Глава 52

— Не видел, господин, — ответил хозяин дома, и я едва расслышала его слова.

Мое сердце сразу ушло в пятки.

Неужели искали меня?

Но прошли всего сутки, как я уехала из Дерекёя. И Джамиля-ханум обещала до сегодняшнего вечера скрывать мое исчезновение из усадьбы. Разве меня могли уже искать, да еще здесь, в Адрианополе?

Увидев, что всадники направились в мою сторону, я быстро огляделась. Надо было где-то спрятаться. И немедленно. Через десяток метров забор оканчивался воротами, и они были вроде приоткрыты. Понимая, что у меня не было времени искать другое прибежище, я поспешила туда. Завела Мериду за ворота в какой-то двор. Он, слава богу, был пустым, а в доме не горел свет. Хозяев или не было, или они уже спали. Что было хорошо. Я прикрыла створку ворот сильнее и спряталась за нее. Высокий забор хорошо закрывал мою лошадь с головой.

Я успокаивающе гладила кобылу по шее, переживая, чтобы она не заржала, а сама выглядывала в щель в воротах. Пятеро всадников уже через минуту оказались на дороге, где я недавно стояла. Начали стучать в окна дома напротив.

Там вскоре загорелся свет и в окно выглянула какая-то женщина в платке. Она спросила, что нужно мужчинам.

— Мы ищем русскую рабыню. Она украла лошадь! — заявил один из всадников.

— Не видела такой, — ответила турчанка.

Но тут к дому подъехал еще один всадник. Широкоплечий, в темном облачении, с непокрытой головой.

— Светлоглазая девка на пегой лошади, ты точно не видела ее? — гаркнул он недовольно женщине, что стояла у окна.

Мое сердце пропустило два сильных удара. Этот последний всадник остановился посередине улицы ко мне боком, и я прекрасно разглядела его.

Это был Янгир!

Я отчетливо видела, как снег заметал его темные волосы и как он жестко удерживал поводья своего черного жеребца рукой в перчатке.

От ужаса я застыла и едва могла дышать.

Откуда он уже узнал, что я сбежала? Да еще так быстро отыскал меня здесь? Неужели мое исчезновение обнаружили раньше, чем сегодня вечером? Но более меня поразило другое — он знал, что я на пегой лошади!

Но откуда? Ведь из усадьбы я уезжала на черной кобыле, а эту лошадь дал мне Али.

Я уже ничего не понимала, но знала одно: надо было куда-то немедленно прятаться, пока не поздно, пока этот мерзавец не начал искать меня в этом дворе. А он уже обернул голову в мою сторону и осматривал дом и забор, за которым я стояла, словно чуял, что я здесь.

Попятившись от ворот, я быстро обернулась, но тут же едва не вскрикнула от ужаса. Передо мной в темноте стоял бородатый мужчина, всего в шаге, в серой чалме и с горящим взором. Это был тот самый мужчина, которого я видела чуть раньше с поленьями дров во дворе.

Я замерла на месте, понимая, что если этот турок сейчас позовет кого-нибудь, меня тут же схватят. А за воротами — этот опасный дикарь, который рыскал по улице в поисках меня.

Мужчина быстро поднял руку и приложил пальцы к моим губам.

— Тише! Не кричи. Я помогу тебе, — на русском сказал он.

Я недоуменно уставилась на него, окончательно опешив и ничего уже не понимая. Отчего турку помогать мне и почему он говорит по-русски?

Но мужчина уже схватил поводья моей лошади одной рукой и потянул за собой.

— Пошли скорее! — велел он, направившись в сторону дома.

Более ничего не спрашивая, я направилась за ним, понимая, что если бы он хотел меня выдать, то уже бы схватил меня или закричал всадникам с улицы.

Мужчина завел меня в какую-то дверь, быстро затолкнул внутрь и захлопнул створку, а мою лошадь торопливо повел за дом. Я выглянула в щель, видя, что турок завел Мериду в высокий сарай, похожий на небольшую конюшню.

Спустя пару минут, мужчина вернулся ко мне. Пронзительно оглядев меня с ног до головы, глухо вымолвил опять по-русски:

— Не бойся, девушка. Я друг.

Мы с ним стояли в темном помещении, похожем на прихожую для слуг, и я едва различала черты его лица. Турок был выше меня на голову и худощав.

Я не успела что-то сказать, как с улицы послышались громкие голоса.

— Эй! Кто здесь есть?! — крикнул голос по-турецки.

— Мы ищем русскую девку! — услышала я грозный рык Янгира.

Мужчина приложил палец к своим губам и прошептал мне:

— Я спрячу тебя. Не отдам им. Сиди тихо.

Не зная, можно ему верить или нет, я медленно кивнула. Выбора у меня все равно не было.

Мужчина быстро вышел наружу, плотно прикрыв за собой дверь. А я, оглядевшись, прокралась по темноте к ближайшему окну, которое было на той же стороне, что и дверь, и чуть выглянула на улицу. Занавеска хорошо закрывала меня от взглядов снаружи.

Я видела, как мужчина-турок, что говорил по-русски, подошел к всадникам, которые уже въехали во двор, те же незакрытые ворота, что и я ранее. Он громко ответил Янгиру по-турецки, что он слуга, а хозяина нет дома.

— Русская девка! — громко рычал ему Янгир свое. — Светловолосая, с зелеными глазами! На пегой лошади! Ты точно не видел ее?

— Нет, господин, не видел, — ответил турок, что спрятал меня.

— Она должна была здесь проезжать, — гаркнул второй всадник. — К дому купца Османа.

— Я колол дрова последний час, — ответил мужчина. — Но всадники по улице не проезжали, кроме вас.

И все же спустя пять минут эта жуткая кавалькада в черном во главе с Янгиром убрались со двора. Турок-слуга действительно не выдал меня и твердил одно: что не видел никакой девушки. После того как они покинули двор, турок наконец запер ворота, а я выдохнула с облегчением.

Однако внутреннее напряжение не оставляло меня.

Я так и не поняла, зачем этот турок помог мне и пошел против своих собратьев? Что ему было нужно? Если бы он был слугой купца, я еще могла бы понять. Но этот дом точно был не Османа Фархи.

— Кто ты? Отчего ты спрятал меня? — тихо спросила я, когда он снова вошел в тихий дом.

— Не хотел, чтобы они нашли тебя.

— Ты хорошо знаешь русский язык.

— Потому что я русский.