Глава 27

Я провожаю взглядом огоньки такси, а в душе творится непонятно что. Веду себя, и правда, как идиот. Хотел порвать с бывшей, но неожиданно не сумел сделать это решительно.

С одной стороны, жалко Ксюху, которая выбрала не те средства, чтобы помириться. С выпившим человеком бесполезно выяснять отношения: ничего не поймёт и не примет. А когда протрезвеет, все начнётся заново по кругу.

А с другой стороны, боюсь упустить Регину. Она мне тоже стала близкой. Казалось бы, мы прошли вместе огонь, и воду, и медные трубы, как в сказке, но держались друг за друга крепко. Ее я принимаю, как родственную душу, человека, которому не нужны слова, чтобы понимать, достаточно взгляда и жеста.

Вытаскиваю из кармана сигарету. Постоянно на нервах, так никогда не брошу курить! По ступенькам поднимается Ромыч. Он протягивает мне зажигалку, и мы молча смолим, пуская дым в воздух.

— Ты для этой девушки костюм у меня брал? — наконец спрашивает друг.

— Угу.

— Красивая.

— Угу, — согласно киваю.

— Ксюха тоже прелестна. Но ее красота дерзкая, яркая, привлекающая внимание. Думаю, каждому мужику хочется такую бабу рядом иметь.

— Тебе тоже? — чувствую, как внутри закивает раздражение.

— Мне? Зачем? — Ромка косится на меня и криво улыбается. — Ксюха — свой парень в доску! А ещё она твоя невеста. Я ее как женщину не воспринимаю, может, потому и прощаю эти закидоны. Разбираться с ней — твоя проблема.

— А Ванек?

— Думаешь, Регина правду сказала? — Ромыч гасит сигарету, и я следом.

Дружно выбрасываем окурки в урну, секунду молчим, дышим свежим майским воздухом, в котором чувствуется морозец. Невольно смотрю на асфальт, покрытый дымкой инея. Как переменчива весенняя погода! Зябко поводу плечами.

— Пошли в бар. Она ошиблась. Видела их вместе только раз. Я верю другу. А ты почему сомневаешься?

— Не знаю, но советую присмотреться. Или ты решил Ксюху бросить?

— Не ладится у нас последние месяцы. Все время скандалим. Чувствую, подошли наши отношения к финалу.

— Вы уже несколько раз рвали связи, а потом возвращались обратно.

— Сейчас все по-другому.

— Регина появилась?

Не отвечая, я иду вперёд. Этот разговор заставляет серьезно задуматься. Ромыч прав: после знакомства с учительницей, отношения с Ксюхой стали казаться токсичными. Но червяк сомнения все равно пилит сердце. Вот порву я с подругой, начну встречаться с Региной, а через полгода появится передо мной бывшая, побегу за ней, виляя хвостиком.

Как узнать: разлюбил ее окончательно или просто устал от ссор и скандалов? Регина первая поняла, что я ещё не готов расстаться в прежней жизнью. Может, воспользоваться шансом и сделать перерыв, чтобы разобраться в себе?

Ромыч обгоняет меня и останавливает за пару столиков от нашего места.

— Ты чего?

— Задвора, подумай все же серьезно, что дальше делать будешь. Нравится Регина — рви с Ксюхой резко и без жалости, иначе она не поймёт. С ней нельзя нянчиться, не тот характер.

— Странный совет от давнего друга, — усмехаюсь в ответ.

— Нормальный совет. Надоело смотреть, как Ксюха крутит тобой и Ваньком.

— А тобой — нет?

— Честно? — Ромыч на мгновение замолкает, словно размышляет, говорить или промолчать. — Пыталась в штаны залезть, она же неуемная, ей хочется всех мужиков мира иметь.

— И ты не поддался? — злость срывается с языка колкими словами.

— Нет… Мне такие, как она, не нравятся. И вообще…

Я внимательно разглядываю друга. Его взгляд блуждает по залу, верхняя губа дергается, ноздри раздуваются, словно он нервничает. Почему?

— Ладно. Разберусь.

У нашего столика мирная картина: Ванек потягивает пиво, а Ксюха спит на диване, положив голову на его колени. Я сажусь и сразу хватаю меню: мы так и не успели заказать ужин. Блюда приносят быстро. Ем с жадностью, даже не помню, когда в последний раз во рту была хотя бы крошка хлеба. Завтрак мы с Региной прохлопали, обед отравил поцелуем Альберто, а ужин вообще пошёл ко всем чертям.

— Ты на меня злишься? — спрашивает Ванек. — Я не встречаюсь с Ксюхой.

— Я верю.

— Не веришь.

— Вань, — поднимаю глаза от тарелки, — мне все равно. Если хочешь, можешь ее забирать. Твоё представление с кольцом перед Региной меня не трогает. Я же знаю, что Светка уже год как от тебя ушла.

— Ты серьезно решил расстаться с ней, — он кивает в сторону моей девушки.

— Абсолютно.

— Но она считает, что вы должны пожениться.

— Ага! И жить, как на вулкане? Нет уж, уволь! И я ей ничего не обещал.

— Короче, мы с Ромычем не будем лезть в это, правда? — Ромка согласно кивает. — Сам разбирайся.

Мы расплачиваемся, вызываем такси и будим Ксюху. Она сразу повисает на мне. Я сажаю ее в подъехавшую машину и оглядываюсь:

— Кто проводит ее?

— Ты, — хором отвечают друзья и заталкивают меня в машину.

— Предатели!

— Ты большой мальчик, должен самостоятельно принимать решения отвечать за них, — смеётся Ромыч. Ванек лишь криво улыбается. Где-то я перешёл ему дорогу. Нужно разобраться.

До дома мы доезжаем без приключений. Ксюха дремлет, а я мучительно думаю, что делать дальше. Регина живет в том же подъезде. Это и облегчает задачу, можно ее разыскать, и усложняет, новый бурный скандал мне не нужен. Надо же, как сложилось!

Кое-как завожу Ксюху в квартиру. Она что-то бормочет, тянет меня за собой, но с меня на сегодня довольно. Уговариваю ее лечь в постель и трусливо сбегаю. Не потому, что боюсь сорваться. Наоборот, никакого желания у меня эта девушка уже не вызывает. Только жалость и брезгливость ворочаются в душе.

Неужели сбросил многолетние оковы? Удивительно дело!

Поднимаюсь на этаж выше, потом ещё на один. Внимательно разглядываю двери, пытаясь понять, за какими может находиться квартира Регины, но оставляю затею. Будет ещё время, чтобы разобраться.

Выхожу на улицу, смотрю на окна. Регина говорила, что видела меня, когда я показывал средний палец. Но стоять перед темными окнами смысла нет. Будет новый день, будет и пища для мозгов.

Дома первым делом ищу расписание самолетов на Париж. Завтра несколько рейсов. Как же узнать, на каком улетает семья французов?

Виктор Николаевич! Он наверняка мне скажет.

С этой мыслью я засыпаю, а утром вскакиваю рано. Душа горит от нетерпения. Не знаю, что со мной, но очень хочется увидеть Регину. Вот прямо жизненно необходимо. Принимаю прохладный душ, чтобы избавится от наваждения, и сразу набираю номер отца девушки. Какое счастье, что мы обменялись контактами!

— Да, слушаю вас, — раздаётся сонный голос в трубке.

— Виктор Николаевич, это я.

— Владислав? — голос становится бодрее. — Что-то случилось.

— Во сколько вы будете в аэропорту?

— А разве Регина тебе не сказала?

— Простите, мы поссорились. Вчера был трудный день.

— Согласен. Марина вылетает рейсом в четырнадцать тридцать из Домодедово. Мы планируем приехать к двенадцати.

— Спасибо большое! И, Виктор Николаевич, очень вас прошу, не говорите никому о моем звонке.

— Хочешь сделать сюрприз.

— Да. Надеюсь, приятный.

— Не обижай мою девочку, Владислав, очень прошу.

Я отключаюсь. Настроение такое, что впору расправить крылья и полететь! Напевая, готовлю себе завтрак: кофе и яичницу, а блинчики мне будет мне печь Регина.

Слышу звонок в прихожей и с ложкой наперевес иду открывать. Даже в голову не пришло заглянуть в глазок: врагов у меня нет. А зря.

Распахиваю дверь и… мощный удар валит меня с ног.

Я отлетаю к стене прихожей, ударяюсь тем же местом, что и в ванной Регины, об угол и на миг теряю ориентацию. Перед глазами все плывет, мозги отказываются принимать ситуацию

— Какого черта? — вылетает из разбитого рта.

— Это чтобы знал, как кулаками размахивать!

неизвестный парень в черной одежде сопровождает слова пинком под рёбра, но я уже прихожу в себя и дергаюсь сторону. Нога мелькает в миллиметре от моей щеки, но Бандит теряет равновесие и валится на меня сверху. Мой кулак тут же находит мишень. Противник охает и отвечает ударом в солнечное сплетение.

Мы катаемся по полу и яростно колотим друг друга. Наконец мне удаётся взять противника в захват. Наваливаюсь на него и пытаюсь сорвать плотную маску, закрывающую лицо. Кроме темных глаз да кустистых бровей, ничего не различаю, но человек кажется незнакомым.

Противник рычит, крутит головой, я бы с ним справился легко, но глаза заливает кровь из рассеченной брови, поэтому борюсь больше на рефлексах, чем осознанно.

— Кто ты, сволочь? Какого хрена от меня надо? — сиплю я.

— Да пошёл ты, мудачина!

Гопник вдруг поднимает голову и бьет ею меня в рассеченную бровь. Я взвываю от боли, на мгновение теряю силу, он выворачивается и вскакивает на ноги. Не успеваю я встать, как слышу топот ног далеко внизу.

Злость гонит меня за ним. Выскакиваю из подъезда и по инерции несколько метров несусь по дорожке, но где-то сбоку ревет мотор, и чёрный байк выныривает из-за кустов и несётся прямо на меня. Толчок я не почувствую. Просто какая-отстал повела в сторону, и вот уже лежу на земле, а мотоцикл мелькает вдалеке габаритными огнями.

— Ты как? — раздаётся голос над головой.

Пожилой мужчина протягивает мне руку. С трудом узнаю соседа-пенсионера. Как же его зовут?

— Нормально. Спасибо Сергей Иванович.

Встаю и снова чуть не падаю: боль, которую в запале не чувствовал, скручивает все тело.

— Может, полицию вызвать? Или скорую? Только я Михайлович.

— Обойдусь. Простите.

— Кто это тебя так?

— Сам не знаю. Позвонил в дверь, я открыл и получил по сопатке.

— И, естественно, ответил?

Бросаю быстрый взгляд на соседа — он улыбается.

— Само собой. Такие вещи не прощаю.

— Давай, провожу до квартиры. Аптечка дома есть?

— Имеется.

Сосед быстро обрабатывает мне раны, даже сбривает кусочек брови и заклеивает ее пластырем, соединив края раны.

— Ну, шрамы украшают мужчину, — любуется он своей работой. — Советую денёк полежать.

Его слова бьют в сердце. Хватаю часы и с ужасом смотрю на минутную стрелку, которая приближается к одиннадцати. Вот это я попал!

Начинаю лихорадочно метаться по комнате в поисках одежды. Снимаю спортивки и натягиваю джинсы, хватаю телефон, куртку и несусь к двери.

— Ты так и пойдёшь? Посмотрись в зеркало.

Сосед показывает на мою футболку. Черт! Она вся заляпана кровью. И ноги грязные, я же босиком мчался за бандитом. А лицо просто пипец! Под глазом багровый синяк, нос превратился в спелую грушу, а от брови торчит огрызок. И вся эта красота сдобрена красными потеками разных оттенков. Краше в гроб кладут: покойникам макияж делают.

И как быть?

Тут же сбрасываю одежду, следом летят боксеры. Сосед от неожиданности икает, но мне не до него. Влетаю в ванную, привожу себя в порядок и переодеваюсь. В рваных джинсах и на байке нельзя показываться родителям Регины.

— Сергей Михайлович, у вас машина есть?

— У кого сейчас нет машины? Это давно уже не роскошь, а предмет первой необходимости.

Не перебиваю поток слов, хотя чуть не подпрыгиваю от нетерпения. Но спугнуть добычу нельзя.

— Она далеко?

— Во дворе стоит. А что.

— Можете меня отвезти в Домодедово? Я хорошо заплачу.

— Хм, — старик потирает подбородок, — а обратно как? Тебя ждать придётся? У меня у внука сегодня день рождения. Дочь с потрохами съест, если бабушка одна придёт.

— Нет. Ждать не нужно. Обратно я доберусь сам.

«Предметом первой необходимости» оказывается старая Волга. Забираюсь в салон и боюсь пошевелиться, чтобы эта реликвия подо мной не рассыпалась.

— Не бойся, парень, домчу с ветерком, — говорит сосед, заводит мотор и… срывается с места.

Именно срывается, словно прыгает, как резвая козочка. Я распахиваю глаза, когда Сергей Михайлович ловко вписывается в поворот, потом также шустро начинает обгонять автомобили.

К моему удивлению, пенсионер оказывается классным водителем. По дороге да аэропорта не нарушил ни одного правила движения, но у меня сложилось впечатление, что мы, и правда, неслись, как ветер. Когда сосед закладывал особенно крутой вираж, я даже хватался за ручку и мысленно молился, чтобы пронесло.

— Не дрейфь! — Серей Михайлович лукаво смотрит поверх очков. — Почти пятьдесят лет за рулем, и ни одной аварии.

— И где вы научились так водить машину?

— Я профессиональный гонщик. Заходи как-нибудь на чаёк, расскажу, наградами похвастаюсь.

В Домодедово мы были через сорок минут, ровно в двенадцать часов. Сосед деньги с меня не взял, махнул рукой и уехал, чтобы не платить за стоянку. В общем зале я сразу бросаюсь на поиски табло, лихорадочно пробегаю взглядом по строчкам: стойки регистрации должны быть уже указаны, а их почему-то нет.

Где же Регина?

Оглядываюсь. Аэропорт переполнен пассажирами, все куда-то спешат, везут за собой чемоданы, несут сумки, а моих знакомых не видно. Внутри появляется странное ощущение: мне срочно, непременно нужно поговорить с Региной. Только сейчас я понимаю, что не хочу простонал отпускать эту девушку.

— Стол справок! Точно! Надо дать объявление!

Несусь в дальний конец зала, где видел эту надпись и спотыкаюсь о тележку.

— Простите! — не гладя кричу пассажиру и бегу дальше.

— Влад, ты куда? — раздаётся за спиной знакомый голос.

Оборачиваюсь: два семейства стоят сзади и смотрят на меня. И вдруг глаза Регины расширяются, брови ползут вверх.

— Что с тобой случилось?

Она делает шаг ко мне, замирает, и неожиданно бросается на шею.