Часть 27. Другой Ист

Дорога не была пустой. Скоро пришлось посторониться – мимо прорысило конное воинство в количестве человек пятнадцати, и опять впереди ехал красавец лорд, тот самый. Минд неласково посмотрела ему вслед – вот же разбойник с большой дороги! Потом они пропустили несколько возов со всякой всячиной, один был нагружен сеном. Минд укрепилась в своём мнении насчёт предка – и правда разбойник, повоевал, пограбил и вернулся с победой! Уже возле замка их нагнали повозки с людьми – с ранеными, наспех перевязанными, а на одной телеге лежали убитые. Пусть последних было всего четверо, этих людей не вернуть. Война, да.

– Вы поможете лечить раненых, миледи? – Лия крепче вцепилась в руку Минд.

– Буду рада помочь, – ответила Минд.

– А мертвых вы умеете оживлять?

Такой вопрос заставил Минд онеметь на несколько мгновений.

– Нет, Лия. Оживить мёртвых точно не получится, – мягко объяснила она. – Есть вещи, которые нельзя исправить.

Услышав это, Лия погрустнела и совсем притихла. Их без разговоров пропустили в ворота, один из стражников что-то добродушно сказал девочке, не обращая внимания на Минд.

Просторный квадратный двор был оживлённым местом, не похожим ни на что в её Исте. Другие стены и башни. Множество небольших строений, от которых в дальнейшем и следа не осталось. Был тот самый донжон, но он иначе выглядел без галереи и перехода, которые появилась позже. Северная башня… она дальше, за донжоном.

– Риана там! – Лия показала в дальний угол двора. – Я провожу!

Этот угол двора был закрыт навесом и по сути являл собой лазарет. Тут стоял густой запах крови и ещё чего-то, кислого и пряного. Горели масляные светильники – уже достаточно стемнело. Раненые лежали на дощатых нарах, покрытых соломой – никаких матрасов, никакого постельного белья. Минд увидела, как два парня сгребали солому, густо испачканную кровью, в тачку, и насыпали новую. Практично, что тут скажешь.

Распоряжалась в лазарете женщина средних лет, подвижная и худощавая, в большом фартуке и клетчатом платке на голове. Она раздавала приказы помощницам – сделать то, принести это, а этого послать прочь, а вот это передайте кастеляну…

Увидев Минд и Лию, женщина замерла. Бросила всё и подошла, не сводя глаз с Минд:

– Светлая леди? Я счастлива видеть вас, – сказала она, и Минд как никогда сильно почувствовала себя самозванкой.

Она почти признала себя феей, но как бы в шутку, для девочки. Воды принесла – ничего сложного. А теперь что у неё попросят?

– Здравствуйте, эсса Риана, – сказала она. – Я принесла воды из озера, по просьбе Лии.

– Благодарю, светлая леди. Вы позволите мне её использовать? – Риана смотрела на Минд настороженно. – Может быть, примените сами?..

– Позволяю вам, конечно, – ответила Минд. – И как, вы считаете, мне следует применить её? Подскажите.

– Подсказать? – удивилась Риана. – А, поняла. Простите. Прошу помощи для этих мальчиков, им слишком рано умирать, – она показала на троих молодых парней на крайних нарах. – Смочите вашей водой их раны.

Парни были явно ранены серьезно, истекли кровью и не подавали признаков жизни. Их не перевязали, просто прикрыли раны кусками ветоши, и теперь Риана поспешно обнажила рану первого из них: этому, похоже рассекли бок мечом, и вдобавок проткнули.

Как такое вылечить водой, будь Минд хоть трижды фея? Тогда медицина была бы простейшим делом на свете. Но вдруг Риана знает, о чём просит? Под напряжённым взглядом знахарки Минд плеснула воды на ладонь и вылила на рану, потом добавила ещё. И… с раной что-то происходило, она как будто стала закрываться. Раненый вздохнул и застонал.

– Спасибо, миледи, он поправится, – прошептала Риана, и перешла к следующему раненому, Минд – за ней, уже сожалея о том, что у неё в руках всего только небольшая бутылка.

Значит, вода из озера и правда лечит раны? Лия сказала – она для того, чтобы готовить на ней зелья! А тут вон что получается!

К счастью, серьезных ран было немного. Некоторых раненых уносили, остальных поили отварами и укрывали одеялами. Около светильников роилась мошкара и ночные мотыльки. Немного воды осталось в бутылке, Минд отдала её знахарке. Та поблагодарила, и всё равно поглядывала на Минд с трепетом и затаённой опаской. А вот другие женщины в лазарете, которые помогали Риане, совсем не обращали на Минд внимания. Ни единого взгляда, может быть, любопытного или раздражённого – чудеса…

– Мне надо видеть одну женщину, её сегодня привели в замок, – сказала Минд Риане. – Она красивая, рыжая. Пленница. Как её найти?

– Красивая рыжая женщина, которую привели сегодня? – повторила знахарка. – Мне было не до пленниц, миледи. Ная, ты видела сегодня красивую рыжую?

– Это та, которая покусала сынка кастеляна и поцарапала ему рожу? – хмыкнула толстая рябая Ная, которая сматывала полосы холщового бинта. – Как же. Её заперли.

– Удвера не жалко, ни одной юбки не пропускает, – добавила другая женщина. – Но этой знать бы своё место! Начнут над Удвером смеяться – он не простит.

– Отец ему потакает, – добавила Ная. – Что ж, выпорет пару раз красотку – будет послушней.

– Посмотрим! – хихикнула третья женщина, невысокая и стройная, она принесла и поставила на землю ведро с водой. – Лорду о ней рассказали, он приказал к себе отвести. Вот если и лорда покусает…

Женщины болтали, не обращая внимания на мужчин-раненых, дела были переделаны и тревоги отпустили. Большинство мужчин уже спали, усыплённые отварами.

– Вы слышали, миледи, – сказала Риана. – Та пленница, получается, у лорда Элиара.

– Элиар Кавендер?..

– Да, миледи, конечно, – кивнула знахарка. – Элиар Кавендер, наш лорд, да будет он всегда здоров. Могу я служить вам чем-то, миледи?

Минд чуть не попросила ночлег и ужин, но передумала. Она попрощалась с Рианой и пообещала заглянуть ещё. И отправилась к Северной башне – надо же, на самом деле, погулять и всё рассмотреть. Уже ночь? Ну и пусть.

Этот Ист был другим, как и ожидалось. В её Исте почти все дворы били вымощены брусчаткой, отец когда-то рассуждал, что это было недешёвое удовольствие для предков. Здесь под ногами – просто земля. Выглянула луна и светила ярко, она как будто решила помочь гостье всё рассмотреть. Тёмный силуэт Северной башни, как нарисованный, возник на фоне золотистых облаков, в точности такой, каким его помнила Минд. То и дело кто-то попадался навстречу, мужчины и женщины, и никто даже не посмотрел на Минд, не оглянулся, не проводил взглядом – к счастью, конечно, потому что ей и не нужно было ничьё внимание! Значит, они ничем не отличается от людей в замке! Хотя всё равно это было странно. Её ведь никто не знает. Разве возможно, чтобы одинокая, никому не знакомая женщина не привлекла абсолютно ничье внимание?

Впереди показалась невысокая фигурка, шагающая навстречу, Минд присмотрелась и чуть не подскочила от удивления – да это же ферр! Не папаша Пекар, нет. Другой, незнакомый ферр, худощавый и более ушастый, чем папаша Пекар. И вот он слегка поклонился Минд и помахал ей рукой, и пошёл дальше.

– Подождите, пожалуйста! – крикнула ему Минд и быстро догнала, растерянно остановилась, сразу не придумав, что сказать. – Здравствуйте.

– Здравствуй, дорогая, – ферр приветливо улыбнулся. – Ты Эдмина, да. Я знаю. У тебя всё хорошо?

– А откуда вы меня знаете?

– Ну как же. Слышал о тебе. Ты недавно пришла. Одна из сестёр Йолы, правильно?

Мин только пожала плечами, потому что не знала никакой Йолы, но она тут много чего не знала.

– Чем тебе помочь, Эдмина? – ферр спокойно смотрел.

– Не подскажете, как мне найти папашу Пекара? – спросила она.

– Я его где-нибудь повстречаю. Тогда передам, что ты о нём спрашивала.

– Спасибо. Скажите, почему меня никто не видит? – выпалила она, поняв, как облечь в слова главную непонятность.

Ведь действительно, её как будто не видят! Кроме Лии и Рианы, кроме её совы, и кроме папаши Пекара. Ах да, и кроме этого ферра, конечно.

– Я тебя отлично вижу, – возразил тот немного растерянно. – Да все тебя видят, не сомневайся! Ах да, понял! – он просиял улыбкой. – Ты ведь фея, но проявляться стала только-только, верно? Если хочешь, чтобы тебя видели – тебя видят. Если не хочешь – не видят. Ты сама решаешь, кто тебя видит, а кто не видит. Думаю, дело в этом. А вот я тебя всегда вижу. Не только я, а все мы, ферры.

Минд прикусила губу, осознавая новость. Она всё-таки фея, и она может быть невидимой по желанию? Точнее, она так влияет на окружающих, позволяя её видеть или не позволяя? Но это же… с ума сойти!

– Это… все феи такие, да? – спросила она.

– Феи – все такие, это верно, – кивнул ферр. – А вот внучки фей, которые получили искру, они все разные, особенно поначалу. Каждая по-своему проявляется. Многие просто не хотят, поэтому и не получают ничего. Не хотят терять человеческое.

– Я тоже не хочу! – воскликнула Минд. – Это ведь не навсегда?

Ферр пожал плечами и посмотрел с сочувствием.

– Почему ты боишься? Я всегда считал, что лишние способности – это хорошо!

– Я не хочу ничего терять! – пояснила Минд.

– А что ты потеряла?

Она только пожала плечами – вроде бы пока ничего не потеряла. Действительно, и чего пугаться! Зато она без усилий научилась некоторым полезным вещам – так получается.

– Спасибо, – сказала Минд. – Я поняла. Простите, я не спросила, как вас зовут?

– Меня зовут Клайрент, Эдмина. Если понадоблюсь, позови, – он улыбнулся.

– Как позвать? Просто крикнуть ваше имя? – уточнила она.

– Нет, не просто крикнуть. А позвать. Обращаясь именно ко мне. Ты не видишь разницу?

Минд задумалась – разницу?.. Обращаться в пустоту, не видя?..

А ведь точно, разница есть, если просто говоришь или к кому-то определённому обращаешься, даже в пустоту.

– Я поняла, – согласилась она. – Спасибо.

– Куда ты направляешься? Может, тебя проводить? А то ты растерянная какая-то, феечка. Ты прошла через Источник, я правильно понял? Он быстро открывает способности.

– Что? Не знаю, – Минд опять не поняла, что ферр имеет в виду. – Какой источник?..

Вот такая она бестолковая фея.

– Видимо, тот, что бьет на дне озера, – пояснил ферр. – Это отличный путь для таких, как ты. Так куда ты идешь, феечка?

– Туда, где начинается Совиная лестница, – ответила Минд. – Хотелось взглянуть, в каком она сейчас виде.

– А, это. Ну, мы с братом уже закончили два пролёта. Йола обещала помочь, но опять поссорилась с Винуаром, и приходится делать всё самим. У Йолы непростой нрав, – он засмеялся и подмигнул, – ты похожа на неё, Эдмина? Короче говоря, Винуар сидит с зубилом и вырезает очередную сову. Ты его застанешь там. Он наверняка просидит до рассвета.

– Хорошо, спасибо, – сказала Минд. – Тогда я пойду. Надеюсь, ещё встретимся… Клайрент!

– Конечно, Эдмина! – он махнул ей рукой и отправился дальше, а она поторопилась туда, за Северную башню.

Остатки того, что ещё недавно она считала здравым смыслом, пробивались в её сознание, подсказывая, что сейчас происходит истинное сумасшествие. Но, во-первых, оно, сумасшествие, началось не теперь, а ещё вчера, а во-вторых, придётся разбираться по ходу дела, вот и всё.

Она обошла башню и увидела лестницу, но не привычной длины, а гораздо короче. Каменные перила у этого отрезка уже были, на своём месте. И на площадке над лестницей на скамеечке сидел ферр. Этот ферр был шире и плотнее Клайрента, зато с такими же большими ушами. Перед ним на досках лежала неровная каменная глыба, из которой уже выглядывала голова совы. Ферр оглянулся на её шаги:

– Это ты, Эдмина. Садись. Помолчи немного, я мечтаю.

Минд подошла и тихо села на верхнюю ступеньку. Она решила, что не станет мешать ферру мечтать. И это было правильно, потому что скоро он сам повернулся к ней и сказал:

– Хорошо, что ты пришла. Вот послушай, тут всё надо покрыть камнем. Ты против? Вы ведь, феи, любите, чтобы кругом росла трава, как можно больше травы?

– Мне нравится брусчатка, – ответила Минд. – Она красиво выглядит, и по ней удобно ходить и ездить. Она тут была. Точнее, ещё появится.

– Что ты говоришь? – не сразу понял ферр. – Ах да. Ты ведь пришла сверху. Значит, магический казус проявился. Брусчатка была, точнее будет – хорошо! Я так и думал.

– Что ты имеешь в виду? – теперь озадачилась Минд.

– Всё, что двигается по кольцу, невозможно остановить сразу, в том числе и время. И оттого перемешиваются прошлое и будущее. Для нас это не трагедия, но для людей невозможно. И в какой-то момент начнётся хаос. Поэтому нельзя создавать временные кольца, – он вздохнул. – Не поняла? Ты решила создать брусчатку, потому что она уже была. В будущем! Это и есть казус кольца!

Минд решила ничего не уточнять, и вообще больше не говорить об этом. Потому что в её голове начинался тот самый хаос! И она ничего ещё не решала, между прочим! Наверное, следует вникать постепенно.

– Значит, поможешь мне создать брусчатку? – не унимался ферр. – Хотя бы возле башни? Тебе это проще, ты ведь фея.

– Я не против, только расскажи, как это делается! – тут же согласилась Минд.

– Гм… как же я тебе объясню? Ты сама должна знать.

– Хорошо, тогда я постараюсь выяснить.

– Попробуй её посадить и полить, – посоветовал ферр. – Йола что-то такое и делала обычно. Хотя не знаю, конечно.

– Хорошо, – согласилась Минд, которая сильно сомневалась, что каменные мостовые сажают и поливают.

Но у фей ведь всё не так. Они строят свои замки и прочие постройки иначе, чем люди, правильно? С точки зрения людей ферр Винуар говорит безумные вещи, но с точки зрения Древних всё может быть не так уж и безумно!

Стояла очень приятная ночь, трещали цикады в траве, звёзды на небе подмигивали, и ночная свежесть пахло невообразимо приятно – травой, цветами, чем-то ещё сладковатым и пьянящим. И хотелось помогать ферру. Если бы она на самом деле умела выращивать мостовые! И что там ещё растят феи?..

– Вон там нужна каменная галерея, такая полукруглая, – он показал вниз. – Подумай, вдруг тебе тоже захочется. Ты ведь ничем не занята сейчас.

– Зачем там галерея? Для чего? – не поняла Минд.

– Просто красиво, – пожал плечами ферр. – Плохо, что этим завладеют люди и устроят там хлев. Люди всегда так. Их всего красивого делают хлев, если не хуже! Давай, я принесу тебе камешки? Поиграйся. Может, тебе и захочется заняться делом? Главное – начать, я по себе знаю.

Минд только улыбнулась. Спорить с ферром и защищать людей не хотелось. Он в чём-то прав, конечно, просто люди и Древние – очень уж разные существа. И вроде бы не было там внизу никакой каменной галереи, если только она не исчезла совсем уж бесследно.

А она, Минд – получается, кто?..

Эдмина! – возмущенно промелькнуло в сознании. Не Минд. Эдмина Виалента Кавендер! Дочь последнего графа Иста.

Эдмина, Эдмина, Эдмина! Она Эдмина. Это имя нравилось Артуру. Оба её имени ему нравились. Эдмина Виалента.

Артур. Он остался где-то. В будущем! Навсегда? Они не увидятся больше? Она теперь почти фея и что-то не огорчается по этому поводу!

Но где-то в глубине её души как будто укололо, и сильно. Артур…

А ведь ей хотелось быть с ним, и, может быть, остаться навсегда? И почему она обиделась, когда поняла, что он её обманывал?

Разве можно заставить влюбиться? Разве можно склонить к тому, чтобы получилось чувство? Это хуже, чем обман. Но для кого-то это в порядке вещей, как видно! Этому даже учат в Академии на колдовских факультетах. В Академии, которая будет девятьсот лет спустя.

– Ты почему рассердилась, феечка? – насторожился Винуар.

– Пустяки. Вспомнила кое-что, – отмахнулась она.

– Тогда я принесу камешки. Это тебя отвлечёт, – он встал и ушёл вниз, под лестницу, но скоро вернулся с большим мешком и высыпал под ноги Эдмины целую кучу мелких каменных осколков.

– Не злись, а то получится что-то кривое, – посоветовал он.

Эдмина набрала в ладонь горсть камешков, высыпала. Они были грубые, неровные, колючие.

Артур…

Его полюбить, чтобы найти сокровище, где-то в замке, девятьсот лет спустя. А спрятали это сокровище, получается, как раз сейчас. То есть не сию минуту, но – примерно. Или ещё не спрятали.

А где во всей этой истории Артур? Кого полюбить?..

И оттого, что хотелось любить именно Артура, в груди закололо сильнее, почти невыносимо. И пусть она обиделась. С ним же можно поссориться, и объяснить, что обиделась, и почему – может, тогда все оказалось бы не так плохо и они помирились бы?

Можно было бы. А теперь…

Закрыть портал, от которого страдает Ист, для этого влюбиться, и сокровище, и… Да что же это такое?!

А можно спрятаться, и разбирайтесь сами со своим сокровищем? А она – фея!

Эдмина опять взяла горсть камешков и со всей силы швырнула их куда-то вниз. Ферр укоризненно покачал головой. И тут…

Откуда-то сверху спикировала маленькая сова и уселась прямо на голову каменной совы, распахнула крылья и угрожающе зашипела в сторону ферра.

– Ну, Йола! – виновато пробубнил ферр и выставил перед собой ладони. – Ну чего ты?

А Минд захотелось закрыть глаза…

Когда-то в детстве такое уже было. Гувернантка сказала, что ничего страшного, все дети иногда летают во сне. Правда, Эдмина не просто летала – она стала птицей. Совой, конечно, кем же ещё. Если наслушаться сказок про сов, населяющих Ист, то и не хочешь – обернёшься совой и полетишь!

Она соскользнула с перил моста и взмыла вверх, тихо, как тень. Над замком. Над парком. Увидела внизу своё озеро, а неподалёку – домик папаши Пекара, и ещё башню, в которой, кажется, жил другой ферр. Потом повернула и полетела обратно, опять сделала круг над замком.

Летать так приятно. И всё отлично видно – ночь, ну и что? Это невероятно – так хорошо видеть! И слышать! Она различала каждый лист на деревьях внизу, и вся была полна звуками, мир вокруг теперь состоял из звуков, словно раньше она была совсем глухой! Приятно, да, но это оказалось трудно выдерживать! Она быстро устала. Вот если зажмурить глаза и забиться в тёмный угол…

Совы так и делают, теперь понятно, почему.

Но… внизу донжон. И светятся верхние окна – что там?..

И да, нехорошо заглядывать в чужие окна, потому что любопытство сгубило кошку! Но только не сову. Никто ещё не говорил, что совам вредит любопытство. И это ведь только сон! Значит, не по-настоящему.

Она оказалась внизу раньше, чем успела об этом подумать. Раз – и она сидит на карнизе у освещенного окна. Видны накрытые столы, люди пируют. Горят факелы, на столах хлеб, множество блюд из мяса, пироги и вино. Крики, смех, какая-то музыка – жуткая какофония звуков… нет, наслаждайтесь этим сами. Это не для сов.

Взлететь к верхнему освещённому окну? Окно открыто, тут только ставень, стекла нет, в комнате слабо мигает масляная лампа, и две женщины прядут. Жужжат прялки, тянутся нити – мирная картина. Звуки снизу слышны хуже и не так режут слух. Снова вверх…

Это окно тоже открыто. Там горят свечи, три свечи в подсвечнике. Богатая комната – резная мебель, какие-то драпировки, постель. Там – никого, но тогда зачем зажгли свечи? Эдмина не спешит. Ей любопытно. Она знает, что нехорошо заглядывать в окна, но теперь она сова, ей можно.

В комнату зашёл мужчина и стал раздеваться. Он явно поднялся снизу, из-за стола, где праздновал победу. И это, собственно… ну конечно, это лорд-предок. Отважный герой, который обиделся на соседа, владельца какого-то болота, и сходил на него войной. Как же его зовут? Риана ведь говорила…

Мужчина был одет, как истинный лорд – цветные ткани, вышивка. Растрёпанный, правда, темная грива в разные стороны, но это его не портило. Он тем временем сдирал с себя одежду и швырял в угол, наконец остался в полотняных штанах ниже колен. Уселся на обитый кожей стул и задумчиво почесал кудрявые заросли на груди. Эдмине бы смущенно отвести взгляд, но где вы видели стеснительных сов?

Фигура у предка была потрясающей – широченные плечи, узкая талия, сплошные туго сплетённые мышцы. Загляденье, да – Эдмина прямо засмотрелась. Надо же, от каких экземпляров пошёл род Кавендеров!

– Прикажете подавать, милорд? – в дверь заглянула чья-то подобострастная физиономия. – Девку отмыли, всё так положено!

– Давай уже, я заждался! – рявкнул лорд.

Эдмине-сове стало ещё интереснее.

В дверь втолкнули… ну да, Морану. Это была она, одетая в длинную белую рубашку с каймой по низу, её рыжие волосы в беспорядке рассыпались. А руки были связаны за спиной.

– Это что ещё? – громко возмутился лорд. – Ты что, овцу мне приволок? Ну-ка сними с неё веревку!

– Я бы не стал, милорд, – доверительно посоветовал тот, с физиономией. – Она волчица, а не овца. Кусается!

– Тогда убирайся! – лорд, засмеявшись, махнул рукой.

Тот послушно убрался, захлопнув дверь. Лорд достал откуда-то нож, без особой осторожности, рывком развернул девушку и разрезал веревку.

– Ты мне понравилась, рыжая, – сказал он. – Я тоже тебе понравлюсь, вот увидишь. Посмотрим, какие у тебя зубки, – и он хлопнул Морану пониже спины, и тут же выругался, потому что она сделала быстрое движение, едва не вцепившись зубами ему в предплечье.

Лорд умел реагировать быстро – он отшвырнул Морану, она упала.

– Так, значит, девка, – он двинулся на неё, набычившись.

Эдмина не выдержала – она перелетела на подоконник и, распахнув крылья, издала грозное шипение пополам со щелканьем, и потом взвизгнула, подведя этим итог своему возмущению.

Это имело успех. Лорд резко развернулся, и, кажется, заметно протрезвел. Он сделал несколько шагов к окну и вдруг низко поклонился со словами:

– Прошу прощения, светлая леди. Я понял свою ошибку.

Эдмина ещё раз щелкнула клювом, уже от растерянности, а лорд ещё раз поклонился.

– Я буду обращаться с девицей, как с герцогиней, светлая леди, – сказал он. – Я не знал, что она под твоим покровительством! Прикажу устроить её в моём замке как подобает!

Морана тем временем поднялась с пола, подошла и встала рядом с лордом, тоже поклонилась.

– Благодарю, миледи, – сказала она. – Прошу, не сердись! Мне бы хотелось остаться здесь, и чтобы лорд Кавендер сдержал слово и постарался мне понравиться!

Эдмина сложила крылья и помолчала, удивляясь, а потом издала громкий клёкот – только так у неё получилось расхохотаться. А потом она взмахнула крыльями и вылетела в окно. Сделала ещё круг над замком и приземлилась на верхний ярус Северной башни – там была площадка и защитные зубцы для лучников. Она забилась под один из зубцов и опустила веки. Полетала, хорошенького понемножку…