте был Источник, но он давно иссяк, признан официально несуществующим, – пришлось признать Артуру. – Мы когда-то делали запрос в Цитадель и у нас есть официальный ответ. И где был источник, точно неизвестно. Вы считаете, тут?

Витум закивал.

– Здесь точно что-то было. И остались следы. В виде лилий в том числе.

Он сбежал с крыльца, сорвал один стебель лилии с несколькими соцветиями, оборвал соцветия и безжалостно потёр их между пальцами.

– Чувствуете? Этой низинки с лилиями хватит, чтобы зарядиться. Да, следы, но нам с вами как раз. И Моране. А будь Источник полон, это было бы даже опасно.

Артур кивнул и тоже спустился сорвать цветок. Растёр его в ладонях. Ничего очевидного не почувствовал. Что ж, колдуны все разные.

– Спасибо, что сказали, – кивнул он. – А пока мне нужна ваша помощь. На мою жену напали, колдовское отравление. Мы уже справились, но разбираться надо. Вы могли бы?..

– Я городской колдун, эсс Каррон, поэтому на все руки, – подобрался Витум, взглянув на Артура. – Если нужно, работаю с полицией или стражей. А вы не обращались?..

– И не собираюсь. Пойдёмте?

Колдун без слов унес в дом блюдо с пирожками и заторопился к калитке, за которой запряжённый в кабриолет конь объедал лопух. На столе остались две чашки с недопитым чаем.

Эдмина спала, Мена Калли сидела там же, где Артур её оставил. Артур провел ладонью над лицом жены, проверяя – всё было в порядке, ей даже снилось что-то приятное.

– Кто-нибудь приходил? – он взглянул на Мену.

Колдун Витум, который остался в дверях, тоже смотрел на Мену, причём уставился с таким выражением, что девушка покраснела. Впрочем, Артур затруднялся считать девушками матерей восьмилетних мальчишек, даже если они выглядели такими милыми и юными…

– Эсса Мена, вы слышите? – окликнул он. – Пока меня не было, кто-нибудь заходил?

– Нет, милорд… – встрепенулась она. – Хотя, простите, заходил хозяин, но я ему сказала, чтобы он обратился к вам, а пока вы запретили кого-то пускать.

– Молодец, всё правильно, – похвалил Артур. – Эсс Витум, вы совсем смутили мою помощницу, – не удержался он. – Вообще, можно приступать.

– Простите, эсс Каррон, и вы, эсса, – теперь колдун и сам смутился, но тут же с достоинством выпрямился. – Позволите взглянуть на леди?..

Колдун провел осмотр исключительно магией, не прикасаясь к пациентке, как, впрочем, и Артур только что – но много дольше и обстоятельней. В конце концов даже похвалил:

– Вы всё сделали верно, эсс Каррон. Не стоит беспокоить леди ещё некоторое время.

Артур знаком велел Мене оставаться на месте, а сам повёл колдуна на половину Эдмины.

Колдун смыслил в расследованиях, хотя в его служебные обязанности могла входить только помощь полиции в пределах своей компетенции. А большой плоский пенал, извлечённый из кармана черного костюма, вмещал в себя кучу разных амулетов. Полчаса он кружил по спальне и ванной Эдмины, водил амулетами, раскладывал их то на столе, то на полу или подоконнике, перебрал все купальные принадлежности, иногда задавал Артуру вопрос-другой.

– Это всё очень интересно, эсс Каррон, – изрёк он наконец. – И немного странно, не находите?

– Нахожу, – согласился Артур. – Невероятно глупо, а не странно. Какова цель? Мою жену хотели украсть? Тогда следовало действовать искусней. Напугать? Глупо вдвойне.

– Иногда чем проще, тем лучше, и без всякой искусности, – заметил колдун. – Когда вы задержали леди на крыльце, не заметили карету возле гостиницы?

– Больше скажу, вдоль всей улицы не было видно ни одного экипажа. За переулки ручаться не стану.

– Да, эсс Каррон, я тоже об этом. Если её пытались украсть, как далеко она ушла бы по улице пешком полураздетая? Кстати, леди часто принимала ванну в это время дня?

– Это вряд ли. Так что похититель рассчитывал, что она будет одета. А будь она одета, эсса Мена, конечно, не подняла бы тревогу.

– Вот видите. Всё могло получиться. Жаль, что не осталось следов зелья. Оно точно было, но не в воде, не в мыле и маслах, не на вещах, которые я тут вижу. Мята прекрасно маскирует запах, но и способна ослабить действие. Могли, скажем, что-то унести? Полотенце?..

– Я не позволил ничего вынести. Но мне показалось, что ванную проветривали. Окно было открыто, штора отодвинута.

– Гм, – колдун нахмурился. – Значит, зелье попало снаружи? Свеча? А вот открыли окно изнутри, чтобы проветрить. Вы шли по коридору, но никого не встретили. Значит, наш злодей вышел с другой стороны. В гостинице, конечно, есть черный вход. Давайте посмотрим снаружи, эсс Каррон?

Колдуна интересовало пространство под окном ванной. Окно выходило в переулок, достаточно пустынный. Напротив – кованая решетка, окружающая чей-то сад. А мостовая под окном была тщательно выметена, причём дворник с метлой прошел здесь недавно.

Колдун присел на корточки и провёл по мостовой ладонями.

– Есть эманация, эсс Каррон, – радостно сообщил он. – Слабый след. Как будто… Ага, вот и оно, – он поднёс ладонь к щели между домом и камнем мостовой.

Казалось бы, там не было ничего, но вдруг что-то притянулось из щели к ладони.

– Эсс Витум, неужели? – глазам не поверил Артур.

Колдун держал в руке тонкую, как спица, острую щепу, обгоревшую с одного конца.

– Вот она, свеча с заклятьем, – сказал он. – Быстро сгорела и её погасили, а потом или потеряли, или выбросили, умный бы не выбросил такую улику. Но злоумышленника по ней сходу не найти, эсс Каррон, – он вздохнул. – По крайней мере у меня для этого средств нет. Знаете ли, полиция сейчас опросила бы обслугу, которая находилась в гостинице. Жаль, что это не в нашей власти.

– В нашей, – пожал плечами Артур. – Я договорюсь с хозяином. Возьмёте на себя опрос? Я оплачу вашу работу.

– Не стоит, эсс, я на службе, – улыбнулся колдун.

– Тогда я приобрету для вас средства, которые захотите. Выпишу из Лира или откуда нужно. У меня есть артефакторы в Измире.

– На мои желания ни у какого графа казны не хватит, – вздохнул колдун. – Сами понимаете.

– Вы составьте список, – посоветовал Артур. – А там решим. Сейчас поговорю с хозяином, и приступайте. И предупредите, чтобы люди не болтали. Короче, чтобы в здешней мясной лавке я ничего интересного не услышал…

Колдун понимающе хмыкнул. В любом уважающем себя местечке есть такая «лавка со сплетнями».

Артур договорился. Что сказать хозяину – понятно, и ещё, конечно, заплатить. И небольшую премию каждому, кто согласится пройти через допрос. Если есть чем платить, то договариваться несложно.