Часть 14. Расследование

Сны Минд были красивые, яркие! Замок Ист лет двадцать тому назад, и их семья, все они вместе. И было так солнечно и спокойно. Она играла в парке. Ей лет шесть. Или пять?

Тогда, пару раз в неделю летом, мама собирала в парке детей, в этой веселой компании были дети из замка и из ближней деревни, и из семей состоятельных жителей Иствена тоже. И они играли, в основном в очень подвижные игры. Руководила всем эсса Фалькона, гувернантка Минд, которая вовсе не стремилась, чтобы эти полтора десятка разбойников ходили по струнке. А мама красиво одевалась и вышивала, сидя в сторонке, в кресле под большим дубом. Отец тоже был здесь, хотя он редко участвовал в таких прогулках.

Иджин, сын управляющего. Он был на несколько лет старше Минд, и они часто играли. И в общих играх в парке тем летом он был заводилой. Это он сделал петлю из своего длинного пояса – пояс был обернут вокруг его тонкой талии раза два или три, – и придумал бросать её, ловя разбежавшихся по лужайке котят. Котятам вроде бы не было вреда, их тут же отпускали, и игра всем понравилась, бросали по очереди – кто ловчее. До тех пор, пока на шейке одного котёнка петля не захлестнулась сильнее, и кто-то из мальчишек дернул…

Минд завизжала и бросилась отбирать котёнка. Ей сразу отдали зверька, он не подавал признаков жизни и Минд расплакалась, положив его на колени…

Подошёл отец – он, оказывается, был поблизости. Он резко сказал что-то, взял пояс и зашвырнул куда-то далеко в кусты. Пояс не нашли, хотя Иджин с ног сбился, его разыскивая. Это был красивый пояс из тиснёной кожи, и пряжка на нём была серебряной и начищенной до блеска.

А котёнок был жив, он убежал.

– Счастливый малыш, ему повезло, – сказал ей отец. – Малышка, вообще это способ охоты и полезное умение – ловить зверей с помощью петли. Мальчики – будущие охотники, и должны учиться. Но только не в нашем парке, и не на маленьких котятах.

Эсса Фалькона тогда получила выговор. Но мальчишкам было трудно что-то запрещать. Они играли не только с юной леди, но и сами по себе, им интересно было разорять птичьи гнезда, запекать яйца в золе – как будто их не кормили дома! Ещё – ловить петлёй зверьков и птиц, и охотиться на них с пращой или рогаткой. Когда несколько дней спустя Иджин подбил камнем маленького сыча, и об этом на его невезение узнал граф, то мальчика и вовсе отправили прочь из замка – отдали учиться в другой город, и Минд больше его не видела. Она горевала – потерять приятеля по играм было жалко, и погибшую птичку жалко тоже.

– Здесь, в Исте, сов любят, леди Эдмина, – объяснила эсса Фалькона. – На вашем гербе, как известно, изображена сова, меч и венок из дубовых листьев. И одна Совиная лестница чего стоит! Не стоило Иджину охотиться на сыча. Он, конечно, это знал. Но ему всё равно пора была уезжать, леди Эдмина. Он ещё навестит нас.

Нет, сын управляющего больше не возвращался в Ист. А Минд немного позже нашла в траве тот пояс. Он лежал, свернутый петлёй, его пряжка потемнела. По поясу, резво перебирая лапками, полз маленький красный жук. Жук начал свой путь от края ремня, перелез на петлю и пробежал по ней, вернувшись на место, откуда начал, и остановился как будто в растерянности. А потом он раскрыл крылышки и улетел. А Минд подняла ремень и свернула его, чтобы передать управляющему. На пряжке была выбита голова совы. Но ведь на поясе Иджина совы не было…

Чтобы найти фею, надо затянуть пояс – кто это сказал?!

Затянуть пояс. Убитый сыч и котёнок, которому повезло. А как же найти фею, затянув пояс?..

Сказать Артуру? Да-да, он поймает фею…

Нет, не поймает, конечно. Найдёт…

На её щёку легла прохладная ладонь.

– Эдмина? Просыпайся!

Она проснулась. Но по телу разлилась истома, не хотелось открывать глаза. Она помнила, да-да, всё! Зеркало. Она в зеркале. Это она размышляла, с чего началось её время перемен. И что важнее, Артур или десять тысяч? И было ещё что-то. Пояс?

– Эдмина? Ты очнулась? – голос прилетел откуда-то издалека.

Кто это? И где она? Неважно…

– Артур или десять тысяч. Даже не знаю, что важнее, – прошептала она. – Но надо отдать пояс…

– Эдмина, – чья-то ладонь опять провела по её щеке.

Несколько щелчков пальцев возле лица, после каждого её обдавало приятной прохладой.

– Не знаю, – повторила она и открыла глаза. – Пояс, конечно?

Она лежала на кровати, Артур сидел рядом.

– Конечно, десять тысяч, – подсказал он. – И думать не о чем. Они всяко полезнее.

Артур шутил. Взял её за руку и поглаживал пальцы. Она окончательно проснулась и всё вспомнила

– Ох, Артур. Я говорила ерунду. Бредила, наверное.

– Я понимаю. Не волнуйся.

– Ты обиделся?

– Нет. Но, видимо, не должен был спешить. Прости.

– Артур, – простонала она. – Я не хотела тебя обижать. Это вообще был сон!

– Я понял. Ну тихо. Перестань. Тут всё правильно, я рад. Ты говорила обо мне так, словно я в твоей жизни теперь имею место, просто неясно пока, что важнее. Мне приятно.

– Артур, ты смеёшься, да?

– Конечно нет. Люди делят постель не только из любви. Это нестрашно, но… Ладно, неважно.

Она не знала, что ещё сказать. И показалось, что он тоже не знал. Да ничего, скорее всего, не стоило говорить!

– Эдмина, посмотри на меня. Видишь меня? Понимаешь? Почему ты сняла браслет?

– Артур, какой браслет?

– Вот этот, – он показал её браслет. – Почему ты его сняла? Объясни. Что случилось?

– Я не знаю. Не помню, – она закрыла глаза, но тут же открыла и посмотрела на него.

– Я просто решила принять ванну. Освежиться. Было очень приятно, это я помню. А потом, видимо, заснула.

Она не помнила, как засыпала. И только сейчас поняла, что находится не в своей комнате. И вообще… что случилось?..

– Тебе хочется спать? Это пройдёт. Это колдовское отравление. Но уже всё… – он надел ей браслет и со щелчком застегнул замочек. – Не снимай его никогда. Это защитный браслет. Что бы ты ни делала – не снимай. Запомнила?

– Ты не говорил, что он защитный…

– Теперь говорю. Ни в коем случае не снимай браслет, это защитный артефакт.

– Артур, что случилось? Какое ещё колдовское отравление?!

– Тебя хотели украсть, любовь моя. И мы пока не поняли, кто. Но всё будет хорошо, просто не снимай браслет.

– Артур, я поняла. Я хочу в замок, – она вспомнила невероятно зелёную траву, и настойчивый шелест листвы в их старом парке, и красного жука. – Пожалуйста, Артур!

На поясе Иджина точно не было совиной головы. Это только во сне она была.

– Хорошо, завтра отправимся в замок. Пора заняться тем, ради чего мы здесь. Что за пояс, кстати?..

– Пояс?..

– Ты решала, что важнее, деньги или я, и ещё какой-то пояс…

– Ах, это… – и она рассказала про пояс-петлю, в подробностях, упомянув Иджина, котёнка с сычиком и даже жука.

Артур слушал сначала с легким удивлением, потом стал задумчив.

– То есть мальчика отправили из замка за то, что он убил камнем сыча, – кивнул он. – Да, к совам у Кавендеров особое отношение. Пояс, значит? Про пояс сегодня твердил наш родственник Корри. Но совсем не в том смысле, на который намекаешь ты. Для него затянуть пояс – не считаться с расходами на поиски, как я понял. А ты…

– Но я ни на что не намекала! – воскликнула Минд. – Какой намёк ты нашёл в моих словах?

– Видишь ли… – он хмурился. – Я должен подумать. Но идея про расходы в голову не приходит.

Она вспомнила ещё кое-что:

– Артур, ты знаешь, кто может починить телескоп?

– Я могу, – тут же ответил он. – Запросто. А что такое?

– В замке есть телескоп, в Южной башне. Но он давно сломан. Потому мама отказалась забирать его в Иствен, а я просила. В него можно не только небо рассматривать, но и все окрестности.

– Я починю, – пообещал Артур без тени сомнения. – Любовь моя, не только десять тысяч могут пригодиться, я тоже бываю полезен!

– Артур, – вздохнула Минд.

Он перевернул её руку и поцеловал ладонь.

– Вставай, и мы выйдём перекусим. Сейчас пошлю к тебе горничную. Или хочешь поесть в номере?

Нет, Минд не желала есть в номере. Напротив, хотелось прочь отсюда, на свежий воздух. Артур удовлетворённо кивнул, услышав ответ.

– Тут, в «Приюте короля», есть столики в саду. Пусть все видят, что ты в порядке. И вообще, у нас медовый месяц. Пусть завидуют.

Кажется, он не слишком обиделся на нечаянное признание Минд – кто важнее, он или деньги. Минд надела одно из новых платьев, хотя разумнее было надеть старое. У них и правда медовый месяц…

За обедом Артур объяснил ей, что произошло. Они сидели за столиком под холщовым тентом, на зеленой лужайке с ровно подстриженной травой, и до других посетителей было приличное расстояние – можно было спокойно разговаривать.

Минд не могла поверить, что она пыталась сбежать из гостиницы неприлично раздетой. Но да, получается, что её спасло именно это!

– Я в долгу перед Меной, – прошептала она. – В жизни больше не сниму этот браслет!

Рассказ Артура помог прочувствовать, что случилось и что могло случиться.

– Ты много лет обходилась без защитных амулетов, – напомнил Артур. – Теперь привыкай. Побочных эффектов у браслета нет. Хочешь вина?

Им подали к столу открытую бутылку белого, теперь Артур плеснул немного в бокал Минд. Вино волшебно пахло: летом, цветами, ягодной сладостью, ей захотелось выпить залпом всё, но она лишь отпила глоток, жадно вдохнув аромат. И щедрая порция жареного мяса, запечённого картофеля и тушёных овощей не казалась большой…

А ведь молодая леди должна есть как птичка и быть легкой и воздушной, если она не ждёт ребенка, конечно – не забывала сделать оговорку старая леди Кавендер. Но это совсем не про Минд. Интересно, придётся ли ей когда-нибудь ожидать ребенка?..

– Здесь вкусно готовят, – заметил Артур. – Тебе нужно восстановить силы, ни в чём себе не отказывай. А потом навестим твоих родителей. Я хотел сказать: твою матушку и эсса Брани. Есть небольшое дело.

– Какое дело? – насторожилась Минд.

– Пустяки. Там и узнаешь, – он добавил себе ещё порцию мяса.

На его губах дрожала улыбка, и вряд ли причиной была хорошая кухня в «Приюте короля».

– Что тебя веселит, мой дорогой? – не удержалась Минд.

– Рассказать?.. – он глянул с сомнением, словно дразнил. – Вы с Меной обе хорошие девочки. Непременно подружились бы, если бы не семейный снобизм Кавендеров. Предложи мне выбрать, я бы точно обратил на неё внимание…

Он осторожно выразился, но всё равно Минд уронила вилку. Подумав несколько мгновений, сказала с вызовом:

– Что ж, через три года всё в твоих руках. Или раньше, почему нет?

– Не думаю, – Артур, кажется, только распробовал мясо. – Я видел, как на неё сегодня смотрели. Не решусь переходить дорогу этому человеку.

– Позволь посочувствовать, – сказала Минд, напомнив себе, что Артур, конечно, шутит.

Он дразнил её? Мстил за десять тысяч?

– А как ты выбирал свою первую жену? Сколько кандидаток было предложено на выбор? – спросила Минд,

– Нисколько, – пожал плечами Артур. – Мне её назначил князь. Приказал. Жрицы Матери выбрали.

– И?.. Ты просто согласился? – она удивилась.

– Скажем так, должность отца подразумевала моё повиновение. Это было для меня приемлемо. Мы с ней ладили. Разве в Кандрии не женятся по приказу или расчёту?

– Женятся, и многие, – согласилась Минд. – Вы не венчались у Пламени?

– Венчались, – весело кивнул Артур. – Скажешь, что так нельзя, жениться по двум законам сразу? Что ж, я осознал, и теперь готов лишь венчаться у Пламени, как истинный кандриец.

– Поняла. А кто тебе выберет невесту? Король?.. – ввернула она.

– Посмотрим, – он прищурился и опять пожал плечами, и добавил немного вина в бокал Минд.

Немного. На донышко. И опять остро запахло летом и сладким счастьем.

Она ведь не должна показывать ему, что недовольна?

Ни в коем случае. У них фиктивный брак.

Эссу Ленору явно расстроили два предыдущих свидания с дочерью и зятем, во всяком случае Минд показалось, что она взглянула на них с ужасом.

– Вы? О Пламя…

Мама испугалась, Минд это смутило и озадачило.

– Добрый день, эсса Ленора, – Артура не смущало ничего. – Мы с Эдминой проезжали мимо и решили зайти. Есть важный вопрос.

– Вопрос? – теперь лицо матери побледнело. – Я поняла. Речь, вероятно, о приданом Эдмины? Но я не намерена выплачивать его раньше, чем через четыре года. И тут я в своём праве, Эдмина нарушила условия, она понимает… – её голос окреп и стал увереннее.

– Что вы, эсса Ленора… – сказал Артур с мягким упрёком. – Речь не об этом. Будьте добры пригласить вашего мужа и леди Эбиль. Дело займёт несколько минут.

Минд подумала, что Артур нарочно упомянул «важный вопрос», на торопясь его назвать, и дал маме неосторожно высказаться. Больше всего её беспокоит, что придётся выплачивать приданое?

– Ах… Эбиль больна! – всплеснула руками мама. – Она была так расстроена, долго плакала. Ей позвали врача. Теперь она спит… бедняжка!

– Хорошо, – согласился Артур. – Но вы и ваш супруг необходимы. Он ведь дома?

– Моя бедная девочка. Она мечтала быть счастливой уже сегодня! – эсса Брани всхлипнула.

Минд показалось, что это как-то чересчур. Артур, видно, подумал о том же, потому что посмотрел на женщину как-то озадаченно.

– Эсса Ленора? Позвольте-ка, – он подошёл и щелкнул пальцами перед её лицом, потом повернул одно из своих колец и поводил перед ней. – Сейчас вы не под воздействием, во всяком случае, – сказал он. – Тогда я не понимаю. Ваша младшая дочь чудом избежала брака с проходимцем, который по возрасту ей в отцы годится. Он выдавал себя за другого, я до сих пор не понял, кто он такой. Вы должны быть счастливы. А вы огорчены, что эта свадьба не состоялась? Может, объясните?..

Мама только покачала головой.

– Кстати, вы не сказали вашей дочери?.. – уточнил Артур.

Он не произнёс вслух о незаконнорожденности Эбиль. Да Минд и сама не слишком хотела об этом слышать. И ещё надеялась, что это ошибка.

– Умоляю вас, – мама сложила руки на груди. – Никому. Прошу вас. Я найду способ проверить это.

– Пожалуйста, – согласился Артур. – Я же сказал. Никому без необходимости. Просто это будет ваша ответственность, дорогая тёща.

В комнату вбежал семилетний мальчик и остановился, удивлённо глядя на них, потом спохватился и поклонился. Минд не столько узнала его, сколько догадалась – это Эльвин, самый младший брат. Когда она уезжала из Иствена, ему не было и года. Она улыбнулась:

– Здравствуй, Эльвин. Я твоя сестра Эдмина. Поболтаем потом?..

И тут как раз в дверь шагнул отчим.

– Уйди и не мешай! – приказал он сыну. – Эсс, чем снова обязан? – это относилось к Артуру.

Он был угрюмо-вежливым. Минд удостоилась лишь не слишком приветливого взгляда.

Артур задумчиво посмотрел вслед юному шурину, и повернулся к управляющему. Обращаться с ним как с тестем, хотя бы из вежливости, он не собирался – этот человек и не пытался изобразить сколько-нибудь отцовское отношение к его Эдмине.

– Эсс Брани, эсса Ленора, видите ли, в чем дело… Кто-то здесь решил пакостить нам, используя колдовство. Мы должны удостовериться, что вы не замышляли ничего подобного.

– Что вы такое говорите! – ахнула мама. – Вредить вам, колдовать? Никогда!

– Вы должны принести клятву на Пламени, – он достал из кармана и поставил на стол такой же маленький «клятвенник». – Будет быстро и просто. Если вы невиновны, конечно.

– Вы слишком много на себя берёте! – начал заводиться эсс Брани.

– Я готова, – мама шагнула к столу. – В конце концов, это действительно просто. К чему ссориться? Я бы ни за что не стала вредить дочери!

– Ты не знаешь, что там на самом деле! Он, может быть, обманщик, – прошипел отчим, но Артур уже зажёг свечу, и принялся негромко диктовать слова клятвы.

Мама повторяла, поднеся руки к пламени.

– Вот и всё, – улыбнулся Артур, когда она закончила. – Дорогая тёща, я рад, что вы не имеете отношения к нашим неприятностям. Эсс Брани, ваша очередь.

– Вы не имеете права просить меня об этом, – отрезал отчим.

– Я бы хотел обойтись без шума, – сказал Артур. – Но если вы не согласны, то обратимся в полицию. Свидетелей того, что случилось, много. Я заявлю, что подозреваю вас. Полиция сразу потребует клятву на Пламени. Возможно, начнётся следствие. Будут искать улики. Найдут какие-нибудь лишние… улики.

Эсс Брани шумно выдохнул и тяжело посмотрел на Артура. Тот добавил:

– Кстати, эсс Корри принёс клятву без возражений.

– Это оскорбление – прийти в дом родственников и обвинять! Особенно мать Эдмины! Да и я разве стал бы марать руки! – со сдержанным негодованием заявил отчим, стрельнув взглядом на Минд.

– Мне жаль, – ответил Артур очень вежливо.

Пробурчав ещё что-то, эсс Брани подошёл к свече и произнёс слова клятвы, которые ему даже не пришлось подсказывать.

Он их произнёс. И Пламя горело ровно и высоко! У Минд камень с души свалился – всё-таки не хотелось считать врагами родственников.

– Благодарю, эсса Брани, эсс Брани, – сказал Артур. – Пока это всё. Мы ни в чём вас не подозреваем. Эсс Брани, завтра мы с Эдминой отправимся в замок. Все ключи, полагаю, у вас? Дубликаты имеются?

– Жалуетесь, что на вас нападают в городе посреди дня, и собираетесь бродить по пустому замку? – раздражённо бросил отчим. – Говорят, там шастают призраки, или ещё не знаю кто. Я сам не хожу по этой груде камней в одиночку, чтобы вы знали!

После клятвы он заметно расслабился и теперь просто ворчал, как человек, который ругается из лучших побуждений.

– Что-то вы об этом прежде не сообщали, – удивился Артур. – Прямо-таки призраки?

– Может, и не призраки. Но кто-то бывает! – не сдавался отчим. – Эта груда камней, как видно, не очень нужна графу! Я говорил вам, что там камни сыплются? Забот полно, и всё без толку!

– Я там родилась и облазила каждый угол, – вмешалась Минд. – Что-то обветшало, но чтобы шагу не ступить? Пока не увижу, не поверю!

– Родилась там ты уже давно. Не юная девочка, – отчим так это сказал, что Минд почти почувствовала себя старухой. – Убедитесь, конечно, кто же против. Но только чтобы мне не пришлось искать ваши кости!

– Не будем ссориться, – Артур, похоже, готов был смеяться, глядя, как Минд и Брани сверкают друг на друга глазами. – Эсс Брани, дайте все ключи, прошу вас. Сейчас.

Отчим побагровел и кажется, собрался возражать, но внезапно передумал и отправился за ключами. Они остались наедине с матерью.

– Девочка моя, что все-таки у вас произошло? – мама подошла и взяла Минд за руки. – Вы так меня напугали!

– Кажется, меня хотели украсть, а перед этим чем-то отравили, – сообщила Минд, смягчая грустную правду легкомысленной улыбкой. – Но уже всё в порядке.

– Пламя Ясное! – эсса Ленора прижала руку к груди. – Но… надо принять меры! Защитные амулеты! И если я хотя бы догадаюсь…

– Всё будет, леди тёща, – Артур шутливо поклонился. – Ваша догадки ждём с большим вниманием! И зовите меня Артуром. Мы близкие родственники, так ведь?

– Хорошо, – заулыбалась мама. – Мэр ещё не передал вам приглашение на Летний бал? Раз Эдмина здесь, думаю, ей следует посетить… – это началась легкая светская беседа. – Представьте только, после смерти её отца в Итсвене целых пять лет не устраивали Летний бал! Я думала, моя Эбиль будет блистать этим летом, – она грустно вздохнула. – Я когда-то была хозяйкой этих балов…

– Эбиль непременно будет блистать, – утешил её Артур. – И место хозяйки бала точно не останется пустым.

– Ах, кто бы сомневался! – мама закатила глаза. – Жена мэра!

– Мама, а позови Эльвина? Или отведи меня к нему, – попросила Минд. – Мы хотя бы познакомимся.

– Ах дорогая, должно быть, у Эльвина начался урок рисования. В следующий раз, – отмахнулась мама, и тут как раз вернулся отчим.

– Вот! – он бросил на стол перед Артуром большое кольцо с ключами разных размеров и форм. – Все ключи! Имейте в виду, что дубликатов нет!

– Спасибо, эсс Брани, – Артур подбросил связку в руке. – Не волнуйтесь, всё останется в сохранности.

– Мы будем рады, дорогой Артур, если вы с Эдминой будете почаще заходить в гости, – это мама продемонстрировала, что общение с зятем перешло на новую ступень, это опять заслужило выразительный взгляд отчима.

– Непременно, миледи, – заверил Артур, чем ещё больше её порадовал, это оставленное в прошлом обращение «миледи» мама обожала.

Они попрощались и ушли, ключи Артур бросил в кофр под сиденьем.