Глава 22.

– Я тебе говорю: сработает.

– В последний раз, когда ты это говорила…

– Всю жизнь припоминать будешь?!

Застыли, пригнувшись к траве. Время тянется медленно, ветер гоняет пожухшую листву. Мало помалу холод, идущий от земли, проник под одежду, тело свело, ноги задрожали.

– Не дергайся. – прошипел Свят.

– Холодно. – буркнула Варна.

Он заерзал, вытащил из-под себя плащ и накрыл ее.

– Не помрешь.

К наскоро собранному чучелу приближается темная фигура. Варна подобрала ноги и присела поудобнее. «Давай, давай!».

Существо кругом обошло приманку, дышит громко, но нападать не торопится. Свят прошептал:

– Крупновато для меши.

– Ш-ш-ш! – Варна пихнула его локтем.

Получив послание от ворона, Гореслав пробежался взглядом по строчкам в письме и передал его рекрутам. Этот простой жест означает, что дело плевое и они сами справятся с ним. Пихая друг друга, они прочитали текст, в котором говорилось, что неподалеку рыскает меша – беззлобный дух, пугающий детей и взрослых, но, как правило, редко нападающий. Не удивительно, что Светозарный предпочел отмахнуться – дело не его уровня, зато учеников погонять можно.

Прибыв на место, Варна выдала потрясающий, на ее взгляд, план – устроить засаду в лесу, неподалеку от деревни. Мешу приманить дурман-травой, а как только дух потеряет бдительность – изгнать в пекло.

– Дух мелкий, но не тупой. – заявил Свят.

– Набьем чучело дурманом.

– Тебя что ли?

Варна со всей силы ударила его в плечо и юноша скривился. Так как ничего другого он не предложил, с планом пришлось согласиться. Пугало они нашли в первом же дворе, заявив хозяину, что их прислал Полк, Варна указала на плетенного человека и сказала:

– Снимите его и отдайте нам, надо для дела.

– У вас молоко-то на губах не обсохло еще. – покачал головой мужик.

– Можешь продолжать слушать завывания меши по ночам, мне все равно. – холодно сообщил Свят.

– Я же не отказываюсь, что ты начал. – забубнил хозяин.

Он полез, снял с деревянного распятия пугало и вручил его Варне. Та, с трудом обхватив жесткое тело, кивнула и вышла за калитку. Свят из принципа не пытался помочь, шел рядом, наблюдая, как она мучается с огромным чучелом.

– Ну ты и скотина. – выдохнула она.

– У каждого свои заботы.

– Вот и вали тогда, собери дурмана, раз такой умный!

– План твой, значит…

– Только попробуй! – она изловчилась и толкнула его бедром. – У меня с ботаникой плохо, прояви свои недюжинные способности.

Поворчав для виду, Свят ушел. Вот-вот наступит осень, если дурман найдет – считай, повезло. Варна усмехнулась, глядя в удаляющуюся спину – в ее седельной сумке лежит банка с вытяжкой из дурман-травы, которой можно облить пугало. Но Свят узнает об этом потом, после того, как по земле поползает в поисках живого растения.

Выбрав место, она приладила пугало к наскоро собранным подпоркам. В темноте его легко можно будет спутать с человеком, меша обязательно придет на запах, а как только границу круга переступит, сразу же в плену святой печати окажется. А там дело быстрое – молитва, крест, и дух отправится восвояси.

И вот они сидят, смотрят, как темная фигура рыщет вокруг. Странно, но дурман-траву существо игнорирует, хотя во всех книгах и записях, которые ей удалось прочитать, Варна видела одни и те же строчки: «Противиться запаху дурмана не в состоянии».

– Что-то не так. – прошептала она.

– Явись! – Свят выпрямился. – Именем Господа, я приказываю тебе, слуга Зверя – яви свой лик!

Фигура застыла, сияющие глаза обратились к ним. Варна сжала рукоять меча и, мысленно обругав Свята, встала рядом с ним. Подчиняться требованию рекрута Светозарных существо не торопится – стоит, вытянувшись в струну, в темноте едва различимы очертания собачьего тела. И вдруг тварь развернулась к ним всем корпусом и…встала на задние лапы.

– Свят! – Варна попятилась. – Это не меша!

– Встань рядом! – рявкнул он, обнажив оружие.

Зверь присел, оттолкнулся могучими лапами от земли и прыгнул на них. Зазвенела сталь – меч Свята скользнул по длинный когтям, но удар оказался таким сильным, что почти повалил его на землю. Варна плечом подтолкнула его в спину, не позволив упасть.

– Злат!

Тень материализовалась рядом мгновенно – непроницаемо черная, с таким же мечом наизготовку. Взвыв, «меша» махнула могучей лапой, но она прошла сквозь бесплотного Злата. Тень ответила яростным выпадом, разя зверя в самое сердце, но тот пригнулся, подобрался, встал на четыре лапы и снова кинулся в бой.

Кажется, что с каждым мгновением существо увеличивается в размерах – плечи стали шире, лапы – мощнее, будто что-то подпитывает его, будто…

– Луна! – заорала Варна, отпрыгивая в сторону.

Зверь удивленно вскинул голову и, воспользовавшись замешательством, Злат пронзил его бок теневым оружием. Существо завыло, схватилось за рану, совсем как человек, наотмашь ударило Свята и кинулось прочь.

– Не преследуй! – рявкнул он, поднимаясь на ноги. – Мы не готовы.

– Шутишь?! – Варна уставилась на него. – Мы можем его одолеть!

– Нужно сообщить Гореславу.

– Мы привезем ему голову перевертыша и заслужим признание. – заупрямилась Варна.

– Если полезешь на него сама, я привезу в церковь только одну голову – твою. – Свят ногой повалил чучело на землю. – Пойдем, пора возвращаться.

– И не подумаю! – она сложила руки на груди. – Можешь ехать, а я вас тут подожду, может, узнаю, кто это был.

– Бог свидетель – если меня заставят с тобой в паре работать, я откажусь от плаща. – взвыл Свят. – Терпеть тебя невозможно, говоришь слово, а ты – десять в ответ! Здравого смысла в тебе ни на грош!

– Взаимно. – Варна оскорбленно поджала губы. – Трус.

– Что ты сказала? – Свят выпрямился. – Повтори!

– Ты – трус! – смело выкрикнула она. – Тебе давно семнадцать лет, а все за папкин плащ прячешься, когда ситуация складывается не так, как ты планировал.

– На «слабо» меня не возьмешь. – прорычал он.

– Ну и катись, сама справлюсь.

– С кем? С перевертышем? Очень смешно.

– Ха-ха-ха. – членораздельно произнесла Варна и пошла прочь.

Нет больше сил находиться с ним рядом! Все эти годы он только и делает, что оскорбляет ее, насмехается, ставит под сомнение все, что она говорит. А ведь ее планы часто срабатывают, да, осечки случаются, но с кем не бывает?!

– Я сказал – стой! – Свят схватил ее за локоть и развернул к себе. – Мы уезжаем, это…

– Что? Приказ? Кто дал тебе право? – она вырвалась и злобно уставилась на него. – За что ты меня ненавидишь?!

Благодаря колдовству Варна даже в темноте видит, как исказилось его лицо. Кажется, он опешил, растерялся.

– Если бы не твои постоянные тычки, мы бы давно сработались, понятно? Но ты вечно показываешь, насколько превосходишь меня во всем! Так вот – я в курсе, Свят! Ты – единственный и неповторимый, особенный рекрут, которого Гореслав воспитывает с самого детства, я даже не смею претендовать на место его любимчика, так что…

– Особенный. – Свят хмыкнул. – Мозгов у тебя как у козы.

Варна с такой силой ударила себя по лбу, что эхо от хлопка разнеслось по лесу.

– Катись к черту. – она быстро зашагала прочь.

– Варна!

– Отвали!

Она вернулась в конюшню, закуталась в плащ и залезла в стог сена. Они думали, что справятся быстро, поэтому ночлег искать не стали. Теперь, видя, как дыхание превращается в пар, Варна пожалела об этом.

Уснуть не удалось, вскоре вернулся Свят, но ложиться не торопился – она чувствует, что он неподвижно стоит рядом.

– Спишь? – хрипло спросил он.

– Нет. – ответила она.

– Какой план?

Варна села, скрестила руки на груди и с подозрением посмотрела на него. Опять издеваться собрался?

– Тебе не понравится. – наконец, сказала она.

– Мне не нравится ничего из того, что ты делаешь. – он пожал плечами. – Выкладывай.

Они собрали всех жителей у колодца, сказали, что хотят помолиться за них. Кто ж откажется от такого? Святая вода и молитвы перевертышу не страшны, ставка была на то, что, зная об этом, он тоже явится.

Свят обвел взглядом собравшихся и, откашлявшись, сказал:

– Дабы защитить вас, я прочитаю молитву. Прошу присоединиться ко мне, если слова вам знакомы.

Пока жители самозабвенно осеняли себя крестным знамением, Варна всматривалась в их лица. Никто не вызывает подозрений, все истово молятся, повторяя слова за Святом. Да только они и не рассчитывали вычислить перевертыша с помощью Слова.

Достав из кармана склянку с клубящимся внутри дымом, Варна бросила ее на землю и колдовство вырвалось на свободу – день сменился ночью, солнце обратилось в луну. Этому трюку ее научила Рослава – магию лучше творить в темноте, так что ведьмы часто сами создают ночь, удерживая ее над местом, в котором проходит ритуал.

Как только лунные лучи достигли земли, юноша, стоявший в толпе, закричал, забился, но, как только Свят достал меч, он испуганно вскрикнул и побежал прочь.

Колдовство не подвело – природа перевертыша не может сопротивляться влиянию лунного света. Варна бросилась в погоню и пожалела, что арбалетов им еще не выдали – подстрелить его на ходу было бы куда легче, чем пытаться догнать.

Из-за угла вылетел Свят – он почти сбил мальчишку с ног, но тот, частично обратившись, отбился от него и, хромая, продолжил бежать к лесу. Встав на четыре лапы, перевертыш ускорился.

Варна увидела коня, мирно жующего траву во дворе. Она перемахнула через забор, отвязала самодельную узду от колышка, похлопала животное по лощеной шкуре и прошептала:

– Не откажи в услуге, ибо Зверь скор на расправу.

Конь покорно склонил голову, позволил ей залезть на себя и понесся к лесу, повинуясь приказу наездницы. Ехать без седла мучительно больно, конский хребет ощутимо ударяется о промежность, но Варна терпит, сцепив зубы.

– Свят! – выкрикнула она.

Он понял без слов – замедлился, протянул руку, она схватила его за предплечье, он вцепился в нее, оттолкнулся, и на ходу вскочил на коня. От этого маневра закружилась голова – смогли! Ни разу не делали так, но сумели!

Перевертыш петляет впереди, мечется, пытается прорваться к спасительной кромке леса.

– Нельзя позволить ему скрыться! – выкрикнул Свят.

– Есть идея, но тебе не понравится! – ответила Варна, усмехнувшись ему через плечо.

Он ничего не спросил, впервые доверился ей и кивнул. Окрыленная, Варна сосредоточилась, нащупала внутри крошечную адскую искру, раздула из нее пламя и ощутила небывалый прилив сил. Зверь все еще позволяет использовать свою мощь и сегодня она воспользуется ей во благо.

– Держись! – она резко дернула узду и конь повернул вправо, сокращая расстояние, отделяющее их от перевертыша.

Почти поравнявшись с ним, Варна подобрала ноги, села на корточки, опираясь на лошадиную спину, убедилась, что Свят взял поводья и, мысленно воззвав ко всем богам, оттолкнулась от мягкой шкуры. Она почувствовала, как лишается опоры, коня повело в сторону, но прыжок получился по-настоящему звериным – взлетев, тело вытянулось, толчка хватило, чтобы настигнуть бегущего рядом перевертыша. Варна упала на него и они вместе покатились по земле.

Не мешкая, она достала нож из ботинка и попыталась всадить его в бок твари, но пришлось защищаться – удлинившиеся зубы щелкают у самого лица, она засунула клинок между челюстями и отвернулась, морщась от смрадного дыхания. Вдруг тело перевертыша обмякло, горячая кровь хлынула на нее, голова твари упала на грудь.

– Фу! – она поспешила выбраться из-под мертвого тела.

Свят протянул руку и помог ей. Оглядев себя, Варна скривилась – вся залита кровью, вкус железа во рту, похоже, попало даже внутрь. Она перевела взгляд на перевертыша и охнула – совсем мальчишка. Быть может, младше их. До конца обратиться не сумел – тело обросло шерстью, отросли когти, а на мертвом лице застыло удивление – он не успел понять, что случилось.

– Даже жаль его. – тихо сказала она.

– Жаль. – подтвердил Свят. – Нужно проверить его семью.

– Думаешь, целая стая?

– Кто знает.

Покопавшись в карманах, Свят достал платок и принялся деловито стирать кровь с ее лица. Варна прищурилась, пытаясь понять, с чего вдруг такая забота.

– Трюк с лошадью просто потрясающий.

Первый раз в жизни она видит, что Свят искренне восхищен. Пытаясь скрыть удовольствие от похвалы, она буркнула:

– Да и ты не растерялся. Кстати, – она замялась, – не скажешь никому, что я использовала колдовство?

– Нет. – он бросил испачканный платок на землю.

– Почему ты покрываешь меня?

– Я не особенный, я проклят, как и ты. – Свят стряхнул кровь с меча и убрал его в ножны.

– И мы должны держаться вместе? – попыталась пошутить она.

– У нас нет выбора. Если тебя поставят в пару с кем-то другим – он убьет тебя, как только заподозрит неладное. Но Гореслав не позволит разделить нас.

– Почему?

– Потому что он выбрал меня. У него, – Свят замешкался, – план.

– План? – Варна поспешила вперед, чтобы не отстать от него. – Какой еще план?

– Создать целый отряд таких, как мы.

– Марш проклятых. – хмыкнула она. – Хорошо звучит.

– И мы будем стоять в первых рядах. – кивнул Свят.

– А если ему запретят? – вдруг спохватилась Варна.

– Нас убьют. – спокойно ответил он. – Нас всех.

В деревне разделились – Свят пошел к родным убитого, Варна – на поиски добродушного хозяина, который позволит воспользоваться баней, и, если повезет, пожертвует одежду. Пока она шла вдоль заборов, заглядывая во дворы, люди испуганно опускали глаза и делали вид, что донельзя заняты. Беспокоить простой народ она не любит, но и в церковь ехать в пропитавшейся кровью одежде не может – во-первых, все это благополучно загниет, во-вторых, ее лошадь ее к себе даже не подпустит. Настоящих, боевых коней, приученных к запаху крови и смерти, им не видать еще долго.

– Эй, вижу, баня натоплена? – Варна облокотилась на забор и указала на дым, поднимающийся к небу.

– Затоплена, а то как же. – подтвердила румяная женщина, румянец которой, к слову, несколько поблек, когда она увидела окровавленную девчонку.

– Мы тут это, перевертыша у вас ловили. Мне бы помыться.

– Ну, заходи. – неохотно согласилась хозяйка.

– Одежду не пожертвуешь? – Варна многозначительно посмотрела на кровавые разводы на рубахе.

– Сарафан тебе дать? – усмехнулась женщина.

– Сын есть у тебя? – получив утвердительный кивок, Варна продолжила: – Вот его одежду мне и дай. Если он не младенец, конечно.

Еще до того, как она вошла в баню, что-то случилось – закружилась голова, в ушах зазвенело. Тряхнув головой, Варна закрыла дверь и принялась снимать прилипшую к телу одежду. Наверное, она устала. Дни выдались тяжелыми, да и сражаться с перевертышем они были не готовы.

«Беги».

Шепот такой тихий, что мог бы сойти за галлюцинацию, да только Варна привыкла прислушиваться к себе. Так и замерла с поднятым над головой ведром, прислушалась – тихо, только вода шипит, испаряясь.

Ополоснула себя, села на лавку, но расслабиться не может – тело напряглось, скверное предчувствие не дает успокоиться.

«Беги».

Чьи-то слова, как настойчивый зуд в голове, не дают покоя, беспокойство растет. Из предбанника донесся шум, Варна вскочила.

– Какого…

– Уходим! – Свят швырнул ей одежду. – Быстрее!

– Что случилось? – Варна надела рубаху на мокрое тело и принялась натягивать штаны.

– Их тут целая стая. Скорее, Варна, что ты копаешься?!

Но выйти они не смогли – дверь подперли снаружи. Свят принялся выбивать ее плечом, но безрезультатно – кто-то кричит, гогочет, в какофонии голосов Варна разобрала только «заживо сожжем их!». Она принялась шарить глазами по парилке и с ужасом поняла, что печь находится в предбаннике, а значит…

– Мы сваримся здесь. – пробормотала она и, собравшись, попыталась выбить дверь ногой. – Выпустите нас! Зачем ты вообще вошел?! Не мог на улице остаться?!

Свят не ответил, кинулся к окну, но попытки открыть его успехом не увенчались – закрыто наглухо. Он схватил ведро и попытался разбить стекло, но ничего не вышло.

– Да что это?! – в ярости выкрикнул он.

Выбившиеся из косы волосы уже прилипли к его лбу, по лицу катится пот. Температура в бане поднимается, Варна попыталась глубоко вдохнуть и не смогла – влажный воздух застревает в горле. Ее охватила паника.

– Что нам делать?

– Если ведьмы научили тебя обращаться в пар, то самое время воспользоваться этим. – раздраженно ответил Свят, не оставляя попыток разбить окно. – Да из чего оно сделано?!

Варна села и попыталась успокоиться. Выбить дверь не выходит – ее либо забаррикадировали, либо держат снаружи. Окно не поддается, что странно. Местные вряд ли попытаются им помочь – перевертыши или убили их, или напугали до полусмерти.

– Выхода нет. – пробормотала она.

Свят метался между окном и дверью, а Варна медленно сползала с лавки. Сознание помутилось, перед глазами поплыли разноцветные круги.

«Господи, – подумала она, – неужели это все? От нас останутся раздутые трупы, обезображенные до неузнаваемости, кто нас найдет? Гореслав?».

– Нет, нет, смотри на меня!

Оказывается, она упала на пол и теперь Свят трясет ее, как тряпичную куклу. Ей с трудом удалось открыть глаза, но оставаться в сознании мучительно тяжело, хочется спать.

– Злат!

Тень явилась мгновенно, даже она выглядит странно – зыбкая, с расплывчатыми контурами. Несколько долгих мгновений Свят молчал, а затем отдал команду:

– Убей всех.

Молчаливый спутник упругим шагом направился к двери и прошел сквозь нее. Варна затаила дыхание, но ничего не услышала – ни звуков боя, ни криков. Она вопросительно посмотрела на Свята, тот вскочил и кинулся следом за тенью. Как ни странно, дверь он открыл без труда. Прохладный воздух ворвался внутрь, Варна жадно вдохнула его и чуть не расплакалась от облегчения. Она встала и хотела выйти, но вдруг краем глаза заметила нечто странное за окном – нестройная процессия перевертышей двигается в сторону леса. Прильнув к стеклу, она напрягла зрение и отшатнулась, разглядев высокую фигуру в черном, стоящую поодаль.

Зверь.

Рядом с ним стоят три фигуры поменьше. Они смотрели на то, как перевертыши исчезают между деревьями, а затем двинулись следом за ними. Зверь остался один. Увенчанная рогами голова повернулась к Варне и она почувствовала грубое вторжение в свое сознание.

«Мое».

«Мое».

«Мое».

Слова слились в неразборчивое блеяние, Варна зажала уши и выбежала из бани, но голос не замолкал до тех пор, пока Свят не коснулся ее плеча, пытаясь привести в чувство.

– Тебе лучше? – он присел рядом.

– Он увел их. – прошептала она. – Это Зверь увел их.

Свят подобрался, повернулся и прищурился, всматриваясь в лес, но там никого нет, все исчезли – и ведьмы, и Зверь, и перевертыши. Он рукавом стер пот со лба и сказал:

– Не каждый день меня спасает Дьявол. Нужно проверить.

– Что? Ты за ними пойдешь?! – Варна схватила его за руку. – С ума сошел?!

– Гореслав потребует отчет, а узнав, что мы упустили целую стаю, поедет сюда сам, прихватив еще нескольких Светозарных. Нужно узнать все, что сможем, чтобы передать ему информацию.

– Упустили стаю? Да мы вообще не должны были столкнуться с ней!

– Послезавтра тебе семнадцать. Мы вот-вот окажемся один на один с этими тварями. У кого ты будешь искать защиту?

Ее будто молнией ударило – послезавтра! Она совсем забыла об этом, намеренно пыталась не вспоминать, ведь вместе с наступлением семнадцатилетия выйдет срок, назначенный Рославой. Ведьмы придут за ней и будут требовать ответа, а она давно разуверилась в правильности их пути. Отказать Рославе, сказать, что все эти годы она зря старалась склонить ее на их сторону… Варна поежилась, вспомнив ярость, с которой ведьма металась по поляне в день, когда были убиты ее сестры.

Они вошли в лес и обнажили мечи, но в засаде их никто не ждал. Она изо всех сил вслушивалась в трескотню насекомых и шелест сминаемых обувью растений, пытаясь услышать тяжелое дыхание Зверя, но он просто испарился.

– Господи! – от неожиданности Свят попятился и налетел на нее.

На нескольких деревьях висят тела перевертышей. Некоторые успели обратиться, другие нет, но всех повесили, казнили за то, что они позарились на душу, принадлежащую Зверю.

«Мое». – сказал он, ворвавшись в сознание Варны.

Она похолодела и отвернулась, но дело было вовсе не в телах, покачивающихся под порывами ветра. Это показательное выступление ничто иное, как воспитательный момент для нее, Варны. Она принадлежит ковену, как вещь. Зверю нельзя сказать «нет», нельзя не подчиниться его зову. Он пришел не спасти ее, а напомнить, что в его руках не только ее жизнь, но нечто куда более ценное – душа.

– Так или иначе, но ведьмы упростили нам работу. – Свят огляделся. – Что с тобой?

– Ничего. – глухо ответила она. – Пора возвращаться.