Глава 39. Он

Я гоню и игнорирую правила дорожного движения, но все-так не успеваю, хотя Марку неожиданно плевать. Брат указывает на кресло рядом со столом, на который облокотился, и разрешает начинать, когда в вип-зал входит Нечетный с помощником. Я довольно быстро обрисовываю поездку и припоминаю брошенные Агатой фразы. Кроме той, с красным бантом.

— От нее уже пришло подтверждение, — кивает Нечетный, — можем начинать.

— Видишь, лажать совсем необязательно? — бросает Марк, поймав мой взгляд.

— Вижу.

Марк явно доволен, развеселые огоньки в глазах выдают его. Наверное, эта поставка пробивает важный канал и сулит хорошие дивиденды. Я же думаю, как бы мне увернуться от попойки, обещание которой звенит в воздухе не одной бутылкой.

— Ты поедешь во второй машине сопровождения, — неожиданно продолжает Марк. — Следующей ночью погрузка, так что послезавтра утром будь на месте. Нечетный даст тебе адрес.

Я сглатываю удивление, и протест следом.

— Почему вдруг?

— Это услуга, — отвечает брат.

— Мне?

— Тебе, Север.

Брат неприятно улыбается, ухмыльнувшись.

— Там есть и моя выгода, конечно. Но ты сам бы вызвался, я уверен, — Марк переводит внимание на Нечетного. — Как там имя главного боксера?

— Игорь.

Я напрягаюсь, ощутив, как тело пронзает судорога, я едва скрываю злость, которая набрасывается штормом и заставляет до боли сцепить зубы. Игорь. Я запомнил имя подонка на всю жизнь.

— Игорь, да, — кивает Марк. — Я позволю тебе убить его.

Он позволит.

— И что еще? Всегда есть второе дно, — меня удивляет собственный холодный тон, я учусь у Марка слишком быстро. — Условия?

Брат поднимается на ноги и подходит вплотную, после чего по-отечески хлопает по плечу, одарив довольным оскалом.

— Ты можешь всегда быть таким? Я чертовски ценю это. Сам не заметишь, как поднимешься. Нечетному придется переживать за свое место.

Он всё веселится.

— Условия, Марк.

— Остальные двое останутся в живых, это не обсуждается. Я и так выбрал самого старательного. Я нашел время посмотреть другие записи, так что поверь мне на слово, Игорь — правильный выбор.

«Самого старательного». Брат предлагает сделку и одновременно куражится, подбирая слова, за которые хочется заставить захлебываться кровью. Он проверяет меня?

— Это непростые ребята, — продолжает Марк. — Со связями и бизнесом. У меня нет никакого желания разбираться с их хозяином, когда вдруг появятся три трупа. Точно после того, как они развлеклись с девочкой из моего клуба, а мои ребята втоптали их в пол. С Яной вышло недоразумение и точка. Дальше эта история не пойдет.

— А один труп разрешается?

— В правильных обстоятельствах разрешается.

Марк отпускает мое плечо и, наклонившись к низкому столику, достает с полки деревянный короб. Внутри лежит пистолет и пара заряженных обойм.

— Этот лучше, — Марк протягивает мне оружие.

— Щедро.

— Я разрешаю одну цель. Одну, Север.

Я беру пистолет из его рук и сразу заправляю за пояс, обоймы отправляю в карманы джинс.

— Я договорился провести поставку вместе с их хозяином. В знак примирения, — Марк кривится, словно проглотил что-то мерзкое, — это выгодная сделка. С нас маршрут, а они помогут прикрыть кортеж от внимания закона на тех участках, где у нас пока недостаточно связей. Их прибыль двадцать процентов, и от них один сопровождающий. Пришлось сделать пару кувырков в воздухе, но поедет Игорь. Поедет с тобой. Когда груз окажется на месте, можешь убить его.

Плохой план. Ужасный. Слишком далеко… в одной машине.

— Всё должно выглядеть, как неприятности при отгрузке. Нападки местных. Вы отобьетесь, никого кидать на деньги я не собираюсь. Хочу только напугать и отбить охоту, чтобы они не совались в мои маршруты. Изрешетите наши машины, сольете Игоря и одного из наших для ровного счета.

А вот Марку безумно нравится придуманный план. Столько профита. И не только деньги. Почему план ужасен для меня, он тоже понимает прекрасно. Наверное, брат считает это стажировкой. Стрессовой, как и полагается.

— Иногда наши цели сходятся, — недобро улыбается я брат. — И ты уж постарайся. Я совершенно серьезно насчет того, что ты можешь подняться. Заканчивай с глупостями и занимайся делом. Это твое, Север.

— Когда это вдруг?

— Когда ты пристрелил Стаса. Ты не имел права, и Стас не заслужил… Но я понимаю почему, и я видел как.