Глава 16

Весь день я как на иголках: уроки веду, а сама все смотрю в окно. Солнечная погода завет на улицу, но меня это не радует: авантюра, которую я задумала, пугает до резей в животе. Стрессы всегда расслабляют мой кишечник, вот и сегодня я частый гость туалета.

И все думаю, думаю, думаю…

Правильно ли я поступаю, расставляя ловушку родителям? С одной стороны, таким способом я защищаю себя от произвола мамы, а она не успокоится, пока не выдаст меня замуж. С другой — сую голову в петлю сама, потому что не сказала о том, что приеду не одна. У мамули наполеоновские планы, которые я разобью в пух и прах.

Ещё вызывает сомнение Влад. Я уже получила от него две неприятные ситуации и рассчитывать на его благоразумие не могу: слишком непредсказуемый товарищ. Складывается впечатление, что живет больше сердцем, чем умом, хотя иногда не мешало бы и подумать о последствиях своих действий.

«Ладно! Что будет, то будет! — решаю я, садясь в красавицу Мазду. — Все-таки Влад спас Настю. Неизвестно, чем бы все обернулось для меня, если бы девочка выпала из окна».

С этими мыслями подъезжаю к отелю и звоню парковщику, хорошо, что вчера обменялись номерами. Мне машет рукой его напарник-студент, и швейцар кланяется как хорошей знакомой.

Но телефон Владислава занят, я поглядываю на дверь, на часы: долгая стоянка у отеля запрещена, висит знак, а над ним вижу камеру. Штраф станет последней каплей моего терпения. Не хочу!

Неожиданно дверь со стороны пассажира распахивается, и рядом тяжело падает на сиденье большой мужчина.

— Поехали! Быстро! — рявкает он.

— Куда?

Поворачиваюсь и… закашливаюсь от шока. От знакомого синего взгляда веет холодком.

— Знакомиться с твоими родителями. Или передумала?

Влад бросает назад сумку и гитару и застегивает ремень, а я не могу пошевелиться.

Как? Как он сумел так измениться? Костюм, галстук, начищенные туфли и… новая прическа — есть отчего заволноваться. Сердце колотится быстро и громко, вот-вот выдаст мое состояние.

Неужели Влад настроен серьезно мне помочь. Проглатываю слюну, не в силах выдавить ни слова, и запускаю мотор.

— Стойте! — слышу крик и ищу взглядом его источник: какая-то рыжеволосая девушка выбегает из отеля и направляется к нам.

— Где-то я ее уже видела, — говорю вдруг не то, что хотела.

— Кого! — Влад поворачивается ко мне. — Ксюху? Ну, ее! Трогай, иначе она испортит нам поездку. Или нет! Выходи!

Влад скидывает ремень, резко открывает дверь, обходит машину и ошарашенную рыжуху, и вытаскивает меня.

— Ты что делаешь? — прихожу в себя.

— Садись на пассажирское кресло. Я поведу.

Он ловко проскальзывает внутрь, несмотря на больше тело. Мне ничего не остаётся, как послушаться. Я прохожу мимо девушки, и она хватает меня за рукав плаща и взвизгивает:

— Что здесь происходит? Ты кто?

— Простите? — теряюсь я.

Теперь я вижу, как пылают злостью необычные глаза красотки, словно фиолетовые искорки мерцают у густой серо-синей радужке. Из окна высовывается голова Влада.

— Оксана, не устраивай сцену! Я же сказал, что сегодня занят! Не задерживай нас! — он смотрит на меня. — Ты хочешь опоздать?

Я перевожу взгляд с девушки на парковщика. Да этот козел ещё и ловелас! Но свои дела важнее, некогда размышлять о чужих обидах, поэтому выдергиваю рукав и сажусь в Мазду. Влад тут же срывается с места.

По Москве мы едем молча. Я уже задала маршрут на навигаторе, и Владу не нужно спрашивать у меня дорогу. Пытаюсь разобраться в своих чувствах. Появление красотки всколыхнуло мой давний комплекс неполноценности, настолько девушка выглядела идеально. Ухоженное лицо в форме сердечка, притягивающие взгляд глаза, длинные рыжие волосы и идеальная кожа. И опять мне кажется, что я недавно ее где-то видела. Но где?

Мучительно пытаюсь вспомнить и поджимаю пухлые губы — предмет моего вечного беспокойства и насмешек одноклассников. И сейчас постоянно все спрашивают, у кого я делала операцию.

Но до объездной тянемся долго. Ещё бы! Долгие весенние праздники гонят дачников из города. Парковщик лавирует в потоке машин, перестраиваясь из линии в линию, но делает это ловко и привычно, и я успокаиваюсь.

— Почему не спрашиваешь, кем мне приходится Ксюха?

— Зачем? — выныриваю из мыслей я. — Меня твоя личная жизнь не интересует.

— Вот как?

— Абсолютно.

Я отворачиваюсь и смотрю в окно. Почему злюсь? Этот человек принадлежит не мне, я его одолжила на два дня, и все. Но в душе, как медведь в берлоге, ворочается недовольство, которое переношу на Влада, ничего не могу с собой поделать.

— Ксюха — моя девушка, — неожиданно говорит парковщик. — Неделю назад мы поссорились, она выкинула мои вещи из квартиры.

Смутное воспоминание вспыхивает в голове: мужчина на лестнице, зубная щётка, которая бьет меня по лбу, яростная перепалка. А ещё желание, пронзившее меня внезапно, когда я увидела крепкие бёдра незнакомца.

Качаю головой, сомневаясь: таких совпадений не бывает, чтобы в огромном городе столкнулись два человека несколько раз в течение нескольких дней. И потом, девушку я тогда не видела, но точно помню, что где-то с ней встречалась.

Смотрю на Влада.

— Погоди, а где живет твоя подруга?

— Зачем тебе? — парковщик косится на меня и перестраивается в правый ряд. — Пойдёшь с ней разбираться?

— Не придумывай! Просто история с вещами знакомая.

— Уже сталкивалась?

— Да, и совсем недавно. Я живу в Васильевском переулке, дом десять.

Несколько минут мы молчим. Я не понимаю, почему Влад не отвечает, и корю себя за то, что невольно выдала свой адрес. А мой напарник сосредоточен на дороге. Смотрит в одну точку, словно едет один. Наконец он хмыкает:

— Значит, это ты была на лестнице? Пакета мне пожалела.

— Нечего хамить незнакомому человеку. Что за моду взял? — краснею я. — Что-то слишком часто мы с тобой встречаемся.

— Я тоже этому не слишком рад, — парирует Влад, а я напрягаюсь: и зачем тащу его домой? И тут он подмигивает. — А может, это судьба?

— Ты фаталист? В приметы веришь?

— Нет. Нисколько. Живу, как живётся.

— Вот и я не верю, но от этих совпадений мурашки бегут по спине.

— Дай, посмотрю!

Влад неожиданно кладёт мне на шею свою ладонь и опускает пальцы за воротник. Теперь мурашек становится целое стало, они разбегаются по всему телу и вызывают дрожь. Я отшатываюсь и бью напарника кулаком по колену.

— Спятил? Куда опять руки тянешь?

Машина дёргается, звук клаксонов ввинчивается в мозг. Влад обеими руками берётся за руль и выравнивает движение.

— Осторожнее! Мы на трассе.

— Держись от меня подальше… the bastard!*

Ругательство вырывается так естественно, словно я всю жизнь матерюсь. Тут же успокаиваю себя тем, что обычный парковщик вряд ли хорошо знает английский язык. Ну, какое у него может быть образование? Девять классов и техническое училище, плюс в армии служил. Университетов точно не оканчивал.

Влад косо смотрит на меня и усмехается:

— I thought you were a well-bred princess, and you swear like a wharf girl**.

Я краснею до корней волос, не вижу, но чувствую, как наливаются пунцовой краской уши, щеки и даже шея. Эту фразу мой спутник произнёс чисто, с лёгким американским акцентом, словно всю жизнь жил в Штатах.

— Прости, вырвалось, — бормочу под нос.

Этот человек открывается для меня с новой стороны. И откуда я взяла, что он не образован? Стереотипное мышление, будь оно не ладно!

— Точно! — Влад хлопает себя по лбу. — Ты же ничего не знаешь обо мне, а я о тебе! Молодожены, пятки наряжены! Полное мое имя — Владислав Борисович Задворный. Живу один. Не женат. Паспорт показать?

— Нет. Зачем мне он?

— Все ершишься? Ну-ну! У меня есть родители, но уже давно в разводе. В Москве мама и сестра. Мою племяшку Настю ты учишь. Яна — вдова. Родила дочку, когда училась в университете. Студенческие вечеринки, развлечения, алкогольные «ерши», сама понимаешь, всякое бывает.

Я понимаю, сама проходила через подобное испытание, но слава богу! Обошлось без последствий. Надо же, как наши судьбы схожи! Но рассказывать об этом Владу я не собираюсь.

— А почему сестра — вдова?

— Ее муж попал в аварию и погиб.

— А-а-а, — неловкий момент, в салоне тягучая тишина, поэтому меняю тему: — У меня мама — домохозяйка, отец преподаёт в университете, — делаю паузу: рассказать или нет о том, что папа помнит Ивана, друга парковщика? Решаю, что ни к чему. Я окончила лингвистический факультет, английский и французский языки, работаю в школе.

— Ты об этом мечтала?

— Не знаю. Думаю, обычный юношеский протест. Мама хотела, чтобы я знала языки и могла свободно общаться в Европе, когда выйду замуж. Другой цели, в принципе, не было.

— А сейчас нравится?

— Да. Мне кажется, это мое призвание.

Говорю и замолкаю: не планировала раскрывать незнакомому человеку душу, а вывалила сразу все. С Владом так легко! Он хороший слушатель. Да и друг у него не дворовая шантрапа. И тут понимаю, что он болтал о семье, но ни слова не сказал о себе.

— А откуда ты так хорошо знаешь американский английский?

— Мы приехали, — вместо ответа говорит Влад. — Показывай, какой дом?

— Второй справа, с красной черепичной крышей, — осипшим голосом говорю я и с удивлением смотрю по сторонам. Совершенно не заметила дорогу, не успела поволноваться и настроиться. — О Боже! Что я скажу родителям?

Влад сжимает мои пальцы.

— Тихо! Не нервничай, дорогая! — он подносит мои пальцы к губам и нежно целует. — Не дергайся! — тут же пресекает мои попытки вырваться. — На нас смотрят.

Я поднимаю глаза и нервно икаю: в проеме распахнутых ворот стоят родители.

* The bastard — подонок (английское ругательство)

** I thought you were a well-bred princess, and you swear like a wharf girl. — Я думал, ты воспитанная принцесса, а ты ругаешься, как портовая девка (англ.).