Глава 28

Я приезжаю к нему сама. Загородный дом встречает тишиной. Охрана пропускает без звонка, но никто не ведёт меня внутрь. Виктор ждёт на террасе. Видимо, почувствовал приближение.

— Что-то случилось?

— Да. Я устала разговаривать с тобой только возле собачьей клетки.

Он отступает, приглашая пройти.

Мы садимся напротив. Между нами стол, который кажется необходимой границей.

— Я не приму правила, по которым альфа решает за пару, — начинаю я. — Не перееду сюда по приказу, не уйду из клиники и не стану просить разрешения на друзей или поездки. Охрана обсуждается. В опасной ситуации я готова принять её, но не камеры в комнате и не отчёты о каждом шаге. Никаких обрядов без объяснения. Никаких решений от моего имени перед вашим советом.

— Принимаю.

— Ты говоришь это потому, что не хочешь моего отказа?

— Волк выбрал тебя сразу. Когда ты требовала документы на кота. Окончательно понял это на мосту, когда ты выбросила знак клана ради моей безопасности. Ты избавилась от него, не зная, что спасаешь альфу.

Я вспоминаю Босса, смотревшего на исчезающий ошейник.

— Тебе было больно?

— Сначала. Потом понял, что кто-то выбрал меня без выгоды и страха.

— Я выбрала кота.

— Кот был мной без имени и положения. Возможно, самой честной моей частью.

— Я боялась, что чувства принадлежат парности, — говорю я. — Поэтому вспоминала, что люблю в тебе без магии.

Он не двигается.

— Ты слушаешь. Даже когда бесишься. Останавливаешься у границы, если наконец её видишь. Не бросил Грету, хотя мог поручить слугам. Вернулся защищать меня, зная о боли. И ушёл, когда я потребовала.

— Алла…

— Я ещё не простила всю ложь. Но хочу попробовать. Не потому, что ты альфа и не потому, что связь тянет. Я выбираю мужчину, который способен меняться.

Виктор обходит стол и опускается передо мной на колени. Касается ладонями моих рук, ждёт.

— Я люблю тебя, — говорю я, наклоняюсь и целую его.

Знакомство с кланом начинается с требования старейшин пройти обряд принятия.

— Нет, — отвечаю я.

Мы сидим в большом зале загородного дома. Вокруг длинного стола двенадцать человек. Виктор занимает место во главе, я сижу справа. Седой мужчина, которого видела раньше, представляется Григорием Савельевичем и смотрит на меня как на временную проблему.

— Человеческая пара альфы должна быть связана клятвой, — говорит он. — Тайна клана не может зависеть от её настроения.

— Моё настроение устойчивее ваших правил.

Я вспоминаю Дашу, и не хочу, чтобы меня связывали такой же клятвой.

— Алла дала согласие хранить тайну, — произносит Виктор. — Этого достаточно.

— Ведьма ослабила тебя, альфа. Ты уже идешь на поводу человека.

Совет ещё продолжается, моего согласия так и не получили. Сильно перечить альфе не стали.

После совета несколько женщин клана подходят познакомиться. Одни любопытны, другие насторожены.

— Альфа рядом с вами пахнет спокойнее, — сообщает одна из них. Я понимаю это по-своему и в глубине возникает ревность, что они чувствуют запах моего мужчины как-то иначе.

Жизнь внутри клана наполнена правилами. Низшие по рангу отводят взгляд от Виктора, доминантные мужчины ждут разрешения говорить, дети учатся контролировать обращение. Я замечаю, как власть проникает в привычки, и понимаю, почему Бессонову трудно просить.

Мы устанавливаем собственные правила.

Я пока остаюсь жить у Валентины Павловны, хотя провожу часть ночей в загородном доме. Работаю в клинике. Охрана сопровождает только после предупреждений об угрозе. Хотя я понимаю, что просто не вижу их. Виктор не проверяет мой телефон и не отдаёт распоряжений Марине Сергеевне насчет меня.

Валентина Павловна узнаёт правду случайно. Виктор приходит вечером, а сосед Николай снова шумит у двери. Бессонов одним рыком прогоняет его. Хозяйка смотрит на него, потом на меня и произносит:

— Я знала, что этот кот ненормальный.

Объяснение занимает час. Валентина Павловна выслушивает, требует доказательство и получает серого волка в собственной гостиной. Она знает о жизни оборотней, но хотела убедиться, что перед ней именно альфа.

Яров появляется примерно через месяц. В пятницу клиника проводит бесплатный приём. В холле много людей, в стационаре заняты все клетки. Даша помогает сменщице Светы оформлять документы, Матвей привозит корм.

Около шести в вентиляции появляется сладкий химический запах. Оборотни реагируют первыми. Матвей хватается за стену, глаза мутнеют. Двое охранников у входа падают. Даша успевает закрыть дверь, прежде чем с улицы врываются люди в масках.

— Яд, — выдыхает Матвей, называя растение.

Я знаю его под другим названием. В малых дозах вызывает аритмию и судороги, в концентрированном виде опасно для любого млекопитающего.

Марина выводит людей через задний выход. Нападавшие не мешают. Их цель внутри. И это я. Хватаю сумку и тут же оказываюсь схваченной.

Меня привозят на какой-то склад. Вдоль стены стоят огромные клетки, в одной из них узнаю Кирилла. Кажется, он ранен, мне разрешают подойти к нему и оказать помощь. Кажется, Яров решил проверить, на что я способна. Или же просто не хочет допустить смерти оборотня?

На Кирилле тот же ожог. На него наложили проклятие, и явно не обошлось без Дары. Ведьму утверждала, что не знает о вражде Ярова, но в то же время факты говорят о другом. она мстит альфе, и для мести выбрала меня.

И тогда я понимаю, что я здесь только затем, чтобы приманить Бессонова.

Снаружи раздаётся вой. Ворота вздрагивают от удара.

Виктор пришёл.

Ворота склада вылетают внутрь.

Серый волк появляется в облаке пыли, за ним идут люди клана в человеческом и зверином облике. Кто-то начал распылять яд, он действует, но Виктор не замедляется. Золотые глаза находят меня и вспыхивают яростью.

Яров отбрасывает меня в сторону как тряпку. Он тоже обращается. Огромный чёрный волк выше остальных, на морде старые шрамы. Арсений и его люди бросаются к клану.

Я доползаю до клетки, Кирилл после помощи немного приходит в себя. Он не может обернуться, но так даже лучше. Хватает меня за руку и быстро шепчет:

— Уходи через боковую дверь! Там никого нет.

— А ты? — Я осматриваю его бок. — Ты не можешь в таком виде…

— Альфа здесь, я не могу уйти.

— Ты умрешь, если останешься! — шиплю я, оглядываюсь назад, не вижу, кто есть кто, где Яров, где Бессонов. Там начинается настоящая резня.

Двое сталкиваются возле колонны. И я понимаю — это они. Металл гнётся от удара. Один запускает клыки в плечо, раненый отвечает, жестко отбрасывая противника к стене.

А кто-то замечает меня и идёт ко мне.

Кирилл пытается встать между мной и им, но он ещё слаб после яда и беспомощен от проклятия. Я бросаю в волка всё что попадает под руку, пячусь. А потом нащупываю в сумке инъекцию.

К моему удивлению, волк оборачивается, и я узнаю Арсения. Он хватает меня, и я успеваю воткнуть в его плечо иглу. Препарат для седации крупной собаки действует не сразу, но движение замедляется.

Арсений хватает меня за волосы, но мне удается вырваться и убежать к выходу. Но там меня перехватывает Яров в человеческом облике. Его пальцы превращаются в когти, рука обхватывает горло. Становится невозможно дышать, я пытаюсь ослабить его пальцы, но безуспешно.

— Стой, альфа!

Один из волков замирает. Серая шерсть покрыта кровью, дыхание тяжёлое. Теперь проклятие не удерживает, но один прыжок может закончиться для меня когтями Ярова.

— Отпусти её, — рычит Виктор, оборачиваясь в человека.

— Отдай клан и твоя пара останется живой.

— Возьми меня вместо неё.

— Ты всегда считал себя единственной ценностью. Ты всё равно умрешь. Выбирай, живая пара или мертвая?

Я нащупываю в сумке скальпель. Марина собирала комплект для операции, и я схватила именно ту сумку.

— Виктор, — хриплю я, как только Яров чуть ослабляет моё горло.

Он смотрит на меня. А я вонзаю иглу Ярову в бедро. Он вскрикивает, хватка ослабевает и этой секунды хватает, чтобы вырваться и упасть на пол.

Схватка заканчивается быстро. Серый волк прижимает Ярова к земле, клыками впиваясь ему в горло.

— Убей, — хрипит он.

Виктор рычит. Раньше убил бы. Я вижу это по лицам окружающих. Но он обращается человеком и отступает.

— Совет решит. Я не стану давать тебе лёгкую смерть и не превращу ярость в закон.

Матвей надевает на Ярова серебряные наручники с рунами. Виктор подходит ко мне. И я сама бросаюсь к нему, обнимаю его. Прижимаюсь крепче, слышу, как бьются наши сердца. Я так боялась за него. А теперь, кажется всё позади, но я больше не хочу никаких с ним споров, объяснений или недоверий.

После склада клан признаёт меня официально. Трое отравленных оборотней выживают благодаря первой помощи. Кириллу досталось больше всех, но он не страдает. Второй месяц лежит в частной клинике и с огромной радостью встречает нас с гостинцами и рассказывает всем в пятисотый раз, как альфа освободил город от Ярова и спас свою пару.