34

Я вышла из душа первой, укутавшись в мягкое уютное полотенце. Подошла к панорамному окну его пентхауса, глядя на сияющие огни города. Вокруг царила тишина, а в сердце бурлили эмоции. Сквозь тихие звуки города я слышала, как Романов вышел из ванной и что-то делал на кухне, шумя посудой, забурлила вода в чайнике. Был только час ночи. Завтра, а точнее, уже сегодня утром он улетает в Петербург. И как же мне хотелось, чтобы эта ночь не заканчивалась! Что ждет нас дальше? Мы пришли к важному моменту – возможно зачали ребенка. Эта мысль превращалась в энергию, наполняя меня одновременно счастьем и страхом. Как быть? Утром мы разойдемся, но что дальше? Как смотреть друг другу в глаза на работе? Что сказать? Как вести себя? Нас объединила лишь одна ночь, а потом все вернется на круги своя? Или теперь все изменилось? Дима… Я произнесла это имя в порыве страсти, и теперь оно звенело в моем сознании. Ох, как же было странно! Как теперь называть его Дмитрием Сергеевичем? Это имя, полное официальности, теперь казалось слишком холодным, неприемлемым после того, что между нами было. Вдруг я ощутила тепло его прикосновения сзади и его руки, обнимающие меня. Он был в одном полотенце, на поясе, и казался таким близким, таким теплым. От этого прикосновения у меня заиграли мурашки по коже. – Ты такая красивая на фоне ночного города, – произнес он тихо, и его губы мягко коснулись моего плеча. Этот поцелуй, легкий и едва ощутимый, пробудил во мне бурю желания. Я поняла, что не могу больше прятаться за своими страхами. Да, меня охватывало смятение от мыслей о будущем, но сейчас, в этот миг, всё было так прекрасно, что у меня не хватало сил думать о проблемах, которые могут ждать нас с утра. Вместо этого я погрузилась в его объятия, позволяя себе расслабиться и наслаждаться тем, что происходило вокруг. – Давай просто постоим тут. Так хорошо, – прошептала я, и он тихо согласился. Тепло его тела, прижавшегося сзади, обволакивало меня особенной, интимной аурой. Он мягко провел носом по моей шее и щеке, вдыхая мой запах, словно хотел запечатлеть его в памяти. Это было так приятно, особенно в сочетании с нежными прикосновениями его губ. Я чувствовала спокойствие, но мое сердце предательски колотилось. Мне было так волшебно и так невероятно хорошо, что реальность казалась сном. Его шепот обжег мое ухо: – Мне так нравится этот момент… Как будто ожившая сцена из твоего романа про мистера Блэквуда. Кровь прилила к лицу, щеки мгновенно вспыхнули. Он… он читал? Не просто знает, что я – Экс Эль, но еще и… читал? Но ведь мистер Блэквуд – это, по сути, он, Дмитрий Сергеевич, во всей своей неприступности и властности. Это плод моих самых сокровенных фантазий, тайных желаний, которые я осмеливалась изливать лишь на страницах романа. – Как… как давно ты знаешь? – смогла прошептать я, сгорая от стыда. Он замялся, словно не хотел признаваться. Его молчание тянулось мучительно долго. Наконец, неохотно проговорил: – Знал… с самого начала. Я резко развернулась к нему лицом, в полном шоке и смущении. Его лицо, обычно такое невозмутимое, сейчас выражало какую-то… вину? Он пытался скрыть эмоции за маской сухаря, холодного робота, к которому я привыкла на работе. Инстинктивно я легонько стукнула его кулаком по груди. – Вы… то есть, ты знал, что я пишу, с самого начала? И читал? Он кивнул, все еще неохотно. – Но как… как ты это понял? Я… я была уверена, что делаю это аккуратно и… незаметно. В этот момент он нежно обнял меня, прижал к себе так крепко, словно боялся отпустить. Его объятия были такими ласковыми, такими бережными, что я забыла о своем смущении. Он заключил мое лицо в свои большие, теплые ладони, и посмотрел мне прямо в глаза. – Ты так мило краснеешь, когда пишешь. Мне стало любопытно. А уж подключиться к любому компьютеру на работе… тебе ли не знать, как просто это сделать, – он усмехнулся, и в его глазах мелькнул озорной огонек. – Черт, теперь я не смогу написать ни строчки… Зная, что ты можешь прочесть… – Если тебе так это претит, я не стану, – он погладил мою щеку подушечкой большого пальца. – Но… если бы не этот роман… Ты никогда раньше не писала про боссов или начальников. А тут вдруг начала… Да еще и какой! И по времени совпало с моим… э-э-эм, предложением помощи… – И ты решил, что мистер Блэквуд – это ты? Забавно, что он понял это раньше, чем я сама. – О, я даже и мечтать не смел! – он приблизился к моим губам и провел по ним своими. Нежно и трепетно. И выдохнул в них: – Пока ты не написала ту сцену в лифте сразу после нашей совместной поездки в первый раз… И я решил проверить: ответишь ты мне или оттолкнешь. Вместо того, чтобы злиться, мне вдруг стало невероятно приятно. Он читал мои романы, он видел меня насквозь, он знал мои тайные желания. И, судя по тому, как он сейчас смотрел на меня, это ему нравилось. Черт бы побрал этого… мистера Блэквуда! Закипел чайник, нарушая тишину. – Хочешь чай? – А ты? – Я бы предпочел остаться тут, с тобой, но, если ты… – Да, я тоже… давай останемся… Мне совершенно не хотелось разрывать объятия, разрушать этот хрупкий, волшебный момент. Я чувствовала себя невесомой, словно парящей над землей. Только мое любопытство, моя потребность знать, перевесили все остальное. – Скажи, честно… – прошептала я, прижавшись к нему сильнее, – и как тебе… мои романы? И почему ты раньше не говорил, что знаешь, что я – Экс Эль? Он на мгновение замер, а потом мягко улыбнулся. В его глазах читалось что-то такое… трепетное и теплое, чего я раньше никогда не замечала, а теперь не представляла, как смогу без этого. – Не хотел тебя смущать, – ответил он серьезно. – Ты и так такая… скромная. А как мне твои романы?.. – Он замолчал, словно подбирая слова. Я ждала, затаив дыхание. – … Я стер руки до мозолей, – прошептал он, глядя мне прямо в глаза. Он… Он что, признался, что мастурбировал, читая мои романы? Эта мысль одновременно смутила и польстила меня. Мои самые сокровенные фантазии, мои тайные желания, изложенные на бумаге, вызывали в нем… такое? Стыд, восхищение, возбуждение – все смешалось в один невероятный коктейль. Я опустила глаза, не зная, что сказать. – А ты скажи честно, что вдохновляет тебя на такие откровенные тексты? – спросил он, приподнимая мое лицо за подбородок. Его пальцы коснулись моей кожи, вызывая мурашки. Я посмотрела на него. Ответ пришел сам собой, вырвался из глубины моего сердца. – Ты. Он ничего не ответил, просто поцеловал меня. Нежный, трепетный поцелуй, который постепенно перерос в страстный, всепоглощающий. Он словно хотел вложить в него все те чувства, которые кипели в нем все это время. Я начала терять контроль. Мои колени задрожали, а голова закружилась. Дима углубил поцелуй, обнял меня крепче, и поднял на руки. Неожиданно и легко, как всегда. – Что ты делаешь? – спросила я, улыбаясь в его губы. – Я просто обязан вдохновить тебя дальше, – прошептал он мне на ухо, и его дыхание опалило мою шею. – Как минимум на бестселлер.