33

Затем он зашел за мной и мы встали под теплые струи воды. Вода начала стекать по его щекам, подчеркивая резкие скулы и волевой подбородок. Волосы, всегда идеально уложенные с утра, теперь безнадежно намокли, потеряв всякое подобие формы. Впрочем, я и сама приложила к этому руку. Его безупречная прическа пала жертвой моей неуемной потребности касаться его. За этот вечер я не раз запускала ладони в шелковую густоту его волос. Смотреть на него сейчас, под этой водяной завесой, было чем-то почти запретным. Он был прекрасен. Не той холодной, отстраненной красотой, которой он обычно демонстрировал миру, а красотой обнаженной, чувственной, завораживающей. Кто бы мог подумать, что именно этот мужчина перевернет мой мир с ног на голову. В груди щемило от переполняющих чувств. Восторг, страх, надежда, желание – все смешалось. – Эля… – он наклонил голову немного вбок, и вода, стекая с его лица, очертила его губы. Полные, чувственные, манящие. Я так хотела их поцеловать. Почувствовать их вкус, их тепло. – Ты очень… ты невероятно красивая! Я не могла больше сдерживаться. Сделала шаг вперед, навстречу ему. Он протянул руку и коснулся моего лица и провел ладонью по моей щеке, по моей шее, по моим плечам. Его прикосновения были трепетными, чувственными. Он опустил руку ниже и коснулся моей груди. Его пальцы слегка сжали мой сосок, и по телу пробежала волна возбуждения. Я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновениями. – Такая чувствительная, такая… невероятная… Романов продолжал ласкать меня, изучая каждый сантиметр моей кожи. Его руки двигались плавно и уверенно, словно знали все тайные тропинки моего тела. Он завел меня под душ. Горячие струи воды обрушились на наши тела, смывая все остатки стеснения. Чувства обострились, а тело наполнилось желанием. А потом он начал целовать меня. Нежно, страстно, ненасытно. Его губы скользили по моему лицу, по моей шее, по моей груди. Он целовал меня так, словно хотел выпить меня до дна. Он целовал меня в губы, заставляя меня терять голову от восторга. Он целовал меня в шею, вызывая у меня мурашки по коже. Он целовал мои плечи, мои руки, мои пальцы. Он целовал меня везде, и каждое его прикосновение было сладким, чувственным… обжигающе прекрасным. – Жаль, что ночь слишком короткая, – сказал он низким почти хриплым голосом, и опустился ниже и начал целовать мои бедра. – Я слишком многое хочу с тобой сделать… Я чувствовала, как моя кожа горит, как мое тело дрожит от желания. Я хотела его. Здесь и сейчас. Без остатка. Без оглядки. Его язык скользнул между моих ног, мягко, чувственно и неторопливо. От его нежности и ласки я уже вся расплавилась. Как глина – лепи что угодно. Он поймал мой чувствительный клитор губами и поласкал кончиком языка. Посмотрел наверх, на меня и мою реакцию и когда понял, что мне очень нравится то, что он со мной делает, будто бы позволил себе задержаться на этом местечке. Согнул мою ногу в колене и поставил себе на плечо, открывая мою самую интимную часть тела для лучшего обзора и застыл, разглядывая меня с каким-то пьянящим упоением. – Да, к черту все! Я не могу пройти мимо этого! – сказал он и вернулся к моему клитору. Только теперь был не столь нежен и ласков. А скорее голоден и… – Ох! – я дернулась, тело пронзило острое наслаждение, – Ох, Боже! Его язык и рот творили что-то невероятное! Так горячо и с таким искренним удовольствием мне еще никто не делал кунилингус. Очень хорошо и… Божественно! Он то покусывал нежную плоть, то брал в рот и ласкал кончиком языка сначала твердым, потом слизывал влагу, как голодный и съехавший с катушек гурман. Я не знала, что могу так быстро кончить от оральных ласк, теплые волны начали затапливать меня почти сразу. Нога, что стояла у него на плече почему-то затряслась, словно меня били током. – О, да-да, так хорошо, – шептала я, как в бреду, даже не заметив когда я успела зажать в ладони его волосы на затылке. Испугавшись, что делаю ему больно отпустила и дернулась от новой волны экстаза. – Боже! Господи, Боже, Дима… – Ну, наконец-то! – с триумфальной ухмылкой и нетерпением во взгляде, он поднялся быстрыми, поцелуями по моему телу вверх. И, остановившись у ямочки между ключицами, он оставил на ней влажный, эротичный поцелуй. Провел языком от нее вверх по шее, подбородку и добрался до губ: – Наконец-то, ты назвала меня по имени, – ох, сколько в этом голосе порока, сколько чувственности и… обещания. Он поднял меня на руки и прижал к стене. Я обхватила его ногами за талию, чувствуя, как он входит в меня, горячий и желанный. Мы слились в одно целое и простонали друг другу в губы. Меня еще не отпустила первая волна оргазма, но я уже понимала, что и до второй недалеко. Как он чувствовался во мне: так полно и так до мурашек великолепно! Я официально влюблена в его мужское достоинство. Под струями горячей воды наши тела двигались в ритме страсти, мои стоны – с его рваным дыханием. Я кричала от восторга, ощущая, как новая волна оргазма накрывает меня с головой. Дима быстро догнал меня, вбиваясь в меня так рьяно и неистово, будто хотел приколотить к стене душевой, как трофей. Горячий душ казался продолжением того пожара, который только что бушевал между нами. Я обвила его руками и ногами, прижимаясь как можно сильнее, стараясь впитать в себя каждую клеточку его тела. Отголоски оргазма все еще пульсировали в венах, наполняя все существо какой-то нереальной, почти болезненной нежностью. Я пропала. Влипла по самые уши. Таких банальных фраз, наверное, никто не избежал, но они сейчас были единственным способом хоть как-то обозначить то, что я чувствовала. Ни с кем и никогда у меня не было такого умопомрачительного секса. И это было правдой. Абсолютной, бесспорной правдой. В голове крутилось его имя. Дима… Только что, в порыве страсти, оно сорвалось с моих губ. Дима… Господи, какое же красивое у него имя! Почему я раньше не замечала, как оно мне нравится? Как оно звучит… как музыка. Он слегка отстранился, перестал целовать мою шею и плечо, и посмотрел в глаза. В его взгляде плескалось… озорство? Губы тронула легкая улыбка. – Что ты со мной делаешь? – тихо спросил он. – Мы когда-нибудь с тобой до кровати доберемся? Я улыбнулась ему в ответ и поцеловала его.