Глава 6

Когда проснулась, не сразу поняла, где нахожусь.

И почему вокруг такое всё белое-пребелое, начиная от балдахина кровати над моей головой, заканчивая мебелью и коврами, по которым едва пробивался светло-голубой узор из переплетающихся снежинок.

А главное, почему так холодно, что вылезать из-под тяжеленного одеяла категорически не хочется.

Как вспомнила, правда, решила тут же заснуть обратно. Ну его — такую паршивую действительность. У меня ж испытание сегодня! Хочется верить, хотя бы не с утра. Но вот несправедливость, спать долго мне не дали. В дверь тихонько постучали, почти что поскреблись.

Я хотела было заявить, что никого не принимаю и на аудиенцию просьба записываться заранее, желательно в следующем году… но любопытство было сильнее.

При свете дня… ну, то есть утро, хотя я подозревала, что всё-таки на самом деле скорее дня… у меня получилось отыскать богато расшитый халат цвета фуксии, который я прихватила из дому. Хоть какое-то воспоминание о лете в этом царстве тоскливой зимы.

На пороге оказалась девочка-служанка, примерно одних со мною лет. Бесцветная блондинка — белее снега, с будто заметёнными инеем бровями и ресницами. Только глаза льдисто-голубые, яркие, как зимнее небо редким солнечным днём. Все они тут такие, что ли, в этом царстве Северных стражей?

Впрочем, есть тут одна особь наглая, которая отличается. Почему, кстати, не совсем понятно. Кажется, пришла пора «взять языка».

Между тем, помявшись на пороге, служанка всучила мне какой-то объемистый на вид свёрток. Я его приняла из рук в руки. Оказалось не слишком тяжело для такого объёма. Что ещё такое? Я ничего не просила!

— Вам просили передать, — едва слышно пролепетала девушка, и хотела было прошмыгнуть вон.

— Кто просил? — остановила я её дистиллированным приказным принцессиным тоном.

— Не могу знать, — лукаво улыбнулась служанка, и уровень моего любопытства взвился до заоблачных высот. Я перехватила свёрток подмышку и поманила девушку пальцем.

Та, пугливо оглядываясь, всё же переступила порог. Видно было, что ей самой ужасно интересно, что от неё надо таинственной заморской принцессе.

— Мне очень — просто жизненно необходимо узнать, от кого этот подарок! — прошептала я заговорщическим шёпотом. — Если расскажешь, отблагодарю.

— Мне было сказано, если выдам, голову оторвут! — заявила упрямая девица. При этом она потупила глазки и вся зарделась. У меня зарождалось одно предчувствие, от которого я никак не могла отделаться.

— Я поговорю с принцем Дереком, и он ничего тебе не сделает! — брякнула я, и по тому, как вспыхнули глазки девушки, как она махнула ресничками и воодушевлённо на меня посмотрела, поняла — угадала. Чтоб его, этого принца… ходит тут, служанок охмуряет. Тайные шпионские сети создаёт, агентуру вербует.

К её чести, «агентесса» прямо не подтвердила мою догадку, только продолжила загадочно улыбаться. Я поняла, что младший принц имеет настолько прочное влияние на девушку, что она ни в какую не захочет нарушить его приказание.

Что ж. Пойдём другим путём.

Я брякнула на пол «подарочек» и стащила с пальца одно из многочисленных колец. Отец дарил на каждый праздник одно и то же, украшал меня, как новогоднюю ёлку, чтоб перед людьми не стыдно было, так что они все мне уже давным-давно надоели. Под испуганные возражения всучила колечко девушке.

— Один вопрос — и оно твоё. Расскажи мне о принце. Что-нибудь. Что знаешь. Например, чем во дворце занимается, как ладит с отцом и другими… Почему он так не похож на своего брата?

Я была полна энтузиазма во что бы то ни стало разрешить загадку под названием «принц-садовник». Чуть было не спросила, сколько у него девушек, но вовремя остановилась. Ещё чего не хватало! Можно подумать, мне интересно.

— А вам зачем? — насторожилась девица. Вот же! Крепкий орешек. Я поколебалась, но добавила ещё серёжки. Тут уж даже она не устояла.

— Ну… в общем, младший принц у нас не очень правильный. Возится с лошадьми, деревья выращивает, слуг никаких не признаёт и даже одежду себе сам чинит и обувь, говорят, чистит тоже сам! Поэтому не очень-то его любят нормальные дворяне. И даже… уж не выдавайте, что так сказала… брат евонный старший тоже. Говорит, не подобает подобное неслыханное поведение высочествам, пусть даже и младшим. Они вечно по любому поводу ссорятся, во дворце стены дрожат — как ещё не подрались!

О! Кажется, кто-то, наконец, дорвался до сплетничанья, и теперь с упоением выдавал мне информацию с такой скоростью, что я только стояла, слушала, и мысленно скрещивала пальцами, моля только об одном — чтоб никто не помешал и этот фонтан сведений подольше не иссякал.

— Но самое главное, не просто так они ссорятся. И не просто так зуб у старшего Величества на Младшего. Наш любимый король, да продлятся дни его, всегда сыночка младшенького прикрывает и оправдывает, но это ещё больше принца, стало быть, злит. А корень всех бед… причина-то… она же простая, как три бублика!

Девушка сделала драматичную паузу.

Я со вздохом стащила с шеи золотую цепочку. Искушение узнать остальное было слишком велико. Вошедшая во вкус вымогательница быстренько спрятала добычу и продолжила. Ох, надеюсь, у Дерека только одна Страшная Тайна, не то лишусь я сегодня половины своей шкатулки с драгоценностями, а этого папенька не переживёт.

— Принцы-то наши, они на самом деле не родные! — страшным шёпотом, оглянувшись на дверь, заявила девушка. — Ой, ну то есть родные, но не совсем.

— Это как? — не утерпела я.

Уже совсем утратившая передо мною страх блондинка подошла совсем близко и зашептала чуть ли не на ухо:

— Так ведь батюшка его, принца Дерека то бишь, нагулял от покойной королевы! Да ещё с кем — с простой дворцовой прачкой!

Вот чего я точно не ожидала услышать, так этого. И почему-то сердце забилось быстрее, и стало как-то грустно. Не похоже было, чтоб у его мамы была красивая история любви, как в простонародных сказках.

— Ну вот… и причём прачка та оказалась умной девушкой, она понимала, что королева её со свету сживёт, если узнает. Ух, крутой был характер у покойной Немерины, мне матушка моя рассказывала — а она у неё была камеристкой, и так-то ей временами доставалось, и битой бывала… ну так вот, простите, я что-то далеко ушла от сути. В общем, не сказала она ничего королю о ребёночке, да и ушла из дворца куда глаза глядят, никто не знал, куда.

— Так если никто не знал, как же узнали о сыне?

История захватила меня с головой, я даже дышать забыла.

— Вы слушайте, слушайте! Там дальше самое интересное, сейчас дойдём! — служанка посмотрела на меня с упрёком. Кажется, эту историю она рассказывала уже не раз и бенефис был отрепетирован до жеста. Впрочем, даже если я и зря потратила свои блестяшки, оно того определённо стоило. Даже если эту историю с придыханием уже тысячи раз рассказывала местная чернь, мне-то, чужеземной принцессе, не факт что поспешили бы рассказать. Уж скорее бы промолчали. Я ж тут вроде как потенциальная королева будущая. А королев тут, думаю, привыкли на всякий случай опасаться заранее.

— Ну так вот! И значит, уехала она в дальние дали. Но ребёночка в одиночку родить и поднять, безо всяких родственников, это я вам скажу, та ещё задачка! То-то мне мамочка говорит, ни за что в жизни не поддаваться на сладкие речи этих жуликов и прохвостов, у них одна мысль на уме! Только им-то что, дурное дело не хитрое, встал и пошёл, а нам, девочкам, всю жизнь расплачиваться потом… кхм… о чём это я? А, да. И значит, родила она мальчика, а принц у нас сами видите, не крошка совсем. Стало быть, не сладко ей пришлось, богатыря такого прокормить да на ноги поднять. А какое здоровье у прачек, коли они сызмальства в ледяной воде стирать приучены? Понятное дело, никакого. Ну вот и… померла она, значит, как он ещё мальцом был.

— Кто? Дерек?

— А то кто ещё! Да вы не ревите, не ревите! Знала б, что вы такая нежная, уж не стала бы рассказывать.

— Нет-нет, ты давай… дальше… как он?… смог… дальше?

— Принц-то наш, Дерек, значит, тогда ещё ни сном, ни духом, что он принц. Ну там, наверняка уж победствовать пришлось мальцу, и побродяжничать, до самой столицы дошли. Поговаривают даже, с котами помойными по мусоркам скитался, но это уж совсем враки всё, это мы не верим. Чтоб такой красавчик, да по мусоркам — уж точно нашлась бы богатая вдовушка приютить!

Версия про котов мне показалась правдоподобнее. Не такой он был. Дерек.

— А потом, годочков уж семнадцать ему стукнуло, в подмастерья мелкие стали брать, ну и увидал его как-то раз на улице наш батюшка-отец. А похож он на него в молодости с лица-то — страсть! Портреты висят во дворце по стенам, можете сами посмотреть. Принц старший наш больше уж в матушку. Так что признал Величество наше родную кровинушку, как есть с первого взгляда признал. Ну и забрал к себе во дворец, и все права узаконенные бастарду от прачки дал. Вот он и бесится, прости господи, Вольфред-то, а сделать ничего и не может…

Она ещё пощебетала что-то несущественное пару минут, поглядывая на кольцо с камушком на моей правой руке, но это мне подарила мама, так что я быстренько спровадила болтушку. Тем более, что новых сведений никаких она уже не говорила, всё толкла как в ступе одно и то же.

С сожалением девушка всё же ушла.

А я осталась одна в комнате. С подарком.

Села на пол рядом со свёртком, подперла подбородок ладонью и стала смотреть на простую холстину, перевязанную куском бечёвки, в которую он был обёрнут.

Ведь сказал же, что присмотрит за мной на сегодняшнем испытании. А что за испытание, сказать не может. Но эта вещь мне точно должна помочь.

И мне бы начать усиленно думать об испытании.

Вот только все мысли почему-то были о другом.

В конце концов, я навздыхала столько, что можно было наполнить моими вздохами не только эту комнату, но и целый дворец.

И всё-таки решила, что надо уже прекращать вздыхать и открывать подарок. Я всё тянула время, потому что это означало бы, что пора уже готовиться к испытанию невесты, которое подготовил мне Вольфред. А я ничего хорошего от этого испытания не ждала.

Но только было потянулась к обёртке, как аж подскочила от истошного вопля, который раздался где-то далеко. За дверью, в лабиринтах коридоров дворца.

Вопль был кошачий.

Значит, Дерек не придумал, и ему не почудилось. Действительно — кошка во дворце Северных стражей, битком набитом голодными злыми псами.

Решив, что благоразумничать некогда, я стремглав бросилась к двери и выбежала наружу. К моему немалому удивлению, на небольшом отдалении от моих покоев дежурили аж четверо стражников из моего сопровождения. Надо же, неужели совесть проснулась! Судя по тому, как они потупились при моём приближении, это чудо действительно случилось. Впрочем, я подозревала, что не без участия младшего принца, который обещал отыскать, где они там шатаются, и вправить мозги.

Бравые молодцы даже порывались пойти за мной по пятам. Но я была слишком сердита на них, и так припечатала своим принцессиным гневом, повелев охранять мою дверь и запомнить, наконец, где она находится, что бедолаги совсем вжали головы в плечи и остались стоять на месте.

Кошачий вопль повторился. В этот раз к нему добавилось угрожающее рычание в несколько глоток.

Я припустила быстрее.

Поворот, ещё один…

В этом лабиринте всё было такое одинаково-белое, что немудрено заблудиться. Однако, каждый раз, как только я запиналась и не могла определиться, куда свернуть, новый взрыв лая пополам с яростным шипением служил мне маяком.

Картина, открывшаяся мне за очередным поворотом, была такая, что хоть маслом пиши.

Просторный холл, узкие окна в пол по обе стороны, заплетённые морозными узорами. Белые бархатные занавеси подобраны серебряными лентами. Гроздья хрусталя свисают с пола, серо-голубые ковровые дорожки покрывают наборный паркет из белого дуба, самого редкого и ценного дерева в Империи.

Стройные ряды стульев с изогнутыми спинками.

И под один из них, практически в самом углу, пытается втиснуться младший принц. С угрожающим «кис-кис! Да иди же сюда, зараза усатая!!» С его ростом и комплекцией зрелище было то ещё. Стул жалобно трещал, когда его пытались таранить широченные плечи принца.

На месте кота я б уже со всех лап дала дёру от такого «спасителя». Видимо, кот был того же мнения, потому что забился в угол и не в какую не вылезал. Только время от времени оглашал окрестности истошными воплями. И судя по всему, ещё успевал уворачиваться от настырных рук принца, который, исходя из эпитетов, что становились всё более и более забористыми, готов был уже вытащить его даже за хвост.

Впрочем, не факт, что так боялся кот именно Дерека. Потому что даже мне захотелось взобраться по шторам куда-нибудь на карниз, когда я увидела тройку здоровенных белых псов с поднятыми загривками, которые остервенело лаяли на всю эту живописную конструкцию.

Лаяли благоразумно с некоторого отдаления.

И всё же, когда я хорошенько разглядела покрытые пеной клыки с мой палец размером, порадовалась, что я не кошка. И загрустила, что девушка, и если что, меня всем троим тоже хватит на один укус.

Наконец, отчаянно ругаясь, Дерек вытянул кое-как из-под стула сопротивляющуюся животину. Существо оказалось огненно-рыжим и пушистым, как шар. Как будто солнышко зажглось в этом мертвенно-зимнем безмолвии. Даже не верилось, что на Севере бывают такие цвета.

На руках принца алели кровавые полосы от когтей перепуганного кота. Но он его всё равно не выпускал. Псы взъярились ещё сильней, увидев желанную добычу. Один и них припал к полу, огрызнулся и выскочил вперёд.

— А ну пошёл прочь! — зарычал на него Дерек и замахнулся. Пёс отпрыгнул, не переставая угрожающе скалить зубы. Рыжий комок из когтей, усов и меха притих и прижался к принцу, выглядывая из засады зелёными глазами-плошками.

Принц медленно отступил, не поворачиваясь к собакам спиной, к двери, которой заканчивался коридор. И в этот самый момент как раз увидел меня на противоположном краю холла. Вздрогнул. И мне показалось, смутился.

Три злобных пса между им и мной.

— Возьмите меня с собой. — Прошептала я, едва шевеля губами. — Пожалуйста.

До меня стало доходить, во что я влипла, когда псы резко обернулись на мой голос. Передо мной замаячила очень реальная перспектива послужить громоотводом для их неутолённой злобы.

Принц Дерек возвёл очи к потолку.

— Да что ж за принцесса такая на мою голову! Бедовая. И беспомощная. Ну какого чёрта вы сюда полезли?

Я разозлилась.

— Я что, хуже этого кота⁈ Его вы не ругали!

— У кота этого хотя бы когти есть. И зубы. Даже он при случае может дать сдачи. А вы бы лучше сидели в своей комнатке под тёплым одеялком и не высовывались! Как я и просил, между прочим.

Всё это время он медленно двигался в мою сторону.

Я сложила руки на груди и вздёрнула подбородок.

— Не в вашем положении думать о моём одеялке, разве нет? — вернула ему колкость.

— Злючка! — проговорил Дерек с каким-то, мне даже показалось, удовольствием.

Псы умолкли и следили за нашей перепалкой с обескураженным выражением на мордах. Люди, которые вдруг перестали их бояться, как-то не очень вдохновляли в качестве обеда, видимо.

Совершенно незаметно долговязая фигура принца выросла прямо передо мной.

— Ну вот, ещё и босиком! Что у тебя за проблемы вечные с обувью, а, несчастье ходячее?

Я только тут заметила, что меня бьёт крупная дрожь.

Карие глаза улыбались с высоты. Рыжий хвост ходил ходуном туда-сюда, пока кот пытался спрятаться куда-то теперь уже подмышку принцу. Я его очень хорошо понимала.

Псы позади нас улеглись на пол, ворча, и отвернулись с видом «не больно-то и хотелось».

Я успела только вернуть улыбку. Подходящего ответа придумать не хватило времени.

Та самая дверь распахнулась. Собаки с радостью бросились навстречу вошедшему.

— Что здесь происходит? — высокомерно спросил голос принца Вольфреда. Моего жениха.

Дерек с котом подмышкой медленно обернулся, одновременно делая незаметный шаг в сторону.

Его старший брат быстрым шагом приближался к нам. Жёсткий льдистый взгляд внимательно изучал обстановку. По пути он не забыл потрепать холку одного из псов, который лизнул его ладонь, восторженно скуля.

Меня будто холодом обдало. Такой, пронизывающий до костей стылый ветер. Я смотрела во все глаза на приближающегося жениха, и почему-то именно в этот момент с полной отчётливостью осознала — вот этого мужчину мне определили в мужья. И всё случится уже скоро, осталось меньше недели.

Закусив губу, я смотрела на широкий разворот плеч, гордую осанку, плавные движения сильного хищника. Красивые, чётко вылепленные черты лица. Он красивый, мой жених! Наверное, от такого будут очень красивые дети. Но когда я думаю об этом, появляется ощущение, что меня вталкивают в тюрьму и захлопывают двери за спиной на засов.

— Я повторяю в последний раз. Что здесь происходит? — отчеканил Вольфред, и в его аристократически ровном тоне впервые проскользнуло что-то вроде раздражения или даже злости.

Посмотрел на притихшего кота на руках у Дерека. Несчастное животное, кажется, уже пыталось притвориться то ли дохлым, то ли шапкой. Лишь бы не попадаться под руку принцу.

— Что это ещё за дрянь помойная? Кто притащил это во дворец? — Вольфред презрительно кивнул на кота.

Дерек молчал.

Я не понимала, почему он молчит.

Оглянулась на младшего принца, и с удивлением заметила краску у него на скулах. Он… отводил глаза. Ему было стыдно.

Я тоже сделала шаг в сторону и оказалась между старшим и младшим принцами. Чуть присела в учтивом реверансе.

— Простите, мой лорд. Это я привезла кота во дворец. Хотела, чтобы любимый питомец скрасил моё путешествие. Его высочество принц Дерек как раз объяснял мне всю недопустимость такого поведения.

Обернулась и протянула руки к коту. Вот будет сейчас номер, если он не пойдёт…

Жалобно мяукнув, котик шмыгнул в мои объятья и прижался ко мне. Я чувствовала, как бешено бьётся маленькое сердечко.

На всякий случай ещё раз присела, словно благодаря… или извиняясь… Дерек уронил руки. Почему-то бросились в глаза капли крови на его ладонях. И я действительно, честное слово хотела так и остаться со скромно опущенными в пол глазками хорошо воспитанной девицы. Но прежде, чем отвернуться, не смогла выдержать роль до конца — вскинула взгляд.

Дерек ничем не выдал, что подыграл мне в моём спектакле. Ни единый мускул не дрогнул на его лице. Но на самом дне карего взгляда, где-то в центре чёрного широкого зрачка я прочитала удивление.

— Вас отчитали совершенно заслуженно! — металлическим тоном заявил принц за моей спиной. А потом добавил: — Помойным котам не место в королевских дворцах.

Дерек даже не пошевелился. Лишь прикрыл глаза на мгновение. А когда открыл… его равнодушно-показное выражение меня не обмануло. Его как будто ударили.

Я вспыхнула и резко обернулась.

— Лучше ласковый помойный кот, чем кусачий породистый пёс! — высокомерно бросила я, кипя гневом.

Обняв покрепче пушистый рыжий шар, бросилась прочь из холла. Оставляя за собой звенящее в воздухе недоумённое молчание. В конце концов, у меня и правда ноги замёрзли, надо скорее уйти греть, пока не отвалились.

Ух, как же я была зла!

Вот теперь можно сказать, полностью оправдывала прозвище, которое дал мне младший принц.

По дороге к себе отправила одного из стражников в кухню, принести блюдце молока и какой-нибудь рыбы для моего нового любимого питомца.

Затем запихнула оглушительно мурлычащего виновника утреннего переполоха к себе в постель, под одеяло. Наглый зверь, судя по всему, не испытывал никаких угрызений совести, что из-за него только что едва не случился дипломатический скандал, и принялся дрыхнуть.

Впрочем — почему «едва»? Может, уже и случился. Может, прямо сейчас ко мне спешат гонцы от принца, сказать, что я ему в невесты не подхожу и пора отправляться восвояси.

Вот было бы счастье!

Когда в дверь и правда постучали, я побежала открывать чуть ли не с радостью. Светловолосая, другая правда, служанка, учтиво присела:

— Его высочество принц Вольфред велел вам передать, что ровно через полчаса вас ждут внизу. В тёплой зимней одежде. Он лично изволит сопроводить вас на прогулку.

Ну вот.

А я так надеялась.

Значит, на «прогулке» и будет то самое испытание. А я ещё после променада по дворцу не отогрелась. За пределами и вовсе в сосульку превращусь. «Тёплая» по меркам моей родины одежда оказалась подходящей максимум для того, чтоб не околеть от холода под крышей обители Северных Стражей. Меня же, судя по всему, потащат намного дальше.

Я принялась вымещать злость, разрывая на кусочки несчастную обёртку с подарка.

Под ней оказались ужасно некрасивые и неуклюжие, подбитые изнутри мехом грязно-серые сапоги. Разве это подарок для принцессы? Никаких тебе каблуков, изящных острых носов, ни единого украшения. Судя по стежкам, вообще какая-то самоделка.

Но я чуть от удовольствия не застонала, когда сунула в мягкий мех свои заледеневшие ступни.

А потом едва не умерла от смущения, когда поняла, что, лапая вчера мои ноги, этот нахал умудрился каким-то образом определить точный размер.