Глава 13. Болезнь

— Богиня! Да вы магичка! Это даже не порталы, вы сокращаете пространство, совершая переходы настолько легко, что я еле успеваю за вами! Насколько велик ваш резерв? Вы пятьдесят четыре раза сократили пространство! Немыслимо!

— Что? Я не маг, вы что-то путаете, я ничего не знаю и не умею! — удивленно смотрю на нага, но не замечаю, чтобы он меня разыгрывал.

— О, не надо скромничать, тана. Вы не вырожденка, им такое не под силу, только кто вы, я не могу понять, — он выдвигал предположения за предположениями, несмотря на видимую нелепость, в них была истина.

— Но я действительно ничего не умею, да и нет у меня магии в принципе, — я окончательно растерялась.

— Нет, есть. Иначе как мы попали сюда? Это окраина совсем другого города. Это столица, тана. Город Шиимрат, а не портовый Шуассен, до которого ехать на мулах целые сутки.

— Не может быть! — я пораженно оглядывалась, — И куда мне теперь идти? Как разыскать дом?

Домики надо сказать, серенькие, небольшие, порой на несколько входов. Явно квартал низших. Я поежилась. Точно! И местные солнца совсем не так жарко палят, к тому же судя по тучам, скоро будет дождь. А еще на нас неприятно смотрели прохожие и попасть в передрягу я не хотела. Беспомощно рассматриваю своего спутника. Красивый мужчина с белыми длинными волосами, слишком щуплый, чтобы защитить меня.

Да и станет ли? Кто я для него? Глупая тана, Машка- потеряшка. К тому же артефакт я не сниму, так что еще и вырожденка.

Не стоит на него рассчитывать. Я пошла по улице, а наг отправился со мной.

— Я с вами, отныне вы моя госпожа. Не забуду, что вы, маленькая тана, встали на мою защиту. Кинулись под плеть, а могли просто пройти мимо, — и он улыбнулся мне.

"И почему здесь все такие красавчики?" — раздраженно подумала я и настроение испортилось. Поверила уже одним, а они р-раз, и готовы меня променять на змеюку, а ведь уверяли, что любят, что единственная. Ага, единственная на несколько ночей.

— И в результате под плеть вы, молодой тан (моя маленькая месть за "маленькую" тану), подставили свою спину, — насмешливо сказала я, обещая себе больше не вестись на ласковые речи красавчиков. Думать головой, как сказал отец Соши, вполне резонно принимая меня за дурочку в свете последних событий.

— О, не извольте беспокоиться, я могу себя исцелить, уже все зажило, — спокойно и учтиво ответил наг.

— Зачем принимать удары, если вполне можете ответить? Так ли вы нуждались в защите? Или хотели стать рабом? Змей вы или как? — мое плохое настроение имело выход, и набросилась на ни в чем (почти) не повинного нага.

Дурные законы! Как же меня достали их правила! Наг замолчал, посмотрел на меня с упреком.

— Считаете, что я не права? — скривилась я будто съела лимон, припоминая все, что мне сказал этот… червь — переросток, — Должна была смириться с наглой таной, что разве что ноги об меня не вытирала потому, что не успела? Да и вы сам, предпочитаете получать удары, а не драться за свою независимость? Жену свою тоже не станете защищать? А я вот так не могу! И даже не захочу так жить! Лучше пусть будет трудно, стану жить одна, но не смирюсь с унижением! И драться я буду насмерть за свою жизнь. И детей своих защищать до последней капли крови. Никому не позволю обидеть. Горло перегрызу любому нагу. Или умру.

И я пошла по улице не оглядываясь. Белый молча поплелся за мной. Возразить то нечего.

— Странная у вас логика, — спустя полчаса сказал он.

Мы до сих пор не выбрались из трущоб и казалось, что идем не туда. Я уверенно шагала вперед и наверное именно это, как и мой взгляд, отпугивало многих.

— Чем же?

— Ну допустим, я бы дрался и погиб. Нет, хотя бы победил врага и меня судили за убийство? Или стали избивать все вместе? Неделю бы пролежал почти трупом.

— Трус всегда находит оправдания. А герои погибают первыми. Это только ваш выбор.

Он снова завис, переваривая информацию. Слабенький у нага компьютер, вот только и мне совсем не весело, потому что начинался дождь, очень быстро переходящий в ливень. Я бросилась под крону к ближайшему дереву и прижалась к стволу. Хоть какая — то защита.

— Тана! Куда же вы? Вы что?! Нельзя в грозу стоять под высоким деревом, молния ударит и убьет вас!

— Успокойтесь, тан, это не самое высокое дерево, и если бы молния всегда попадала в дерево, здесь не осталось бы деревьев! — перекрикивая грозу, заявила я.

— Вы не поверите, но год назад я видел, как молния бьет в дерево, это здесь не редкость!

— Всего раз в году? Вероятность меньше одного процента!

— Невозможно просчитать случайности! Это непредсказуемо!

— Случайности закономерны.

— Как вы можете так легкомысленно относиться к своему здоровью! Пусть вы поругались с мужьями, но я уверен, они вас ищут! Возвращайтесь!

— Не стойте под дождем, или вы боитесь молнии? Ну что же, тогда сгорю я! — развела руками.

В это время где-то рядом полыхнула молния и я оказалась в кольцах белого хвоста намного быстрее, чем услышала гром.

Мокрая, продрогшая и совершенно холодная на ощупь. А он, этот трусливый змей, оказался теплым, почти горячим для замерзшей меня, и сухим.

— Что же вы, тана, так замерзли. Безипостасным нельзя мерзнуть, вы можете заболеть и даже умереть от этого! — он смотрел на меня с укором, а я…

Мне захотелось плакать. Наги. Мужья. Я потеряла их и не представляю, как вернуться домой. Хотя нет, представляю. Активировать портал. Но что я там увижу? Чужую тану в объятиях Соши? А тут я. Мокрая, замерзшая, голодная и уже совсем не такая смелая?

Эта мысль совсем подкосила меня, разбивая последние надежды.

И я с отчаянием разрыдалась в объятиях трусливого белого змея. Потому что поняла, что домой я больше не вернусь. Даже если очень сильно люблю этих гадов.

Наг очень растерялся, увидев мои слезы. Все попытки меня успокоить оказались напрасными. В конце концов он обвил меня кольцами, прижал к себе и разрешил плакать на его костлявом плече. Точнее я не спрашивала разрешения. Как и его имени, ведь тогда придется сказать свое.

Не заметила когда и как уснула, наверное потому, что согрелась.

А проснулась уже лежащей в кровати и укутанной в одеяло. Комнатка была небольшая, в ней еле размещалась старенькая кровать и столик, рядом стоял потрепанный пуф. Мой плащ лежал рядом, платье к счастью никто не трогал, но все вокруг стало неважным, едва вспомнила о предательстве мужей. Плакать больше не было сил, слезы текли сами. Шевелиться не хотелось совсем. Да что там, не хотелось даже жить, откровенно говоря.

Я ведь им поверила. Ох, дура ты Машка, мужики везде и все одинаковые. Так и мои три черных принца. А если не мечтать, если не жить рядом с любимыми, зачем жить вообще? Змеища покрутила хвостом и это выгодное предложение? Зачем я здесь? Почему попала в этот мир? Демографию поправлять? Должна была умереть в своем мире. Закинули сюда, как подходящую дурочку? Это не просто обидно. Сказка для Золушки закончилась, а теперь пошла вон из дворца. Место занято. Это все почти обман. Погуляли мальчики и славно, вырожденка или безипостасная, какая разница. Никогда больше не поверю нагам.

Заботились? Одевали и кормили. Больно надо мне их цацки. Да и не дарил мне никто ничего кроме браслетов и артефактов. Платье да, сняла бы и вернула, да надеть нечего. А что, это идея. И артефакты я когда-нибудь верну. А то еще разыщут за воровство. Дааш к примеру стражем работает. В столице. Так что и Дааша искать не стану.

Слеза опять скатилась по моей щеке.

Открылась узкая дверь и вошел знакомый наг с подносом, на котором едва уместилась миска и кувшин. Я заметила его тревожный взгляд и отвернулась. Тут есть рабство. Меня можно продать. Есть магия, меня можно заставить. Сказка на самом деле закончилась. Меня даже мог клан продать когда наигрался. Во что я поверила? В кусок металла на запястье? В то, что какой-то артефакт сделал меня непривлекательной? Да им просто быстро надоело играть свои роли. Мальчики получили свое и адью.

Что нового ты узнала, Машка? Просто обошлось без синяков, зато с разбитым сердцем.

— Тана, я принес вам поесть, — тихо сказал наг, — Может это и не та пища, что вы привыкли, но и она придаст вам сил.

— Спасибо, я… кхе кхе… не хочу, — хрипло сказала, не узнав свой голос.

Привет, простуда! Давно не виделись! И температура наверное. Супер! Нашла время болеть.

А почему бы нет? Если уж неприятности, то все сразу как же иначе то. Закон подлости великий и могучий. Срабатывает всегда.

— Богиня! — наг всплеснул руками едва поставил поднос на стол, — Вы заболели! Лежите, лежите, я лекарь, я посмотрю, — и стал водить надо мной руками, все больше хмурясь.

— Так и есть, тана! Вы заболели! — сказал с укором, будто открыл Америку.

А я и так знаю, что больна, без всякой его магической диагностики на полчаса. Температура, красное горло и кашель — диагноз за одну минуту. ОРВИ называется. Ничего удивительного, четыре часа под дождем, или сколько я там ревела? Дура.

Кранты тебе, Машка. Чем лечиться будешь, если здесь средневековье, а ты ни одной травки не знаешь? Шамана этого попросишь? Ну пусть шаманит, если не лень.

Следующие дни стали сущим кошмаром. Белый причитал, что его магия бессильна перед моим недугом, мой организм не принимает его магию. Не больно то в шамана и верила, есть я не хотела, ничего в принципе не хотела, какие то отвары он меня заставил выпить. Температура и кашель полностью выбили из сил. Поначалу казалось, что скончаюсь по-тихому ночью, но наступал день, а мне становилось так плохо, что даже жалела, что проснулась. Белый меня не бросил, травами поил днем и ночью.

И вот однажды я проснулась, наверное стало чуть получше. Пару ведер трав не меньше на меня ушло. Так вот, проснувшись, я вдруг подумала: " А с чего это я убиваюсь по мужикам? Они все козлы. Неужели в мире, где полно мужчин никого себе не найду?" Сколько я их знала то? Всего пару дней. Больше болела. А убиваюсь, будто кто-то умер. Так вот, если я их люблю, то должна быть счастлива хотя бы потому, что они живут где-то. И даже опасность им не угрожает, потому, что меня нет рядом. Так что порядок, выживу.

В этот день я впервые решила поесть бульон.

— Тана! Вы знаете, что все таки идете на поправку! Я хороший лекарь, магия на вас плохо действует, с вырожденцами всякое бывает, зато травы помогли! — белый несказанно обрадовался. Я не спорила, считает себя великим лекарем, пусть. Про антибиотики здесь никто не слышал, равно как и про вирусы.

Руки предательски дрожали, на теле ни жиринки, сколько я проболела? Лучше и не знать.

— Разорила я ваши запасы, а заплатить мне нечем. Хочу знать, когда и куда вы решите меня продать, — предупредил его я и провалилась в сон.

И даже не знала, что наг долго стоял с миской супа, где осталась ровно половина, и пялился на меня.

Поправлялась я медленно и как-то равнодушно. Ела что дадут, молчала целыми сутками, порой не отвечая белому нагу, на незначительные вопросы. Если не тревожили, подолгу могла сидеть и смотреть в одну точку.

Наг не соврал, он оказался лекарем и пусть я в его шаманство особо не верила, народ к нему тянулся. Принимал он на первом этаже в маленькой комнатке таверны, а мне снимал комнату в углу на втором.

От меня остались кожа и кости. Я даже забывала поесть, если не напомнит. А еще он купил мне простое платье, грубоватые туфли и чулки.

— Наденьте это тана, на большее я пока не заработал, но как только заработаю, обязательно куплю вам новое платье. Вы достойны лучшего.

— Не надо мне никакого лучшего, спасибо, — равнодушно ответила ему, но одежду надела.

Хорошую одежду я сложила, пусть и ношенная, она была как новая, даже завернула в мешок, не желая на нее смотреть.

Стала молча помогать тану. Ставила на огонь воду для его отваров, мыла посуду, прибирала в наших комнатах. Моей и его приемной. Молча, чтобы хоть чем — то заниматься. Тан смотрел на меня удивленно и непонятно про что думал. Прибирают у них бытовой магией? А мне и без нее не плохо. Не знал, что можно пятно отстирать простым мылом? Надо же, получилось.

— Научите меня готовить отвары, — как-то попросила его.

— Тана, может быть вам лучше вернуться? — тихо спросил он.

Я обожгла его взглядом, но потом опустила голову.

— Спасибо за все, тан. Мне нечем заплатить за заботу, но если вы считали себя мне должным, считайте что долг уплачен и теперь я ваша должница. Я не должна навязывать свое общество. Мне лучше уйти.

— Я помогу вам их найти, уверен, они будут рады.

— Я никогда не вернусь к ним, — ледяным голосом ответила нагу, — Если хотите выполнить просьбу, верните им то платье, мне оно больше не нужно.

Встала и пошла на выход. Моего здесь больше ничего нет.

— Тана! — он догнал меня у двери и прижал к своему телу, — Не уходи, постой. Останься со мной! Из твоего взгляда ушла жизнь. Они похитили твое сердце. Высшие благородные, а ты вырожденка.

— Не похитили, тан. Разбили. Такая мелочь, — я пожала плечами, — У меня больше нет сердца. Но вы, тан, достойны любви, а это не то, что могу дать я.

— Тана! Вы особенная, неправильная и смелая. Красивая и невозможная. Вам некуда идти, но все равно готовы уйти куда глаза глядят. Не для того я вас берег, чтобы вы попали в беду. Останьтесь со мной или идемте вместе. Пропадете ведь ни за что. А мое сердце принадлежит вам независимо от того смотрите вы в морю сторону или нет. Я желаю вам безопасности. Если тут не нравится, вы правы, я могу работать в другом месте и зарабатывать больше.

— А кто будет лечить тех, кто живет тут? Мне абсолютно все равно где жить, тан. Научите меня читать и варить зелья. Никогда не продавайте меня и не решайте вместо меня. Не принуждайте ни к чему и я с радостью помогу вам во всем. Я не могу служить вам как женщина, и в этом прошу меня извинить.

Кольца нага расслабились.

— Хорошо, моя госпожа, только пообещай, что ты не уйдешь от меня и не бросишь. И если вдруг пропадешь, буду знать, что ты в беде и похищена. Я долго думал над вашими словами, тана. Я не такой трус. И буду защищать вас даже ценой своей жизни.

— Ладно, я не уйду, — спокойно согласилась я. Это мне уже обещали, сердце больно кольнуло. Когда же я все забуду?

Меня уже мало что интересовало, словно внутри лопнула жизненно важная струна. Мой мир сузился до двух угловых комнат и черной лестницы между ними. Даже не возникало желания увидеть солнце.

Впрочем, небесные светила не есть для меня солнца.

Мои померкли, казалось навсегда.