Глава 7 · «Жених для попаданки»

Карина проснулась от того, что луч солнца бил прямо в глаза. Она лежала с открытыми глазами несколько секунд, пытаясь понять, где находится и почему вокруг так тихо. Вместо колкой соломы под спиной была мягкая перина, вместо запаха плесени — благовония и травы. Потом память к ней вернулась — испытание огнем, гнев драконицы и его руки…

Точно, Родион же принес ее сюда!

Она села на кровати и оглядела комнату. Довольно просторная, с высоким потолком, на стенах тёмные гобелены с какими-то сценами охоты. В углу массивный дубовый шкаф, рядом с ним — столик с кувшином и миской. На подоконнике засохший цветок в горшке. Камин давно погас, от него тянуло холодом и лёгким запахом золы. В кресле у двери никого не было. Родион ушёл.

Карина села, свесила ноги с кровати и поняла, что чувствует себя так, будто её переехала телега. Тело ломило так, будто она таскала мешки с цементом. Голова гудела, во рту было сухо, как после долгой болезни. Она посидела так минуту, собираясь с силами, потом нашарила туфли, сунула ноги и встала.

— Ненавижу этот замок, — в который раз пожаловалась она в пустоту.

На кухне уже вовсю кипела жизнь. Фомка растапливал печь, разгребал угли и подкидывал дрова, а Глаша сидела на низкой скамеечке и чистила морковь, складывая её в миску с водой. Аверьян, к удивлению Карины, тоже пытался быть полезным: он сидел на корточках перед поросёнком Борькой и что-то ему втолковывал, видимо, правила поведения в замке. Борька слушал внимательно, похрюкивал, но, кажется, не собирался ничего запоминать.

Когда Карина вошла, все обернулись.

— Вы живы, — сказал он с облегчением. — А мы уж думали…

— Не дождётесь, — улыбнулась Карина и взялась за готовку.

Через час пришла Милана.

— Вас королева зовёт, — сказала она, краснея. — Велела немедленно явиться.

Карина вздохнула. Она думала, что после испытания огнём у неё будет хотя бы день передышки. Но нет. Опять этой взбалмошной драконице что-то в голову взбрело с утра пораньше. С другой стороны, быть может, она сдержит свое слово и поможет вернуть кота.

Анисья на этот раз приняла гостью не в тронном зале. Драконица пригласила её в малую гостиную — уютную комнату с камином, мягкими креслами и тяжелыми портьерами. Королева сидела в кресле у камина, укутанная в шаль, рядом с ней на столике дымилась чашка. Родион занял кресло в углу, ближе к двери. Он сидел, закинув ногу на ногу, и когда Карина вошла, чуть приподнял голову и улыбнулся ей.

— Садись, — сказала Анисья, указывая на стул. — Разговор будет долгий.

Карина послушно села и мысленно приготовилась к худшему.

— Ты не сгорела в огне, — продолжила королева. — Это значит, что ты говорила правду, но это не значит, что я тебе верю.

— Логично, — кивнула Карина, понимая, что спорить с этой женщиной бесполезно.

— Не перебивай! — Анисья прищурилась. — Я решила, что ты должна выйти замуж за моего старого друга. Он богат, знатен, и ему нужна жена.

Карина опешила и едва не свалилась со стула от такой новости.

— Вы хотите выдать меня замуж? — переспросила она, чтобы убедиться, что не ослышалась.

— Я хочу избавиться от тебя, девочка, — честно призналась Анисья. — Егор живёт далеко, на восточных землях. Ты уедешь туда, будешь жить в роскоши и не будешь путаться у меня под ногами.

— А если я не хочу? — спросила Карина.

— Думаешь, тебя будет кто-то спрашивать? — презрительно фыркнула королева. — Не знаю, как у вас там происходит в этом вашем «Челябинске», но в нашем мире слово королевы — закон!

Карина открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

— Матушка, она из другого мира, — сказал Родион из своего угла. — Вы не можете насильно выдать её замуж.

Анисья медленно повернула голову к сыну.

— Ты защищаешь её, — сказала она. — Почему?

— Потому что вы сами учили меня поступать по совести, — спокойно ответил Родион.

Анисья невесело усмехнулась, махнула рукой и, ни слова не говоря, ушла в свои покои. Дверь за ней закрылась с глухим стуком.

Карина сидела на стуле, сжимая подол платья. Сердце колотилось где-то в горле, но она старалась дышать ровно.

— Спасибо, — сказала она тихо.

— Не за что, — ответил со вздохом Родион и вышел следом за матерью.

༺༻ ༺༻ ༺༻

Друг королевы явился через два дня.

Карина увидела его из окна кухни. Старый, морщинистый, с длинной седой бородой, которая почти доставала до пояса. Одет богато, но небрежно — кафтан мятый, сапоги в пыли. Он шёл, опираясь на трость с набалдашником в виде драконьей головы, и то и дело покашливал.

— Егор Петрович, — сказала Глаша, встав рядом с Кариной у окна. — Дедок ещё тот. Говорят, ему семьсот лет!

Карина посмотрела на сгорбленную фигуру, которая медленно ковыляла по двору, и вздохнула.

— Выглядит на все восемьсот, — сказала она мрачно.

Встреча состоялась в большой зале. Егор сидел за столом, и Анисья — непривычно ласковая — угощала его вином и расспрашивала о здоровье. Карина подошла, когда её позвали, и остановилась в нескольких шагах от стола.

— А это Карина, — сказала Анисья, и голос у неё стал сладким, как мёд. — Та самая дама, о которой я вам рассказывала, уважаемый Егор Петрович.

Старый дракон посмотрел на Карину поверх очков. Долго, внимательно. Потом хмыкнул.

— Так вот ты какая, — сказал он. — А говорили, страшная.

Карина не нашлась, что ответить. Она стояла и смотрела на этого древнего старика, который, судя по всему, должен был стать её женихом, и внутри неё поднималась то ли злость, то ли тошнота.

— В любом случае для старого больного человека общение со столь прекрасной леди — это подарок судьбы, — выдал свое умозаключение старик.

— Вы преувеличиваете, Егор Петрович, — фальшиво засмеялась королева. — Какой же вы больной и старый. Напротив, мужчина в самом расцвете сил.

— Не льстите мне, Анисья, — сказал Егор, отодвигая бокал. — Я, конечно же, польщён, но эти суставы скоро меня совсем доконают.

Вечером Карина готовила для него ужин. Она решила не мудрить — просто наваристый суп, картошка с мясом и пирог с капустой.

— Вы слышали про старуху-травницу? — спросила Глаша, подавая ей зелень. — Её в городе все знают. Она любую хворь лечит.

— Не слышала, — сказала Карина.

— Мы с ней познакомились, когда ездили за продуктами. Она живёт на окраине, в маленьком домике. Я помогла ей донести корзину, а она дала мне тетрадку. Там всякие рецепты, настойки, мази.

Глаша достала из-за пазухи потрёпанную тетрадь в кожаном переплёте. Страницы пожелтели, чернила местами выцвели, но почерк был разборчивый, аккуратный. Карина взяла тетрадь, полистала. Травы, коренья, настойки — всё на доступном языке, без заумных терминов.

— А здесь про суставы есть? — спросила она.

— Есть, — кивнула Глаша. — Вот, смотрите.

Карина прочитала рецепт — крапива, лопух, девясил, мёд. Ничего сложного, всё можно найти на кухне или в огороде.

— Попробуем, — сказала Карина.

༺༻ ༺༻ ༺༻

Когда ужин был подан, и Егор принялся за суп, Карина вышла с небольшим кувшином.

— Это вам, — сказала она, ставя перед ним. — Настойка от боли в суставах.

Егор подозрительно понюхал.

— Что это?

— Настойка. Травяная. Я почитала в одной старой тетрадке, решила попробовать.

— Ты меня что, отравить решила, чтобы не выходить замуж? — спросил Егор с легкой усмешкой.

— Если бы я хотела вас отравить, я бы выбрала что-то поинтереснее, — сказала Карина. — А это просто настойка. Можете не пить, если не доверяете.

Егор посмотрел на неё долгим взглядом, потом пожал плечами, отлил немного в кружку и выпил залпом.

— Горько, — поморщился он.

— Лекарство не должно быть вкусным, — ответила Карина.

Егор доел ужин, спросил ещё пирога, выпил компоту и ушёл спать, а Карина осталась на кухне мыть посуду и гадать, сработает или нет.

Утром, когда она как обычно суетилась у печи, проверяла котлы и раздавала указания Фомке и Глаше, в кухню влетел Егор Петрович. Он буквально ворвался в дверь, опираясь на трость, но почти не хромая, и глаза у него горели, как у юнца.

— С утра поднялся, — воскликнул он с удивлением. — Без боли! Спина не ноет и колени не скрипят!

— Вот видите, — сказала Карина, чувствуя, как на душе становится тепло. — Людям нужно доверять.

— Ты хорошая девушка, Карина, — согласился Егор. — Давай договоримся: я не женюсь на тебе, а ты даёшь мне рецепт.

— А я и не собиралась за вас замуж, — честно призналась Карина. — Рецепт — пожалуйста.

Егор улыбнулся. В его выцветших глазах мелькнул живой, весёлый огонёк, которого Карина не замечала раньше.

༺༻ ༺༻ ༺༻

Егор Петрович сдержал слово. На следующий день он сообщил Анисье, что свадьбы не будет, потому что он уже обещал свою руку и сердце другой даме. Анисья побелела от ярости, но возразить не могла — Егор был стар, знатен и почти так же могуществен, как и она.

На прощание старый дракон обнял Карину своей сухой, морщинистой рукой и шепнул на ухо:

— Если вырвешься из лап этой старой корги — приезжай в гости. Я тебя с сыновьями познакомлю!

Карина пообещала, хотя была не уверена, что это когда-нибудь случится.

Она вздохнула с облегчением, вытерла пот со лба и вернулась на кухню.

Но передышка была недолгой.

Через три дня в замок прибыл маг. Карина увидела его из окна, когда несла помои для дворовых животных. Высокий старик с длинной седой бородой, в чёрном балахоне, расшитом серебряными звёздами и лунами. На поясе — мешочек с травами и кожаный кошель. В руке — посох, украшенный крупным светящимся кристаллом, который пульсировал мягким голубоватым светом. Он шёл медленно, опираясь на посох, но держался при этом прямо.

Карина вернулась на кухню, и через полчаса дверь открылась. Маг вошёл, как к себе домой, оглядел помещение, нашёл глазами Карину и направился прямо к ней.

— Вы Карина? — спросил он.

— Да, — ответила она, откладывая нож.

— Меня зовут Эраст. Королева пригласила меня, чтобы я с вами познакомился и узнал получше. — Он посмотрел на неё поверх очков. — Не возражаете?

— Возражаю, — сказала Карина. — Но вы всё равно не пойдете против воли королевы, так что изучайте на здоровье.

Эраст усмехнулся в бороду. Потом закрыл глаза, поднёс ладонь к её лицу — не касаясь — и замер. Карина стояла не дыша.

Через минуту Эраст открыл глаза и опустил руку.

— Зла нет точно, — выдал свое заключение Эраст. — Вы вполне обычный человек, но со странной меткой, которую я не вполне понимаю.

— И что вы скажете королеве? — спросила Карина.

— Правду. Что вы не опасны. — Он помолчал, покачал головой. — Но не думаю, что она поверит.

Он сел на лавку, устало опираясь на посох, и вдруг спросил:

— А вы не могли бы меня покормить? Я голоден, а путь был долгим.

Карина поставила перед ним тарелку горячего супа, положила кусок пирога с мясом, налила компоту. Эраст ел медленно, с наслаждением, прикрывая глаза. Когда он закончил, откинулся на спинку лавки и посмотрел на Карину с любопытством.

— Скажите, а вы не хотите вернуться домой? — спросил он внезапно.

— Хочу, — сказала Карина. — Очень. Но понятия не имею, как это сделать. А у меня там работа и кот, который, наверное, уже в панике.

— Можно попробовать, — сказал Эраст, задумчиво поглаживая бороду. — Вернуть домой вас я смогу навряд ли, а вот кота вашего мы вполне можем перенести сюда.

Карина опешила.

— Вы не шутите?

— Магия призыва — моя специальность, — сказал с гордостью Эраст. — Я учился ей тридцать лет. Но она отнимает много сил, и нужен сильный якорь. Вы должны думать о нём. Обо всём, что с ним связано.

Карина кивнула.

— Я готова! — кивнула Карина и жестом пригласила колдуна выйти во двор.

Эраст выбрал место у старого дуба, очертил на земле посохом круг, достал из мешочка горсть сверкающей пыльцы и рассыпал её по кругу. Потом зажёг четыре свечи, воткнул их по углам и вынул из-за пазухи маленький нож.

— Думайте о вашем коте, — сказал он. — Изо всех сил думайте.

Карина закрыла глаза и подумала о Тихоне. Этот кот всегда был рядом, сколько она себя помнит. Да, он, конечно, иногда пакостил, но всегда встречал хозяйку, когда та возвращалась с работы, и не отходил от нее, если Карина болела. Она вспомнила, как он просыпается от шороха пакета с кормом и бежит, растопырив лапы, смешно и неуклюже. Как любит с ней спать, мурлыча, словно маленький моторчик…

Пыльца вспыхнула, круг засветился тёплым золотым светом, и на секунду Карине показалось, что её сейчас ударит током.

Эраст забормотал что-то на древнем языке дрожащим голосом. А потом прямо посреди круга, на холодной земле — возник маленький рыжий комок.

Тихон сидел, вытаращив глаза, и растерянно озирался по сторонам.

— Киса, — сказала Карина, опускаясь на колени.

Кот посмотрел на неё, моргнул и шагнул вперёд, давая себя обнять.

— Ты живой, — шептала Карина, пряча лицо в его рыжей шерсти. — Живой…

Тихон мурлыкал, и, похоже, его ничуть не удивляло ни собственное перемещение, ни старый замок, ни толпа зевак, которая уже собиралась во дворе.

Эраст стоял, опираясь на посох. Он был бледен, руки дрожали, под глазами залегли тени.

— Больше я такого не повторю, — сказал он, вытирая пот со лба. — Слишком много сил забирает.

— Спасибо, — сказала Карина с дрожью в голосе. — Спасибо вам огромное!

Эраст кивнул и слабо улыбнулся краешком рта.

— Берегите его, — сказал он, кивая на кота. — И себя. Вы связаны сильнее, чем думаете.

Эраст развернулся и, опираясь на посох, пошёл к выходу со двора. Карина смотрела ему вслед, пока он не скрылся за воротами. Тихон требовательно мяукнул и ткнулся носом в подбородок хозяйки. Он явно был голоден. Карина поцеловала его в макушку и бережно понесла на кухню.