Часть 29. Мир как он есть

На полянке все было, как прежде, как всегда: башня стояла, росла трава, летали бабочки, и какие-то птички галдели на деревьях. И здесь она, Эдмина Кавендер, получается, у себя дома. А там, в клетке – пленники. Людей привезли в клетке. И Морану один лорд отдал другому в счёт долга. Это не её Кандрия, вовсе нет! Тут никого не удивляет, что соседние лорды воюют, и что в клетках возят людей! И ей придется какое-то время рядом со всем этим жить, и стараться не угодить в клетку. Но всё-таки это её не касается.

Солнце уже подобралось к зениту, скоро к озеру придёт Лия, за водой. Минд нашла в башне кувшинчик с широким горлом и отправилась в малинник, где угощалась ягодами накануне. Она вволю поела одуряюще душистых и сладких ягод, и набрала их полную посудину, чтобы угостить Лию. Эти ягоды получше пирожных папаши Пекара!

Лия снова принесла гостинцы: сыр и сливки, а вместо хлеба – свежие пшеничные булочки. Эдмина вручила ей малину и села рядом. Сначала девочка осторожно взяла одну ягодку, потом ещё одну, смущенно поглядывая на Эдмину, но скоро увлеклась и принялась уминать угощение за обе щеки. Когда с малиной было покончено, Минд спросила:

– Лия, а кого привезли в клетке? Что это за люди, и что с ними теперь будет?

– Это браконьеры, миледи, егеря поймали браконьеров, в Дальнем лесу. – Лия слизала с пальца капельку сока. – Это тоже земли нашего лорда. Пока их заперли в подземелье, потом лорд будет судить. И я уже слышала, что двоих выкупят, в деревне так говорят, – она заулыбалась. – Это весело, все приходят смотреть, выкупят или нет…

– Выкупают браконьеров? Родственники? – уточнила Эдмина, которая не поняла, что же в этом может быть веселого.

– Нет, миледи. Какая-нибудь вдова, у которой найдется два золотых. И ей придётся выйти за него замуж. Хотя бывает, что деньги собирают и родственники!

– Ничего себе обычай! – поразилась Эдмина.

– Из какого далека вы прибыли, миледи, что удивляетесь таким простым вещим, – хихикнула девочка, но, спохватившись, умоляюще сложила руки на груди, – о миледи, не сердитесь!

– Хорошо, – Эдмина поправила ей локон на голове, – и не собираюсь сердиться. Сейчас я зачерпну тебе воды.

Девочка посмотрела на свои испачканные ягодным соком пальцы, вздохнула и спрятала руки за спину. Ей даже в голову не пришло пойти и ополоснуть руки в озере.

– Миледи, я всегда могу найти вас здесь, если понадобится? – спросила Лия. – Могу прийти и позвать? Вы позволите?..

А ведь действительно, это может понадобиться. А как её позвать? Не сидеть же ей все время у озера. Вдруг что-то срочное, а Лия – это связь с замком, с Рианой, с Мораной…

– Пойдём, покажу тебе, где я живу, – предложила она. – Пообещай никому о не рассказывать?..

– Клянусь, миледи! – пообещала Лия.

Солнце постепенно ушло в облака, в лесу стало сумрачно и тихо. Пока шли, Эдмина то и дело поглядывала на небо – неужели пойдет дождь? И сможет ли она завести Лию в свою башню, пропустят её колючки? Но добрались благополучно. А то, что башня ощетинилась всеми колючками и выглядела как-то неласково – показалось, конечно.

– Ты ведь была здесь когда-нибудь, Лия? – спросила Эдмина. – Знаешь, что это за башня?

– Я ходила здесь иногда, – девочка удивлённо оглядывалась. – Какая башня?..

– Вон та, – Эдмина показала.

– Но там только кусты, миледи! Колючие кусты! – девочка посмотрела на Эдмину с замешательством.

– Ты не видишь башню?..

– Нет, миледи.

Лия не врала. И всё же башня – вон она, на виду, стоит на своем месте. Эдмина подбежала к кустам – и ветки отклонились, приглашая её.

В конце концов, Минд лечила раненых, смачивая их раны водой – странное лечение, но ведь действенное! Значит, Лие не должно это повредить. И чего она боится?..

Она плеснула водой из бутыли на ладонь и приложила её к глазам девочки. Отняла руку, стряхнула капли. Лия зажмурилась и уткнулась лицом в грудь Эдмины.

– Ну что ты? Открой же глаза, посмотри. Теперь видишь башню? Тебе что, больно?.. – заволновалась Эдмина.

Тоже, нашлась фея-экспериментаторша! Но так хотелось, чтобы Лия увидела.

Девочка осторожно приоткрыла глаза, потом распахнула их и испуганно взглянула на Эдмину.

– Я вижу! – кивнула Лия. – Вон там, за кустами! И не только…

– А что же ещё ты видишь? – удивилась теперь Эдмина.

– Не знаю. Всё другое! – прошептала Лия, зажмурившись.

– Что значит – всё? – вздохнула фея-экспериментаторша, которая уже засомневалась, стоило ли это затевать.

Она обняла девочку и просто подождала некоторое время, гладя её по волосам. Потом попросила:

– Посмотри ещё! Все хорошо?

Лия осторожно оглянулась и неуверенно улыбнулась:

– Да, миледи. Всё почти как было, только ярче. И башня есть…

– Ну вот. Если я буду нужна, приходи и позови, – сказала Эдмина. – Я приоткрою окно, чтобы всегда тебя слышать.

– Вы тут живёте, миледи?

– Да, моя хорошая. Тебе уже пора. Пойдём, провожу немного?..

На этот раз они пошли к замку через лес – Эдмина вдруг поняла, что прекрасно знает дорогу. Она как будто узнавала эти деревья, и вон тот яркий куст остролиста видела не в первый раз, и точно знала, что будет вон там, за той низинкой…

Она видела всё, когда летала совой. Но видела сверху. И запомнила? Всё-таки совсем неплохо быть феей. Получить всё, ни о чего не отказываясь. Так можно?..

Пока шли, Лия крепко держалась за руку Эдмины. Та спохватилась уже неподалёку от Совиной лестницы.

– До свидания, солнышко, – сказала она Лие. – Я, наверное, скоро опять к вам загляну.

– Да, миледи. Мы будем вас ждать. Я теперь всегда буду видеть вот так? – Лия поднесла руку к глазам. – Как будто ярче. По-другому…

– Думаю, что да. Посмотрим, – Эдмина улыбнулась.

Если бы она знала! Экспериментаторша! Но если что, опыт со зрением Лии можно будет и повторить – не похоже, что это вредно.

– Спасибо за подарок, миледи! До свидания! – заулыбалась Лия.

Всё правильно, новую способность девочка восприняла как подарок. Эдмина помахала ей и пошла домой.

Да, домой – в башню, заросшую терновником и шиповником. Кусты уже привычно пропустили её. Сова сидела по полочке, её глаза были закрыты – просто сова, которая спит днём в укромном темном уголке. Однако стоило Минд войти, как сова открыла глаза, и…

Она слетела вниз, на пол, и мгновение спустя посреди комнаты стояла рассерженная Йола.

– Я всё понимаю, сестричка, и не должна тебе мешать, – сварливо заявила она. – Но ты глупо себя ведешь! Сколько можно?

– Так это ты?! – как ни странно, Эдмина не удивилась, она рассердилась скорее. – Догадываюсь, что всё делаю не так, но ты не рассказала, как надо, хотя могла! Я должна обо всем знать? Тогда прошу прощения! Я стараюсь!

Лучше бы это была просто сова, но стоило ли на это рассчитывать? Не так давно она оставила Йолу над блюдом с пирожными, а теперь эта сладкоежка явилась её отчитывать.

– Нельзя никому показывать башню! – сказала Иола. – Людям – нельзя! Разве сложно до этого додуматься? Ты ведь видишь, что башня спрятана!

– Не вижу, – отрезала Эдмина. – Представь, не догадалась.

– Кто тебе сказал, как открыть глаза девочке?

– Никто. Я угадала. Случайно.

– Вот уж умница. Трижды думай, прежде чем открывать то, что скрыто. Это опасно. Это твоё убежище! Надо было оставить девочке метку. Чтобы она могла позвать тебя! Понимаешь?

– Извини, я, наверное, действительно сглупила, – Эдмина всё поняла и решила не нагнетать ссору. – Если научишь меня оставлять метку, я так и буду делать. Вот почему ты не показалась сразу, а?

– Ну как почему! Чтобы тебе не мешать, – Йола со вздохом присела на скамью. – Я ведь и не вмешивалась. Ты сама нашла башню. Сама нашла меня. Сама добралась до замка. Ты всё делала сама! Я старалась. Но знаешь, это выше моих сил. Вот стану старой и могущественной – тогда да. Но до этого далеко!

– Выше твоих сил наблюдать, как неправильно я себя веду? – уточнила Эдмина, садясь рядом.

– Вот именно!

– А почему ты сердилась на ферров? То и дело шипела на них?

– Они тоже договорились тебе не помогать, а сами помогают.

– Понятно. Они тоже не в силах выносить моё неведение, – подытожила Эдмина. – Так может, сумасшедший Миерон на это рассчитывал? Вот такой он был гений?

– Ты так считаешь? – Йола усмехнулась.

– Уверена в этом! – сказала Эдмина. – Поэтому давай не переживать о том, что вы мне подсказываете? Зато я сама буду всё решать! Что у вас спросить, что сделать…

Йола глянула на неё скептически и засмеялась.

– Хитрая Эдмина!

– Скажи, это твоя башня? Ты живешь здесь? – Эдмина вспомнила неустроенность башни, незастеленную кровать, и в то же время чистоту, даже пыли не было.

– Я живу в другом месте, – покачала головой Йола. – А это башня Истафины. Она давно покинула эти места. Но для нас с тобой башня открыта.

– Истафина – моя пра-пра?..

– Именно так, дорогая. Фея всегда уходит, когда её семья… в общем, такой момент наступает. Дети вырастают, любимых больше нет, наступает время для нового витка жизни. Это легче пережить, уйдя как можно дальше. Если феи и возвращаются, то нескоро. Так лучше.

Эдмина пожала плечами – что ж, им всем виднее, конечно.

– А я пока я останусь с тобой, – сказала Йола. – Хочешь?

– Хочу, – сразу согласилась та.

– Мне лучше в совином образе. Буду превращаться иногда, чтоб поговорить. Вот! – Йола щелкнула пальцами, и на столе появилось блюдо с эклерами.

Другое блюдо, не то, что было в кухне у Пекара. Но пирожные те самые.

– Ни в чём себе не отказывай, – сказала Йола. – Мы всегда будем стройны и прекрасны, – и возле блюда появились две чашки с каким-то горячим напитком, пряно запахло травами.

Они провели остаток дня спокойно. Больше не ругались. Вместе сварили кашу с травами и диким чесноком – обыкновенно, на печке, которую, впрочем, Йола затопила с помощью магии. И каша получилось такой вкусной, что они её сразу съели – оказывается, феи любят не только сладости и сливки. И Йола не отказывалась отвечать на разные насущные для фей вопросы. Тот самый сложный вопрос «Что делать?» Эдмина не задавала, понимая, что ответа не будет, его придётся найти. Самой, случайно. И тогда мозаика сложится и она поймёт, где её сокровище и как закрыть злосчастный портал. Ах да, и ещё – в кого ей влюбляться? Она же должна быть влюблённой!

Ферр Миерон точно был сумасшедшим.

– Йола, как сделать метку, чтобы тебя позвали? И что это такое вообще?

– Берешь любую вещь и делаешь метку. Очень сильно хочешь, чтобы при определённом действии помеченного ты услышала его зов. Вот и всё. Для этого можно взять камешек, шишку, пуговицу – всё! Иногда кольцо, иногда платок – то, что больше подходит к обстоятельствам. Поняла?

– Я главное не поняла. Что надо делать?

– Говорю же – надо хотеть! На этом стоит фейская магия – фея желает, и желаемое воплощается. Понятно, что ты человек и привыкла по-другому. Тренируйся. Сможешь и так, и этак. Даришь, например, колечко, его повернут или потрут, или на землю бросят – и ты услышала и поняла, что тебя зовут.

– И с какой же попытки у меня это получится? – Эдмине не верилось.

– Хоть с тысячной! Поначалу всё трудно, а потом становится легко.

– Ох, – Эдмина вытянулась на кровати, на которой, с другого краю, уже устроилась Йола. – А как совой стать?

– Так же. Желаешь – и становишься.

– Я превращалась случайно, во сне. Сама собой. Я ведь была настоящей совой, реальной? Или, как бы сказать…

– Совиным призраком? – Йола звонко расхохоталась, сцепив руки за головой. – Нет, ты была настоящей совой. Могла бы поймать и съесть мышку. При желании. Ты уже открылась, искра стала огоньком, так что всё можешь, всё у тебя есть. Осталось учиться. Пробуй.

– Хорошо, – вздохнула Эдмина. – А послушай! Тут есть город Иствен, – вспомнила она. –То есть, пока не город. На самом его краю есть две башни. Рядом низинка, и там растут белые лилии, такие же, как вокруг моего озера…

– О, ты знаешь про башни и про ручей? Они сохранились через девятьсот лет? – Йола заволновалась, даже села на кровати.

– Ручья там нет. Только лилии растут.

– Понятно, – Йола со вздохом откинулась на подушку. – Жалко ручья, но я догадывалась, что он иссякнет. И тебе нравились те лилии? Что ты чувствовала, когда их трогала? – взгляд у неё стал какой-то мечтательный и чуть печальный.

– Они мне нравились, конечно. Красивые и долго сохраняли свежесть. Теперь… то есть тогда это будет сад Мораны. Той рыжей девушки, которую ты видела сегодня в Исте, помнишь? И одна из башен ей принадлежит, Морана её выкупила у города. Говорила, что её семья давно пользовалась этим местом, в башнях легко колдовать. А она приобрела для себя. Но лилии она собирала и у озера тоже.

Йола опять встрепенулась и села на кровати.

– Та рыжая?

– Она потомственная знахарка, её семья много лет живет в Иствене. Бабки, прабабки, ну и так далее.

– И Пекар мне не сказал! Вот же вреднюга. Надо проверить её кровь.

– Ты не знаешь, что там, через девятьсот лет?..

– Нет конечно! Я там не была и не окажусь никогда, – призналась Йола немного печально.

– А та фея, которая прилетала ко мне там? Не ты?

– Не я! Послушай, владеющие магией не всемогущи, хотя невладеющие именно так и считают. Пекар может одно, я – другое, он лихо бегает по «ступеням», а я без провожатого выдохнусь даже в «петле», если захочу скользнуть на девятьсот лет.

– А Корри?.. Он ведь человек? Ты знаешь про него?

– Слышала от Пекара. Менталист. Пекар иногда забавляет нас сказочками, и про Корри тоже. Корри делал короткие прыжки, и только в проколы, он знает несколько мест. И ему очень везло. Хотя, скорее, это его дар…

– Знаешь, а я поняла, – воскликнула Эдмина. – Нет, не про Корри. Про тебя. Это ты живёшь в той башне, что теперь принадлежит Моране? Там был твой ручей и твои лилии? То есть, сейчас там твой ручей и твои лилии.

– Умница! – усмехнулась Йола. – Ты поняла, что болтать про мою башню тоже пока не надо? Ну ладно. Мне уже любопытно познакомиться с этой Мораной. Она может колдовать, говоришь? Потомственная знахарка?

– Она потеряла силу при переходе сюда. Помнишь, я спрашивала вас с Пекаром, почему?

– Конечно помню. Да, надо познакомиться.

– Она, кстати, по крови Кавендер. Незаконнорожденная.

– Ещё интереснее…

Они болтали до ночи, Эдмина пробовала делать метки и ещё разное, чему хотела её научить Йола, но всё бесполезно. Потом она уснула, упав на кровать вне себя от усталости, а Йола стала совой и вылетела в окно.

Ночь прошла быстро, как несколько вздохов. Эдмина проснулась солнечным утром, когда Йола уже дремала на своей полке под потолком. На столе стоял кувшин с молоком и лежали свежие булочки.

– Светлая леди, отзовитесь! Миледи. Миледи! – донеслось из приоткрытого окна.

Эдмина поспешно спрыгнула с кровати и подбежала к окну – всё верно, там, не приближаясь к колючим кустам, стояла Лия и кричала, держа ладони у рта.

Эдмина поспешила выйти наружу, уже привычно пробравшись через заслон колючек, и обняла девочку.

– Здравствуй, Лия! Что случилось?

Лия на этот раз была без подарков, и она казалась такой взволнованной…

– Миледи. Меня леди Морана послала. Сказала, что это важно. Вы должны увидеть одного человека.

– Одного человека? Кого же? – удивилась Эдмина. – Где этот человек?

– Он в подземелье, миледи. Он с браконьерами. Его поймали, когда он охотился на оленя! Лорд запрещает охотиться на оленей! Леди Морана просит вас прийти в замок сегодня, до полудня. Мне надо вернуться, миледи, простите. Вы придёте?

– Хорошо, дорогая, я приду. Э… леди Морана?.. – запоздало удивилась она.

– Сегодня утром лорд Элиар приказал так её называть!

Эдмина только покачала головой, не удержавшись от улыбки. Морана не теряется! А пойманный браконьер…

Это, наверное, важно, если Морана так считает.

Колючие ветки раздвинулись, причем гораздо охотнее, чем для Эдмины, и в просвете показалась Йола. Они помахала рукой:

– Доброе утро, мои дорогие!

Лия не ожидала этого и испуганно вскрикнула, но сразу взяла себя в руки и присела в поклоне:

– И вам доброго утра, светлая леди!

То есть Лия даже не усомнилась, кто такая возникшая перед ней женщина, хотя на плече у той не сидела сова.

Йола подошла к девочке и по-хозяйски приподняла её голову за подбородок.

– Здравствуй, светлячок! Морана послала тебя за Эдминой, говоришь?

Лия закивала, во все глаза разглядывая ещё одну фею. А Йола поводила ладонью перед её лицом со словами:

– Ты никогда и никому не расскажешь о нас и об этой башне, что бы ни случилось. Поняла?

Лия кивнула, медленно, как завороженная. Собственно, так оно и было.

– Можешь передать Моране, что Эдмина скоро придёт. Вот, держи, – она сделала движение ладонью, и в её руке появилась блестящая шёлковая лента.

Йола сама перевязала лентой волосы девочки.

– Ты будешь такой красавицей! А теперь беги, – она развернула Лию за плечи и легонько подтолкнула.

– Спасибо, светлая леди, – радостно прокричала Лия, убегая.

– Лента просто подарок. В ней ничего нет, – спокойно пояснила Йола в ответ на взгляд Эдмины. – И да, я отняла у этого милого создания возможность о нас рассказывать, но подарок ни при чём. Я всегда так делаю, люблю радовать. А ты не доверяй свою безопасность маленьким детям.

– Хорошо, – пожала плечами Эдмина. – Я должна идти в замок. Там у Мораны что-то случилось.

– Не спеши, я сама расскажу. Но сначала молочного напитка. Или нет, кофе! Это лакомство хитреца Пекара. Он притащил его откуда-то сверху, из будущего, – фея была в отличном настроении.

– Ты была в замке?

– Да, слетала. Не спалось. Пекар подарил мне сколько угодно кофе, захочу – и вот оно. Пойдем.

– Волшебство? – уточнила Эдмина. – Один раз приготовил – и сколько угодно кофе?

– Да, именно. Завидуешь?..

Едва они вернулись в башню, в Эдмины в руке появилась горячая чашка – только чудом она её не уронила.

Ну да, кофе. Горячий и ароматный. В чашке было гораздо больше сливок и сахара, чем хотелось бы – ну ясно же, что Йола та ещё сладкоежка и любит сливки! Впрочем, вкусно было всё равно.

– Так что случилось в замке, Йола?

– Я познакомилась с Мораной. И осталась довольна.

– Она твоя родственница? То есть, я хотела сказать… твой потомок?

– Ничуть, – хихикнула Йола. – Но что это меняет? Она мне понравилась. Я помогла ей немножко. Всё-таки этот внук Истафины дикарь и невежа. Хотя красавец, скажи ведь? Ну вот, пришлось его успокаивать.

– Опять? – вздохнула Эдмина. – Что, каждую ночь его успокаивать? Слишком хлопотно, лучше от него держаться подальше!

– Ну нет, – Йола расхохоталась. – Послушай, вот Истафина рассуждала точно, как ты! Я считаю, что мальчик неплох. Ему нужна любимая женщина и счастье. И потомки! Тебе же ещё рождаться от кого-то! Так что…

Эдмина только вздохнула. Да, она еще не родилась, но она уже тут. Казус временной петли.

– Мне обо всем рассказал ферр Клайрент, ему нравится смотреть, как лорд вершит суд. Кавендер ближе к вечеру устроил суд над пойманными браконьерами, там, в замке, на площади. Морану посадил рядом. И она узнала одного из браконьеров. Разволновалась, почти что на шею ему бросилась. Кавендер, конечно, был в ярости. Морана пыталась оправдываться, но кто бы её слушал! Он отправил её наверх, в башню, за пять минут вынес всем приговор и ушёл.

– Разве можно наспех решать чью-то судьбу?! – изумилась Эдмина.

– А что решать? Никто не отрицал своей вины. Даже Клайрент не нашел, к чему придраться. Тот, кого узнала Морана, тоже её узнал и назвал по имени. Лорд ревнует, понимаешь? Удивительно, что того беднягу не казнили немедленно.

– Он дурак, а самое страшное, что он имеет такую власть здесь, – в сердцах сказала Эдмина. – Мне стыдно, что я его потомок. Ужасный тип. Надо спасать Морану. Этот ваш лорд даже не выслушал никого толком? Ни Морану, ни того браконьера!

– Морану не судили, а браконьер признал вину. Вот, ты всё знаешь, – Йола с удовольствием допила кофе. – Спасибо за компанию. Не люблю завтракать в одиночестве.

– Спасибо за рассказ. Теперь я пойду в замок, – решила Эдмина.

Она свою порцию допивала, не чувствуя вкуса – рассказ Йолы её расстроил.

– Доброго тебе дня, – напутствовала её Йола. – Я пока посплю, – она встряхнулась, стала совой и взлетела к себе под потолок.