Часть 22. Прогулка верхом

Снова она прошла через незапертую заднюю калитку. В Иствене сильны традиции, если не положено запирать задние калитки и чёрные выходы – никто этого и не делает.

Сестры в беседке не было, и Минд вошла в дом, тоже через дверь возле кухни – чтобы без шума. Поднялась на второй этаж. Встреченная по дороге горничная уже не удивилась, просто поклонилась и поспешила по своим делам.

Сестра вышивала в своей комнате, при виде Минд она ахнула и уронила пяльцы.

– Эдмина?!

– Да, сестрёнка! Ты мне не рада? – улыбнулась Минд, и Эбиль бросилась к ней.

– Что ты, я тебе очень рада! Ты даже не представляешь, как! – они обнялись.

– Мама ведь дома? – спросила Минд. – А эсс Брани?

– Мама недавно вернулась и закрылась у себя, она чем-то расстроена, – ответила Эбиль. – Знаешь, я бы её сейчас не беспокоила. Давай считать, что ты пришла в гости ко мне?

– Эби, я и пришла в гости к тебе! Наконец-то нам не помешают поговорить!

– Вот и хорошо! – Эбиль заулыбалась и захлопала в ладоши.

– Не понимаю, почему мама расстроилась, – Минд подняла обронённые пяльцы и присела в кресло. – Очень красиво, молодец.

Эбиль вышивала розовый букет. Розовые и желтые розы. Минд сразу захотела спросить у Артура, что означает такое сочетание. Хотя, скорее всего, здесь розы – это просто розы…

– Мама только что встретила принца и принцессу, – сказала она Эбиль. – Мирейна и Баттиару.

– Правда? В Иствен приехали принц и принцесса?! – поразилась Эбиль. – Вот это да! В нашу дыру так редко являются такие персоны! Жаль, я не видела!

– Ещё увидишь, вряд ли они сейчас же уедут.

– Если и увижу их, то не узнаю, конечно. Если ты не покажешь! – огорчилась сестра.

– Почему нет, – пожала плечами Минд, – если их высочества желали прятаться, пусть бы делали это старательней. Кстати, я их не узнала. Не помню, чтобы хоть раз за последние годы видела их фотографии, хотя моя хозяйка выписывала три лирских журнала.

– Они, между прочим, живут не в Лире, – проявила осведомленность Эбиль. – И принцесса Баттиара не любит быть на виду. Это мукарранский обычай, будто бы публичность вредит здоровью магов. Баттиара сейчас единственная колдунья среди принцесс.

– Понятно, – Минд немного удивилась. – Ты, вижу, много о ней знаешь!

– Очень просто, мама мечтала устроить меня фрейлиной к Баттиаре. Так что у меня даже была учительница по мукарранским обычаям. Мама подавала прошения, встречалась с принцем. Но нам отказали.

– Я бы лучше держалась от Баттиары подальше, – сказала Минд, вспомнив, как не задумываясь эта Бату применяет колдовство. – Эбиль, скажи, ты ведь уже не огорчаешься, что рассталась с эссом Корри?

– Что ты, я так рада! Мне страшно подумать, что могло случиться, – глаза Эбиль увлажнились. – Минд, я благодарна тебе и твоему мужу, поверь мне!

– Эби, сестричка, самое главное, что он не ранил твоё сердце! И он всё-таки слишком стар для тебя, – Минд обрадованно перевела дух. – Его дар внушения – тот же обман! Корри по возрасту годится тебе в отцы!

– Я этого не замечала, – вздохнула Эбиль. – Но теперь всё хорошо, поверь мне, Минд.

– Прости за этот вопрос. Но скажи, между тобой и Корри не было… интимного? Мама была с тобой, когда ты жила в замке?

– Ну конечно! Разве мама разрешила бы мне?..

– Похвальная осторожность, сестричка.

– Минд, всё хорошо, я девственна и могу продолжать искать сокровище! – заверила Эбиль. – Так что охотно помогу вам с эссом Карроном, если вы захотите, конечно.

– Я ему передам, – рассмеялась Минд.

Последнее было абсолютной шуткой, конечно.

– Я так хорошо изучила замок, пока гуляла по нему с Корри, – сказала Эбиль. – С удовольствием и тебе всё-всё показала бы. Ты, наверное, многое позабыла?

– Ничуть. Но кто знает, может, я услышу от тебя массу интересного. Мы это устроим, – пообещала Минд, подумав, что это случится не теперь, к сожалению.

А она была бы не против. Да, неосторожно, и Артур будет в ярости…

А Артур в ярости – это как? Она ещё не видела. Может, стоило бы посмотреть?

– Мы поехали бы верхом, – сказала Эбиль. – Чалая Финн, на которой ты раньше ездила, всё ещё в конюшне. Мы взяли бы слугу, он меня сопровождает на конных прогулках. А моей дуэньей была бы ты, как взрослая и замужняя дама!

– Ах, всё-таки нужна дуэнья! – развеселилась Минд. – Твоё предложение звучит заманчиво. Так поехали! У тебя найдётся амазонка для меня?

– Ты ещё спрашиваешь! Конечно найдётся! – обрадовалась Эби. – Подожди, я прикажу оседлать лошадей.

Минд понимала, что им может помешать охрана – полицейские, которых оставил в замке Артур. Но пусть, попробовать можно. Наоборот, присутствие полиции, если что, должно означать ту самую безопасность, которая Артура так беспокоит.

Они с сестрой были практически одинаково сложены, так что новенькая амазонка села на Минд как надо. И так приятна была мысль, что они сейчас прокатятся верхом, что другую, здравую, Минд отбросила – есть ли что-то худшее для обстоятельной пешей прогулки, чем чрезмерно длинная юбка амазонки? Придётся ходить, всё время придерживая подол, так что вряд ли они посмотрят замок.

– Тебе удивительно идет костюм, Минд, – воскликнула Эбиль. – Знаешь, я его даже не надевала. Теперь буду ревновать!

Амазонка нескольких оттенков синего действительно оказалась Минд к лицу.

– Ревнуешь костюм ко мне? – она рассмеялась. – Ужасно! Ревность – плохое чувство.

– Ах, я пошутила! Но ты сейчас такая красивая! Я должна подарить тебе эту амазонку!

– Буду рада и непременно отдарюсь!

Увидев Финн, свою прежнюю лошадь, которая её узнала, дала себя погладить и почесать и даже положила голову ей на плечо, Минд чуть не расплакалась от счастья.

Уезжали, опять-таки, через заднюю калитку и переулками, а когда город остался позади, пустили лошадей вскачь – они впереди, а следом скакал слуга, мужчина средних лет, невысокий и ловкий. Он только раз и глянул на Минд, когда кланялся, представляясь, но оказался отличным наездником. И он умудрялся держаться так, что Минд быстро забыла о его присутствии, она сосредоточилась на лошади, её ровном беге, на ветре, который трепал волосы и норовил сорвать шляпу. К сожалению, Финн постарела и уже не могла угнаться за лошадью Эбиль. Минд её придержала, чтобы не гонять зря, и с досадой вспомнила обещание Артура дарить ей смирных лошадок. Да она первым делом купит себе хорошую резвую трехлетку!

И тут же опомнилась, вздохнула. Хотела бы купить, да, но будет ли возможность? То есть деньги будут, если Артур расплатится, как обещал, да и невыплаченное приданое в будущем тоже ей полагается. Но как она будет жить и где?..

Женой Артура Каррона она не останется, конечно. Скорее всего ей вообще незачем выходить замуж.

– Минд! – Эбиль обернулась и поравнялась с ней. – Что за озеро, возле которого нашли того мальчика?

– Есть такое в парке, – ответила Минд. – Наверное, ты мало здесь гуляла?

– Никогда не гуляла. Я хотела бы посмотреть на это место!

– Так поехали, почему нет, это по обходной дороге! – и она проскакала мимо развилки, ведущей к замку.

Действительно, почему нет? Прогулка так прогулка. Про то, где нашли мальчика, сестра наверняка узнала от отчима. И вообще, мама к младшей дочери относилась трепетней, так что Эбиль перепало в детстве и юности меньше свободы. На Минд обращали мало внимания, приходящие учительницы были не слишком строги, мама сердилась, что дочь холодна с отчимом, а потом была школа в Лире. Наверное, Минд была счастливей сестры. Странно, но именно это сейчас пришло ей в голову…

Сестры теперь не торопились, ехали и разговаривали.

– Послушай, Эби, скоро у тебя всё изменится. Ты поедешь в Лир на зимний сезон. А может, тебе поучиться в Академии, хотя бы первую ступень? Вступительные тесты на первую ступень вряд ли слишком сложные. Я попрошу мужа помочь, хочешь? – тут Минд осеклась, подумав, что с мужем у неё сейчас всё непросто.

Точнее, непросто с самого начала. Но вспомнилось, как было хорошо то короткое время с ним вместе. Пусть даже не по-настоящему. Ведь было же почему-то?..

Путь, недавно проделанный Минд в компании совы, Мораны и Мены, для них с Эбиль пролетел незаметно. Дорога, кусты и ветки, гладь воды впереди, окруженная белой пеной цветущих лилий…

– Как здесь красиво! – воскликнула Эбиль.

А Минд соскочила с лошади и пошла к озеру. Большая часть берега оказалась слишком мокрой, так что пришлось поискать, где подойти к воде, однако Минд нашла и приблизилась вплотную к чёрной зеркальной глади. Действительно, вода казалась совсем чёрной и идеально-гладкой, в неё можно было смотреться, как в хорошее зеркало. И эти лилии! Красивые. Морана утверждала, что они особенные. А в комнате Минд до сих пор стоит букет лилий, которые Артур собрал в саду Мораны.

Минд наклонилась и сорвала цветок, росший около воды. И вдруг по воде прошла рябь. Ветра не было, ни малейшего ветерка, всё замерло – каждая травинка и ветка, и цветки лилий тоже были неподвижны. А рябь отчего-то пошла.

Минд поспешно отступила, бросила цветок. Постель из лилий… отчего-то вспомнилось. О такой постели говорила Морана, и это якобы из того загадочного документа, о котором Минд только слышала всякое…

Она потерла лицо ладонями, сбрасывая наваждение, и поспешила вернуться к лошади.

– Поехали дальше, Эби. Я хочу добраться, наконец, до замка. До Совиной лестницы, вот.

– Конечно, поехали, – с готовностью откликнулась сестра.

Знаменитая лестница, сложенная из каменных блоков, вдруг показалась Минд не такой высокой, как раньше. Но это, конечно, было не так. Лестница осталась ровно той же, начиналась на своём месте и заканчивалась где полагается, просто Минд стала взрослой успела за это время многое повидать. Но вот совы…

В верхней части лестницы на перилах сидели каменные совы примерно в локоть высотой, некоторые больше или меньше, искусно вырезанные из твёрдого камня. Внизу их не было вообще.

– Почему так мало сов?! – изумилась она. – Их должно быть шестьдесят три!

– Теперь всего тридцать. Остальные были украдены, их так и не нашли. Кто-то посчитал, что загадочная фея скрыта в какой-то из каменных сов…

– Какие глупцы, – пробормотала Минд.

Она поднималась по лестнице, пересчитывая каменных птиц.

– Почему сразу глупцы? – удивилась идущая позади Эбиль. – Разве ты знаешь, где фея?..

Минд пожала плечами и не ответила. Что тут скажешь? Совиная лестница была известной особенностью замка Ист. Совам много сотен лет, и они оставались невредимы такой долгий срок! Кроме последнего времени…

– Граф Ист тоже глупец. Позволил разорять замок! И Брани тоже… – Минд опомнилась и замолчала.

Могла бы высказаться, что отчим, возможно, сам продал этих сов, но это были бы просто злые слова. Это лишнее.

– Ты помнишь, что сегодня самое полнолуние? – спросила Эбиль.

– Правда? Не обращала внимания. А что такое?

– Ну, в полнолуние могут случаться разные вещи.

– Что?.. – Минд обернулась. – Какие именно вещи? Из подвала выползают призраки и устраивают свой Летний бал? Из болота явятся вампиры? Это всё мелочи, а что ещё?

– Бал призраков и вампиры? Ты шутишь? – голос Эбиль странно изменился, и Минд оглянулась.

Сестра стала белой, как мел.

– Эби, ты что?! – Минд удивлённо рассмеялась. – Я пошутила! Никаких призраков и вампиров! Только феи разве что.

– Хорошо, – Эбиль неуверенно улыбнулась. – Не шути так больше.

Минд пошла дальше, повыше подобрав юбку – ожидаемое неудобство, что поделать. Позади тяжело дышала уставшая Эбиль, за ней – слуга… как его там. Каменные совы с каменных перил безмятежно смотрели куда-то. Несколько последних сов на перилах были самыми крупными, к тому же их вырезали более искусно, они как будто на самом деле смотрели. Вот последние ступени…

Ещё немного, и вот дверь в Северную башню, высокая, окованная железом. Вдруг откуда-то сверху сорвалась маленькая сова и полетела в парк, Минд вздрогнула и проводила её взглядом. Странно, чем они побеспокоили ночную птицу, что той вздумалось спешно покидать дневное убежище в какой-то нише в стене? А дверь в башню оказалась открытой, и кованые петли пронзительно заскрипели.

– Ты была когда-нибудь в Мертвой комнате? – спросила Эбиль.

– Конечно нет! – Минд удивилась. – Насколько помню, это всегда запрещалось. Но я как-то в неё заглянула. Обычный чулан, довольно большой. Ничего интересного.

– Что ты, там окно, но оно закрыто ставнями. Стол, стулья…

– Правда? Странно. При жизни отца комната стояла запертой.

– Теперь она и не заперта. Мы там были несколько раз с… ну, ты понимаешь. С лордом Корри.

– С эссом Корри, – мягко поправила Минд. – Он не лорд и не граф. И я совсем не понимаю, на что он рассчитывал. Он ведь не мог обманывать сколь угодно долго, правда выяснилась бы. Он бы сбежал, оставив тебя, или… о худшем я не хочу думать. Или он рассчитывал, что его простят, и вы с ним заживёте счастливо, получив сокровище феи?

– Это плохо, по-твоему? – с каким-то вызовом спросила Эбиль.

– Не плохо, – удивлённо пожала плечами Минд, пристально глядя на сестру, у которой вдруг так сменилось настроение. – Просто зачем тебе обманщик? Ты действительно была влюблена в него?!

– Нет, что ты такое говоришь? – Эбиль отвернулась, прикусив губу. – Просто мне обидно. Ведь найти сокровище феи было бы отлично, и я уже поверила, что это случится вот-вот…

– Ну что ты! – Минд, смеясь, обняла Эбиль. – И никто ведь даже не знает, что там за сокровище! А связать себя не с тем человеком – ужасная участь!

– Надеюсь, ты не по своему опыту это знаешь? – съязвила Эбиль.

– О нет. Я как раз была влюблена и счастлива. Эби, прости, – Минд вздохнула. – Я не должна была напоминать тебе об этом сейчас. Просто я беспокоилась.

– Сестричка, я всё понимаю! Прости меня тоже! – спохватилась Эбиль, – Я не хочу даже вспоминать о нём теперь!

– Кстати, а что вы нашли? Вы ведь что-то нашли, я слышала? – вспомнила Минд.

– Просто скелет в могиле. Это была женщина, в украшениях. Одежда вся истлела, – Эбиль задрожала. – Так было страшно… И никакой магии. Значит, это не фея?

Минд только пожала плечами.

– Я хочу подняться наверх и заглянуть в эту комнату, – сказала она, и, намотав подол на кулак, поспешила вверх по лестнице.

– Я так устала! – крикнула ей вслед Эбиль. – Я буду подниматься медленно!

– Хорошо, – отозвалась Минд.

Она сама отчего-то не устала, ей было легко. Сестра, видимо, не привыкла много двигаться.

Башня кверху слегка сужалась, в ней было несколько комнат одна над другой, которые в разное время использовались по-всякому – то они были жилыми, то там размещались какие-то мастерские и кладовые. Минд остановилась посередине предпоследнего лестничного пролёта, там было окно, высокое и узкое, без стёкол. В это окно была видна железнодорожная станция, на которой они с Артуром недавно сошли с поезда. И теперь к ней тоже приближался поезд. Наверное, он сейчас постоит немного и отправится в сторону Лира? И отчего-то захотелось прямо сейчас оказаться в поезде, который помчится в Лир, и чтобы опять было дорогое купе первого класса…

Минд улыбнулась этой мысли и стала подниматься дальше. Надо же всё-таки рассмотреть таинственную комнату, которую прозвали «мертвой». И Минд так никто и не ответил внятно, откуда взялось это название. Это традиция с давних-давних пор…