Глава 11

– Не кипятись, Давид, – басом пророкотал отец.

– Я кипячусь? Да я даже еще и не начал, – прорычал я, нависая над ним, сидящим напротив меня в кожаном кресле.

– Что ты так агрессивно реагируешь? Марату я обещал Алиту отдать уже давно. Да и за девку так буду спокоен. Будет жить с ним как у Христа за пазухой…

– Она же еще девчонка, – оборвал я его.

И да, если отец будет настаивать на своем, я готов кинуть ему прямо в лицо доказательства того, что Алита мне не сестра. И забрать малютку с собой, но отдать ее этому ублюдку я не позволю.

– С чего ты взял? Алита уже взрослая девочка. Да и замуж ей пора, а то ты видел, какие женихи вокруг нее вьются? Я Максиму позволяю за ней ухлестывать, чтобы не заскучала, но ему я пообещал яйца открутить и собакам скормить, если вдруг на мою девочку вздумает залезть.

От дикой ревности, что всколыхнулась в груди, у меня аж во рту пересохло, и это только от того, что представил, как моя малютка с этим Максимом терлась. Пусть и до меня.

– А тебе-то что до того, за кого Алита замуж выйдет? – подозрительно прищурившись, вдруг спросил отец.

– Не твое дело, – оборвал я его.

Объясняться с ним по поводу девчонки пока у меня нет никакого резона. Нужно выяснить больше о его темных делишках, уж потом и об Алите будем речи вести.

Оттолкнувшись от столешницы, я сел в кресло, принял расслабленную позу. Нужно усыпить бдительность Церетели-старшего и попробовать все решить полюбовно.

– Ну, раз про Алиточку все выяснили, может, поговорим о делах? – вскинул вопросительно густую бровь отец, отчего его лоб прочертили глубокие морщины. – Ты же именно за этим приехал сюда?

– Как хорошо, что есть общие дела, не так ли?

– Ты прав, сын, – покряхтывая, отец зачем-то выудил из тумбы ноутбук, включил.

– Вижу по твоему поведению, что ты обо всех делишках Ника в курсе? – стараясь не повышать тона, задал я вопрос отцу.

– Не обо всех, как оказалось, – покачал головой старик.

– Отец, не тяни. У меня нет на загадки и игры времени. Ты же знаешь, я не терплю перетягивания резины туда-сюда, и если бы в этом деле не был замешан Ник, то уже давно бы полетели головы с плеч.

– Не торопись, Давид. А то знаешь, успеть можешь, – качнул головой отец, и его губы неожиданно растянула довольная улыбка.

– Вижу, хорошие новости у тебя? – я подтянулся на локтях в попытке хоть что-то уловить на экране, но отец тут же немного отвернул ноут.

– Хорошие, – хитро прищурившись, проговорил он и повернул ноут ко мне.

Я не сразу сообразил, что за кадры мелькают на экране. Слишком темная была картинка. Но даже это не помешало закрасться нехорошему предчувствию под ложечку и противно там засосать.

– Что это? – прохрипел я на выдохе, когда заметил, что группа из троих мужчин тащит четвертого к воротам… четвертую… это девушка, точно.

На ее голове был мешок, и она изо всех сил старалась вырваться. Выкручивалась, извивалась в руках похитителей. Что-то до боли знакомое показалось мне в этой девушке. Что-то, что есть только у нее… у Алиты.

– Так это же… – вздрогнув от своей догадки, я вскочил на ноги и, схватив ноут, пристальнее вгляделся в картинку.

Вот группа людей уже подходит к воротам, открывает калитку.

– Блядь! Твою мать! Останови это! – взревел я диким зверем и посмотрел на отца.

– Понравилась?! – пробасил отец.

Только тут я сообразил, что выдал себя с потрохами, слишком уж бурно отреагировал на похищение «сестренки».

– Верни ее. Немедленно, – я сжал в пальцах ноутбук до хруста корпуса.

– Сядь. Алита предназначена Марату, и больше об этом нет смысла говорить. Я ее давно ему пообещал.

Дикая злость рванулась наружу хищным зверем. Я с силой трахнул крышку ноутбука о стол. Та отлетела в сторону, а оставшуюся в руках часть я запустил в стену. Компьютерные «кишки» разлетелись по всему кабинету.

– Убью всех, кто хоть пальцем посмеет ее коснуться, – рыча, бросил озлобленный взгляд на отца и достал из внутреннего кармана сложенный в несколько раз результат ДНК, кинул ему на стол, – изучи.

Развернувшись на пятках, я метнулся к двери и, схватившись за ручку, дернул ее на себя.

– Стоять! – гаркнул мне в спину отец, и я в недоумении повернул голову к нему.

Отец стоял в центре кабинета с направленным в мою спину пистолетом.

– Вот это поворот, – ярость заставила меня скрежетать зубами.

– Я сказал, отошел от двери и сел обратно, – угрожающе дернул стволом отец, указывая мне на кресло.

– А если нет? Выстрелишь? – сухо спросил я его и с места не сдвинулся.

– У меня нет выбора, Давид. Если понадобится, то да.

– Убьешь своего сына ради связей с Маратом? Я правильно понял? А как же Николоз? Что скажешь своему младшему сыну? Или вы тут все заодно?

– А ты еще не догадался, щенок? – лицо отца перекосила ненависть.

– О том, что вы решили меня подставить? Сразу понял! Тут не поймет только идиот…

– Не-е-ет, – покачал головой отец.

– Ну, то, что подложил под меня Алиту, я тоже понял, но не сразу.

– А я и не подкладывал, Давид. Все случилось само собой. И эта случайность только на руку мне сыграла, хотя связи здесь тоже были не последними. Я когда понял, что ты девочку мою трахнул, хотел тебе яйца открутить, а уж потом и башку, но потом передумал. А когда увидел вашу реакцию друг на друга, то идея, как можно использовать вашу связь против тебя, пришла мгновенно.

Все последние слова отца у меня проскочили мимо ушей. Свое внимание я заострил на том, что отец с какой-то странной интонацией назвал Алиту «своей девочкой». Что он имел в виду?

– В смысле, твою девочку? Так ты Алиту для себя берег или для Марата? Ты думаешь, этот упырь лох, и он бы не сделал тест ДНК? Или он тоже знает, что Алита не твоя дочь?

– Что значит не моя? – хмыкнул отец. – Алита моя на девяносто девять и девять процентов.

– Не может быть. Я сделал тест, когда заподозрил ее во лжи, и он показал, что мы с ней не родственники.

– Вы и не родственники, – кивнул отец и, отступив за стол, снова полез в ящик.

Выудив оттуда папку, он кинул ее мне. Пришлось изловчиться, чтобы поймать.

– Что это? – удивленно спросил я, когда, открыв первую страницу, увидел фото матери с каким-то парнем.

Пригляделся. Твою мать! С удивлением всмотрелся в лицо парня и понял, что тот как две капли воды похож на меня. Фото явно было сделано в прошлом столетии. И матери на ней, как и парню, было не больше, чем по двадцать лет.

– Это твой папаша, сынок, – сделал акцент на последнем слове Церетели, и мне показалось, что его чуть не вывернуло при этом наизнанку.

– В смысле? – поднял я на него взгляд.

И это был риторический вопрос, по выражению перекошенного гневом и ненавистью лица отца я все понял сразу. Мать изменяла ему. А это значит, что Георгий Церетели всю жизнь был рогоносцем и воспитывал не своего ребенка.

– Ну, что, понял, Давид? – прохрипел отец.

– А Николоз? – в голове был полный сумбур.

Мысли хаотично метались от одного к другому. Я пробовал просчитать даты и одновременно понять поступок матери. Зачем она это сделала? Ведь рано или поздно отец бы все равно узнал об измене. Но самый главный вопрос заключался в другом: почему Церетели оставил матери жизнь?

– Вы с Николозом ублюдки нагулянные. Ненавижу вас. И мать вашу, изменщицу, презираю! – брызжа слюной, выплевывал отец оскорбления.

– Так что же растил, раз знал, что мы нагулянные? – сузив глаза, огрызнулся я.

– Мстил твоей матери-шлюхе.

– Не смей говорить про мать в таком тоне! – не выдержав, вскочил я. – Ты и так нас с Ником лишил ее, когда выгнал ее из дома.

– Щенок!

Возможно, я не ожидал такой прыти от старика, либо потерял бдительность, но отец оказался возле меня слишком быстро и, замахнувшись, нанес удар кулаком точно в челюсть. Молниеносная боль обожгла кожу. Дернувшись всем телом от старика (уж драться с отцом я точно был не намерен), я отскочил от него на несколько метров, при этом мне удалось выхватить из его рук пистолет.

– Мразь, – зло прошипел Церетели-старший и, будто разъяренный старый лев, кинулся в атаку.

– Эй! Что тут у вас происходит? – разорвал голос Николоза напряжение в кабинете.

Воспользовавшись заминкой отца, я схватил Ника за шиворот и вытолкнул его из кабинета. Следом выскочил сам, громко хлопнув дверью за спиной.

– Все объясню позже, – не обращая внимания на сопротивление младшего брата, потащил его к выходу.

– Подожди, Давид. Что ты творишь? Я должен сказать отцу…

На то, что он должен, мне глубоко и откровенно плевать, больше он этому ублюдку ничего не должен.

– …да погоди ты…

Николоз вдавил пятки в пол, и я чуть ли не споткнулся об него.

– Да что ты как маленький?! – прорычал раздраженно.

– Мне нужно сказать отцу… Там только что Алиту похитили…

Рваный вдох оцарапал глотку.

– Мы это видели, – кинул ему в лицо и толкнул в грудь, заставляя парня сдвинуться с места.

– Что значит, видели? – заглянул мне с недоумением в лицо брат.

И тут я заметил небольшие ссадины и наливающийся краской кровоподтек на лице.

– Ты с кем-то подрался? – ответил вопросом на вопрос.

– Я хотел их остановить, за что и получил по лицу. Оказывается, эти ребята ушлые. Их силой не взять, – с сожалением вздохнул Николоз.

– Это псы Марата? – задал я вопрос с очевидным ответом.

– Думаю, что да. Но это не точно, – покачал головой Николоз. – А что отец? Он не хочет помочь Алите?

– Нет. Отец ее продал…

– Что? За что? – губы брата побелели.

– А вот об этом ты мне и расскажешь.

Прежде чем выйти на улицу, я чуть приоткрыл щель в двери и, оценив обстановку (отчего-то не сомневался, что отец может вызвать охрану, чтобы остановить меня). Распахнул дверь и был сильно удивлен, не увидев никого.

– Я ничего не знаю. Я же сказал! – дал заднюю брат, от чего только сильнее разозлил меня.

– Не надо мне мозг засирать своим пиздабольством, – не выдержав я схватил его за челюсть, зашипел в лицо, – у меня есть пруфы, так что засунь свой лживый язык себе в задницу и не зли меня. Понял?! – и отвернулся, не дожидаясь ответа. – Артур! – гаркнул на весь двор, но в ответ ничего не услышал.

– Так! Бегом к моей машине, – толкнул в сторону нашего внедорожника Николоза.

– А я могу и послать тебя, Давид. Ты мне никто! Отец за меня любому глотку порвет, – захорохорился Николоз.

– А вот в этом я не уверен. В последней раз тебе говорю, Николоз. Иди по-хорошему к машине и жди меня там…

Я смолк на полуслове, так как заметил в тени машины, под бампером, неподвижное тело Артура.

– Твою мать, что за херня? – я подлетел к компаньону и, склонившись над ним, первым делом прощупал пульс.

– Его что? Того? – навис надо мной со спины Николоз.

– Этого, мать твою. Я этому ублюдку собственноручно шею сверну, – процедил сквозь зубы, вытаскивая Артура на свет уличных фонарей.

– Давид. Они ее увезли, – прокряхтел тот, зашевелившись в моих руках, – ее надо вытащить… вытащить…

Мужчина попытался высвободиться из моих рук, но я не позволил.

– Садись, – рявкнул на брата, и тот от неожиданности послушался, запрыгнул в машину и с грохотом хлопнул дверью.

– Давид. Я не сумел ее отбить. Их было слишком много. Намного больше, чем мы здесь видели.

– Я видел, – кинул компаньону, – ты как? Сможешь передвигаться? Голова целая?

– Да. Думаю, да, – прохрипел мужчина, тяжело поднялся на ноги.

Я помог Артуру обойти машину, открыл пассажирскую дверь и придержал, пока тот забирался на сиденье. Обогнув машину, сам уселся за руль и, бросив косой взгляд направо, прошипел сквозь зубы:

– Нужно пробить, куда они ее повезли.

– Так на ней маяк стоит! – хрипло ответил Артур.

– У нее ничего нету, – отрицательно покачал я головой и захлопнул дверь, – они ее, по ходу, из спальни выцепили. Ник?!

– Да, тут я, – откликнулся брат.

– У тебя есть чем открыть эти ворота?

– С-собой нету, конечно, – заикаясь, отрицательно покачал он головой.

– Твою мать. А что у тебя есть? Кроме никчемной башки.

Брат молчал.

– Ничего, видимо.

Я повернул ключ в зажигании и, когда мотор утробно зарычал, вдавил педаль газа.

– Че-е-е-ерт! – на выдохе услышал возглас Артура в тот момент, когда бампер коснулся железных ворот.

Ощутимый удар сотряс машину, и только благодаря тому, что все были к нему готовы, никто не пострадал.

– Твою мать, Давид! Отец будет в ярости! – визгливым, словно у щенка, голосом проговорил Николоз.

– Он тебе не отец, Ник, – бросил я брату через плечо.

– Что ты имеешь в виду? – недоумение проскользнуло на лице парня.

– То и имею. Георгий Церетели нам не отец. Что не понятного тебе в этих словах? – глянул я на него выразительно в зеркало заднего вида.

– Что-то херня какая-то, – продолжая включать недоумка, выпучил глазищи на меня братишка.

– Артур, ты как? – переключил я свое внимание на компаньона.

– Отошел. Сейчас сделаем ход конем, – постанывая, Артур полез в карман за водительским сиденьем.

Выудил оттуда ноутбук и телефон. Включил ноут и быстро забегал пальцами по клавиатуре. На экране появилась сетка из синих линий.

– Ты думаешь, через эту гребаную систему сможешь их найти? – стараясь не отвлекаться от дороги, покосился я на друга.

– Не думаю, Давид. Знаю. Дай несколько минут. Тот, кто знает, как искать, и кто хочет найти, обязательно это сделает. И прошу, не гони так. А то сообразить сложно.

– Да не могу, ты понимаешь? – чуть отпустил педаль газа, но при этом продолжил активно лавировать в потоке.

– Давид, – послышался кряк с заднего сиденья.

– Ник, все подробности позже. Не хочу пока в этом дерьме копаться. Скажу только одно: в дом Церетели ты больше не вернешься. Понятно сказал?

– Да я понял…

– А еще, – перебил его, – у меня будет к тебе пара вопросов. И заранее предлагаю быть со мной очень откровенным, иначе… – бросил на него убийственный взгляд через плечо, – …хорошего ничего между нами не выйдет. Мне крысы не нужны, Ник.

– Я не крыса, Давид, – тут же отреагировал брат.

– Посмотрим…

– Я нашел, – перебил нас Артур.

– Сейчас поворачиваем на шоссе, второе кольцо, а дальше на выезд из города.

– Там заброшенные склады… – уточнил Ник.

– Откуда знаешь? – задал ему вопрос Артур, потому как я даже рта не мог открыть, думал, от злости челюсть сведет.

– Мы там часто стрелки с братвой забиваем…

– Значит, у нас есть проводник. Считай полдела сделано, – буркнул себе под нос Артур и снова погрузился в изучение синей сетки, замолчал.

– Эй, парни, а братва? Братва-то будет? Нам одним там делать нечего. Банда Марата нас сразу на куски разорвет…

– Не дрейфь, малой, все будет, – зло оборвал я его стенания.

Внутренне я уже готов был крушить и рвать на части всех, кто только попробует встать на моем пути. Вот только бы вовремя успеть и не упустить эту возможность.

Я смял пальцами руль, да так крепко, что костяшки пальцев сделались белыми. Стоило только представить, что малютка находится в лапах этих ублюдков, живот скрутило дикой яростью, и мышцы от бездействия свело в предплечьях. Убью… нет, уничтожу… сравняю гребаного Марата с землей. Я был уверен, Марат знал, что Алита принадлежит мне, и все равно это его не остановило. Нужно было нажать на отца, а не жалеть его.

«Придурок! – обругал себя. – Этот старый мудак выжил из ума и мое благородство вряд ли оценит».

– Давид. Я не уверен, что можно идти в логово хищника без весомой поддержки, – влез в мои размышления брат.

– Так не ходи, Николоз. Тебя никто не зовет, – бросил ему.

– Вот вроде здоровый лоб, а понимать ничего не хочешь, Ник, – покачал головой Артур, не отрываясь от экрана, – не бойся. Подкрепление уже в пути. Прибудут на место вместе с нами.

– Что-то есть новое? – настороженно спросил я Артура, когда у того брови сошлись на переносице.

– Не могу понять, что там происходит. Вроде и движение активное есть по датчикам, а спутник ничего не показывает. Пытаюсь понять, в чем дело.

– Да все просто, – отозвался Ник.

– Разъясни, – глянул на него в зеркало.

– Так как это излюбленное место стрелочников, там стоят антирадарные глушилки. Не вы ж одни такие прошаренные. Возможно, именно они и создают помехи…

– Да неважно это, – оборвал я их.

В крови бешено пульсировал плохой адреналин, и ему необходим был выход. И плевать мне было на датчики. Я хочу наказать всех, кто позарился на мое.

– Это важно, Давид. Горячая голова еще никогда не была адекватным советчиком. Нам нужно знать, чего ожидать. А если там засада? Если все это подстроено именно для того, чтобы заманить тебя?

– Ты в это веришь? Веришь в то, что сейчас сказал?

Артур кивнул с самым серьезным видом.

– Верю, Давид.

– Ты думаешь, они вообще безголовые твари и не понимаю, что последует за их выходкой?

– Я предполагаю, что они чересчур самоуверенны…

– Это не так… – снова влез в разговор Николоз.

Я этого ждал. Парень не мог долго молчать. Если он что-то знал, он не мог не влезть в наши баталии с Артуром.

– Они не самоуверенные и не безголовые. Марат умный чувак. У него все здесь схвачено, и последним звеном остался отец. Именно в его сейфе лежит вся подноготная всего столичного бомонда. У отца в сейфе настоящее сокровище…

– Ну, допустим. Это не секрет, – хмыкнул я.

– Не-ет, Давид. Ты даже не можешь представить, что там есть. Да отец может в любую дверь зайти без запретов. Старику удалось на каждую более-менее значимую шишку в столице нарыть компромат, и Марат как-то об этих документах разнюхал. Вот теперь и пытается подкатить к отцу. Только старик не поддается. Любыми способами от него открещивается… потому и Альку отдал, – с сожалением выдохнул брат.

– А что тогда со мной? Зачем на мою территорию залез? – в недоумении глянул я на Ника, потом на Артура.

– Я не знаю, зачем ты ему. Возможно, использовал тебя, как отвлекающий маневр, – пожал плечами брат.

– Хм, интересно, – я криво ухмыльнулся.

– Это бред, – закончил Артур.

– Здесь что-то другое. И все эти хитрожопые интриги, которые Церетели проворачивает с Маратом, желательно бы разгадать до того, как мы прибудем на место.

– Как бы Алита разменной монетой в этой игре не оказалась, – проворчал Артур. – Тебе не кажется, что Гурамович слишком уж просто нас отпустил?

Хорошие вопросы задавал Артур, на которые мне бы очень хотелось получить внятные ответы. Вот только… Я бросил быстрый взгляд через плечо на Ника. Думал получить их от брата, но теперь стало понятно, что он вряд ли сможет чем-то помочь, и разгребать это дерьмо придется мне самому.

– Мы уже скоро приедем, – заметил брат, при этом изрядно занервничав.

– Братва уже на месте, – сухо оповестил Артур, недобро покосившись на Николоза, а потом, переведя на меня взгляд, добавил: – Ему лучше посидеть в машине. Еще в штаны наложит от страха.

– Соглашусь, – ответил ему в тон.

– Нет, я пойду с вами. Там Алита, и это моя вина тоже, что не смог ее защитить, – с рвением подался вперед брат, чуть ли не в полтуловища вылезая между сиденьями.

– Послушай меня, Ник, – одной рукой держа руль, второй я перехватываю горло брата, сжимаю пальцами его кадык, – надеюсь, твоя башка сейчас ясно мыслит, и ты понимаешь, что Алита нам не сестра. Понимаешь? – сделал паузу, дождался, пока брат согласно кивнет. – И вот еще второй момент. Алита – моя женщина, и свои яйца к ней даже не смей подкатывать.

– Ты о чем, Давид?! – прохрипел Николоз в ответ, но я ему мало верю, его бегающие глаза обо всем мне рассказали до того, как он придумал оправдание.

– Я тебя предупредил. Даже не вздумай смотреть в ее строну, – я отпустил его шею и с силой сжал пальцами руль. Отпустил педаль газа, так как нам нужно было вписаться в поворот.

Как только машина свернула в нужный виток дороги, я тут же заметил тусклые фары и очертания двух внедорожников.

– Укомплектованы? – сухо бросил Артуру.

– По полной, – подтвердил он так же сухо.

– Тогда, пожалуй, к встрече с Маратом мы готовы, – я хищно оскалился, а Артур, выудив из-под сиденья стволы, подверг их быстрому осмотру.

– Не передумал? – покосился я на Николоза.

– Нет, – покачал он головой, но в голосе больше не слышалось прежнего рвения.

Артур кинул ему заряженный ствол.

– Понапрасну не стрелять. Только если будет необходимость. Я думаю, нужно попробовать сначала миром договориться.

– Попробуем, – иронично хмыкнул я в ответ, а впереди свет фар выхватил из тьмы железные ржавые ворота, плотно закрытые. – Ну, вот и приехали, – нажал на тормоз прямо перед воротами.

– Нет. Ворота, что ведут на территорию, слева. Около километра до них, – махнул рукой в нужном направлении Ник.

– Хоть какая-то польза от тебя, – проворчал я и, выкрутив руль, надавил на газ.