Надежда

— Теперь уже точно больше не погуляем, — говорит Паша, пока мы идем к его машине. — С ребенком-то на руках, — указывает на животинку, которой новый хозяин пришелся по душе.

И выглядит при этом Паша таким грустным. Явно хотел больше времени со мной провести.

— Вообще-то погуляем, — решаю его подбодрить. — Надо в зоомагазин заехать, купить элементарное: туалет кошачий, наполнитель, миски и корм. А еще желательно в ветеринарную клинику съездить сегодня или завтра, — беру на себя всю ответственность, потому что у Паши животных нет, а у меня есть. — Здесь недалеко есть та, куда я с котом и собакой хожу. Во врачах уверена. И цены адекватные. Главное, чтобы не тот азиат сегодня принимал.

— Какой азиат? — спрашивает Паша, усаживая меня в свою машину.

— Есть там один, — морщусь при воспоминании об узкоглазом. — Когда с псом к нему пришла, отравление было, тот кучу ненужных анализов назначил. Мне это потом мой любимый врач сказал, просмотрев данные на следующий день. Хоть бы он сегодня дежурным был! Он сразу все по делу скажет и рекомендации даст.

— В ветеринарку, значит? — уточняет Сабуров, сев на водительское место. — Как скажешь, Надюш.

Пока Паша играет с котенком, я вбиваю в навигаторе нужный адрес. Забираю себе Уголька, сошлись на этом имени, и позволяю Паше везти нас.

Малыш поначалу играет с низом моей футболки, сражаясь со складками ткани. А затем засыпает, замурчав, как настоящий трактор.

Паша даже выдвинул предположение, что мы с питомника не котенка, а львенка забрали.

В ветеринарной клинике Уголька быстро осматривают.

Нам везет, на дежурстве кардиолог, приятная, компетентная женщина, которая осматривает малыша, затем предлагает котенка сразу проглистогонить у них и проверить на клеща. Он сейчас активный. Сама своих питомцев всеми возможными средствами оберегаю.

Котенку дают таблетку от гельминтов, берут кровь на клеща. Последнего не находят. Нам дают ветеринарный паспорт Уголька, и мы довольные едем в зоомагазин, записавшись в клинику через две недели сделать первую прививку.

В магазине покупаем, помимо ранее сказанного элементарного, еще мячик, кошачий лабиринт и лежанку.

Приезжаем к Паше домой, с порога отпускаем котенка, и он смело проходит изучать свое новое жилище.

Отныне всего лишь с одной гориллой будет делить дом. Не сможет себе разных выбирать.

Оборачиваюсь на эту самую Гориллу.

— Ты чего улыбаешься? — спрашивает хозяин дома.

Паша снимает обувь и складывает ее на полочку. Берет тапочки и насильно заставляет обуться и меня.

Хотя я обувь и носки ненавижу. Я в них словно задыхаюсь. Вот босиком везде щеголять — моя тема. Я бы и на улицу босиком ходила, но нельзя. Люди не так поймут.

— Да ничего, — прячу улыбку, чтобы не спалиться. И чтобы Сабуров не узнал, какое прозвище я ему дала. — Милый котенок просто.

— Чай будешь?

— Кофе.

— Пойдем, — тянет он меня вместе с пакетами на кухню.

Пока я обустраиваю островок для приема пищи котенка, а затем и лоток в ближайшем туалете, Паша вовсю орудует на кухне. Поэтому к тому моменту, как я возвращаюсь, на столе уже кофе, как я люблю, фрукты, шоколадки и даже сочники.

Садимся за стол. Непринужденно обсуждаем котенка и его быт.

Чувствую какое-то волнение.

Сабуров странно на меня смотрит.

Он и раньше, бывало, так смотрел, но сейчас особенно коварно смотрит.

— Что-то не так? — решаю все же спросить, потому что по ощущениям, я в ловушке, которая вот вот захлопнется.