Глава 15
— Не понимаю, откуда он взялся, этот Олег, и почему в лагерь мы поедем на его синей «мазде», а не на твоём цыплёнке, — удивилась Люся, когда подруга предупредила, что планы изменились.
— Синий цвет тебе нравится меньше?
— Нет, просто странно… Да, да, я помню, что Олег представитель коллекционера, помешанного на твоих куклах. Но я не думала, что в машине будут посторонние. Надеялась, мы мило поболтаем, всё обсудим…
— Ты же знаешь, когда я за рулём, милая болтовня чревата пробитым черепом.
— Да уж. О’кэй, пусть будет Олег. Наши шансы вернуться домой живыми возрастают. Если честно, ты очень, очень плохо водишь. Ты ужасный тормоз!
— Тебе лишь бы наехать на любимую подругу! — возмутилась Даша. — Да, я ужасный тормоз, но всего лишь из-за недостатка опыта. Я получила права четыре месяца назад.
— Ладно уж, не оправдывайся. Посмотрим, посмотрим на твоего Олега. И почему же ему захотелось прокатить нас с ветерком?
— Не знаю. Он предложил, а я не устояла, — смущённо призналась Даша.
Да, она проявила малодушие: не смогла отказаться от предложения, сделанного арт-дилером. Вчера вечером в кафе, узнав, что собеседница собирается в лагерь к детям и ей страшно ехать, он неожиданно вызвался поработать водителем. Так как Даша покрывалась испариной от одной лишь мысли, что ей снова придётся отмахать сто километров в одну сторону, да ещё и преодолеть страшный поворот, предложение Олега для неё было очень соблазнительным.
— Здесь что-то нечисто, — задумалась Люся. — Он всё ещё мечтает о Жозефине?
— Нет, она ему больше не нужна. Вместо куклы он решил отвезти коллекционеру картину.
— Какую картину?
— Местного художника. Никиты Скворцова.
— Первый раз слышу.
— Я тоже.
А.Скворцова (39, преподаватель музыки): Господи, пожалуйста, пусть английский коллекционер купит все картины Никиты! Умоляю! Я так устала. У меня гениальный муж и двое детей-подростков. Я тяну их всех уже семнадцать лет. Я совершенно вымоталась. Господи, да помоги же продать эти долбаные картины! Они нарисованы красками, смешанными с моими слезами и отчаяньем!
— Значит, о кукле арт-дилер уже не заикается?
— Не-а.
— Тогда он мечтает о тебе.
— Вот ещё, Люся! Что за глупости!
— А ты сама подумай.
— Люсечка, ты фантазируешь!
— Вовсе нет. Я знаю, как на тебя реагируют мужчины. Смотри, чтобы этот шустрый тип меня не продинамил. А то скажет: зачем нам брать в лагерь твою подругу, давай поедем без неё.
— Мы ещё не перешли на «ты».
— Так скоро перейдёте.
* * *
Люся угадала только наполовину.
Перейти на «ты», Олег не предложил. Однако, встретив Дарью утром у дома, первым делом спросил, обязательно ли заезжать за подругой. Он явно предпочёл бы путешествие тет-а-тет.
Олег вышел из машины и забрал у Даши сумку. Заботливая кормилица основательно подготовилась к поездке: нажарила для малышей тонну их любимых пирожков и, конечно, собрала чистую одежду.
Солнце слепило, день обещал быть ярким и по-настоящему весенним. Ничто не напоминало о снежинках, вьющихся в воздухе словно конфетти, а ведь всю неделю столбик термометра то и дело опускался очень низко.
Даша сегодня была в куртке и джинсах. Поправляя шарф, она заметила, как Олег украдкой ощупал взглядом её джинсовые бёдра. Она, удивляясь себе, не удержалась и сделала то же самое. Её спутник выглядел поджарым, спортивным и каким-то пружинистым. Казалось, если захочет, сможет легко сделать сальто прямо с места, или пробежать стометровку, не сбив дыхания. Вчера на нём идеально сидел элегантный костюм, сегодня — одежда в стиле «кэжуал».
Они двинулись в путь — сначала за Люсей, на другой конец города, а потом обратно, к выезду на федеральную трассу. Большой крюк!
— Наверное, в выходной день у вашей подруги есть другие планы, и ей вовсе не хочется ехать на озеро? — предположил Олег.
— Хочется, — возразила Даша. — Безумно. Потому что мы не виделись целую вечность и мечтаем пообщаться.
Вчера подруги созванивались раз пять, не меньше. Что и говорить, сегодня девушки просто изнемогали от нехватки общения!
— К тому же, у меня ревнивый муж, — подумав, добавила Даша и улыбнулась. Представлять Калинина грозным ревнивым мужем было приятно.
— Понятно. Третий человек — уже компания. Странно, если б мы поехали вдвоём. Как бы вы потом объяснили мужу, почему отправились в лагерь с незнакомым мужиком.
— Кстати, хотите пирожок с капустой? Я сама испекла.
Невинное предложение явно шокировало Олега.
— А что? — удивилась Даша.
— Вы не похожи на девушку, которая умеет печь пирожки.
— Почему? Умею же я вышивать.
— То — искусство, «haute couture». А пирожки с капустой — это как-то… приземлено.
— Вы попробуйте сначала! Может, мои пирожки — это и есть самое настоящее искусство!
Люся ждала на крыльце — нарядная, оживлённая. С Олегом она поздоровалась радостно и сердечно, никто бы и не догадался, что она скептически восприняла идею поездки в лагерь в компании арт-дилера. Сейчас показатель игривости у девушки зашкаливал, она явно собиралась флиртовать. Люся молниеносно отсканировала взглядом лицо и фигуру Олега, а потом незаметно показала Даше большой палец. Та посмотрела на подругу с недоумением.
— Пирожки! — по запаху определила Люся, устраиваясь рядом с Дашей на заднем сиденье. — Колитесь, лопали тут без меня.
— А как же! — улыбнулся ей Олег в зеркало заднего вида.
— Детей объедаете? Им же не хватит! Ай-ай-ай! — кокетливо пожурила Люся.
— Хватит. — Даша нахмурилась. — Я много испекла, можете есть, сколько влезет.
* * *
Паша с переводчицей сидели в переговорной комнате и разбирали бумаги. Только что закончилась встреча с китайцами, за стеклянной стеной офиса простирался деловой центр Пекина, а прямо перед глазами, за шоссе, виднелся гигантский серебристо-серый небоскрёб причудливой формы — то ли взметнувшееся лассо, то ли поломанный стул, то ли поставленная на бок лента Мёбиуса.
Необычное стеклянное здание уже не раз возникало перед Павлом, когда они перемещались по городу на арендованном автомобиле, и бизнесмен успел впечатлиться смелым дизайном небоскрёба. Безусловно, Паша сразу же поинтересовался у Мэйли, «а что за глобальная хрень там торчит». Девушка терпеливо объяснила боссу, что «глобальная хрень» — это штаб-квартира Центрального китайского телевидения, здание, высотой в 234 метра, спроектированное известным голландским архитектором.
— Круто! — восхитился Паша. — Это ж надо было придумать и соорудить такую загогулину! Фантазия у людей!
Из интервью архитектора Рема Колхаса (компания ОМА): «Я думаю, что в небоскрёбах совсем не осталось творческой жизни. Таким образом, я пытался организовать кампанию против "штампованных" высоток…»
Мэйли аккуратно складывала бумаги в прозрачную папку. У Калинина просигналил смартфон, и через секунду его крестьянская ряшка расплылась в счастливой улыбке — прилетели фотографии из дома.
— Жена к братве съездила, — объяснил Паша. — Иди сюда, Мэйли, посмотри.
Переводчица со скрытой ревностью уставилась на экран.
На фото близнецы обнимали Дарью за шею и целовали в обе щёки, а она сияла счастливой улыбкой. Казалось, на снимках мама с детишками — столько любви и нежности было в этих фотографиях.
— Вцепились, оглоеды! — довольно пробурчал Калинин. — Так недолго и придушить Колечкину. У неё-то шейка нежная, тонкая…
«Колечкину? — удивлённо повторила про себя Мэйли. — Но ведь раньше он называл её Кольцовой! А, это снова суффиксы… Стоп! Разве к фамилии можно добавлять суффикс?»
Маленькая китаянка украдкой посматривала на босса. Тот в двадцать пятый раз пролистывал на смартфоне снимки, увеличивал, проводя пальцем по экрану, улыбался, плавился от нежности.
Мэйли прерывисто вздохнула, придвинулась ближе и положила руку на локоть шефа.
* * *
В воскресенье Ольга работала в кондитерской одна, так получилось, никто ей не помогал. С тех пор, как она начала собственное дело, пришлось забыть о свободном времени, да и вообще об отдыхе. В идеале, ей хотелось бы заниматься только творчеством — разрабатывать рецепты новых десертов, экспериментировать, воплощать идеи в жизнь. Но так не получалось. Каждый новый день возникали очередные проблемы, и решить их могла только она…
В паузе между посетителями, Ольга отполировала витрину и добавила на серебряный поднос эклеров с лимонной глазурью. Она размышляла о грандиозном провале десерта «каштан-маракуйя». Интересные ингредиенты, эффектный внешний вид — почему же новинка не понравилась покупателям? Ещё не распробовали? А как они могли распробовать, если даже и не покупали?
Сколько бы Ольга ни рекламировала десерт, клиенты вежливо улыбались и делали выбор в пользу чего-то другого. Было грустно, Ольга разочарованно вздыхала. Ей казалось, она придумала произведение кондитерского искусства: оттенки вкусов волшебно переплетались в нём наподобие арабской вязи, а украшение в виде купола из карамельных нитей притягивало взгляд.
Но на это никто не клюнул.
Вот как бывает: десерт, потребовавший нескольких дней экспериментов и больших энергозатрат, никому не нужен, а розовые печенюшки в форме сердечек улетают на ура, их берут килограммами. Хотя печенье Ольге не стоило никаких усилий — простой рецепт, лёгкое исполнение.
«Ну и ладно, — обиженно подумала девушка. — Не хотите, как хотите. Сами себя лишаете удовольствия». Она решила, что больше не будет никому предлагать «каштан-маракуйю» и занесёт новинку в разряд коммерческих неудач. Назвать божественный десерт творческой неудачей язык не поворачивался.
Повинуясь секундному порыву, мстительно прищурив глаза, Ольга переписала ценник. Она увеличила цену в три раза, сделав её заоблачной.
«Не хотели? Теперь отжимайтесь!»
В кондитерскую вплыла нарядная дама с очень короткой стрижкой и в очках с затемнёнными стёклами. Она минуту рассматривала витрину, потом перевела взгляд на Ольгу.
— Да у вас тут шикарно!
— Спасибо! — улыбнулась хозяйка заведения. — Вам что-то подсказать? Что вас интересует?
— Меня интересует Жозефина! — сразу взяла быка за рога дама. — Вы же Ольга, правильно я поняла? Хочу купить у вас куклу. Вы удивлены?
Оля, действительно, ошарашенно смотрела на посетительницу. Уже второй посетитель требовал продать куклу.
— Удивлена. Зачем вам она?
— Видите ли, я преподаю историю костюма в гуманитарном колледже, — объяснила дама. — Собираю собственную коллекцию. Фото вашей куколки в красном платье увидела в интернете и сразу потеряла покой. Продайте мне её, умоляю! Я хочу, чтобы она стала моей!
«Размечталась!» — мысленно фыркнула Оля. И почему всем вдруг срочно понадобилась Жозефина?
А вдруг у этой куклы, на самом деле, волшебные свойства? Ведь помогает она Ольге, значит, может помогать и другим людям. Правда, девушка никому не рассказывала, что всеми проблемами она делится с Жозефиной. Всматривается в её неподвижное личико, распахнутые голубые глаза, ждёт подсказки и совета. Об этом рассказать — недолго и в психушку загреметь.
Но Жозефина действительно во всём ей помогала. На пути к успеху Ольге пришлось преодолеть полосу препятствий, она карабкалась вверх, медленно поднимаясь с одной ступеньки на другую. Ничего не давалось легко, каждое решение было мучительным.
Во-первых, семья скептически восприняла идею собственного бизнеса. Её работу кондитером в ресторане считали достаточно интересной и хорошо оплачиваемой, чтобы отказаться от неё. Родные отговаривали Ольгу, пугали историями о разорившихся бизнесменах-неудачниках. Родители побаивались, что дочь, прогорев, останется без квартиры и вернётся жить к ним в тесную двушку.
Во-вторых, Оле пришлось попотеть, чтобы уговорить банк дать ей большой кредит на аренду помещения и покупку оборудования. Никто не хотел становиться поручителем, её затею считали глупой авантюрой.
В-третьих, она не думала, что работать придётся двадцать четыре часа в сутки, желательно — ещё больше. Она занималась всем — разрабатывала рецепты, замешивала тесто и взбивала сливки, руководила персоналом, улаживала конфликты, закупала продукты, разбиралась с проверяющими, часто сама вставала к прилавку или помогала помощнице драить кухню. Первые месяцы она вообще не спала, но всё равно многое не успевала сделать.
В-четвёртых, бездна времени и нервов уходила на поиски адекватного персонала. Ольге никак не удавалось найти нормального бухгалтера, та девушка, с которой она работала сейчас, её не устраивала. А с продавцами и вовсе была беда.
В-пятых, вокруг новоявленной предпринимательницы стаей назойливой мошкары закружились какие-то мутные личности. Они делали странные предложения о расширении бизнеса, о вложении капитала, о том, как быстро прокрутить деньги…
А когда Оля всё же справилась с трудностями первого этапа, и дела вдруг пошли в гору, девушка столкнулась с проблемой иного плана. Внезапно она угодила в трясину людской зависти. Знакомые и друзья почему-то не радовались её успеху. Они приходили в кондитерскую, рассматривали интерьер и витрину, с трудом выдавливали комплименты или наоборот заходились в фальшивом восторге. А потом распускали об Ольге сплетни и гадкие слухи. Оля вздрагивала от ужаса, узнав, что кондитерскую ей подарил богатый любовник, лысый и старый, известный всему городу своими сексуальными извращениями…
Но у Оли был волшебный талисман — кукла в красном платье. Жозефина быстро разбиралась с любой проблемой и неприятностью. Она учила Ольгу бегать по волнам — быть стремительной, чтобы ни одна проблема за тобой не успевала, быть лёгкой, чтобы не тянули вниз неприятности…
И вот сегодня в кондитерской возникла эта дама — покупательница в очках-хамелеонах. Ей тоже нужна Жозефина!
Хорошо. У Ольги уже появился алгоритм действий для отражения атаки. Сначала она поинтересовалась, какую сумму женщина готова выложить за Жозефину, а потом начала причитать, что уже давно продала куклу и при этом капитально продешевила.
— Продали?! — расстроилась дама.
— И получила в два раза меньше, чем вы мне предложили! — душераздирающе вздохнула Ольга. — Эх! Как же не повезло!
Посетительница совсем сникла, на её лице застыло выражение глубокого разочарования.
Попытка выяснить, кому продали куклу, тоже провалилась. Оля без запинки оттарабанила версию о незнакомой девушке, клюнувшей на объявление в интернете.
— Зато я купила итальянский тестомес, — повторила она версию, придуманную для первого захватчика. — Но с вашими деньгами купила бы ещё и расстоечный шкаф. Но я же не знала, что вы придёте, правда?
Дама удручённо покачала головой.
— А что тут у вас? — Она указала на витрину.
— Наш фирменный десерт из маракуйи с каштанами.
— Такой дорогой!
— Да. Цена просто безумная, — согласилась Ольга. — Но оно того стоит.
— Да и ингредиенты, как я понимаю, экзотические. Ни каштан, ни маракуйя у нас не растут.
— Точно!
— Я возьму четыре штучки.
Ольга не поверила своим ушам…
К концу дня забрали всё остальное. Ольга не переставала удивляться. Заоблачная цена десерта сработала, как рекламный трюк: она подчёркивала необыкновенные свойства продукта.
Вечером, уставшая и замученная, девушка рассказывала домочадцам — коту Марципану и кукле Жозефине — об удивительных событиях прошедшего дня.
— Да, моя радость, все хотят тебя у меня отнять! — сказала Оля кукле, проводя пальцем по её плечу. — А тебя — нет, — добавила она, обращаясь к Марципану.
Кот тем временем яростно тёрся о ногу хозяйки и подталкивал девушку в сторону кухни. Его миска была пуста, он давно её вылизал до зеркального блеска, а в холодильнике лежало несколько соблазнительных пакетиков с кошачьей едой.